"Добрый вечер, мисс Доктор!"

Элизабет подходила к небольшому зданию в Сити, половина которого занимали частные конторки и офисы. Поднявшись на второй этаж, она попала в приемную с секретаршей, которая одаривала всех пришедших сиянием неестественно белых зубов. ― Она уже там? ― спросила вошедшая, кивая на стеклянную закрытую дверь кабинета. ― Да. Вас ждут, мисс Брукс. ― Тогда, чай! На двоих, Молли. Пожалуйста... Молодая женщина поправила костюм, подходя к стеклянной двери с табличкой: "Элизабет Брукс – Психоаналитик". С ее лица исчезла озабоченность и напряжение спешащего человека. Появилась улыбка, и ее глаза светились добротой и пониманием. Эта привычка ― меняться перед встречей с клиентом, уже стала ее второй натурой. В кабинете, сидя спиной к двери, ее ожидала клиентка. ― Добрый день! ― радостно приветствовала ее Элизабет, закрывая за собой дверь. Клиентка повернулась к говорящей. Немолодая, но все еще привлекательная дама, в черных очках, которые закрывали половину ее лица. Волосы собраны в небрежный пучок, одежда хоть и дорогая, но слегка помятая. Кажется, она собиралась в спешке. ― Как ваши дела? Что случилось? ― спросила Элизабет участливо, одновременно усаживаясь за свой рабочий стол, и доставая планшет, и блокнот из сумки. ― Они вернулись! ― сидящая в кресле, с тоской выдохнула и сняла очки. Темные круги под глазами от бессонной ночи, отчаянье в глазах. В кабинете психоаналитика сидела британская актриса Лотта Рейпланг, достигшая пика популярности в 70-е годы, и затем забытая. Ей периодически предлагали роли в маленьких сериалах, и эпизодические ― в фильмах среднего формата. Она, не смущаясь своей звездной истории, бралась за все, потому что работа для нее была "больше чем гребанная жизнь". А когда работы не было ― нервные срывы, алкоголь и ночные кошмары, которые напрочь лишали ее сна. Однажды она не спала двенадцать суток. У нее начался бред и истощение. Добрые соседи, заметив странное поведение жительницы их дома, немедленно вызвали скорую и ее госпитализировали, насильно усыпив. ― Кто "они"? ― Мои кошмары. Элиз, я опять вижу людей вокруг своего дома, и все они хотят меня съесть! Нет... Наказать! Но за что, я не знаю! ― женщина заломила руки, расширив глаза от ужаса и всем своим видом давая понять, как она напугана. Называть себя "Элиз", Элизабет разрешала только самым "дорогим" и постоянным клиентам. Больше такой фамильярности она никому не позволяла. Не иначе, как "Доктор Брукс". ― Сколько вы уже не спали, дорогая? ― спросила мягко Элизабет, чуть наклонившись в сторону клиентки. ― Я? Я не знаю... Я не помню... ― ответила та неуверенно, не поднимая взгляда на собеседницу. ― Если на чистоту: Вы боитесь, что опять попадете в клинику? Пауза. Актриса наконец-то перестала "ломать" свои руки, и обреченно опустила их на колени. ― Да, ― призналась она. ― Тогда первое, что сейчас нужно сделать, это перестать бояться того, что еще не случилось. И если правильно подойди к делу, то, и не случиться. Я знаю, как вам помочь, но вы должны быть к этому готовы. ― Я готова!