До конца

      Загадочное и таинственное место, этот Лабиринт. Пронзает душу, завладевая ей и уничтожая в щепки. Отсюда не выбираются. Никто не помнит, как попал сюда. Все, что им остается – идти и идти к выходу, в объятия свободы. Так они думают.       Здесь нет этажей, нет лестниц, нет окон и солнечного света, нет свежего воздуха и приятного запаха. Нет надежды.       Если заблудишься, если закроется дверь, если замерзнешь и окоченеешь – тебя сожрут или ты сам пропадешь. Исход один – только смерть ожидает в Лабиринте каждого. Умрет тело – сгинет душа; умрет душа – сгинет тело. Нет разницы, что падет в объятия тьмы первым.       Сколько лет существует это место? Откуда взялись эти твари? Кто все это создал? Бог? Дьявол? Человек.       Мужчина наблюдал за всем с высоты, куда не дотянуться взглядом, но он мог видеть все, ведь он создатель. Созданный тьмой, он управлял ей, забавляясь представлением, коим являлся Лабиринт. Но во всяком веселье рождается скука, которая поглощала и печалила столь могущественного человека.       Мэстус обладал крайне грубыми чертами лица и высоким ростом, за которым скрадывались широкие мускулы. Черные, как смоль, волосы лишь спереди слегка нависали на лицо, но серебряных глаз не скрывали, а большая же их часть неряшливо зачесывалась назад. Большей хмурости этому человеку придавали такие же угольные, как волосы, брови. Одежда, конечно, так же была под стать образу: длинный черный камзол, расстёгнутый нараспашку и открывающий еле заметную такого же цвета рубаху, брюки и невысокие ботинки.       — В этот раз всего трое, - протянул Мэст низким голосом и позади послышалось недовольное рычание, на которое человек только закатил глаза, - Да-да, уже двое. Вкусно было, мой маленький Цинис?       На такой вызывающий вопрос у твари сильнее разбушевался аппетит и из пасти потекла грязная слизь. Это было то самое существо, которое разгрызло ту девушку и погналось за Клэр – личный песик хозяина. Цинис сделал несколько шагов вперед, вставая наравне с кормильцем, попутно царапая пол когтями. Тварь, хоть и была огромных размеров, но на своих четырех лапах достигала лишь пояса человека. Мэстус похлопал нетерпеливое животное по костлявой голове и позади послышалось множественное клацанье и шарканье – эти были габаритом поменьше, но тоже представляли самое худшее зрелище.       — У нас пополнение, - мужчина в черном медленно растянул губы в улыбке, - Пол сотни полуживых ягнят.       Приказа не понадобилось – Цинис рыкнул на своих сородичей и те спешно растворились в дыму, предвкушая трапезу.       Тем временем из глубин Лабиринта донесся взрыв и последующая за ним вспышка света. На такой фейерверк Мэст никак не мог не обратить внимания, ведь впервые за столько времени, проведенного в одиночестве, тело пробило удивление, сменившееся любопытством.              Клэр в последний момент успела метнуться за угол, прежде чем раздался грохот, за которым последовали языки пламени, вырывающиеся через арку и норовящие сцапать что-нибудь еще. Левый рукав бомбера опалило и пламя задело кожу, отчего Клэр зашипела и поспешила погасить рукав. Ткань немного сожгло и по краям она потемнела. Из комнаты донеслись вопящие крики, которые предвещали скорую гибель тварей. Девушка не стала дожидаться финала и поспешила удрать, да побыстрее – взрыв был достаточно мощный и громкий, чтобы на него сбежалась вся округа.       Не успела девушка скрыться за ближайшим поворот, как где-то позади послышался вой десятка таких существ, которые напропалую мчались к цели, минуя дымящуюся столовую. Клэр ничего не оставалось, кроме как поднажать и внимательнее смотреть перед собой, дабы не налететь на неожиданность.       Страх пропал, ему на смену пришел азарт. Девушка мчалась почти на ощупь, надеясь на продолжение коридора без внезапного тупика. Нащупав в сумке бутыль со спиртом, руки поспешно затолкали в горлышко бинт, оставляя часть ткани болтаться на свободе. Пока смерть стремительно нагоняла, издавая режущие уши звуки, Клэр черканула спичкой о стену, и та зажглась, брызгая еле заметными обжигающими каплями.       Со сгорающей взрывной смесью, пока еще освещающей путь, девушка заметила в конце коридора массивную деревянную дверь прямиком из века пятнадцатого. Стало ясно куда бежать, но путь этим тварям надо было отрезать.       Было видно лишь полыхающее пламя, которое летело прямиком под искривленные ноги и когти. Едва коснувшись плитки, стекляшка рассыпалась вдребезги и содержимое залило все вокруг палящим ядом. Этот трюк дал Клэр то время, которого хватало на полноценный побег. Как только дубовая дверь закрылась, существа прямиком угодили лбами в дерево, но сбежавшая этого не слышала. Все, что происходило по ту сторону двери не доходило до ее ушей, как будто то место растворилось в небытии.       — Фух… - облегченно вздохнула беглянка и посмотрела на обожженную руку, которая не переставала о себе напоминать с того момента, но только сейчас Клэр обратила внимание на неприятное жжение, - Вода и бинты, но у нас есть только... бинты.       