Две стороны одной монеты

Курапика глянул в телефон и нахмурился, увидев время. Леорио дружески пихнул его в плечо. — На свиданку опаздываешь или ещё что? — Ещё что, — подтвердил Курапика, переступив с ноги на ногу, и закусил губу. — Не думал, что всё так затянется. — Да уж, вечная история, — пожал плечами Леорио. — А чего мы вообще присели на этого парня? По нему и не скажешь, что он хотя бы муху обидит. — Он получил щедрые подарки от целого ряда мировых лидеров. Видимо, его способность представляет серьёзную опасность, хотя тут сложно судить, — Курапика скрестил руки на груди. — Я к тому, что даже Киллуа не в курсе, за какие такие заслуги его озолотили. У Леорио зазвонил телефон. — Кстати об этом, — начал он, пошевелившись. В этот момент из-за угла вывернул тот самый человек, которого они поджидали, а затем в одно мгновение произошло сразу несколько вещей: Леорио сумел его схватить, Курапика рванулся вперёд с намерением не дать ему вырваться, а этот человек вытянул шею вперёд и поцеловал юношу прямо в губы. Внутри у Курапики всё сжалось и он в шоке отпрянул, хватая мужчину за горло, чтобы предотвратить повторение подобной выходки. Тем временем Леорио всё ещё удерживал своего пленника. Мужчина лукаво усмехнулся Курапике и спросил: — У тебя есть секреты? Курута прищурился, крепче сдавливая чужое горло. — Конечно. Но ведь и у тебя тоже. — А что ты думаешь о своём друге? — спросил пленник, кивком указывая на Леорио. — Он мне очень дорог, а ещё у него врачебный талант, — улыбнулся Курапика. — К счастью для тебя, — добавил он и врезал ребром ладони мужчине по шее, вырубая его прежде, чем тот успеет задать ещё больше странных вопросов. — Вы с Киллуа и Гоном уладите остальное? — уточнил он, бросая очередной нервный взгляд на часы. — Разумеется, — отозвался Леорио. — Волнуешься перед свиданкой? — Точно, — согласился Курапика не задумываясь. Он поспешно махнул над плечом друга, бросил торопливое и тихое «до встречи» приближающимся Киллуа с Гоном и ветром умчался. Не хотелось заставлять Куроро ждать. Последний раз они встречались неделю назад, и Курапика не желал терять ни единой отведённой им минуты. Кроме того, он приготовил сюрприз, который Куроро должен оценить.

***

Мальчишка завалился в гостиничный номер, бросая на пол сумку и скидывая обувь. Сидевший на диване мужчина улыбнулся ему и закрыл книгу. — А я всё думал, когда же ты объявишься. Навалилось много дел? — Куроро откинулся на спинку дивана, не сводя с Курапики взгляда. Тот вздохнул. — Не то слово. Мы несколько часов проторчали в засаде, выжидая пользователя какого-нибудь явно опасного Нэн, вот только он даже не воспользовался своей способностью. Он просто поцеловал меня, а потом мы с Леорио сразу уложили его спать и повязали. Висевшие по швам руки мужчины сжались в кулаки. — Он тебя поцеловал? — Да, в губы, — Курапика сморщил нос. — Кошмар. Просто ненавижу целоваться с кем-то, кроме тебя, — тут мальчик нахмурил брови и зажал себе рот ладонью. Он же никогда в жизни не собирался признаваться в этом вслух, так с чего вдруг?.. Он рискнул поднять на мужчину глаза, однако выражение лица у того оказалось замкнутым, задумчивым. — Тебе бы хотелось, чтобы я тебя поцеловал? — спросил Куроро на пониженной интонации. Курапика закатил глаза. — Что за глупый вопрос. Я всегда хочу с тобой целоваться, — рука вновь взметнулась к губам. Это… не к добру. В глазах Куроро промелькнул интерес. — Ну и ну… Похоже что его способность Нэн оказалась иного свойства, чем ты предполагал. Думаю, он из Манипуляторов, — Куроро