voices

— Шишу! Шишу, я позвал на помощь, скоро они должны прийти!       Услышав этот немного шепелявящий голос, Лань Ванцзи открыл глаза и увидел склоненное над ним лицо Вэй Ина. Тот беспокойно осматривал мужчину, наклоняя голову то вправо, то влево, причем так старательно, что выпятил губу. — Не… Зови меня шишу… — А как? — видимо, ребенок не мог понять всерьез хрипящий голос у раненого. — Можно тогда гэгэ? — Н… Кха-кха!       Когда Ванцзи хотел ответить отказом, он зашелся кашлем, от которого пришлось потревожить больное плечо. Заставив этим нахмуриться А-Ина: тот присел и с серьезным выражением лица обхватил ладонь Лань Чжаня своими детскими руками. Мужчина напрягся: — Что ты делаешь?.. — Мне всегда говорили, что прикосновения помогают. Я хочу тебе помочь, ведь тебе больно.       Это наивность, с которой были произнесены слова, удивила Ванцзи. Его удивлял сам мальчик, который своими серыми глазами, несмотря на внешний вид незнакомого человека, смотрел как на самого дорогого.       Посмотрев на темную макушку, Лань смирился с прикосновением и отвернул голову в сторону: — Меня зовут Лань Ванцзи. — Гэгэ? — Нет. Шишу Ванцзи. — Гэгэ!

***

— Да почему ты постоянно зовешь своего «гэгэ»?! — молодой человек в темных одеждах вскипал, стоя перед сжавшимся в угол мальчиком. Уже несколько минут, как он пытается накормить мальца, но все бестолку! Вэй Ин либо выбивал у него из рук ложку, либо ронял миску с едой, либо норовил слезть с колен, чем и выводил Сюэ Яна из себя. Так еще и звал того детектива! — Я тебя бо-ю-юсь…       Терпение Чэнмэя закончилось: он стал переворачивать всю окружающую его мебель, совершенно забыв про Вэй Ина. Тот сжался в угол, со слезами смотря на мужчину, в глазах которого плескалось безумие вперемешку с отчаянием. — Почему?! Почему ты на него не похож?!

***

— Господин Сюэ? Я глубоко соболезную Вашему горю…       Сюэ Чэнмэй уже столько раз слышал эти слова, что казалось, его скоро стошнит. Организовать похороны мужа и дочери было легко, сложнее было присутствовать на них: все эти лица, соболезнования, касания — все было настолько притворным, пустым и бессмысленным.       «А-Ян, пожалуйста, они мне дороги…»       Эти слова бьют молотом по голове. Сюэ Ян уходит в уборную, которая, к счастью, оказывается пустой, и полоскает лицо прохладной водой: глаза начинают зудеть от слез. Но он успокаивает себя, ведь нужно возвращаться и приветствовать остальных приглашенных. — Дядя Ян? — детский голос выдернул его из мыслей. Резко развернувшись, Чэнмэй видит перед собой пятилетнего ребенка в черном костюмчике. Обращение мальчика заставило нахмуриться мужчину: — Я не твой дядя. — Вы ведь муж моего шишу Синчэня, — замечает Вэй Ин с таким видом, будто рассказывает очевидные вещи. — Значит, Вы мой дядя!       «Значит, это племянник Синчэня», — с этой мыслью Чэнмэй внимательно рассматривает ребенка, замечая схожие черты. Присев перед собеседником, чтобы быть с ним на одном уровне, Сюэ Ян постарался натянуть на лицо приветливую улыбку, чтобы не испугать Вэй Ина: — Ты очень похож на моего мужа… Хотя он мне рассказывал, что с твоей матерью они не кровные родственники.       В ответ мальчик рассмеялся: — И что? Главное, что он меня любил!       Сюэ Ян с тоской посмотрел на улыбку мальчика. А после погладил по голове, медленно вставая. — Ты… очень похож на него… Он мне так же улыбался раньше. — Дядя Ян, если Вам так одиноко, то я могу улыбаться Вам вместо шишу Синчэня!       «Улыбаться вместо Син-Сина?.. Заменить моего мужа?..» Эта мысль не вызвала отвращения, не возникло чувства, что это неправильно. Сюэ Ян лишь довольно улыбнулся, предвкушая такую жизнь. — Вэй Ин! — мужской голос доносился до них из главного зала. — Вэй Ин, ты где?       Мальчик посмотрел в сторону голоса и крикнул: — Я здесь! — поклонившись собеседнику, Вэй Ин попрощался и убежал к дяде Цзяну.

