Вернись ко мне. Жизнь после разлуки

Быстро, но трудно минули десять лет. Способность ходить возвратилась к Трандуилу, но двигался он очень медленно, и о прогулках вне дворца пока трудно было и думать. При этом, до сих пор, впрочем, возможно больше из прихоти, чем из-за слабости, он отказывался есть самостоятельно. Лицо его все так же оставалось старческим, и трудно было на нем заметить живые эмоции, хотя и проще, чем в самом начале его болезни. Время летело почти незаметно и для Эллериан. Она все больше и больше времени проводила с мужем, как это было много лет назад. Она радовалась тому, что состояние ее мужа с каждым днём становился все лучше и лучше. Дни давались легче и спокойнее. Сейчас она могла, почти без затруднений, понять, о чем думает Трандуил или что хочет сказать, больше ей не приходилось сомневаться. Она все так же любила его, несмотря на время и то, что они, кажется, пережили очень давно. Леголасу удавалось скрывать свою любовь всё меньше и меньше, возможно, именно потому, что он искренне уверился, что никто ничего не заподозрит. Вопреки ожиданиям матери, роль короля пришлась ему как раз в пору, и Трандуил, признаться, жалел, что не оказался на троне также, пока Орофер был ещё жив. Приставив лучших врачей к отцу и матери, король получал от них лишь благие вести, тем не менее, всё же не желая оставлять родителей одних надолго. И однажды его нежелание оказалось спасительным. Это случилось ночью: нечто жуткое обрушилось совершенно вдруг на почти заснувшего Трандуила. От нестерпимого жара с пугающей быстротой перешло в крик и метания по кровати, во время которых перепуганных и нежелающих уходить принцев унесли из комнаты. Впрочем, скоро там стало трудно оставаться кому бы то ни было. Все, что только ни попадалось в руки Трандуилу рвалось и летело в бывших рядом. Страшным чужим голосом он требовал оставить себя вовсе. И когда полетели тяжелые камни по комнате, возражать стало трудно. Правда, его старшего сына, когда-то давно видевшего приступы отца чуть ли не каждую ночь, это не напугало. Несмотря на собственную хрупкость, он крепко сжал запястье Трандуила. Несмотря на мягкость, объятия были решительными настолько, что не давали и шанса вырваться. И лишь голос был откровенно нежен, без тени страха или приказа: «Папа, всё хорошо…» Ночь тянулась ужасающе долго, нервно и беспомощно. Из комнаты все еще слышались ужасные крики. Но утром… Утром, едва получив шанс забраться обратно в покои отца, принцы увидели то, чего, наверное, уже давно не помнили: Трандуил улыбался. Устало и слабо, но улыбался. И, несмотря на старательно вырабатываемую привычку вести себя с холодным достоинством, теперь Авадон не мог сдержаться. Вместе с также обрадованным и удивленным братом, они бросились к отцу, чтобы обнять изо всех сил.

