Демон в двадцать шестой палате.

Несмотря на то, что солнце встало уже давно, я все еще спокойно покоился в своей кровати. Так сладко мне еще никогда не спалось. Будучи по природе аристократом, я все равно был достаточно ленив, как мне всегда казалось. Важными делами всегда хотелось пренебречь ради уютной и теплой кровати, чего мне никогда не позволял Джон, когда я жил у них. Он был всегда добр ко мне, хоть и не так близок, как могло показаться. Будучи мне двоюродным братом, он принял меня со всей сердечной теплотой в свой дом. Но я почему-то все равно не смог довериться ему всем своим сердцем. Может, у меня его и нет? Я старался всегда держать дистанцию, быть вежливым и учтивым, но не более. Он же всегда прощал мне мои детские капризы. Сейчас же мне уже семнадцать. Надо же... В последнее время мне нравилось почему- то вспоминать о своей прошлой жизни, как будто я чувствовал, что вскоре все должно измениться для меня. И это чувство необычайно вдохновляло, давая надежду на что-то большее. В этот же момент раздался звон будильника и я нехотя проснулся. Желание залезть обратно в кровать было просто огромно, но я поборол его. Сонно потянувшись, я хотел протянуть руку к будильнику, однако я случайно соприкоснулся с чужими холодными пальцами. В этот момент звон прекратился, а я немного в испуге отдернул руку и поднял глаза. В моей комнате стоял Себастьян. Весь такой бодрый, улыбчивый, что мне стало тошно. И что ему не спится в такую рань? Лично я бы еще немного поспал. В любом случае, я до сих пор не понимал, как он пробрался в мою комнату и как давно он тут стоит. Ведь звука открывающейся двери я точно не слышал. Отсюда вытекал вопрос: как долго он здесь? — Доктор Михаэлис? Что вы тут делаете? — Решил лично убедиться, что вы не проспите. Я ведь обязан лично заняться вашим здоровьем, помните? — дьявол снова лучезарно улыбнулся, пододвигая ко мне ближе поднос. — Заодно я принес вам завтрак. — По-моему, это нарушение личного пространства. Не делайте так больше. Поднос я все же приблизил к себе, так как после вчерашней голодовки я чувствовал ужасный голод. А тут на тарелке лежали такие аппетитные горячие гренки с джемом, что просто не устоять. Я начал поспешно есть, так как компания посторонних людей во время трапезы мне никогда не шла на пользу. Также я до сих пор чувствовал некий дискомфорт от столь резкого появления посторонней личности. Что ж, Себастьян всегда был со странностями, сколько я его знал. — Так что вы собрались со мной делать? — уплетая очередной бутерброд, наконец поинтересовался я. — Ничего особенно. Просто решил окунуть вас в холодную прорубь. На этой фразе я чуть повернулся, поднимая взгляд на Михаэлиса. Он, конечно, никогда по моему мнению нормальным человеком не был, но чтобы так издеваться... Благо, на его лице я увидел лишь шутливое выражение. Он ведь шутит, так? Кажется, мужчина понял мое молчание и облегчающие выдохнул, произнеся, что это всего лишь шутка. Я же невольно напрягся, невольно задумавшись о том, что можно сделать с подростком в середине декабря, прокручивая всевозможные варианты. Завтрак был просто потрясающий. Сладкий, свежий хрустящий хлеб, ароматный джем, горячий и крепкий чай... Я просто не смог устоять перед его вкусом, жадно уплетая бутерброд за бутербродом. Так увлекшись завтраком, я не заметил внимательного взгляда Себастьяна. А когда заметил, я приостановился, вскидывая бровь. — Что? Когда я всем своим видом показал, что заметил то, как он беззастенчиво на меня пялится, я надеялся, что он хотя бы потупит взгляд или отведет его, но этого не произошло. Тогда неловко стало уже мне. — Я только сейчас заметил, что вы достаточно тощий. Вас дома не кормят? — неожиданно усмехнулся мужчина, — у вас не особо спортивное и крепкое тело для выполнения сложного ряда заданий. Да и выглядите вы, откровенно говоря, как подставной ребенок на службе. На этой фразе я чуть не поперхнулся. Моему недовольству не было предела. Как он посмел усомниться в таком прекрасном агенте, как Я? Но у меня как-будто застрял ком в горле. На самом деле я еще никогда не сталкивался с тем, что меня так просто раскрывали на работе или прямо мне заявляли, что я откровенно выгляжу как ни на что не годный дохляк. Себастьян же, увидев мое возмущение, продолжил. — Вам нечего на это ответить? — демон привстал с моей кровати, подходя к окну, разглядывая происходящее на улице. — И вправду, вы всего лишь их личная собачонка. — Как вы узнали о...— хотел было я спросить, но что-то переменилось во взгляде доктора. В нем появилось что-то пугающее и невероятно дикое. Он резко развернулся и пошел быстрым шагом к выходу. — Все вопросы потом. Собирайтесь и подходите к моему кабинету через час. Я так и не успел ничего спросить. Михаэлис покинул эту комнату быстро и также загадочно, как появился. Мне же оставалось только проводить его взглядом. Сначала я подумал, что, наверняка, он увидел что-то в окне, что его так сильно разозлило. Оттого, я убрал поднос и спустился с кровати, быстро подходя к окну. Выглянув, я ничего к своему сожалению не увидел. Обычные очертания сада. Также мое окно выходило частично на другой корпус, которое я мог спокойно разглядывать. Но все окна были зашторены. Все, кроме одного. Мне это почему-то показалось немного странным. Может, это было каким-то знаком? Я быстро оделся и решил, что перед посещением кабинета Себастьяна я схожу в тот корпус. Я находился здесь уже несколько дней, но при этом расследование не сдвигалось с места. Все это происходило из-за полного контроля медсестер и посторонних личностей, а также неудачной загруженности времени. К концу дня я так сильно уставал, что уже не мог сдвинуться с места. Оружие я с собой брать не стал. После прогулки в другой корпус я должен был быстро отправляться куда-то с Себастьяном, а там уже с этим могли появиться проблемы. Хотя, кто знает, может, мне придется находиться с этим типчиком наедине, а там оружие мне, возможно, и понадобилось бы. Аккуратно выглянув за дверь, я направился к основному