Маска Лиса

Время со дня переезда летело незаметно. Дни переплетались, озаренные домашним уютом и счастьем быть взаимно влюбленными. Кей приноровился к быту и привычкам альфы, потихоньку научился жить с ним вдвоем. Совместный отдых, подготовка домашних заданий, и, конечно же, любовные утехи по ночам. Что еще нужно для счастья? И обниматься с ним в любой момент, готовить ему, делать массаж, когда учитель слишком устанет… Все это тоже было приятным и радостным. Однажды у Вуда в универе выдался короткий день. Он вернулся домой намного раньше и, соответственно, ждать Глена с работы предстояло еще очень долго. Занять себя чем-нибудь не было для парня проблемой, но это совсем не умаляло того, что он сильно скучал по своему любимому. Вдруг он вспомнил, что как раз недавно придумал одну интересную шалость, но не решался попробовать… Все же, кто знает, как альфа среагирует?.. С другой стороны — когда, если не сейчас? Вот омега и решился. Сначала он, придя из университета, перехватил что-то перекусить вместо обеда. Затем принял душ, сменил белье и надел на себя одну только рубашку, взятую из шкафа Макса. Ему было волнительно и он немного стеснялся, ведь он давно себя не снимал. Тем более, так откровенно… Но попробовать хотелось ужасно. Рыжеволосый сделал несколько кадров, где почти не было видно лица, зато удачно оголялись некоторые части его тела: где-то плечико и шея, где-то острые ключицы, бедра, которые рубашка, застегнутая всего на пару средних пуговиц почти не прикрывала… Удостоверившись, что фото вышли удачными, Кей сделал еще парочку, уже без белья, на которых продемонстрировал своему истинному стояк, с которым его руки не смогут справиться. Ведь без любимого все-таки не так хорошо, и слишком одиноко одному в постели. Волнение и возбуждение сливались в жгучий и горючий коктейль, пока парень дрожащими руками набирал сообщения. Для начала он отправил пару «приличных» фото, ожидая реакции. По его подсчетам сейчас у его Глена как раз только должна была начаться очередная пара. Что ж, игра началась. «Знаешь, без тебя тут так плохо…» Вуд с трудом выжидает небольшую паузу, чтобы затем прислать фото пооткровеннее. «Видимо, мне придется играться самому, пока ты так сильно занят…» Новая провокация. И у омеги появляется еще одна идея. Он быстро фоткается, держа в руке одну из игрушек, которые прихватил с собой из своей квартирки, и отправляет следом: «Жаль, это штука не так хороша, как ты…» Он чувствует себя пьяным и безумным, но очень надеется, что план сработает. Не то чтобы ему хотелось подрывать работу мужчины. Скорее просто подразнить, возбудить, заставить мчаться домой как можно скорее… Да, этого он желал. Кей очень ждал реакции своего мужчины и почти весь извелся, лаская сам себя на кровати. Рубашка была беспощадна измята, простыни сбиты, но юноша не думал об этом. Он еще все приберет.

***

Глен думал этот день никогда не закончится для него. Была лишь десятая минута четвертой пары, когда его телефон завибрировал, чем вызвал удивление. Мальчишка не писал ему посреди рабочего дня уже очень давно, но стоило увидеть содержимое пришедших смс, мужчина едва не взвыл. Нет, это самое содержимое ему нравилось, но в том и была проблема. У него было ещё две лекции на сегодня, а член начинал требовать это оголенное частями тельце прямо здесь и сейчас. «Ты издеваешься???» «Готовь смазку, лисенок. И позвони другу, отпросись на завтра. Вечером я выдеру тебя так, что завтра ты не сможешь встать с постели.» Прочитав пришедшее сообщение парень задрожал всем телом от предвкушения вечернего наказания за такую наглую провокацию. Трясущимися руками он набрал номер Барри и, дождавшись ответа, сбивчиво протараторил: — Привет, меня завтра не будет, я заболел, предупреди куратора, пожалуйста. Приходилось говорить на одном дыхании, ведь иначе он рисковал выдать другу что-то совсем лишнее, то, чего тот не должен был услышать и узнать. Попка уже истекала смазкой, требуя к себе внимания, и омега сильнее сжимал пальцами трубку, из которой наконец послышалось: — Вот блин, опять? Ладно… Выздоравливай там и звони, если что. Бросив второму омеге «спасибо», Вуд бросил трубку. Желание все усиливалось, но момент разрядки он оттягивал, как мог. Пусть в итоге и кончил разок, но это все равно было несравнимо с полноценным сексом. Потому пришлось ждать, пока Макс не вернется домой. Это было последнее сообщение, которое мужчина ему отправил. И настроен он был серьезно. Кое-как доработав, Глен отправился домой, как только появилась возможность. Туда, где его ждало молоденькое и горячее тельце. Альфа сгорал от желания, а джинсы мешали и сильно, почти болезненно жали в районе паха. Правда, сначала альфа заехал в один магазин, прикупив несколько вещей домой. Раз его мальчик захотел поиграть — значит, они поиграют. «Я подъезжаю, — на этот раз мужчина решил сразу позвонить парню, не теряя время на смс, — тебе лучше засунуть ту большую штуку с фотографии внутрь себя и ждать меня на коленях в прихожей.» Звонок взбудоражил слегка поутихшего омегу, вынуждая его почти заскулить. Голос Глена, глубокий и властный, приказывал ему, что делать дальше. И парень поспешил выполнить все незамедлительно. Кажется, альфа был серьезно зол за его выходку и рыжему сегодня хорошенько достанется… Кей послушно ждал мужчину в коридоре, постанывая от легкой боли в коленях и зуда в заднице. Возбуждение накатило по новой и было еще сильнее, чем в первый раз. И вот Макс появился. Только переступив порог и едва успев закрыть дверь, он принялся расстегивать тесные брюки, оголяя перед рыжеволосым пареньком свой агрегат, полностью готовый к работе с момента, как Макс увидел омежку. Его юный любовник без промедления подался вперед, обхватывая руками бедра, и начиная ласкать возбужденную плоть языком. — Я так рад тебя видеть, — выдохнул парнишка, чтобы затем умолкнуть и взять член в рот настолько глубоко, насколько вообще мог. Ему хотелось загладить свою вину, и он старался изо всех сил. Альфа шумно выдохнул, ощущая горячий язычок на своем стволе. Только от одного вида изнывающего омеги он готов был кончить ему прямо в