поднялся с дивана и срезал разделявшее их расстояние. Курапика отшатнулся, распахнув глаза. — Ты сейчас можешь солгать? — Не знаю, — пробубнил мальчик себе в ладонь. Мужчина подался ближе и положил руку ему на бедро. — Ты меня ненавидишь? — Что? — нахмурился Курапика. — Конечно нет, — он обречённо застонал, пряча лицо в ладонях. О нет. Нет-нет-нет. Он не проронит больше ни слова, пока к нему не вернётся способность лгать. Рот на замок. Куроро хмыкнул, поиграв с прядью его волос. — Твой любимый цвет? Курапика помотал головой, смыкая рот в тугую полоску. Голова гудела от усилий, губы дрожали. Куроро погладил его по щеке, потом подхватил за челюсть ладонью. Курапика открыл рот, чтобы сделать рваный вдох, и ответ вырвался сам собой: — Синий. — А у меня красный, — подхватил Куроро с ухмылкой. — И я тебя тоже не ненавижу. Курапика округлил глаза и сдвинул брови на переносице. — Такой шанс я не упущу, — заявил Куроро. — Когда мне ещё выпадет подобная возможность узнать о тебе побольше? А ты взамен спрашивай меня о чём пожелаешь, и я обещаю отвечать правду. — Ненавижу… это, — выдавил Курапика. — А может, сделаем вид, что этого не происходит? — Нет, — пожал плечами Куроро. — Знаешь, я ведь был эгоистичен с тех пор, как мы стали спать. — А я тебе лгал, и ты это прекрасно знал, — вздохнул юноша. — Что если тебе не понравятся ответы? Куроро сомкнул их лбы. — Тебя больше беспокоит, что они мне не понравятся или что понравятся слишком сильно? Мальчик состроил гримасу. — И то, и другое. Может, лучше сексом займёмся, а не разговорами? — И когда это я молчал во время секса? — Когда я тебе кляп воткнул, — мрачно процедил Курапика. Мужчина рассмеялся: — Точно. Считай это игрой. Правда за правду. Рискованно, как по-твоему? — он положил одну руку на поясницу юноше, привлекая ближе к себе. В штанах уже почти затвердело. Курапика издал стон. — Ну ты и чудак, — пожаловался он. Во всяком случае теперь стало понятно, чем так напугал политиканов какой-то слабенький пользователь Нэн. — Ага, но я всё равно тебе нравлюсь? — К сожалению. Куроро рассмеялся и одарил его сначала невинным, а затем более глубоким поцелуем, вылизывая губы, пока мальчишка не приоткрыл рот и не впустил его, обняв руками за шею. Если целоваться, то Куроро физически не сможет задавать ему неудобных вопросов. Однако мужчина очень скоро прервал свою ласку и взял его за руку, увлекая к постели. — У тебя был секс с кем-то, кроме меня? Юноша со вздохом ответил: — Да, с двумя разными людьми. Не спрашивай их имена. Не хватало, чтобы ты портил им жизнь из-за ненужной ревности. Куроро поднял руку в уступающем жесте. — Ладно. А ты спал с кем-нибудь другим с тех пор как мы пришли к нашей маленькой договорённости? Курапика зарделся. — Нет. И не вижу смысла развивать эту тему. Что насчёт тебя? Другие партнёры? И с тех пор как мы-?.. — Несколько, все незапоминающиеся, и все до тебя. Ты совсем не интересовался моей сексуальной подноготной? — Куроро улыбнулся, толкая его на постель. Курапика задрожал, но помотал головой в отрицании. На эту тему он действительно даже не задумывался. — Из твоих троих партнёров с кем тебе понравилось больше? — О боже мой, — Курапика уткнулся ему в плечо. — Невероятно, — но даже в секунды задержки он чувствовал, как правда скребётся внутри и просится на язык. Мальчик тяжело вздохнул. — С тобой. — Превосходно, — Куроро наградил его очередным поцелуем. — Я не стану выпытывать их имена. И чтоб ты знал, ты самый лучший сексуальный партнёр из всех, что у меня были. Курапика и рад бы