Без верхней одежды рана выглядела не так радужно, как предполагалось, хотя в такой тьмище мало что можно было рассмотреть. Кожа покраснела, в некоторых местах появились желтоватые небольшие волдыри. Холодная вода была бы как нельзя кстати, но пришлось довольствоваться только бинтом. Ни куска ткани, ни, тем более, иголки и нитки в арсенале не было, поэтому бомбер вернулся на законное место с обожженной дыркой на рукаве.       Клэр начала осматриваться. Деревянная дверь, ведущая к обратному пути, не поддалась и оставалось только идти вперед. Коридоры так и остались коридорами, петляющими, словно ветви деревьев, вот только больничная атмосфера сменилась сценой средневековья. Стены и пол были представлены камнем, и без того редкие двери стали деревянными, а арки отличались своей величиной. Так же здесь было холоднее, что являлось странным явлением, ведь окон по-прежнему не наблюдалось. Единственное радостное дополнение к гнетущей обстановке – факелы, горящие факелы, хоть и располагались эти палки не на каждом шагу.       Девушка убрала фонарь в сумку и теперь следовала среди холодных каменных плит, на которых изредка светились деревянные штыки. Пламя неровно колыхалось, будто из глубины этого места дул ветер.       Стало неприятно, мозг отчаянно пытался что-то вспомнить, какую-то важную деталь. Шестеренки скрипели, пытаясь сдвинуться с места, но никак не могли, будто заржавели. Огонь напоминал… войну, но этого было мало, чтобы заставить шевелить извилинами. От перенапряжения Клэр стала задыхаться, тело само облокотилось на прохладную стену, медленно сползая вниз. Перед глазами не было ничего, кроме черноты и яркого желтого цвета, который бросало из стороны в сторону с каждой секундой все сильнее и сильнее. В какое-то мгновенье, показавшееся для полубессознательной девушки долгими часами, маячащее солнце испарилось. Темнота заполнила не только окружающее пространство, она стала проникать внутрь, потихоньку заполняя собой все. Клэр уже не могла различить, находиться она в сознании или уже давно пала в беспамятство.       Спасительный не щадящий барабанные перепонки вопль прошелся по пустым запутанным коридорам, сотрясая каменные блоки. Он явился потоком ледяной воды, обрушившимся на голову девушки, которой только и оставалось, что прийти к ясности ума и прислушаться к приближающемуся шороху и цоканью.       Звуки становились все четче. Стало ясно, что тварь приближается с каждой секундой и была она одна. Так же была некоторая вероятность, что существо не знает о присутствии в этом злополучном коридоре Клэр.       Девушка хотела было медленно улизнуть, но тварь уже тяжело дышала в непосредственной близости от предполагаемой жертвы. Клэр затаила дыхание, замерла, словно статуя. Пусть через темноту ничего нельзя было различить, но глаза расширились только сильнее, когда кожу опалило тяжелое и горячее дыхание этой зверюги. Мерзкие на консистенцию слюни медленно капали на штаны, оставляя там пару внушительных склизких следов.       «Н-да, ну и вонь», - пыталась думать оптимистично девушка, попутно нащупывая рукоятку оружия.       Тихое эхо отразилось от стен, задев внимание этого существа. Звук был глухой, но последующий за ним более внушительный шум, заставил монстра сорваться с места прямиком к источнику любопытного явления.       Выждав некоторое время, девушка поспешила вслед за ним, не отводя руку от стены. Лишь, когда ладонь сорвалась в пустоту, пришлось включить фонарь и обнаружить долгожданную развилку. Клэр повернула в противоположную сторону от пыхтящего звука, надеясь на правильность выбранного пути.       Свет фонаря помешал должным образом разглядеть висящий на стене одинокий факел, поэтому, как только Клэр подошла максимально близко и глаза удосужились его заметит, она вздохнула с облегчением и присвоила находку себе. Но вместе с таким источником света кругозор несколько сужался.       — Странное ощущение, как будто за мной следят, - прошептала девушка, обернувшись на все сто восемьдесят градусов, но никого или ничего не обнаружив, продолжила идти вперед, не забыв хмыкнуть в пустоту. Хотя, чье-то присутствие так и не покинуло разум. Она частенько оглядывалась и останавливалась, замирая на месте, прислушиваясь. Но так продолжалось не долго.       В последний раз Клэр насторожилась и спешно повернулась всем телом назад, пытаясь что-то разглядеть дальше света огня, и в очередной раз убедившись, что там никого нет, так же стремительно повернулась вперед и хотела было сделать шаг. Тело отказывалось следовать приказам высшего органа и застыло в оцепенении.       На границе светлого пространства и черного безмолвия стояла нечеткая фигура, такая же темная, как и тьма позади него. Судя по очертаниям, это был человек, по крайней мере девушка на это надеялась.       «Жесть он высокий», - первое, что пронеслось в пустой голове.