ротик, особенно видя, как тот старательно заглатывает член почти до основания. Рука сама легла на рыжую головушку, начиная контролировать скорость движения и глубины. — Малыш… Да, вот так… С каких пор ты научился так глубоко заглатывать?.. О, да… — Он снял с плеча свою рабочую сумку, еле удерживаясь на ногах, а затем сбросил на пол свою куртку, не в силах отстранить мальчика, чтобы повесить ее на крючок. Омега ласкал член Глена по всей длине, обильно смачивая его слюной, и искренне стараясь взять его полностью, несмотря на дискомфорт. Его тонкие руки поглаживали бедра и живот альфы, расслабляя его. В уголках глаз у рыжего скопилась влага, а колени ныли от долгого нахождения в подобной позе. Но это все отходило на второй план перед целью подарить любимому удовольствие. Вскоре расстегнулась рубашка. Как раз вовремя, чтобы перевозбужденный организм выдал первую порцию семени, заставляя альфу простонать в голос и содрогнуться от удовольствия. Старания Кея окупились полностью, когда альфа со стоном кончил ему в рот. Омега слегка закашлялся, глотая семя, но затем все равно довольно заулыбался, поднимая глаза на мужчину. Знал, что тому понравилось. Максу понадобилось ещё несколько секунд, чтобы потемнение от внезапно накатившего оргазма прошло, и он смог увидеть счастливое личико любовника рядом. — Лисенок… А у меня для тебя подарок… — мужчина трепетно обнял омежку, и, пытаясь восстановить дыхание, наклонился к куртке. Он достал из ее кармана небольшой сверток и отдал его парню. — А что там?.. — стоять на дрожащих ногах было неудобно, но интерес был слишком силен. Вуд заглянул в сверток, удивленно округляя глаза, и последовал за мужчиной, который, воспользовавшись приступом его любопытства, уже прошел вглубь дома. Внутри был весьма эротичный костюм лиса, а так же анальная пробка-хвостик. Макс вошел в спальню, сбрасывая остальную одежду, и ехидно улыбнувшись. — В самом деле собираешься меня в лисенка превратить? — омега улыбался чуть смущенно, хотя идея с переодеванием пришлась ему по душе. Вначале был верх. Юноша надел топик и шортики, которые явно не были предназначены для прогулки по улице. Они не прикрывали красивые ножки мальчика, но главное — имели широкое отверстие внизу, открывающее дырочку омежки. Как только мальчик оделся, Макс, полюбовавшись им, поставил его на четвереньки и неспешно вошел снова начавшим твердеть членом. — Решил дразнить меня на работе, паршивец? — ласково проурчал альфа, медленно двигаясь внутри его влажного нутра, ощущая, как Кей истекся в ожидании его. Это было возбуждающе, сводило с ума. Такое для омеги точно не сравнится ни с одной игрушкой. Мальчишка удовлетворенно застонал, слушая слова своего возлюбленного. Вдруг мужчина, хотя и с трудом, взял себя в руки и выскользнул, а затем быстро заполнил голодную попку пробкой с пушистым хвостиком. Юноша хотел было запротестовать, но альфа тут же пресек это, ловко нацепив на него кляп. И весьма своеобразный — в виде небольшого члена, который скрывался внутри красивого жаркого ротика, и фиксировался ремешочком на затылке. — А теперь… Будь хорошим лисенком и накорми своего мужчину, — отвесив ощутимый шлепок по ягодицам, альфа надел легкие домашние штаны и спустился в столовую. — Мнгх, — все еще перевозбужденный парнишка был расстроен, но перечить не решился. А потому пришлось ему идти на кухню, готовить ужин и подавать на стол. Пробка при каждом шаге чуть смещалась внутри, ощутимо давя на простату, из-за чего юноша часто останавливался и глухо стонал, не в силах ничего поделать. Руки и коленки дрожали, совершенно не помогая готовить, а запах вожделенного альфы и вовсе сводил с ума. Казалось, что прошла целая вечность прежде чем перед Гленом оказался его ужин. Измученный Кей надеялся, что чем быстрее любовник поест, тем скорее займется им. Потому он вертелся вокруг мужчины, как мог, выставляя попку и «виляя хвостиком». В тугом костюмчике отчетливо был виден его стоящий член и соски, что ужасно смущало и возбуждало одновременно. Лишь бы Макс побыстрее покончил с ужином… Альфа не спешил. Да, вид юноши возбуждал его, но ел мужчина медленно, смакуя каждый кусочек приготовленного омежкой и наслаждаясь его видом. Прекрасным видом. Возбуждающим, сводящим с ума. Кей не мог долго оставаться на одном месте. Он ходил туда-сюда маленькими шажками, чтоб только не сильно задевать пробку. И злобно пыхтел, поглядывая на мужчину, который, как назло, будто нарочито не планировал спешить. Омега почти готов был заскулить, выпрашивая у мужчины ласки. Но тот был непреклонен, пока не насладился ужином и не принялся за чай. Вскоре мужчина подозвал парня, приглашая присесть к себе на колени, а когда тот уселся, нежно, но крепко обнял его рукой за талию. Ласково и неспешно поглаживая бархатистую кожу на его животике, альфа наблюдал за ним, попивая свой чай. — Очень красивый у меня домашний лисенок… Такой милый… Что мычишь? — словно издеваясь, мужчина погладил Кея по волосам. От затылка он провел ладонью по позвоночнику вниз, к самому хвостику и сперва начал его мягко теребить, но с каждой минутой, ускоряясь, двигал пробку в измученной попке все настойчивее и ощутимее. — Хороший лисенок. Послушный лисенок. Лисенок больше не будет дразнить своего альфу? — на последнем предложении мужчина уже почти трахал разработанную попку омежки анальной пробкой, пока вторая рука, оставив чай, аккуратно придерживала его за талию, чтобы тот не свалился. Рыжеволосый зашелся в стонах, хватаясь за любимого в попытке удержаться. Он мычал и с мольбой смотрел в лицо своему мучителю, все надеясь, что он поскорее закончит. Хотя… Так ли ему хотелось, чтобы эти несомненно сладкие издевательства окончились так скоро? Вуд был почти готов признать, что нет. Да и Максу это было понятно, кажется, даже без слов. Буквально с одного взгляда на своего любовника, который ерзал на коленях и задушено постанывал. — Мм, — вразумительный ответ, конечно же, он дать не мог. Потому только мычал, жалобно и виновато смотря на своего альфу, мол, не будет так больше. Но на самом деле, уже думая, что провоцировать вот так мужчину порой будет