не испытывать удовольствия от его слов, однако лгать даже самому себе оказалось невозможно. Куроро развёл ему ноги, устраиваясь между них, отчего их бёдра вскользь потёрлись друг о друга. Курапика охнул от такого контакта и прильнул ещё ближе. — Понравились игрушки, которые я тебе купил? — промурлыкал мужчина ему на ухо, покусывая за краешек раковины. Курапика содрогнулся, подавившись вздохом. — Я… да, мне... — он сбился на стон, когда Куроро склонился ниже и куснул его в шею. — Мне очень понравился вибратор и... — мальчишка опять застонал, когда мужчина двинул тазом ему навстречу. — Пробки. — Никогда не думал выйти с ними на люди? — поинтересовался Куроро, рисуя языком дорожку на его шее. — Скажем, до магазина и обратно? — Д-думал, — сознался Курапика с томным стоном. Он попытался сжать бёдра, но этому препятствовал устроившийся между них Куроро. — Я ходил с ними по квартире, пока занимался домашними делами. И–… — он прервался, закусив губу. — И? — подхватил Куроро, запуская руку ему под рубашку и проводя по животу. — И я–… как-то раз… — Курапика замотал головой, но всё равно не смог удержать язык за зубами. — К-как-то раз я несколько минут разговаривал по телефону. Обычный соцопрос, но всё же… Мужчина отстранился; его широкая улыбка была самой самодовольной, какую Курапика только видел у него. Мальчишка закусил губу. Уж лучше бы у Куроро не было такого оружия против него. — Но тебе всё же понравилось. Тебе понравилось говорить по телефону, в то время как в тебе что-то находится. Нечто, что я тебе дал. Курапика отвернулся, но сделал утвердительный кивок, чувствуя приливающий к щекам жар. — Ты думал обо мне, пока был на связи? — Д-да, — пробормотал мальчик, теребя рукава. — Я подумывал позвонить тебе, когда… — Когда ласкал себя, — Куроро избавился от рубашки, а затем склонился над ним и в который раз поцеловал в губы. — Не стал меня дожидаться, значит? — Ты и не просил, — напомнил Курапика. — Мне показалось, ты хотел, чтобы я пользовался ими без ограничений. А потом позволил тебе спросить о них при встрече. Разве ты не думал о таком? О том, как я лежу на кровати, выстанывая твоё имя, пока раскрываю себя одной из твоих игрушек? Куроро поцеловал его в уголок рта. — Неоднократно. Ты правда стонал моё имя? Курапика позволил себе ухмыльнуться. — Неоднократно. Куроро испустил долгий стон. — Надо было попросить тебя звонить. — Уже поздно, — мальчишка приподнял бёдра и взвыл от жаркого разряда удовольствия, прострелившего позвоночник. — Почему на нас до сих пор столько одежды? Мужчина развеселился, но всё же любезно помог ему высвободиться из рубашки, потом встал с целью избавиться от брюк. А когда он протянул руки к штанам мальчишки, тот вспыхнул маковым цветом и отвёл глаза. Но старался молчать, не желая испортить сюрприз. Просто невероятно, что ему удалось не думать об этом обстоятельстве так долго. Сейчас, однако, правда уже рвалась с языка, так что пришлось закусить губу. Куроро стянул с него штаны одновременно с бельём. И томно застонал, когда раздвинул мальчишке ноги. — О, Курапика, в жизни бы не заподозрил в тебе романтика! Ради всего святого, как ты… — он помотал головой и коленом зафиксировал ноги мальчика в поднятом состоянии, открывая вид на выглядывающую маленькую пробку. Его рука на бедре мальчишки сжалась, большой палец выводил круги на коже. — Ты ходил с ней на дело? Курапика сделал утвердительный кивок головой, не в силах посмотреть в глаза. — Да. Хотел тебя удивить. Но работа непредвиденно растянулась, а потом это Нэн… — Тебе было