Жить дальше. Любой ценой

Минхо вышел из кабинета, дождался, когда охранник отлепится от стены и пошел вперед, всей кожей ощущая косые, заинтересованные взгляды проходивших мимо врачей и лаборантов. Галли оказался прав, хотя он ему не верил, считая просто психом и параноиком. «Они даже за людей нас не считают. Просто объекты с номерами и возможностями. Сделай так, чтобы повысился класс. А как? Я откуда знаю, как это происходит? Почему нельзя просто сказать мне, что именно нужно сделать? Я могу пробежать Лабиринт, но я не умею менять что-то в своей крови». - Стой, - охранник задержал его, прежде чем открыть дверь. – И как она тебе? Минхо метнул на него короткий взгляд, но ничего не ответил. Хотелось дать по зубам, но это, скорее всего, расценили бы как очередное нарушение правил. - Я бы многое отдал, чтобы оказаться на твоем месте, - тихо-тихо полетело ему в ухо, пока открывался электронный замок. – Она красотка. Решив снова промолчать, Минхо зашел в свою комнату и сел прямо у стены на пол, закрывая глаза. Сегодня, когда его вызвали к Аве, он надеялся, что увидит Ньюта. Очень надеялся. Он же соблюдал все ее правила. Но вместо этого получил гневный выговор за то, что отталкивал Джоанну, и подробное изложение, зачем именно их заперли в одной комнате. Его чуть не вывернуло от сухого научного текста, смысл которого сводился к тому, что от них требуют взаимной любви, счастливой семьи и пары детей. - Вы охуели? – Минхо смотрит на Аву и не знает, как точнее донести до нее смысл своего вопроса. Другими словами это просто невозможно сказать, потому что никакое «что, извините?» или «я Вас плохо услышал» не передает суть и состояние самого Минхо. Ава качает головой и слегка морщится – она не любит такие слова. Ну, а какими еще с ней разговаривать? - Я сказала, что именно мне нужно. Сказала ясно. Надеюсь, этого достаточно. - При всем… уважении, - он спотыкается об это слово, но все же выцеживает его. – Я не могу начать любить ее по щелчку пальцев. - Смоги, - Ава возвращается к бумагам на столе. – Это необходимо для нашего проекта. Минхо молчит минуту, пытаясь не обложить ее теми словами, которые точно не примут за хорошее поведение, но которые в полной мере донесут до этой ученой дамы, что именно он думает о ее требовании. Но ему не нужно ее сейчас злить. Нужно хотя бы попробовать… - Я могу поговорить с Ньютом? - Ты можешь делать только то, что я сказала! – Ава неожиданно срывается на короткий высокий крик, ударив ладонью по столу, словно у нее сдают нервы. – Ты меня понял?! Он смотрит на нее и молчит. А она смотрит на него. - Ты меня услышал? – звучит уже гораздо спокойнее. - Я не прошу ничего сверхъестественного… Минхо опять молчит. Он тоже не просит ничего сверх. Он просто хочет увидеть Ньюта, а потом хоть трава не расти уже. Неужели ей это не понятно? Но унижаться и просить по пять раз об одном и том же он не умеет и не хочет учиться. «Если я соглашусь, интересно, она будет довольна?» Он открыл глаза, посмотрев на сжавшуюся в кресле Джоанну, которую тоже привели после разговора с Авой. - Че ревешь? Она не обернулась, торопливо вытирая лицо и делая вид, что рассматривает что-то за окном. В этой красивой комнате им даже деться друг от друга было некуда, как в клетке. Минхо дернул уголком губ и вздохнул. Он совершенно не умел успокаивать девчачьи истерики. Видел пару раз в Тихой Гавани, как девчонки одна другой в плечико рыдали, но его это загоняло в такой ступор, что он предпочитал тихо уйти. Вообще непонятно, как с этим быть. Что у них в башке происходит? - Че делать-то будем? – спросил он после нескольких минут бессмысленного ожидания. Джоанна всхлипнула, вытерев нос рукавом, и повернулась, уставившись на Минхо огромными зареванными глазами. Она покачала головой и снова разрыдалась, уткнувшись лицом в ладони. «И че мне делать? Бля, ну почему так сложно-то все?!» Он вскочил и метнулся от одной стены к другой. Всего шесть шагов, даже разбег не взять. Уперся в нее руками и развернулся обратно. Когда с головой накрывает отчаяние, страх, боль или бессилие, когда ты ничего не можешь сделать, самое простое и естественное желание – бежать. Особенно, если так ты поступал всю свою жизнь. Движение всегда спасало его, помогая справляться с любыми проблемами. Просто беги. Беги, когда больно, когда страшно, когда нечем дышать, когда уже сходишь с ума. Просто беги. Не стой. А здесь бежать было некуда. Шесть шагов, поворот, еще шесть шагов, удар в стену, поворот… Минхо метался туда-сюда по комнате, бессмысленно пытаясь побежать и не слушать истерику Джоанны. Набрать скорость, вырваться из тесной, хоть и красивой конуры и успокоиться. Обрести привычное равновесии в стремительном разгоне и движении. И каждый раз упираясь в стену, он понимал, что попал в западню. - Хватит! – внезапно закричала Джоанна, зажав уши ладонями, и зажмурила глаза. – Хватит! Ты сводишь меня с ума! Ее слова остались без внимания. Продолжая метаться по комнате, Минхо бился в стены, совершенно непонятно для нее почему, закрыв глаза. - Успокойся… - Джоанна заплакала еще сильнее, сжимаясь в комок. – Ты же все разрушил и так уже… Вместо ответа он пнул стену ногой, потом еще раз и еще, и снова в два рывка оказался у противоположной, подпрыгнул, зацепившись за выступ на потолке, и подтянулся, словно пытаясь выбраться. Пальцы соскользнули, Минхо свалился на пол, вскочил и опять прыгнул вверх. Джоанна не понимала его сейчас, но это стало не важным. В Лабиринте, если двигаться все время по изученному маршруту, можно было просто закрыть глаза и отдыхать, давая телу самому решать задачи. Так он впервые прошел секцию 4 полностью. Не останавливаясь и ничего не ища. Просто бежал. И измотался до того, что потом спал всю ночь без единого сна, а без единой мысли в башке.