очень даже полезно. Рыжий задрожал всем телом и чуть прогнулся в спине, пытаясь сильнее насадиться на «хвостик». Смазка уже давно сделала мокрой и скользкой внутреннюю часть его ягодичек, а член ныл и просил ласки. Омега со слезами на глазах (естественно, от удовольствия) посмотрел на учителя. В его взгляде читались немые вопросы: «Что же он будет делать дальше? Не оставит же он меня в таком бедственном положении? Или, может, доведет до грани еще каким-нибудь изощренным способом?..» Юноше хотелось все и сразу. Но больше всего — своего мужчину. Альфа откровенно наслаждался. Или уже издевался?.. Одно было ясно точно: ему нравилась реакция Кея, и доказательством этому было его собственное возбуждение, уже почти болезненное, но все еще не вынуждающее мужчину остановиться. Мозг парня отказывался мыслить здраво, сдаваясь напору удовольствия, что словно электрические заряды прошибало тело омеги, стонущего и вскрикивающего от особо удачных толчков, попадающих прямо по его простате. Все звуки, доносящиеся из-за кляпа, превращались лишь в какой-то скулеж, хотя, конечно, давали понять насколько он заведен и хочет поскорее кончить. Встав, Макс уложил омегу на поверхность стола, придавливая грудью к столешнице широкой ладонью, поместившейся на хрупкой спинке. Второй рукой альфа продолжал сладкую пытку ровно до тех пор, пока мальчишка не кончил. Его полностью охватило наслаждение и подкатывающий оргазм, что накрыл его с такой силой, что рыжеволосый, кажется, даже отключился на пару секунд. Все же, альфа доводил его очень долго, а потом обрушил на него столько ласк, что юное тело не выдержало. Но и это не было концом. Его не отпустили, лишь извлекли пробку, покрытую смазкой. — Хм, лисенок, да ты даже шортики намочил… смотри как ты потек... — Ммх, — юноша смущенно пискнул. Да, тек он сегодня не хуже, чем в течку… И снова это вызывало стыд и трепет, оставляя Кея совершенно бессильным перед этими эмоциями. Впрочем, дальше его ждало кое-что еще лучше… Опустившись на колени, мужчина коснулся его анального колечка языком, играясь с ним, щекоча и пробуя на вкус. При этом вставать или как-то шевелиться мальчику не дали, ровно, как и вытянуть «член» изо рта. Когда что-то горячее и влажное коснулось его чувствительной задницы, омега снова дернулся и громко охнул. Осознание, что это Макс ласкал его языком, послало дрожь по позвоночнику, отчего вновь послышались стоны. Этот опыт для юноши был чем-то новым, неиспробованным, потому он отдался ощущениям с головой. И только все та же сильная рука альфы не давала ему ерзать или упасть, к чему он, видимо, очень стремился. — А хочешь, покажу фокус?... — мужчина приподнялся и навис над Кеем, прижимая его обмякшее, еще не отошедшее от оргазма тело к столу, — Эта штука стоит целое состояние, но знаешь, почему я ее купил?... — в голосе мужчины слышались лукавые, хитрые нотки. Он коснулся губами мочки ушка, а после оставил дорожку нежных поцелуев на шейке. — Готов? — получив короткий кивок, мужчина нажал «кнопку» на кляпе парня. Он неспешно увеличился в размере, выдвигаясь силиконом вперед, а после вновь уменьшился, имитируя движения, что совсем недавно делал Глен в его ротике. И пока мальчишка привыкал к новым ощущениям, альфа вернулся к прежнему занятию, лаская скользкое горячее колечко до тех пор, пока член омежки вновь не запросил удовольствий. Только тогда мужчина позволил расслабиться и себе. Спустив домашние штаны, он с довольным стоном вошел во влажное нутро любовника и начиная быстрые движение. — Смотри, лисенок, словно тебя имеют два члена, да? Альфа действительно смог его удивить. Он-то думал, что это просто кляп, а теперь он двигался сам по себе, будто бы живой член, и это приносило крайне странные чувства. Парень почти готов был отключится от переизбытка эмоций или перевозбуждения, но держался. Пусть, правда, только и делал, что стонал и пытался подмахивать Максу. Наконец чувствовать толстый, горячий член своего возлюбленного было просто прекрасно. Кей двигал бедрами навстречу его движениям, стонал и почти что плакал. Его нутро сжималось, вызывая у него самого еще больше приятных ощущений, а у альфы — несдержанные вздохи. Сколько это длилось юноша не знал, просто погрузившись в происходящее и стирая в голове все, кроме этой кухни и них двоих. Глен видел, как хорошо его лисенку. Да и ему самому было не хуже. Они получали наслаждение от тел друг друга, от взаимной любви, а наличие метки лишь усиливало желание и удовольствие, которое они испытывали. Кончил мужчина во второй раз не так быстро, как в первый, но достаточно обильно, ощущая прилив не менее мощного оргазма, чем были его толчки в податливое тело. Содрогаясь и обильно заливая нутро мальчишки, альфа снял с него кляп, позволяя вдохнуть больше воздуха, пока омега кончал, пачкая пол и кухонный стол. Это был совместный оргазм, после которого едва оставались силы чтобы добраться до ванной комнаты и принять совместный душ. Спокойный, просто душ, где любовники больше обнимались и целовались, чем мылись. Только благодаря поддержке мужчины парень доковылял до ванной. Горячая вода отлично расслабляла и смывала следы недавнего секса. Хотя отмыться вышло далеко не с первого раза. Ведь как сопротивляться теплым объятиям и нежным поцелуям? Вот и Кей отвечал на них с радостью, довольный своей выходкой и тем, к чему это привело. Пусть над ним и поиздевались в процессе, но оно все же стоило того. Но наконец пришло время отдыха. На часах было семь вечера, а Макс уже еле держался на ногах, а стоило голове коснуться подушки, так он сразу погрузился в сон, не забыв при этом, прижать к себе довольного омежку, который явно сегодня получил всё, на что рассчитывал. Или даже больше? Но об этом альфа спросит утром, когда они будут сидеть за столом, завтракая. Мальчишку будет ждать гора одежды, испачканной в сперме обоих, игрушки, разбросанные по всему дому и пол, на котором засохла прозрачная лужица. Альфа будет ехидно улыбаться и вспоминать все подробности вечера. Он хорошо выспится, и, попивая кофе, будет вертеть в руках маску-кляп, напоминая омежке снова и снова смущающие детали.