неловко? — осведомился Куроро, сверкнув глазами. — Стыдно? Всё то время, что ты работал со своими друзьями, у тебя внутри находилась пробка, которую ты вставил для меня. — Д-да. Приходилось заставлять себя об этом не думать, иначе я бы не смог закончить работу. Просто кошмар, — он силился выровнять дыхание, но это оказалось непросто под пристальным взором тёмных глаз. — Я сделал ноги ещё до того, как мы довели дело до ума. Куроро частично извлёк пробку, а затем втолкнул обратно. Курапика застонал, запрокидывая голову. — Ты был возбуждён? — Немного, но со временем я привык почти не обращать на это внимания. — Так и знал, — ухмыльнулся сидящий у него между ног Куроро. — Ты такой же испорченный, как я. Вообще-то, я тут подумал… Курапика замотал головой. — Нет-нет-нет, что бы ты ни собирался предложить… Куроро поцеловал его в бедро. — Правда хочешь, чтобы я прекратил? — Д–… — в голову ударила боль, и юноша закусил язык. После закрыл глаза, сдаваясь смертельному унижению. — Нет. Хочу, чтобы ты спрашивал. — Воистину, честность — лучшая политика, — поделился мыслью Куроро и сладко улыбнулся, прикладываясь щекой к мальчишескому колену. — Вот от кого, а от тебя я не желаю этого слышать. Куроро вытянул пробку и опять втолкнул, мимоходом задевая простату. Мальчишка застонал, сгребая в кулаки простыню. — Если я правильно помню, — беззаботно начал Куроро, всё ещё поигрывая пробкой, — у нас заходила речь о некой фантазии, которую ты отказался мне раскрыть. Не хочешь теперь поделиться? Курапика закинул руку на лицо, но всё же кивнул в беспомощности. — Х-хочу, — он сделал дрожащий вдох. — Я думаю… ты помнишь тот раз, когда мне позвонил Леорио? Ты тогда ещё настаивал, чтобы я ответил, — он ощутил, как мужчина кивнул, но посмотреть так и не решился. — Ты всё ещё был во мне и–… и сказал, что подождёшь, и что я должен взять трубку, — голос мальчишки сорвался практически на петушиную ноту от особенно коварного проворота пробки. — Ты сказал, что прервёшься, если я отвечу на звонок. Ты бы правда так сделал? — Мм, возможно, — протянул Куроро ему в кожу. — Не люблю, когда он тебе названивает, пока ты со мной. Сразу портится настроение. Во всяком случае до того момента, как ты подчинишься мне в чём-нибудь. — Ну так вот, я–… в моей фантазии ты не останавливаешься. Ты продолжаешь меня трахать, пока я пытаюсь разговаривать по телефону, так что мне–… мне приходится сохранять ровный голос, — жалобно провыл Курапика. — Почему ты сейчас меня не трахаешь? Я хочу тебя. Куроро припал поцелуем к его колену, вынимая пробку. — Извини, я немного выпал из реальности. Курапика услышал, как тот разорвал упаковку — скорее всего, со смазкой — и нанёс на себя. В подушку возле головы упёрлась рука, и Куроро начал входить. Растяжение было почти сверхмерным, проникновение смягчалось только за счёт смазки. Курапика замычал: — П-притормози на секунду. — Конечно, мой восхитительный, но ты лучше рассказывай дальше о своей фантазии. Как долго я держу тебя на телефоне? — Куроро пробежался ладонями по его бокам, по груди. — Пока–… пока я не кончу себе–… себе же в руку. — Куроро отвёл его ладони от лица и жадно поцеловал. Курапика застонал ему в губы и закинул руки на спину, притягивая ближе к себе. Запустил пальцы в тёмные волосы, на мгновение отстраняя от себя, и потребовал: — Двигайся. Куроро засмеялся в поцелуй. — Есть, сэр. — Блять, — зарычал Курапика, когда тот резко ворвался внутрь. — Обожаю тебя чувствовать, — он обхватил ногами мужчину за талию. — Вот бы заниматься этим постоянно, а не