коридору. Он был как всегда пустынный. Там я уже попал в основной коридор. Утром он был загружен, как всегда. Новоприбывшие, уезжающие, просто пациенты, гуляющие без дела. Множество врачей, которые в спешке бегали туда-сюда, пытаясь все успеть. Остаться незамеченным в этой суматохе было проще простого. Пробравшись через всю эту толпу, я никем не замеченный ускользнул на тонкую лестницу справа, что вела в самый загадочный и вечно всеми покинутый корпус. Там не было палат для пациентов, не проводились процедуры, да и вообще я никогда не видел, чтобы туда кто-либо ходил. Для загруженной больницы это было более, чем странно. Было бы грехом не обследовать столь интересное место. И к моему счастью, дверь оказалась открыта. Это почему-то тогда мне не показалось странным. Лестница была большая. Но в тоже время меня не встретили жуткие и мрачные заброшенные коридоры, как я думал. В основном здесь было чисто и достаточно светло, в частности из-за больших окон и проемов. А сама лестница была светлой и будто бы подсвечивала на свету. Я даже сначала подумал, что, возможно, это просто запасной или непригодный этаж, но что-то меня тянуло сюда. Это место точно должно хранить какие-то секреты. В запасе времени у меня оставалось около сорока пяти минут, собственно, я должен все успеть. Однако стоило поспешить. Вскоре я попал в широкий и такой же светлый коридор. Здесь было тихо и пустынно, однако достаточно чисто. Казалось, что полы были помыты недавно и помещение казалось проветренным. Хотя, возможно, где-то был сквозняк. С правой стороны было множество обычных дверей. Совсем таких же, как и на других этажах. Я подошел к первой из них и осторожно прислушался. Внутри было тихо. Тогда я попытался открыть дверь, но она была заперта. Та же история произошла и с остальными дверями этого коридора. Все они были крепко заперты и не разрешили познать их секрет. Тогда я, малость разочарованный, пошел дальше. Далее я попал в небольшое помещение, где было уже немного темнее. Тут меня встретили две двери: одна маленькая, а другая большая. Я с любопытством открыл маленькую дверцу и обнаружил совсем мелкую каморку со швабрами, ведрами и прочей неинтересной ерундой. Закрыв ту дверцу, я с интересом подошел к более масштабной двери. За ней оказалась еще одна лестница. С одной стороны она уходила вниз, а с другой вверх. Моментально прикинув, я предположил что с низу должен быть запасной выход, который скорее всего также заперт, но все же сгонял вниз на всякий случай. Там и вправду была лишь дверь с соответствующей табличкой "выход". Тоже, разумеется, запертая. Тогда я наконец-то с полным сердцем энтузиазма, отправился вверх. Эта лестница немного отличалась от прошлой и я ожидал, что она приведет меня в совсем другое место. Но мои надежды пали, когда я обнаружил совершенно идентичный прошлому коридор. Скука начинала брать вверх, и я уже подумывал вернуться назад и заняться другим, нормальным делом. Но на всякий случай я проверил двери. Одна запертая дверь за другой и вот он, чудо вселенское — шестая дверь оказалась открыта! Тут мои надежды оживились, но я уже не ожидал чего-то столь масштабного, как тогда, когда только входил на этот этаж. Но я ошибся. Перед моим взором вместо обычного приемного кабинета предстал огромная черная зала, будто не от этажа этого всего. Все ее стены были испачканы будто в саже. В комнате практически не было света, что не давало мне в полном объеме оценить масштабы этого чуда. Однако где-то на стенах я заметил держатели для факелов, хотя и без самих факелов. Я был просто поражен. Не было и единого предположения, что такое место может делать в обычной больнице или санатории. По середине стояла странная чаша: грязная и в чем-то измазанная. Изначально я хотел зажечь на своем смартфоне фонарик, но после подумал, что не стоит. Так меня могли заметить. Поэтому пришлось бродить в практически полной темноте. Взглянув на высокий потолок, я заметил какие-то рисунки, изображенные в красном цвете. Досконально их изучить я не мог из-за отсутствия нормального освещения и дальнего их расположения. Также я заметил небольшое окно в стене, которое служило единственным источником света в этом странно и помещении. Я аккуратно прошел к нему и заметил то, что вид из него прекрасно открывался на соседний корпус. В особенности, на мою палату. И тут до меня дошло: это было то самое незашторенное и выделяющееся окно, которое я разглядывал утром. Могло ли быть так, что Доктор Михаэлис увидел что-то здесь, что его так разозлило? Если да, то Что? В любом случае, теперь я был уверен в том факте, что это была необычная больница. Все это больше походило на атрибутику для кого-то ритуала. Быстро все осознав, я решил, что неплохо будет сделать несколько фотографий по-быстрому для отчета, но не тут то было. Как только я развернулся, я услышал дикий шум позади. Я резко развернулся и понял, что упал тот самый алтарь, что стоял посреди комнаты. Я понимал, что сам задеть его я никак не мог. В комнате я все также находился один, и это уже начинало мне намекать на присутствие кого-то еще. А также это был точно дурной знак и надо было убираться. Мгновение спустя я уже стоял возле двери, стараясь скорее открыть ее. Но к моему удивлению она не поддавалась на манипуляции. И тут сыграло мое воспалившееся воображение, а именно, я начал замечать, как темноте вокруг меня будто сгущается. В комнате стало совсем темно. Я молился, чтобы эта дверь открылась. Просто умолял. И вот, наконец-то, я смог одержать над ней победу. Я практически кубарем выкатился в коридор и тут уже не было никаких преград к моему освобождению. Но я все равно бежал, словно чувствуя опасность за спиной. Все это было не просто так. Я уверен. Моя опаска не прошла просто так. Сбегая по лестнице, я споткнулся и слетел с последних ступеней, болезненно приземляясь на колени. Взрыв, я понял, что разодрал их. Но не стал на этом зацикливаться, ибо я смог встать на ноги, что означало отсутствие каких-либо осложнений. Так я и покинул это чертово место.