***

Наутро омега проснулся чуть раньше, чтобы приготовить завтрак для любимого. При ходьбе все тело, и особенно некоторые его части напоминали о вчерашнем. Вуд чуть краснел, но пытался сосредоточиться на готовке… и уборке. Видеть, какой бардак они устроили, было удивительным. Но, вздохнув, юноша понял, что прибирать это, отстирывать одежду и, наконец, отмывать пол будет именно он. Чем и занялся, перемежая это с приготовлением еды и кофе. Макс же крепко спал, пока приятный аромат кофе и запах жареного бекона не пробудили его и не потянули на кухню. Он появился в дверном проеме, взъерошенный, но хорошо выспавшийся, в одних пижамных штанах. — Доброе утро, — бросил ему Кей, уже как раз заканчивая последнее дело - стирая с пола сперму. Вещи уже были в стирке, завтрак и свежезаваренный кофе ждали на столе, но это пятно никак не поддавалось. Или он просто успел устать и плохо тер? В любом случае, альфа застал его, хоть и в интересной позе, но трудящимся. — Видимо, иногда дразнить тебя это все-таки хорошая идея, — с улыбкой сказал рыжий, поднимая голову, чтобы глянуть на учителя, — не знал, что ты и на такое способен… Наконец пятно поддалось и парень облегченно выдохнул, поднимаясь с пола. Сразу же ощущая себя так, будто ему необходимо срочно прилечь. Кто бы подумал, что заниматься любовью это так утомительно! Откинув лишние мысли в сторону, Кей быстро убрал тряпку, вымыл руки, и присоединился к возлюбленному за завтраком. — На такое? Это ж на какое? — улыбаясь, альфа рассматривал довольное личико омежки, не зная, чем сейчас сам наслаждается больше. Но пока ему нравилось всё. Абсолютно всё. Эта идиллия семейной жизни напоминала сказку. Альфа и не думал, что жизнь с его истинным будет настолько приятна. Он мог представить, как его будут ждать с работы, как будут готовить завтрак, но реальность побила все ожидания. — Не заставляй меня это говорить! — притворно возмутился парень, краснея. Ему тоже нравилось все то, что происходило между ними. Общение, совместный быт, который они потихоньку налаживали, и все прочее, что связывало их. Кей уже почти не вспоминал ту злосчастную поездку в Майами, видя, что мужчина и правда все время ласков и добр с ним. И, что ж, хотелось верить, что тот порыв ревности случился единожды, и больше их такая беда не посетит. К тому же, теперь Глен знает, что они истинные, и что принадлежат только друг другу. Так к чему ревновать, пусть и молодого любовника? Глен позавтракал и начал собираться на работу. В отличии от студента, он, как преподаватель, опаздывать или вообще не приходить не мог. Хотя такие желания теперь проскакивали часто. Хотелось ведь рядом с юным любовником проводить как можно больше времени. Но мечты мечтами, а отправляться пора бы. Поцеловав юношу в щеку, он посоветовав закончить с уборкой и ещё отдохнуть, уехал. Вот только на работе сосредоточится удавалось плохо. Мысли мужчины всё крутились вокруг нового костюмчика Кея, да и воспоминания не давали перевести дух. От чего, словно влюбленный мальчишка, альфа вновь спешил домой сразу же после лекций. Вуд, чтобы скоротать ожидание, закончил с уборкой и уроками, и даже немного подремал. Время тянулось ужасно медленно, но в этот день юноша не спешил дразнить своего партнера. Хотя о прошедших утехах вспоминал со смущенной улыбкой и легким трепетом. Костюм, ласки, и «издевательства» от Макса… все это было таким прекрасным, что Кею не могло не нравиться. Он наслаждался всем, что давал ему более взрослый любимый, уже не так сильно переживая по поводу собственной нехватки опыта. Во всяком случае, они могли постигать новые для него грани вместе. Отдохнувший и витающий в своих мечтах, рыжеволосый снова устроился на кухне, готовя альфе особый ужин: сытный, разнообразный, и, конечно же, с мясом. Ему очень хотелось порадовать мужчину чем-то в ответ, за хороший секс. Потому он, увлекшись, даже не успел снять фартук, как учитель уже вернулся домой. — Ох, привет, — омега выглянул из кухни, тут же расплываясь в улыбке, — ты сегодня рано… Но я рад. Иди, переодевайся, я пока закончу. Получив свой заслуженный поцелуй, парень быстренько вернулся к готовке, заканчивая все задуманное, и поставил все на стол. Оставалось только дождаться возлюбленного. Глен как можно быстрее принял душ, и, переодевшись в домашнее, спустился вниз, готовый сесть за стол, но вдруг его отвлек звонок в дверь. Звонок в дверь раздается совершенно неожиданно. За все время, что они прожили вместе, гостей у Глена не было. Потому омега очень удивляется. Он выскакивает из кухни, чтобы поймать мужчину по дороге в коридор. Насторожившись, мужчина посмотрел на время и вздохнул. Время не позднее, а значит это мог быть кто угодно. Но дело даже не в этом, а в том, что их идиллию прервали. Альфа поймал обеспокоенный взгляд мальчика и поцеловал его в макушку. — Не переживай. Садись кушать, я разберусь с тем, кто там. С этими словами мужчина ушел открывать дверь. Омега даже не успел уйти, как тишину нарушил детский плачь, а в гостиную влетел Себастьян, усаживая младшего, который и разрывался криком, на диван, пока второй мальчик, постарше, неспешно проходил в прихожую. Себастьян что-то говорил, метался между детьми, да и вообще выглядел не очень хорошо: синие круги под глазами и растрепанные сальные волосы говорили о том, что явно случилось что-то нехорошее. — Даже знать его больше не хочу! — крикнул светловолосый омега беря младшего сына на руки, но, увидев молодого любовника Глена, стушевался. Макс лишь вдохнул и подойдя к Кею, обнял