***

Ночь была тяжёлой для всех. Ночью Эллериан чуть ли не силой вывели из общей спальни, она не желала оставлять мужа в таком состоянии. Ее закрыли в ее собственных покоях, сказав о том, чтобы она отдыхала и ни о чем не волновалась, но уснуть она так и не смогла. Все время она думала о том, что происходит за стенами ее комнат. Узнав, что к ее мужу уже привели младших детей, Эллериан стремительно направилась в его покои. Она приоткрыла дверь и зашла в покои. — Все хорошо? Ты улыбаешься… -все ещё с волнением в голосе спросила эльфийка. Младшие же встретили её, уже сидя на отце и старшем, поочерёдно гладившем по головам всех. — Похоже, что так, — прижимая детей к себе, ответил Трандуил, однако шепотом. — Я… Чувствую себя намного лучше, чем прежде. Битей довольно обнял его, всё ещё заинтересованно глядя на Эллериан. — Я вижу…-она улыбнулась, осмотрев разгромленные покои. Она подошла к нему и слегка дрожащей рукой провела по его щеке. — Надеюсь, я не ранил тебя?.. — Нет. Меня вовремя увели. — Это утешает, — он заглянул ей в глаза, легко и светло, хотя где-то в глубине его собственного залегла печаль, которая едва ли уйдет до конца. — Подозреваю, никто из вас так и не спал? — Лично я нет…-она зевнула и села рядом. — Тогда, есть смысл это исправить, — он кивнул на кровать, приглашая Эллериан лечь. — А я хочу посмотреть, — тут же запротестовал Авадон. — Ты намного милее, когда радуешься. — Твоему папе нужен отдых… да и всем нам…- она легла на кровать. Трандуил тут же прижал ее к себе, одной рукой, и она невольно отметила, что в объятиях этих куда больше силы, чем в тех, что он дарил ей даже совсем недавно. И ей, без сомнений, нравилось это. Он был бодрее обычного и радостнее. Она прижалась к нему и прикрыла глаза. Битей, видимо, решил повторить то же самое с Авадоном и уже почти заснул. Но Авадон, хоть устроившись уютно, не хотел сдаваться до конца. — А когда мы проснемся… еще точно будет так же? — Может, детей отвести в их комнату? — Эллериан посмотрела на старшего сына. — Пусть они отдохнут…когда мы проснемся, все будет намного лучше. — Нет! — на сей раз вцепившись в отца мертвой хваткой, отозвался Авадон. — Пусть остаются, им так тоже спокойнее… — Трандуил поцеловал ее, а затем и каждого из сыновей. Она повернулась к мужу и посмотрела ему в глаза с неким недовольством, но все же радостно. — Успеется, — тепло проговорил он, жмурясь, точно от попавших на лицо солнечных лучей. — Сейчас мы все будем спать, не помня себя самих… — Наши дети спят с нами, а у нас не такая уж и большая кровать, -она мягко улыбнулась и, вновь прижавшись к мужу, прикрыла глаза. — Я велю сделать ее больше, — с видимым наслаждением отозвался Трандуил. — Хочешь, чтобы все мы жили здесь? — Нужно держаться за момент, пока они еще малы, — хотя, правду сказать, принцы внешне вовсе не казались маленькими, хоть их лица все еще оставались детскими. — Я в их возрасте не отходил от отца… — С тобой я спорить не могу, Листочек… я не видела твоего детства… -уже засыпая, произнесла она. Вдохновенно стиснув их всех, Трандуил тоже затих. Что до Авадона, то, несмотря на все протесты, он провалился в сон удивительно быстро. Все они крепко заснули после тяжёлой ночи, но королева вновь проснулась из-за кошмара через пару часов. Она уже приучила себя не будить окружающих, посыпаясь ночью. Она с минуту переводила дух и вновь прикрыла глаза.