раз в пару недель. Ненавижу, что мы оба вечно мотаемся по свету. Куроро поцеловал его снова, ласково погладив от виска до уха. — Люблю, когда ты такой разговорчивый во время секса. И всегда такой открытый, особенно сейчас. Курапика подавился воздухом от особенно глубокого толчка, выгибаясь в спине до тех пор, пока не мазнул оставленным без внимания членом по чужому животу. — Ты в последнее время был таким милым и–… и внимательным… это так странно, но кажется, мне нравится. — Хорошо, — произнёс Куроро, и их губы едва заметно задели друг друга. — Мне нравится быть милым с тобой почти так же сильно, как раздразнивать. — Не знаю, как мне быть, если ты, — мальчишка прервался на очередной стон, — перестанешь дразниться. Пожалуйста, не надо. Куроро на это хмыкнул: — А я-то думал, ты ненавидишь, когда я дразнюсь. Курапика отрицательно помотал головой и втянул Куроро в новый поцелуй, постанывая ему в рот. — Я люблю это. Люблю те–… Куроро не дал ему договорить, стремительно накрыв его рот своим и небольно ущипнув зубами за губу. — Осади, моя прелесть, ты не хочешь говорить мне об этом вот так. — А если иначе я сказать не смогу? — спросил Курапика, загнанно дыша. Куроро покачал головой. — Одно дело вытягивать из тебя тайные фантазии. Но те самые слова я хочу услышать только при условии, что ты будешь полностью владеть собой. И если никогда не сможешь, значит так тому и быть, — очередной поцелуй, абсолютно нежный и смущающий жест. — К тому же, я и так об этом знаю. Ты перестал меня ненавидеть уже давно. Курапика расслабился, вздыхая, когда Куроро продолжил. Мгновение спустя мужчина издал смешок, покрывая поцелуями линию его челюсти и ставя случайные укусы. — Что скажешь, если я поделюсь моей тайной фантазией? — спросил он низким, обольстительным тоном. — Кажется, раньше ты был против. А сейчас хочешь послушать? Курапика утвердительно кивнул, крепче сжимая объятия на особенно глубоком толчке. — Да... расскажи. — Я только что совершил ограбление, — начал Куроро вполголоса, — скажем… аукционного зала. Помнишь его? Бархатные сиденья, широкая сцена… — Помню. — Мы только что украли всё. Мои Пауки уже ушли, остались только мы с тобой, — Куроро поцеловал его в подбородок. — И они точно знают, почему я велел им идти вперёд, — Курапика зашёлся дрожью, сильнее сжимаясь на его члене. — Ты сетуешь на то, что это излишество, что мне не нужно всего того, что я наворовал, и тогда я начинаю… украшать тебя. Курапика дышал буквально через силу. Он не должен был возбуждаться от напоминания о том, что Куроро преступник. Он не должен был как само собой разумеющееся принимать этот факт. — Чем украшать? Губы Куроро возле его щеки изогнулись в ухмылке. — Золотой цепочкой, такой массивной, с инкрустацией драгоценными камнями, — он погладил мальчика ладонью вдоль ключиц. — У тебя по золотому браслету над каждым локтем и столько браслетов на запястьях, сколько только можешь выдержать, — он выпрямился, чтобы огладить руки мальчика от плеч до кистей. — А те браслеты, которые не поместились на запястьях, я надеваю тебе на лодыжки. — А кольца? — спросил юноша, затаив дыхание. — Всего одно, — Куроро поднял его левую руку, провёл губами по пальцам. — Для тебя — лишь самое красивое среди всех, — когда Курапика жалобно заскулил, Куроро улыбнулся, подался назад и сделал новый мощный толчок. — А потом я снимаю с тебя одежду — прямо там, на сцене. Курапика подмахнул ему бёдрами. — Я–… я бы тебе позволил. Куроро отозвался тягучим стоном. — Чёрт. Я нагибаю тебя над подиумом и начинаю трахать