его, закрывая собой от гостей. — Лисенок, накрой стол на пятерых, хорошо?... Вуд ошарашенно оглядел их, после чего перевел взгляд на своего любимого. «Неужели, Себ и его брат поссорились, раз омега приехал сюда?» — Да, хорошо, — он послушно кивнул, отвечая очень тихо, и поспешил найти дополнительные столовые приборы. Еды с трудом, но хватило разделить на всех. Себе он просто положил чуть меньше, понимая, что дети, да и их папа, после такой долгой дороги наверняка выбились из сил. Вскоре дети были усажены за стол и успокоены. Светловолосому омеге налили бокал вина, который он мгновенно осушил до дна. Но смог успокоиться, правда, только после третьего бокала. — Так вы теперь вместе? — переключившись со своих проблем, омега хитро и слегка пьяно взглянул на парня, чуя от него запах альфы, — Я рад. Может теперь Глен возьмется за ум и мы увидим маленьких Гленчиков не только от его придурка-брата. Отвечать что-то на его слова о том, что альфа остепениться и тоже нарожает детей Кей не решался. Во-первых, не ему решать чего хочет его партнер, а во-вторых, он сам не то что рожать боялся, но даже того, чтобы быть в непосредственной близости с детьми. Даже на племянников своего учителя он поглядывал с опаской, словно те в любой момент могли что-то учудить, заплакать без причины, пораниться, или бог весть что еще сделать. Шикнув на своего мужа в мыслях ещё раз, старший омега переключился на еду, ни раз и даже ни два за вечер похвалил готовку мальчишки, а после увел малышей спать. Дети, что весь вечер сидели тихо и зевали, уснули мгновенно, стоило их положить в гостевой комнате. А вот Себ хотел ещё вина, и, сидя в кабинете бывшего, плакался ему в жилетку, рассказывая, какой же его брат "мудак". Лишь поздно вечером мужчине удалось уложить Себастьяна спать и вернуться к своему любовнику. — Вот тебе и тихий вечер… Совсем не таким Кей представлял семейный ужин, но что поделать. — Что же у них стряслось? Я думал, они счастливая пара, столько лет вместе… Макс вздохнул, обнимая парня крепко и закрывая глаза. День был сумасшедшим и тяжелым, особенно его концовка. — Ну, видишь ли… Себастьян очень ревнив, и для омеги его чувство собственничества слишком хорошо развито... Хотя, чему удивляться, если он выбрал профессию полицейского? — последовал короткий смешок и мужчина снова вздохнул. Организму необходим был отдых, но мозг ещё отказывался спать, — Себ любит Марка. Да и Марк его, пожалуй. Но, когда они играли свадьбу, то совершенно не отдавали себе отчета в том, что Себ — властный собственник-полицейский, а Марк — свободолюбивый режиссёр. И брат никогда не отказывался снять не только детский фильм, но и хорошее взрослое порно. А теперь представь, сколько голых и красивых омег крутится вокруг него? Вот они и ругаются. Себ грозится их всех посадить на пятнадцать суток, а Марк снять документалку о полиции и сорвать с них маски. Вот и ссорятся время от времени. Не обращай внимания. Себа, бывает, заносит, но завтра они уедут уже. По секрету, он вообще детей на источники увез, так что им ехать ещё километров 200. Кей прижимался к мужчине, мягко обнимая его, и внимательно слушал ответ на свой вопрос. Судя по всему, отношения даже в давно женатых парах были сложными… Невольно он даже испугался, что же будет с ним и Гленом в будущем? Будут ли так же ругаться и расходиться по разным углам? Мысли были тяжелые и тревожные, но усталость, охватившая их в этот вечер, быстро вырубила юношу, позволяя крепко заснуть. Но это облегчение было временным. Мужчина усмехнулся, зевая, и желая мальчику спокойной ночи, засыпая почти сразу. Ночь для него пролетела мгновенно, а на утро он уехал на работу, оставляя Кея ненадолго со своими родственниками и Себом, что поднялся ещё засветло и приготовил на всех завтрак, в качестве извинения. Дети поднялись поздно, но дом мгновенно оживился с их пробуждением. Двое бездетных любовников к такому явно были не готовы, от чего Глен сбежал быстрее всех. Благо и Кею сегодня нужно было в университет. Это, как оказалось, было неким спасением от шумного семейства, что заявилось к ним в гости. Конечно, Вуд не имел ничего против, это ведь была семья его Макса. Но дети и суетившийся над ними Себ выводили его из хрупкого равновесия, потому омега сбежал на учебу не многим позже своего любовника. Он вежливо общался с бывшим своего альфы, и пытался улыбаться детям, но те словно не воспринимали его вообще. И Кей бросил эти жалкие попытки подружиться. Поблагодарив за завтрак и собрав вещи, он еще раз убедился, что Себастьян прекрасно разберется, где что находится в доме, и убежал. На парах было трудно отвертеться от Барри, который, конечно же, не заметил своего друга в каком-то совсем уж больном состоянии. И стал расспрашивать. — Признавайся, я же все вижу, — на перемене второй омега продолжил свой «допрос». К счастью, разговаривая так, чтобы слышал его только собеседник. — У тебя точно кто-то появился, вон даже метка есть… — Ну, если ты сам все понял, зачем мне еще что-то говорить? — юноша пытался перевести все в шутку и уйти от темы. Ему совсем не хотелось врать о том, кто является его парой. Казалось, их с Гленом до сих пор не спалили только потому, что учитель использовал скрывающий парфюм, а уж кем там пахло от забитого отличника-омеги мало кого волновало. Ну, так он считал, по крайней мере. — Не уходи от ответа, — Барри хмурился. — Я же твой друг и имею право знать. Вуд бессильно вздохнул. С тех пор, как он «нашел» своего истинного приятель не унимался и все допытывался. Впрочем, будь