Я все еще здесь

— Что-то случилось? — Локи вальяжно развалился на диване, закинув ноги на столик. Ответа не последовало. — Кейтнис? — повторил трикстер уже с долей беспокойства в голосе. Девушка стояла посреди комнаты, бездумно уставившись в одну точку. Пару минут назад она возникла буквально из ниоткуда и молчала. Бог Лжи заволновался. Грациозно поднявшись со своего места, он в три прыжка оказался рядом с единственным дорогим ему существом. Именно существом. Кейтнис была архангелом, точнее, его истинным сосудом, но из-за долгого пребывания в чужом мире Михаил начал растворяться в личности рыжеволосой. Еще немного, и от его сознания не останется ничего, а силы архистратига перейдут к Кейтнис. Аккуратно взяв девушку за подбородок, Локи заставил ее обратить на себя внимание и посмотреть ему в глаза. — Что случилось? — уже с нажимом произнес он. Вместо ответа Кейт доверчиво уткнулась ему в грудь и тихо всхлипнула. За ее спиной засеребрилась пара белоснежных крыльев — знак наивысшего доверия. Только очень близкий мог видеть их. Огромные полотна были плотно прижаты к спине и мелко трепетали. На каждом крыле было по два разноцветных пера: черное с красным отливом и голубоватое — символ потерь, которые перенес архангел. У каждого из небожителей был свой оттенок крыльев. У Михаила было три брата: Люцифер, Гавриил и Рафаил. Архистратиг настолько сильно любил свою семью, что их смерть оставила неизгладимый след в его душе. В пронзительных глазах цвета сапфира навсегда залегла грусть, которую он пытался скрыть. В память о потерянных любимых несколько перьев окрасились в их цвета. Самое длинное, чернильно черное перо венчало крылья — перо Люцифера, младшего и самого любимого брата. Чуть короче было небесно-голубое перышко — Рафаил. Локи завороженно смотрел на них. Приглядевшись внимательнее, Бог Лжи тихо охнул. После нежно голубого пера теперь появилось еще и золотое. Гавриил. Самый младший из архангелов был мертв. Локи видел, как Кейтнис, будучи запертой в другом мире, невероятно тосковала по брату. Конечно, на самом деле эти чувства испытывал Михаил, а не она, но две личности сплелись настолько крепко, что уже невозможно было их различить. Девушка переживала потерю брата архистратига как свою. Она даже не попрощалась! Не смогла защитить. Трикстер крепко прижал к себе девушку. Бог Лжи скорбел вместе с любимой. — Тише. Тише… — мужчина позволил ей опереться о себя, а сам запустил руки в мелко подрагивающие от испытываемых эмоций крылья. Если он в ближайшее время ничего не предпримет и не успокоит своего архангела, это может плохо кончиться. Белоснежные полотна были действительно огромны и уж точно не подходили для помещения, поэтому начни они биться о стены и беспорядочно хлопать, беды не миновать. Этого допустить было нельзя. Длинные пальцы ласково перебирали нежные перышки. То чуть поглаживая, то едва сжимая, массируя тем самым и мышцы крыла тоже, Локи понемногу удавалось взять ситуацию под контроль. Через некоторое время мелко трепещущие крылья понемногу затихли и снова прижались к спине. Тогда Бог лжи с легкостью подхватил ослабевшую девушку на руки и посадил на диван. Щелчок пальцев, и в его руках появился теплый плед. Осторожно примостившись к Кейтнис, Локи накрыл им их обоих. Девушка тут же обвила гибкий стан мужчины всеми конечностями, а голову устроила у него на груди. Как только руки трикстера сомкнулись за ее спиной, притягивая как можно ближе к себе, Кейтнис прорвало. Она сдалась под напором долго сдерживаемых в себе эмоций, позволяя им вырваться наружу. Девушка рыдала, свернувшись калачиком под боком любимого. Она проклинала буквально всех: начиная Люцифером, по чьей вине Гавриил оказался на Земле, и заканчивая своим отцом, ведь защищая Джека, своего племянника, от него, младший архангел и погиб. Откуда такая уверенность? Все просто. Вот уже неделю Кейтнис мучали кошмары о том, как Чак в порыве злости распыляет Гэйба на атомы. Она видела, что грядет. Таков удел архистратига: знать и не мочь предупредить. Девушка не знала, была ли жертва брата напрасной и жив ли нефилим — сны закончились в тот же миг, когда на крыльях расцвело золотое перо. Скорбь, боль и непомерное чувство вины полностью затопили сознание архангела, отключая от внешнего мира. Снова появились и захлопали в порыве эмоций белоснежные крылья. — Хей… — неуверенно зовет Локи, — Кис-кис, — услышав знакомый и горячо любимый голос, девушка немного затихла, крылья замерли в воздухе. — Слышишь меня? — конечно же слышит, но пелена эмоций не дает возможности ответить. — Все в порядке, — Локи крепче стиснул объятия, утыкаясь девушке в макушку. — Я здесь. Все будет хорошо, — как мантру повторял он, желая, видимо, убедить в этом не только ее, но и самого себя. Трикстер еще что-то неразборчиво шептал ей в волосы, но Кейтнис не слушала. Все, что хотела, она уже услышала: Локи с ней. Значит, они со всем справятся. Рыжеволоска нежно обвила руками шею мужчины и тихо засопела ему в шею. Белоснежные крылья с тремя парами разноцветных перьев веером распустились по кровати, укрывая их обоих от всего мира. Локи пораженно замер. Сейчас в таком положении новое золотое перо было под самым его носом. Трикстер мог хорошенько его рассмотреть и изучить. Черные и голубые перья были исследованы давно — это самые чувствительные точки на крыльях. Если перо Люцифера откликалось на грубые физические воздействия, вроде укусов, и заставляло хозяйку выгибаться под любовником, то перо Рафаила обожало, когда его нежно целовали, а Кейтнис в этот момент мурлыкала как довольная кошка. Локи был намерен узнать, как поведет себя перо Габриэля. Но не сегодня. Сейчас она слишком устала. — Ты абсолютно прав, Локи, сын Лафея, — посреди комнаты появился русоволосый мужчина среднего роста. Точнее, его иллюзия. Уж Бог Лжи был в состоянии отличить проекцию от настоящего живого существа. Заметив реакцию Трикстера, он широко улыбнулся: — Габриэль. — Младший архангел подошел ближе и с нежной грустью посмотрел на спящего в руках Локи брата. Гавриил коснулся лба девушки. — Прости, Михаил, я подвел тебя. Не смог защитить ни Джека, ни Винчестеров, ни Каса. Не плачь, братишка, я не стою твоих слез, — рука мужчины провела по медно-рыжим волосам, — Я очень надеюсь, что хотя бы в этом мире ты будешь счастлив, — он невесомо коснулся каждого из разноцветных перьев, — Люци… Рафи… Теперь вот я… Как же я тоскую по братьям… Надеюсь увидеть их в Пустоте, — последний раз рука проводит по крыльям, зарывается в мягкие перья, — прощай, Михаил, — златоглазый нежно коснулся лба брата губами, — увидимся по ту сторону. — Габриэль сделал шаг назад и посмотрел на Локи. — Береги его, — силуэт мужчины начинает таять. — Рад за вас. Отойдя от шока, Трикстер перевел взгляд на спящую Кейтнис. — Я клянусь тебе, Габриэль, Михаил будет под моей защитой столько, сколько это вообще возможно, а я буду рядом с ним. — Локи показалось, что золотое перо в ответ неярко вспыхнуло.