Ангел всея Варии

— Тсу-кун, Ичи-кун, пора вставать! — миловидная женщина приоткрывает дверь в просторную детскую комнатушку, бодро проходя внутрь. На двух, расположеных в нескольких метрах друг от друга кроватях, закутавшись чуть ли не с головой в одеяла, сладко сопят двое пятилетних детей — Тсунаёши и Ичиро*. Сонно потянувшись, ребята смотрят на мать, синхронно переводя взгляд друг на друга, уже через секунду с пыхтением и неохотой выпутываясь из пленящих одеял. Старший из близнецов — Ичиро, недовольно бурчит что-то себе под нос, подскакивая с кровати и, под взгляд улыбающийся Наны, скрывается в коридоре, когда Тсуна, в свою очередь, запинается об упавшее на пол одеяло братца, но поднимается и, стойко сдерживая слёзы, убегает вслед за братом. Савада Ичиро — характером, да и внешне, — больше походил на отца, нежели на мать: кареглазый блондинчик был самым настоящим заводилой и душой компании, легко находя общий язык с такими же карапузами, как и он. А вот младший же, наоборот, многое перенял от Наны. Сам мальчик был тихим, спокойным и заботливым, но, как и многие дети его возраста, жутко любознательным: маленький шатен больше предпочитал узнавать что-то новое и проводить время со взрослыми, чем общаться со сверстниками, от чего все соседи, поголовно, были лично знакомы с улыбчивым мальчишкой-одуванчиком. Со стороны лестницы послышались торопливые детские шажочки, и на кухню к Саваде-старшей завалилось два маленьких чуда. — Так не честно! Ка-сан, опять ты так рано нас будишь! — донельзя возмущённый Ичиро обиженно дулся, жуя натто*. — Ичи-кун, вам действительно надо было встать сегодня пораньше. — даже до этого сонно уплетающий тамагояки* Тсуна навострил уши, заинтересованно склоняя голову на бок и сверкая своими карамельными глазами, — Сегодня мы с вами пойдём в Кокуе-Лэнд! — Правда!? — окрылённный услышанным, блондинчик подскакивает с места. — Здорово! — Тсунаёши предвкушающе улыбается. В этот парк развлечений Нана обещала сводить своих детей уже месяца, эдак, два. — Так что доедайте, и бегом собираться. Нам же ещё добраться до туда надо. — женщина задорно подмигивает, наблюдая, как ребята воодушевлённо орудуют палочками.

***

Кокуе-Лэнд показался детям бескрайним и до жути интересным. Перед разбегающимися то туда, то сюда глазами мелькает куча людей, ларьков и аттракционов; в воздухе витает манящий запах еды, а где-то неподалёку слышится лёгкая музыка. Вокруг царит слишком не типичная для ребят атмосфера — она не такая, как на их тихих улочках. Здесь более шумно, ярко и многолюдно. Тсуна даже не замечает, как, любуясь чуть-ли не всем подряд, — начиная от различных аттракционов и заканчивая прохожими, — отпускает руку матери. Что что-то не так, доходит только спустя несколько минут, когда он в панике оглядывается, но так и не находит среди снующей толпы знакомых лиц. Растерянно хлопает глазами, по щекам начинают течь слёзы, но мальчишка изо всех сил старается успокоиться, шоркая глаза и растирая слёзы по лицу. Идёт вперёд, пристально вглядываясь в лица прохожих, пока собственные ноги не выводят его за пределы парка, на совершенно незнакомую улицу. В заплаканные глаза бросаются серые тона угрюмо возвышающихся над ним старых коттеджей и мусорные баки, из-за которых выходит тройка собак. Шатен никогда не страдал Кинофобией*, в отличие от Ичиро, паникующего даже от вида соседской псинки, но сложившаяся сейчас ситуация кажется довольно пугающей. В один миг прекращается даже нескончаемо бегущий по щекам поток слёз, а сердце вновь начинает часто-часто биться о грудную клетку. Тсуна медленно пятится назад, но "тактическое отступление" с треском проваливается, когда малыш слышит грозное рычание и явно недружелюбное клацанье массивной челюстью одной из собак. Коленки предательски начинают трястись и Тсунаёши, более ни о чём не раздумывая, срывается на бег.