***

Мелетрот заглянула к ним лишь вечером: слишком долог был разговор с лекарем в этот раз. — Ты тоже пришла посмотреть? — так и не отпустившее оживление выплескивалось из глаз Авадона счастливым блеском. — О, конечно! — ещё не совсем понимая, о чём речь, но всё же не в силах не улыбаться, няня подошла к кровати и погладила его по голове. — Папа выздоровел! — тут же радостно пискнул Битей. Эллериан открыла глаза -Битей… -она посмотрела на сына. — Вы пришли, — Трандуил же определенно был рад. Не только явлению Мелетрот, но все же в немалой степени и ему. — Это хорошо, я очень надеялся на эту встречу. — Вы ждали меня?.. Простите… — Ждал, но вовсе не в том смысле, а потому, Вам точно не за что просить прощения. В остальном, мы все едва проснулись. И, прежде, чем я скажу то, что хотел бы, прошу, принесите мне халат. Эллериан тем временем обняла мужа крепче. — Ты останешься здесь. — Не переживай, — опустив ладони поверх ее, улыбнулся он. — Я лишь хочу встать на ноги. Это важно. — Ещё успеешь…если позже согласишься прогуляться со мной в саду. — Не ожидал, что ты будешь сомневаться в моем согласии… — Я и не сомневалась, просто ты из дворца почти не выходишь…-она улыбнулась. — Ещё у меня в планах сходить в купальни…нужно расслабиться немного. Трандуил искоса посмотрел на нее и почти незаметно погрозил ей пальцем, прося отложить подобные разговоры до того момента, когда они останутся вдвоем. Она еле сдержала смех, но улыбнулась шире. — Я ведь не об этом…-мысленно произнесла она. — Пожалуйста, Ваше Величество, — тем временем, совсем тихо Мелетрот вернулась с халатом. — Спасибо, — осторожно выскользнув из объятий жены, Трандуил скоро уже стоял, даже с несколько смущенным и торжественным видом перед няней. Слишком уж он отвык радоваться, и собственная улыбка постепенно начинала его пугать. — В первую очередь, раз теперь я здоров, Вы больше не обязаны быть здесь неотлучно. Уверен, впрочем, что принцы очень будут Вам рады. — Я вижу, ты окончательно пришёл в норму…- Эллериан тоже решила подняться. — Ты не представляешь, как я счастлива. Мелетрот, принесёшь нам обед? — Не сейчас, — серьезно ответил за нее Трандуил. — Эллериан, я прошу тебя, не вмешивайся. — А что я сделала? Ничего…я пойду, позавтракаю…-она вышла из комнат и ушла в обеденный зал. — Я могла бы… Но слишком сложно быстро увериться в том, что Вы в порядке. — Я не гоню Вас, но это тяжкий труд… Самое важное, что мне хотелось сказать: я очень благодарен Вам. Не думаю, что без Ваших забот мы бы пережили эти годы. И, полагаю, меньшее, чем могу отблагодарить: позволить нашим детям найти счастье друг в друге. С минуту она просто стояла и улыбалась, глядя в пол. После чего склонилась, почти встав на колено, и поцеловала ладонь короля. С нескрываемым изумлением Трандуил резко вдохнул. — Встаньте… — наконец сдавленно попросил он. Служанка повиновалась, сказав лишь: — Если я понадоблюсь в дипмиссии, то поеду. До тех пор я с Вами. — Если Вам что-нибудь потребуется, обратитесь ко мне. Мелетрот благодарно кивнула и вновь заняла своё место рядом с королевской постелью. Авадон поднялся на ноги и серьезно сказал: — Мы тоже хотим. Правда, Трандуил не слишком понял смысл его слов и спросил совершенно растерянно: — Разве вы и без того не имеете такой возможности? Но, безусловно, я не полагаю обделить вас… — он тоже опустился, вновь на кровать и притянул к себе младших. — Ваше внимание очень согревало и согревает до сих пор. Авадон, видно, ненадолго позабыл то, что хотел сказать и громко строго фыркнул, смутившись. Битей же, совершенно довольный происходящим, радостно куснул его за ухо. И, видно, это несколько его привело в чувства. — Тоже хотим сказать спасибо! — вспыхнув, воскликнул Авадон и, дойдя до Мелетрот, серьезно взглянул ей в глаза. — А еще я решил. Будь моей женой. Трандуил отвернулся от них, мысленно сочувствуя няне, которой так просто скрыть смех было нельзя. — Разве что через пару сотен лет, — мягко засмеявшись, няня чмокнула его в нос. Леголас же, разбуженный, кажется, лишь этим, прижался к отцу, видно, вспомнив ночные волнения. Трандуил приобнял его за плечи, чтобы утянуть к себе на колени. — Как ты? — Я не должен спать так долго… — Сегодня тебя нельзя в этом винить, — все еще старательно притягивая короля ближе, прошептал он. — Ты спас меня… — Это немного, папа, — поцелуй не заставил себя ждать. — В сравнении с остальными испытаниями, должно быть, действительно немного, — Трандуил улыбнулся, проведя по волосам старшего сына. — Но не каждому это было бы по силам. А ты совладал не только с этим… — Главное, тебе стало лучше! Несколько секунд или дольше, растроганный и удивленный Трандуил не мог ответить. Затем прошептал: — Спасибо, мой маленький… Как я ни боялся себе даже представить, что тебе придется, ты стал прекрасным королем. — У меня был хороший пример! — пискнул Леголас, сжимая его ещё крепче. — Я все ещё помню о твоём желании помочь Гондору… — тихо и слишком довольно выдохнул Трандуил. — Понимаю, что за это время ты, должно быть, давно отправил туда других. Но, если ты желаешь взглянуть на плоды их трудов и увидеться со старыми друзьями… — Сейчас я не в силах оставить тебя, — умилённо выдохнул король. — Тогда, когда твоему сердцу будет угодно, — счастливо заключил его отец.