у него чуть получше с логикой и сопоставлением фактов, он уже давно мог вычислить альфу. — Ладно, да, я у меня есть муж… парень, — рыжеволосый надеялся, что его заминка не будет особо заметна. — Но мы пока не спешим, вот и не хочу говорить, кто он… — Не спешите?! — кажется, Барри крикнул это даже громче, чем следовало, ведь некоторые студенты обернулись на них. Самым смешным было то, что следующей шла лекция Макса и он вполне мог уловить их разговор. И омеге стоило огромных усилий, чтобы не краснеть и не нервничать слишком явно из-за этого. — Да если он тебе метку поставил, то и жениться должен! — друг все не унимался, а парень лишь вздохнул. — И я очень надеюсь, что ты отхватил себе красавчика, другого мужа у моего умницы Кея и быть не должно. Шатен потянулся к другу, чтобы потискать его, и Вуд таки начал смущаться, шепча только «пусти» и «перестань». К его огромному облегчению прозвенел звонок и все заняли свои места, тут же затыкаясь. Теперь-то он мог выдохнуть и отвлечься от подобных неловких разговоров. Глен даже и близко не знал, о чем шушукались две омеги на последних рядах, один из которых был его молодым любовником. Да и узнай он, то вряд ли что-то сказал бы, только вызвал к доске и как следует «оторвался и проехался» по детской нежной психике студентиков. Некоторые поговаривали, что Макс и вовсе ненавидел свою работу, вот только Вуду, что видел Макса в ином свете и видел, как он живет своей работой, сложно будет в подобное поверить. День подходил к концу. Кей ехал домой, испытывая странное и приятное чувство. До этого он так отчетливо, пожалуй, и не осознавал, что вот оно, так и должно быть — их с Гленом дом. Совместный. Они должны быть всегда рядом, строить общий быт и усе такое прочее… Даже сейчас, когда Себастьян вместе с сыновьями уехал, омега ощущал, будто наконец сможет провести время в уединении своего жилища, в ожидании любимого. Единственное, что все еще тревожило, так это то, что дом принадлежал Максу. И что юноша практически жил за его счет. Хоть мужчина так и планировал, сам он еще не свыкся с этим окончательно. Макс предупредил Кея, что «всё чисто» и можно ехать со спокойной душой. Себастьян прибрал за собой, оставил хозяевам ужин и небольшую записку Кею, когда снимал чистую одежду с вешалки и развешивал на время свою. «Это случайно не мой муж вам прислал в подарок?» — в конце ещё значились ехидные смайлики, а записка была в аккурат пристегнута к лисьим «шортикам». Там даже был постскриптум от омеги, что ещё раз извинился, что помешал им. «Значит, у двух братьев одинаковый вкус на всякие…», — парень оборвал эту мысль, тряся головой. Оставшийся вечер он занял домашкой и ожиданием прихода его альфы. Когда он вернулся, рыжий наивно решил, что вот теперь-то они посвятят время друг другу, но новый звонок в дверь разбил эти надежды. Макс вернулся позже, успел принять душ, но не выйти из него, как услышал вновь звонок. Открывать пришлось Кею. На пороге стоял высокий мужчина, внешне немногим похожий на Макса, но моложе и одет незнакомец был более «обычно». Если в стиле Глена преобладала классика, то здесь явно любили городской стиль и милитари. Омега удивленно моргнул, пытаясь понять, кто стоит перед ним. Но не успел он хоть как-то среагировать, как альфа заговорил сам, ступив за порог. — Хм… а у братца явно есть вкус… — незнакомец не терял время на приветствия и пока мальчишка размышлял что сказать, мужчина, перешагнув через порог, мгновенно опустил руку на упругие ягодицы, пробуя их «на сжатие», — мммм… — Убери от него руку, пока я её не сломал, — спустившись вниз в одном длинном полотенце на талии и с мокрыми волосами, Макс серьёзно посмотрел на брата, пока его любовник приходил в себя. Глен явно спешил выйти из ванной комнаты. — Чего надо? — Приехал за Себом и детьми, он ведь у тебя? Или уже на источниках? — Второе, — мужчины поравнялись и оказалось, что они почти одного роста, у них похожие носы и скулы. Вот только волосы режиссёра были выбеленные словно чистый снег, прям как у Себстьяна, а у Макса преобладал «уголь» в волосах. Еще раз бросив взгляд на омегу, Марк усмехнулся и картинно поклонившись ему, ушел прочь. — Похоже, пора ставить домофон, да? — обнимая ошарашенного омежку, альфа усмехнулся, целуя его в макушку. Кей сразу же отскочил от незнакомца, хмуро поглядывая на него. Так нагло его еще никто не лапал, кроме… Эта мысль ему совсем не понравилась. Дэн был последним, кого хотелось вспоминать. Так что, пришлось сосредоточиться на двух братьях. — Ты не говорил, что твой брат такой наглец, — Вуд все еще в легком шоке от подобной выходки. — Что у нас там с едой? — Пойдем ужинать… На этом «сумасшествия» закончились. По крайней мере, так можно было подумать за несколько дней, когда ничего ужасного не происходило, а они продолжили «играть» с друг другом, лежать в обнимку, разговаривать и даже смотреть на звезды, когда стало немного теплее и альфа вытащил парнишку во внутренний дворик своего дома, за домом, устроив юноше короткую экскурсию по астрономии. Всё было хорошо до конца курса. Кея загрузили «домашками». Каждый день были контрольные, срезы, и прочее-прочее-прочее, от чего мальчик выглядел усталым уже даже с утра. В эти дни Глен не требовал от него чего-то по дому, хотя продолжал сдирать шкуру живьем на своих лекциях. Пару раз даже мужчина готовил сам завтрак и приносил кружечку горячего кофе в постель к любовнику, пока тот пытался открыть хотя бы один глаз. Но вот, все экзамены были сданы, последние нервы истрачены, а шутки