***

Луссурии нравились выезды на задания в другие страны: можно было отдохнуть от надоевших улочек Италии, насладиться новыми видами и чужой культурой, изведать незнакомые ему места. Всё же, будучи шестнадцатилетним подростком, молодой организм прямо-таки требовал каких-либо приключений, адреналина в крови и экспериментов. Задание, на которое его отправил Босс, оказалось проще некуда, и сейчас парень проходил по, вроде как, заброшенному кварталу, расположенному совсем недалеко от некоего Кокуе-Лэнда. Он и подозревать не мог, что, услышав за углом лай и последовав чисто детскому, — иначе это и не назвать, — порыву взглянуть на беспризорных псов и шугнуть их, увидит зажавшегося в угол ребёнка, к которому как раз и будут приближаться несколько собачонок, крупнее самого мальчонки раза в два. Сам малыш испуганно жался к холодной стене, прикрывая голову и лицо испачканными в пыли руками. Одежда в некоторых местах была испачкана, а светлые, не скрываемые шортами коленки слегка разодраны от, видимо, совсем недавнего падения. Лусс просто не смог пройти мимо. Да и что ему — Хранителю Солнца Варии, — может сделать какая-то свора собак? Тем более он и так планировал пошугать их, не так ли?.. — Они же тебя не тронули? Всё в порядке? Почему ты тут, да ещё и один?! — вариец чуть ли не подлетел к жмурящемуся шатену, когда скулящая "стайка" удалилась прочь. Тсунаёши заторможенно опустил руки, подняв гудящую от боли голову и, размыто из-за пелены слёз, но всё же разглядел стоящего перед ним незнакомца в солнцезащитных очках и с коротким ёжиком светлых волос, среди которых выделялась лишь одна не особо большая, но более длинная, нежели остальные волосы, прядка. — Голова.. Болит, немного. — тихо признаётся, всхлипывая. Перед глазами всё плывёт. Парень аккуратно осматривает его голову на наличие внешних повреждений, ощупывая, а после, легонько приложив руку к затылку ребёнка, незаметно для того использует своё пламя, зажигая на ладони маленький жёлтый огонёк. Сил на подобные "трюки" уходит пока что довольно много, но Хранителю Солнца сейчас это кажется совершенно незначительной мелочью. — А теперь.. — делает небольшую паузу, вытирая выступивший на лбу пот, — Что ты делаешь один в этом месте? Что с тобой случилось? — ласково спрашивает у начавшего успокаиваться ребёнка. — Я... Кажется, п-потерялся. — информирует дрожащим и неуверенным голоском. — Как зовут твоих родителей? Где ты видел их в последний раз? — всё так же спокойно интересуется, а Тсунаёши, пару секунд хмуро вглядываясь куда-то в пустоту, широко распахивает глаза. — Н-не помню. — в горле встаёт ком. Он пытается вспомнить, но в голове совершенно пусто. — Ничего не помню. — Совершенно ничего? — Луссурия прикусывает губу. В ответ мальчик машет головой в разные стороны, но после останавливается. — Меня зовут Тсунаёши.. — хмурит брови, — Мне пять лет. — и последующая тишина даёт ясно понять, что на этом всё. — А меня зовут Луссурия. — успокаивающе улыбнувшись, вариец пытается подобрать подходящие слова, чтобы доходчиво всё объяснить ребёнку. — Видишь ли, этой информации крайне мало, чтобы найти твоих родителей, но и здесь оставлять тебя – не вариант. Поэтому предлагаю тебе пойти со мной. — протягивает руку, ожидая ответа. — Хорошо. — прислушавшись к собственным мыслям, шатен кивает, хватаясь маленькой лодошкой за чужую руку. — Только там, где я сейчас остановился, есть ещё парочка людей, которые могут показаться тебе немного..страшными. Но ты их только не пугайся, они тебе не навредят. Хорошо? — отряхивает одежду мальчика от пыли и грязи, насколько то возможно, только сейчас вспоминая о том, что прибыл-то в Японию он далеко не один. — Угу. — Тсу серьёзно кивает. Ему кажется, что этому Луссурии можно довериться.