до тех пор, пока ты не станешь умолять, чтобы я тебя потрогал. Ты сходишь с ума оттого, что я всё ещё полностью одет, тогда как на тебе есть лишь драгоценности, которые я только что украл. — Пожалуйста, — задыхался Курапика, сам не представляя, о чём просит. Куроро поцеловал его, вылизывая языком рот, но почти сразу отстранился. Курапика заныл и попытался преследовать его губы, однако Куроро вынудил его лечь обратно, поместив руку на грудь, прямо над сердцем. Потёр кожу в этом месте, выводя узор, который Курапика не сумел сразу определить. — И пока я имею тебя, я напоминаю, что власти могут нагрянуть с минуты на минуту, могут застукать нас, пока ты облачён во всё краденое. А ты говоришь, что тебе всё равно, что ты хочешь, чтобы я продолжал, что хочешь кончить. — Не останавливайся, — прохныкал Курапика. Куроро подарил ему ещё один поцелуй и немного ускорился. — Ты выглядишь невероятно, блистательно. Каждое твоё движение сопровождается сиянием и блеском золота, но когда ты поворачиваешься, прося о поцелуе, твои глаза алые, краше всех драгоценных камней в мире, — Куроро обнял его щёку ладонью. Когда веки Курапики с трепетом ресниц разомкнулись, он застонал. — Лучше всяких рубинов, — выдохнул Куроро, проводя большим пальцем под глазом юноши. — А мы попадаемся? — спросил Курапика, зарумянившись и подмахивая тазом навстречу его движениям. — Власти приезжают и застают нас в процессе? Куроро зарычал. — Иногда, — сбивчиво дыша, ответил он. — Иногда ты кончаешь в тот момент, когда они врываются, и тогда я… я при помощи одного из своих Нэн уничтожаю их всех. Курапика не должен находить такой образ привлекательным. С ним что-то не так. — Никому не позволено, — прерывисто выдохнул он, — видеть меня таким. Куроро поцеловал его, жёстко и отчаянно. Фрикции становились более беспорядочными, и у мальчишки голова шла кругом. — Верно, — подтвердил Куроро в перерывах между поцелуями. — Никому. Кроме меня. Знаешь, почему? Курапика согласно промычал. — Я твой. Мужчина прижался лбом к его плечу, и с утробным рычанием дотянулся до его члена, хватая и принимаясь ласкать в такт своим движениям. Курапика поднял ему голову и снова вовлёк в поцелуй, покусывая за нижнюю губу. — А ты мой. Куроро издал отчаянный звук и, кончая, осел на него без сил. Ощущение его горячего семени внутри вкупе с безостановочными ласками на члене позволили Курапике очень скоро последовать за ним, кончая с криком. Куроро замедлил движения ласкающей руки до полной остановки и подарил ему ленивый поцелуй. Мальчик медленно восстанавливал дыхание, склоняя голову набок и посасывая чужой язык. Ему ещё не доводилось видеть Куроро настолько поглощённым ситуацией. Он гладил его по спине и мурлыкал себе под нос. Они довольно долго пролежали в неизменном положении, но в какой-то момент Курапика упёрся руками в чужие плечи. — Слезай, — невнятно пробормотал он. — Ты тяжёлый, а я весь липкий. Мужчина отреагировал на это негромким протестующим звуком, пытаясь прижаться ещё теснее. — На тебе так удобно, — пожаловался он. — Я в душ хочу, — Курапика опять пихнул его в плечо. — Сдвинься. Хотя бы выйди из меня. Куроро с недовольным лицом всё же приподнялся. — Обломщик, — он двинул тазом, высвобождая член. И тут его голову ясно посетила какая-то идея, потому что глаза сверкнули неприкрытым озорством. Тут Курапика догадался, что тот задумал, и с безнадёжностью простонал: — Господи, какой же ты извращенец. Куроро улыбнулся, медленно и хитро. — Может быть, но ведь мы в этом похожи, — он встретился с Курапикой взглядом и