***

Томаса вырвал из зыбкого сна истошный писк включившегося монитора. В его комнате был установлен компьютер для оперативной связи с лабораторией на случай срочных сообщений. Еще толком не открыв глаза, Томас ударил по клавишам, услышал, как вскинулась задремавшая в кресле Бренда, и впился взглядом в монитор. - Пульс объектов внезапно участился, - сообщил ему лаборант, очевидно, сегодня занимавшийся наблюдениями за приборами. – Мы вызвали охрану… - Что случилось? – Томас уже натягивал на себя рубашку. – Что с Минхо? - Канцлер Пейдж распорядилась не вмешиваться, пока нет критических изменений, но сказала предупредить Вас. В блок направлен врач, чтобы взять у объектов кровь на анализ, если будут перемены, мы немедленно Вас проинформируем. Экран погас. Томас вскочил и бросился к двери. «Что с ним могло случиться? Может, кошмар приснился? Или они все же к-хм, нашли общий язык?» Он остановился, поняв, что от того, что он примчится в лабораторию и сунется в мониторы, ничего в сути своей не изменится, он бессилен сейчас вмешаться, а если сделает это, то может еще и навредить, потому что в другой раз ему никто ничего не доложит. - Томас? – Бренда подошла со спины. – Что случилось? - Пока не знаю, - он уперся руками в дверь, уронив голову. – Надеюсь, это просто всплеск адреналина. Но почему? Бренда пожала плечами, оттащив его от двери. - Давно он взаперти сидит? Винс говорил, что им постоянно двигаться нужно, чтобы стресс сбрасывать. Может, в этом дело? «Винс. Опять Винс, - Томас закрыл глаза, с силой проведя рукой по волосам. – Такое впечатление, что он понимает больше, чем весь научный сектор ПОРОКа. Откуда?»

***

Лежа на боку, Минхо тупо смотрел в стену перед собой. Когда ворвался охранник, он даже не обратил на него внимания. Да хоть Боженька с неба! Он ничего не нарушал, никого не трогал и ни с кем не спорил. Он просто хотел бежать. А тут было некуда. И негде. И это сводило его с ума. - Стоять! Стоять, я сказал! Охранник сшибает Минхо на пол, придавливая сверху, и дергает с пояса наручники. -Угомонись! Минхо отбрасывает его ногой и вскакивает. - Отвали, - тяжело дыша, рявкает он. – Я ничего не сделал… - Успокойся, я сказал, - охранник смотрит зло и внимательно, потом бросает быстрый взгляд на Джоанну. – Что ты ей наговорил? Минхо колотит от адреналина в крови, ему просто жизненно важно сейчас продолжить свой маршрут, потому что внутри отстрелила какая-то сжавшаяся до предела пружина. Потому что где-то тут есть Ньют, которого нельзя увидеть, потому что он смертельно устал от неспешности этого места, потому что ему страшно от мыслей о лаборатории и противно от присутствия Джо. Ему просто надо бежать. - Не надо их успокаивать, - в комнату входит врач с небольшим перекатным столиком. – Просто придержите, мне нужны образцы крови обоих. - Ладно, - охранник как-то странно улыбается и, не вдаваясь в подробности, достает из кобуры электрический шокер. Минхо так и не понял тогда за что. А спустя минуту, пока он дергался в конвульсиях, прижатый к полу, а врач ворчал что-то насчет ушедших вен, все прояснилось и стало понятно. - Ты в порядке? – охранник подходит к Джоанне и присаживается напротив нее на стол, внимательно наблюдая за врачом. – Что он тебе сделал? - Н-ничего, - она мотает головой. – Все нормально, Стивен, я просто не знаю, как мне быть… Не обращая внимания на врача, она продолжает плакать, вытирая глаза рукавом. - Если я не смогу… - Успокойся, - охранник гладит ее по плечу и вздыхает. – Я на смене сегодня. Джоанна кивает. Медленно сев у стены, Минхо уткнулся лбом в колени, приходя в себя. Такими темпами он рехнется раньше, чем что-то сможет сделать. А с другой стороны, если им срочно понадобилась его кровь, то вдруг что-то сдвинулось?