***

— Врой! Луссурия, какого хрена ты притащил сюда ребёнка? - крайне громко недоумевал парниша с пепельными волосами, рассматривая приведённого мальца, который, не стесняясь, делал то же самое в ответ. — Но Ску, я просто хотел ему помочь! — И с чем же ты хотел помочь этому малявке? — вопрошающе вскидывает бровь, а во взгляде так и читается скепсис. — Нуу.. Из-за некоторых обстоятельств он ничего не помнит, поэтому, может возьмём его с собой? — поспешно договаривает, уходя в сторону от атаки Капитана, меч которого в итоге рассекает воздух. — Ну-ну, полегче. — Врой! Ты с ума сошёл?! Это тебе не животное с улицы, а ребёнок! Его бы в полицию отвести, или сбагрить администрации отеля. Да ты вообще представляешь, что сделает Занзас, если узн.. — в голову говорившего неожиданно прилетает что-то стеклянное, со звоном разбиваясь. — Если что? — только зашедший в комнату брюнет хмуро взглянул на разъярённого Скуало. — Ты чего так разорался, мусор? Обведя взглядом комнату, взор кроваво-красных глаз на секунду задерживается на побледневшем Луссурии, плавно переходя на маленькую, детскую фигурку, переминающуюся с ноги на ногу недалеко от хранителя Солнца. — И что это за мелкий мусор? Приготовившийся было оправдываться вариец замолк, не успев даже раскрыть рта, заметив, как Тсуна подошёл к Занзасу, дёрнув того за штанину. — Я не мусор, я Тсунаёши. — серьёзным тоном проговаривает мальчишка, а Скайрини, вопреки всем возможным ожиданиям, заливается хохотом, созерцая маленькую насупившуюся моську. — Так что он здесь забыл? — вдовль насмеявшись, вновь направляет цепкий взгляд в сторону своих товарищей. — Ему угрожала опасность, а так как он практически ничего не помнит, я привёл его сюда. — нервно сглотнув, коротко и ясно отчитывается Лусс, опуская некоторые подробности. — А ещё он хочет забрать его с нами в Италию. — раздражённо дополняет его слова Суперби. — Занзас, хоть ты объясни этому идиоту, что малявке с нами нельзя! Тсунаёши же в свою очередь, не теряя времени даром, медленно приближается к хранителю Дождя, проводя по его клинку рукой, кончиками пальцев ощущая холодную сталь. — Вау, действительно настоящий. — с предыханием шепчет, сверкая карамельными глазами, казалось бы, совершенно не ощущая витающей в комнате атмосферы. — Врой, ты чего творишь? — вариец явно недоумевает. — Смотрю. — говорит как нечто до боли очевидное, склоняя голову в бок и чуть потупив взгляд, — Ой.. А нельзя? — Это не детская игрушка! Поранишься ещё, а нам потом голову греть. — фыркает, отодвигая своё оружие подальше от вездесущих детских ручонок. — Из-звини.. Просто ты так круто им сделал тогда! — слегка покраснев, показательно махает рукой, вспоминая как тот замахивался на Луссурию. — Мелкий мусор. — как-то задумчиво хмыкает наблюдавший за этим Занзас, привлекая к себе внимание возмущенно заркнувшего на него шатена. — А ты сам-то хочешь уехать с нами? — кажется, у Варийского капитана дернулся глаз. Мальчишка же, с несколько секунд похлопав глазами и прислушавшись к собственному "чутью", кивает.