от старших курсов про «это только цветочки» выслушаны. Впереди Кея ждали три месяца веселья и отдыха. На последних занятиях Барри еще пару раз пытался подшутить над другом по поводу альфы, разузнать кто он и проведет ли рыжеволосый каникулы именно с ним. Но Вуд стойко перенес все эти «атаки», каким-то чудом все еще не выдав их с учителем. Хотя, казалось бы, они истинные, так почему должны прятаться? Эта тема была острой, но на альфу он этим не давил, зная, что работа для него все. По крайней мере, они все еще жили вместе и должны были уезжать куда-то, где их никто не знал и не осудил бы. Макс предложил съездить в Майами. — Знаю… воспоминания остались не самые лучшие… но у племянника День Рождения, да и Себ настаивает на твоём участии. Нас пригласили. Побудем там пару дней и вернёмся, что скажешь? А потом предлагаю съездить куда-то на море, где будет ещё теплее. Что думаешь об островах и песчаных пляжах? — Ох, нам обязательно? — как раз-таки о поездках, Себ пригласил их вдвоем в Майами. Кей ощутил себя так, словно уже и сам не любит этот город. Конечно, между ними все налаживалось, но воспоминания там… они все еще были болезненными и страшными. Ему пришлось долго решаться перебороть это. Все же повод съездить был веским. — Хорошо, съездим. Но только пообещай мне, что потом мы проведем время вместе без домашки и твоих родственников. Юноша бросился к Максу на шею, крепко его обнимая. За эти несколько месяцев совместной жизни он еще больше убедился, что выбрал правильного человека. Что это именно его альфа и больше ничей, и что ни с кем больше не будет так хорошо и спокойно. Глен был рад, что мальчишка решился всё же на поездку. Но много времени они и правда там не провели. Всю дорогу мужчина пытался развлечь юношу, отвлечь от плохих мыслей, а после, устав от всего этого и сам, просто замолчал, включая музыку и позволяя расслабиться им обоим. Соглашаясь на эту поездку, омега и не знал, что она будет такой непростой. Конечно, между собой они с Гленом все решили, и Кей больше так не злился и не боялся. Но, тем не менее, уже по дороге в Майами, его едва не накрыла новая паническая атака. Мужчина пытался его отвлечь и развеселить, и парень был правда благодарен за это, но, увы, был не в том состоянии, чтобы побороть это. Потому оставшуюся часть пути они проехали молча. Вуд смотрел в окно, вольно или невольно размышляя о произошедшем, сравнивая это с тем, каким альфа был сейчас. И стоило признать, что долгое время он был довольно нежен и заботлив. Не считая того, что касалось учебы, правда. И юноша был спокоен, уже не пугался крепких объятий, поцелуев и близости. Его тянуло к истинному, не смотря ни на что. Но, видимо, этот город он все равно не будет любить. Приехав в уже знакомый город они остановились в доме у его брата — Марка, где, на удивление, ведь последняя встреча говорила об обратном, царила идиллия. Себастьян взял несколько дней выходных и теперь во всю стряпал на кухне. Он не был мастером готовки, ведь большую часть жизни потратил на «полицейский отдел», но для сына старался изо всех сил, выпекая торты, делая салаты, закуски, первые и вторые блюда. — Рассчитываем на двадцать человек. Надо успеть многое приготовить… а ведь ещё пятеро друзей Рика под вопросом… — рассказывал торопясь молодой отец, успевая ещё успокоить младшего сына, что находил способы привлечь к нему внимание, и найти занятие старшему, что так и норовил убежать на улицу, чтобы поиграть в футбол. Праздник должен был быть завтра. Глен и Кей остались в гостевой комнате, где большую часть времени и провели. — Не уходи, — прижимая к себе мальчишку с момента приезда, просил мужчина, — мы там будет только мешать, — а судя по шуму и суматохе, так оно и было, — давай дождемся Марка и выйдем к ужину… Дождаться главу семейства труда не представляло. Во-первых, сами они приехали далеко за полдень, а во-вторых, Марк вернулся раньше с работы. Спустившись вниз, Глен, как положено, представил всем Кея, лишь умолчав, что тот его истинный. Хотя, у мальчишки это было легко заметно, в отличии от альфы, который сам-то метку заметил только после слов Вуда. Куда иначе себя вел и Марк. На сей раз он прилично и официально поздоровался с юношей. — Приятно познакомиться, — промурчал Себастьян, приглашая всех за стол. Дети вновь зашумели, но теперь были куда радушнее по отношению к чужаку, начиная третировать его вопросами. Например: — А ты бывал на Марсе? А почему у тебя рыжие волосы? А почему ты не такой высокий, как папы? А почемууу… Себастьяну пришлось успокоить детей, приказывая им есть. Ужин прошел легко. Куда легче, чем в прошлый раз. А потом Марк, Макс и Кей вышли во двор (по приглашению хозяина дома, конечно), где взяв по баночке пива, удобно устроились на диванчиках на веранде. Глен прижал к себе молодого любовника, слушая очередной рассказ брата о своих идеях и фильмах, пока Себастьян укладывал детей. К вечеру юноша уже чувствовал себя лучше, повеселев и пополнив запас энергии. Который, кажется, весь истратить хотели племянники Макса, что наперебой задавали кучу вопросов, а он и не знал, на какой первым отвечать. Порадовал и Марк, ведь в этот раз он больше не усмехался похабно и не тянул руки к пятой точке чужого омеги. Кей решил, что это было просто дурацкое недоразумение и согласен был забыть этот эпизод. Как-то очень легко парень влился в эту обстановку, в эту, как он надеялся, семью. Он был улыбчив и разговорчив, проявлял много нежности по отношению к Глену. Особенно, когда уже после ужина они устроились