вставил в него пробку. Юноша поёжился, но как только она встала на место, тут же и расслабился. Затем Куроро перелез через него и притянул в объятия, пока они не легли ложечкой. Курапика возражать не собирался и только вслепую нашарил кисть его руки. — Ты меня ненавидишь, Курапика? — шепнул мужчина, ткнувшись губами ему в кожу. — О, ещё как, — солгал мальчишка. — Я ненавижу тебя сильнее, чем кого-либо за всю жизнь. Куроро засмеялся. — Лжец. — Я настолько тебя ненавижу, что, наверное, попытаю удачу, — дыхание, овевавшее Курапике шею, замерло. Юноша улыбнулся. — Я люблю тебя. Член Куроро дёрнулся у его поясницы. А потом он перевернул Курапику и поцеловал так крепко, что не вздохнуть. Когда они разделились, Курапика жадно глотнул воздуха и прильнул ближе в его объятия. — Тебя это очень трогает, да? — спросил мальчик. Куроро прижал руку к его груди, в том месте, где сердце. — Ты себе даже не представляешь. Мальчик улыбнулся и потянулся за ещё одним поцелуем. И ещё одним. Даже если завтра утром вся сказка развеется, прямо сейчас Курапика был всецело доволен. Даже, пожалуй, счастлив. И если судить по тому, как Куроро его целовал, — это чувство было взаимным.

***

Телефон затрезвонил чересчур громко и в слишком ранний час. Курапика перевернулся на другой бок и уткнулся лицом в чужую грудь. Куроро запустил руку ему в волосы и поцеловал в макушку. — Это у тебя звонит. Курапика мотнул головой. — У меня нет телефона. Куроро хмыкнул, не переставая ласкать его по голове и легонько проводить по шее. Курапика вздохнул. Если бы мобильник только заткнулся, он бы смог повторно заснуть. — Алло? — ответил на звонок Куроро. — Курапика сейчас не в состоянии подойти к телефону. Я могу ему что-нибудь передать? Курапика вздрогнул, когда трубка разразилась потоком нечленораздельных воплей. Куроро хмыкнул себе под нос, и крики из динамика сделались чуть тише. Курапика догадался, что тот отвёл телефон подальше. И тут мальчик нахмурил брови. Секундочку. — Ох, чёрт, Куроро, зачем ты–… Дай сюда, — он выхватил свой телефон из чужой руки. Тем временем Леорио на другом конце провода продолжал надрывать глотку. — Леорио–… Леорио, со мной всё в порядке. Хватит вопить. Куроро до сих пор посмеивался, вжавшись лицом ему в бок. Курапика хотел было отпихнуть, но в конце концов просто оставил пальцы у него волосах и только наградил сердитой гримасой. — Что я делаю рядом с тобой? Куроро послал ему усмешку. Леорио в трубке по-прежнему заливался невразумительными воплями. — Это сам решай, хотя уже поздно, — он запустил руку под одеяло, пробегая ею вверх по бедру мальчишки. Курапика сильнее сжал его волосы и в качестве предупреждения потянул. — Ты мой. И такое сокровище я ни за что не отдам. Курапика завершил звонок и не глядя отбросил телефон куда-то в сторону. — И мне это кажется романтичным. Какой ужас, — сокрушался он. Куроро перекатился на спину, и Курапика оседлал его бёдра. — Ты совершенно меня испортил. Придётся тебе взять ответственность. — С искренним удовольствием. Курапика наклонился к нему за поцелуем. Когда мобильный телефон зазвонил по-новой, Куроро приподнял брови, проявляя самоуверенность и заинтересованность одновременно. Курапика отвесил ему шлепок. — Нет. Мы не станем этого повторять. — Мм, как жаль, — Куроро вздохнул и несильно потянул его за прядь волос. — А вдруг нам повезёт, и в следующий раз зазвонит мой телефон. Курапика задрожал, делая вид будто не воображал себе этого прежде. — Ненавижу тебя. Куроро с ухмылкой обнял его ладонью за щёку. — Я тоже тебя люблю.