***

— Мы готовы к засаде, начинаем.       Высокий мужчина поправил на себе жилет и, сняв пистолет с предохранителя, крикнул напоследок: — Второй господин Лань, ждите нас здесь! Остальные, за мной!       Пока все окружали дом, к Ванцзи подошел его старший брат и положил руку на плечо: — А-Чжань, можешь расслабиться. Вэй Ина спасут, мы взяли только самых лучших для этой операции. — Мгм.       Между двумя братьями повисло неловкое молчание. Лань Сичэнь потоптался на месте, но в конце концов решил разрушить тишину: — Лань Чжань, прости, что напоминаю об этом, но… Как Сюэ Ян узнал про тебя?       Взгляд Ванцзи стал отстраненным, будто он пребывал в глубоких размышлениях, однако все же ответил: — Это случилось в тот же день. Думаю, что он пошел вслед за Вэй Ином и увидел все произошедшее: убийство Цзысюня, мой арест. — Угу… Теперь картина полностью сформировалась… И что ты планируешь делать дальше? Все-таки у вас разница с Вэй Ином более, чем десять лет. — Это не будет проблемой для нас, — абсолютно серьезный и уверенный ответ. — Я смогу позаботиться о нем. — Лань-гэгэ! — недалеко раздался детский голос. Мужчины обернулись и увидели, как Вэй Ин, в синяках и царапинах, но абсолютно счастливый, силясь вырваться из рук Цзян Фэнмяня, радостно звал младшего из братьев и рвался к нему. — Гэгэ!       Лань Хуань, про которого теперь все забыли, переводил взгляд с брата на мальчика, не скрывая при этом удивления: Лань Чжань хоть и незаметно, но все же улыбался!       Несмотря на сложившуюся ситуацию, Сичэнь был рад, что Ванцзи счастлив, и был полностью уверен, что все закончится хорошо.       Однако раздался выстрел.

***

— Вэй Усянь!       Молодой парень двадцати лет обернулся на громкий крик своего шиди, рефлекторно закрыв руками голову, — мало ли что приспичит Цзян Чэну. И сделал Вэй Ин это не зря: как только Ваньинь встал рядом с шисюном, так сразу же стукнул того по рукам, причитая: — Хватит убегать сразу же после лекций! Можно ведь подождать! — Ха-ха-ха, А-Чэн, ты все такой же вспыльчивый! Неужели юридический факультет тебя ничему не учит? — Заткнись! — Ваньинь покраснел от смущения: из-за своего характера он был известен на своем факультете, что иногда доставляло неприятности. Особенно с преподами. — И вообще, твой профайлинговый, видимо, тоже тебя ничему не научил. Ты все тот же неугомонный, бесячий, выводящий из себя пи… Блин! — Я не блин, а оладушек! — Вэй Ин сделал оскорбленное выражение лица, однако, видя недовольный взгляд шиди, направленный ему за спину, расслабился и сочувствующе улыбнулся, похлопав по плечу: — Опять он? — Угу, — обреченный вздох. Цзян Ваньинь прикрыл глаза и потер переносицу, всем своим видом показывая, как он устал. — Мне дипломную нужно сдать, а этот старик Лань не принимает ее, видите ли, у меня слишком много недочетов! — Ха-ха-ах!..       Закатив глаза, Цзян Чэн решил быстро перевести тему: — Кстати, куда ты так спешишь?       В ответ на этот вопрос Вэй Усянь резко перестал смеяться: его лицо слегка побледнело, взгляд стал печальным, а сам молодой человек ссутулился и нервно спрятал руки в карманы. Ваньинь сразу же пожалел о своих словах. — Сегодня… тот день? Прости, я… — Ничего страшного, А-Чэн, — Усянь улыбнулся и кинулся с объятиями на шиди. — Я уже тринадцать лет жду его. Могу подождать еще…       Цзян Ваньинь сначала замер от неожиданности: не в его характере все эти нежности. Однако он прикрыл глаза и крепко обнял своего брата, так как знал, что поддержка тому нужна как никогда.       А мокрое плечо потерпеть можно.