на веранде. Веял слегка прохладный ветерок, разбавляя душный летний день. Но и эта мелочь позволяла ему прижиматься к альфе, греясь в его руках, и тоже слушая его брата. Марк же увлеченно вещал о своих задумках, пока не бросил новый хитрый взгляд на парочку: — Я заметил, у вас все серьезно, — наверняка, он тоже видел метку. Вуд ходил в теплое время в такой одежде, которая совершенно этого не скрывала, потому будто специально решил подразнить их. — Ты уж, Кей, постарайся сделать из моего брата не такого упрямого сухаря, ладно? Хотя… с тех пор, как ты появился, он и улыбаться стал чаще. Марк почти что в голос смеялся, ловя на себе недовольные взгляды брата, что словно обещали ему порцию ворчания по этому поводу. Омега тоже позволил себе тихо хихикнуть, а после поцеловать возлюбленного в щеку. — Да, и, может, хоть с тобой он решится завести детей, — Себ тоже вышел к ним, как только уложил детей, и внес свой вклад в то, чтобы шутливо довести Макса. Благо, его молодой любовник был рядом и охлаждал пыл и недовольство мужчины. Пусть и сам ужасно смутился темы детей. Даже, если бы он и хотел их, все равно ужасно боится беременности и родов. Так что чаще старался просто обходить эту тему. Но, к счастью, дальнейшие посиделки были все такими же приятными и теплыми. И вскоре все разошлись по спальням, чтобы хорошенько выспаться перед праздником. Глен ворчал половину вечера, но своего омежку из рук не выпускал, крепко обнимая и поглаживая то спинку, то волосы, то просто руку. Он приговорил несколько баночек пива и наевшись, быстро уснул, ведь днем так подремать и не вышло. А на утро первый ушел из комнаты, помогая семье по дому и брату с готовкой к празднику, что начался в обед. Было куда больше детей. Они бегали, кричали, толкались; в общем, Макс ощущал себя ужасно, стараясь держаться самых отдаленных (от детей) уголков, ибо тишину любил куда сильнее. Но вот Кею так же отмазаться не удалось. Сначала Себастьян попросил его помочь с сервировкой стола, после с приветствиями гостей, после «проследить» за аниматорами, что почти два часа развлекали маленькую банду, от которой даже Макс держался подальше. Благо, дети были слишком увлечены собой, игрушками и сладостями, чтобы обращать на взрослых вообще хоть какое-то внимание. К вечеру, когда стемнело, в доме наконец стало тихо. Себастьян без сил лежал на веранде, попивая коктейли. Марк заканчивал снимать праздник, ведь весь день он просто не расставался с камерой, успев заснять всех, в том числе и Кея. А Макс, найдя Вуда, снова утащил его на верх, начиная приставать, играть, и раздевать. Он был в игривом настроении, а ещё ужасно, за весь день-то, соскучился по своему омежке. — Ну давай… — шепча горячо на ушко Кею, альфа прижимал его к постели, иногда целуя за ушком и поглаживая пах. — Давай малыш, не упирайся… Я весь день смотрел на эту счастливую улыбочку без меня. Теперь имею право насладиться тобой… Рыжеволосый буквально таял от чужих настырных рук и жаркого шепота. Не мог не возбуждаться от любых подобных действий со стороны Макса. Но его все еще пугала мысль о том, что где-то в доме находятся родственники его любимого, и они могут все услышать. А сдерживался от стонов парень с огромным трудом. — Нас же услышат… — он шептал и тщетно отпирался, чувственно выгибаясь от ладони, что поглаживала его пах. — Я… я не умею быть тихим. Тут же щеки омеги окрасились в красный от смущения. Его уже охватило желание, а боязнь быть пойманными только добавляла остроты. Юноша потянулся к мужчине, прижимаясь к нему всем телом, и целуя в щеку. Он уже сдался, но все еще надеялся, что Глен придумает, как заставить его быть тише. Макс ласкал мальчишку не останавливаясь, прекрасно зная, что их не остановят, не прервут и не потревожат до самого утра. А утром они, вставая в девять, смогут спокойно собраться и позавтракав, попрощаться с Себастьяном, что будет единственный уже «на ногах». В прочем, его это не расстраивало, делая не менее счастливым, чем в прошлый вечер или день. Но это будет «завтра». А сегодня, мужчина с жадностью обнимал своего омежку, вдыхал его аромат и доводил едва ли не до плача, ведь стонать тот упорно не хотел, сдерживаясь настолько, чтобы жильцы, что по-старше их не услышали. Но Макса это словно раззадоривало сильнее. Впрочем, как и самого мальчишку, судя по его стояку в первые минуты ласк и тому, с каким хлюпаньем он встретил возбужденную плоть своего альфы. Но сильно мужчина не зверствовал, отводя время и на сон, на отдых. Они уехали, казалось, быстрее, чем приехали. Дорога обратно пролетела быстро. Возможно, да и скорее всего, что просто сам Кей большую часть пути дремал, убаюканный легкой прохладой в машине, звуками мотора, ровно и монотонно дребезжащего под капотом и ездой в целом. Да и половина ночи, когда поспать не удалось, тоже внесла свою лепту. Вернувшись под вечер, Макс занес внутрь своего омежку, стараясь не прогнать сонливость с него, но слишком долго открывал дверь, из-за чего парню пришлось прийти в себя, а в спальню уже подниматься самому. Так пройдет ещё один день. А за ним ещё. И ещё. У Глена было много дел. И хоть у Кея начались каникулы, мужчина продолжал работать, но юноше никуда ходить не запрещал, порой и сам настаивая, чтобы омега выбрался погулять, пока сам альфа прохаживается в пустынных коридорах университета. Как бы парень не удивлялся, но эта поездка помогла осветлить образ и того города, и тех событий, что там произошли. Теперь он был точно уверен, что такого с ними больше никогда не случится.