***

Эллериан тем временем пыталась хоть что-то взять в рот. Ее напугала такая резкая смена в поведении мужа. Она не понимала, почему он так себя повёл. Так и не поев, она одна вышла в сад. Несмотря на прохладную погоду, в саду было так же ярко. — Уж не задумала ли ты заболеть? — мягко раздалось за спиной Эллериан, и прежде, чем она успела ответить, тяжёлая мантия, сохранившая тепло своего хозяина, легла ей на плечи. — Нет, не думала…-она взяла руками края мантии и повернулась к мужу. — А сейчас, видимо, ты решил заболеть. — Нет, во мне достаточно тепла, чтобы теперь не замерзнуть. Давно я не видел тебя такой голодной, — он улыбался, но все же смотрел с некоторым беспокойством. — Голодной? С чего ты взял, что я голодна? — Ты убежала из комнаты, когда поняла, что прямо сейчас завтрак не принесут. — Я ушла завтракать одна… ты слишком бурно отреагировал на мою просьбу — Думаю, ты лишь восприняла это так, — мягко покачал головой он. — Я должен был поблагодарить ее, и новые приказания были весьма некстати в тот момент, — Трандуил взял ее за руки. — Есть много форм зла, любовь моя, и никогда не знаешь, что станет новой. Но точно то, что неблагодарность — одна из них. — Но ведь их ты поблагодарил…-она улыбнулась ему. — Конечно, — он коротко поцеловал ее в нос. — Уже холодный… — точно бы в растерянности сказал он, но затем прибавил чуть веселее — Но, похоже, остался еще кое-кто. — И кто же это? -она взяла его за одну руку и потянута в сад. — Пойдём, прогуляемся. — Это ты, — точно легко плывя за ней, выдохнул Трандуил, совсем близко к ее уху. — Спасибо, что ты вернулась. Спасибо, что несмотря ни на что, осталась. Она обняла его. — Я бы никогда не оставила тебя. — И я рад знать это. — Это очень хорошо…почему ты так привязан к этой служанке? -внезапно спросила она. — Она выхаживала меня, не зная сна и отдыха, как мать… Как я мог не привязаться к ней? Ты знаешь, что моя родная мама умерла еще в первую эпоху… — Это я знаю, но разве нет ещё причин? — Например? — удивленно отозвался он. — Впрочем, одна, пожалуй, найдется. Мелетрот, на самом деле, не служанка. Она одна из наших дипломатов, и нередко отправлялась на самые трудные переговоры. Она умная женщина, и я не раз убеждался, что могу доверять ей. — А как же Майасейан? -она остановилась. — А что она? Ее я почти не знаю. Хотя, ныне она уже не так похожа на крошечную мышку, как десять лет назад. -Трандуил… я многое слышу и знаю… — Я не уверен, что понимаю, как связан с этим… Что ты слышала? — Ничего…не забивай голову…-она улыбнулась. Он поцеловал ее в макушку и прижал к себе. — Время разрешит все вопросы, — мягко промурлыкал Трандуил. — А сейчас, несомненно, у нас есть другие поводы радоваться. — И какие же? Ты здоров и мы все рады этому — Да. А еще, наконец, мы можем быть совсем близко… — Мы всегда были близки… очень… — Ты знаешь, о чем речь, — и, наконец, поцелуй пришелся в губы. Она ответила на его поцелуй. Сейчас он казался необычайно горячим и обжигающим, но самое главное, что сейчас чувствовала Эллериан это то, что самые страшные дни позади. Она крепко обняла Трандуила. И в этих объятиях, он подхватил ее на руки. — Кажется, ты хотела посетить купальни… — едва оторвавшись от поцелуя, вспомнил он. Она, не открывая глаз, кивнула и прижалась к нему. Так, в тепле и близости прошел весь этот день. И должна была пройти вся оставшаяся вечность...