***

      Тот день запомнился всем.       Арестованный Сюэ Ян смог вырваться из рук полицейских, выхватить пистолет и сделать выстрел. Однако пуля попала не в того.       «Даже в другом мире мы будем вместе!» — крикнул Чэнмэй, когда наводил курок на Вэй Ина.       «Наконец-то я вижу его смерть», — таковы были последние слова Сюэ Яна перед тем, как тот вышиб себе мозги.       За эти годы многое изменилось. Лань Сичэнь, виня себя в том, что отдалился от брата, и считая себя виноватым в случившимся, ушел из детективного отдела и заменил своего дядю в институте. Теперь он преподает юриспруденцию и цепляется по любому поводу к повзрослевшему Цзян Ваньиню.       Как ни странно, но Не Минцзюэ и Цзинь Гуанъяо пропали. Известно только, что оба сильно повздорили друг с другом перед тем, как исчезнуть. Их не видели уже год, поэтому молодые люди считаются официально пропавшими без вести.       Что же касается Цзян Фэнмяня, то у него в семье все прекрасно. Мадам Юй родила дочку, которую назвали Яньли. Глава семейства и два ее старших брата не могут на нее нарадоваться. Правда, иногда те предпочитают оказаться на другом конце Земли, ибо под ее ночные крики учиться или спать невозможно.       Цзян Ваньинь живет счастливой жизнью, которую иногда ему портит Лань Сичэнь. С ним у А-Чэна нескончаемая война.       Сюэ Чэнмэя было решено похоронить рядом с мужем. Нельзя сказать точно, из-за жалости или сочувствия было принято это решение, но поддержали его все.       Вэй Ин же вырос прекрасным юношей. Закончил школу с отличием и решил пойти по пути своего возлюбленного — стать профайлером. Несмотря на то, что прошло много лет, молодой человек до сих пор помнит глаза цвета янтаря, а так же холодные ладони, которые с нежностью гладили его по голове.

***

— Гэгэ, я пришел, — радостно протянул Вэй Усянь, зайдя в палату. Навстречу ему встал Вэнь Нин, личный врач Лань Ванцзи. Тот неловко поздоровался с ним и отошел в сторону, давая Вэй Ину посмотреть на спящего возлюбленного. Молодой человек присел на стул, стоящий возле больничной койки, и, взяв прохладную ладонь в свою, прижал к своей щеке, медленно поглаживая ее пальцами. — Как он сегодня? — Без изменений. — Услышав грустный вздох, Вэнь Нин поспешил добавить: — Помните, что отсутствие плохих новостей — это уже хорошая новость.       Вэй Ин на эти слова натянуто улыбнулся — он столько раз уже слышал их. — Знаю, но… я так по нему соскучился. Я же могу остаться с ним сегодня? — А-а-га, — доктор покраснел и смущенно опустил глаза в пол. — Я попрошу принести сюда дополнительную койку для… — Не нужно, — Вэй Ин его перебил. Убрав руку обратно под одеяло, он посмотрел на Вэнь Цюньлиня. Как ни странно, но врач понял, что тот был очень счастлив. — Сегодня… я пришел в последний раз! — Н-но… Доктор Вэнь Нин был поражен настолько, что не мог вымолвить ни слова: за все последние годы, которые он наблюдал за этими двумя, молодой человек понял, что тот Вэй Усянь очень любит его пациента, поэтому слышать такое было странно. Да и само выражение лица влюбленного человека было противоречивым: тот улыбался сквозь слезы. — Я решил, что нужно идти дальше… жить дальше, даже если гэгэ нет рядом со мной. Я поговорил об этом с Лань Сичэнем, и мы подумали, что Ванцзи хотел бы того же. — Поэтому эта ваша ночь с ним… прощальная? — Мгм. В любом случае… мы слишком разные. Вэнь Нин смотрел на молодого человека некоторое время, обдумывая что-то, а потом шумно выдохнул, опустив плечи: — Что ж… я ничего не могу сделать в данной ситуации, кроме как продолжить наблюдать за Лань Ванцзи. Молодой господин Вэй, не будете ли любезны помочь мне? Получив кивок, Вэнь Нин жестом попросил следовать за ним. Что-то объясняя, он попутно закрывал дверь в палату, поэтому никто из них не смог увидеть, как веки Лань Чжаня трепещут, а сам он, смотря затуманенным взглядом в потолок, беззвучно зовет одного единственного нужного для него человека.