***

— Вы опоздали. — произнес холодный мужской голос, когда Себастьян отвел взгляд с часов на меня, недовольно цокая языком. — Неужели правительство не научило вовремя приходить собаку к месту? Я же первые минуты ничего не ответил. Первой моей задачей было отдышаться, так как я потерял там слишком много времени. Пришлось бежать сюда со всех сил, чтобы не возникло вопросов. Однако я ошибся, так как вопросы были. — Где же Вы так устали, мистер Фантомхайв? — Я... — очередной шумный вздох-выдох, — бегаю... по утрам... за косточкой. Привычки...с трени..ровок. Нас та... так дрессируют. С оттенком сарказма и усмешкой ответил я, замечая, как выражение лица доктора приобретает некоторое довольство. Ему явно понравился этот ответ. К тому времени я уже смог привести свое дыхание в норму. — ...тогда Я уверен, что вам понравится моя задумка.

***

Ясное когда-то небо заволокло серыми тучами. Теперь день не казался мне настолько радужным. Как я заметил, за прошлую ночь успело выпасть немного снега. И уж теперь все поистине превращалось в новогоднюю атмосферу. Но не для меня. Со снегом у меня были исключительно отрицательные ассоциации, вроде грязи, холода и простуды. Сейчас же я, стоя в верхней одежде и дрожа всем телом, не отводил взгляда с Михаэлиса, который выглядел достаточно бодрым. Мы находились где-то в лесу, недалеко от больницы, но на приличном расстоянии, чтобы числится "не на ее территории". Доктор с ухмылкой ожидал от меня хоть каких-либо действий, однако я был непреклонен, отрицательно и даже со злобой мотая головой. — Я ни за что не полезу туда! — выпалил я, указывая пальцем на чуть примороженную гладь воды небольшого озера, на что Себастьян лишь недовольно качал головой. Кто был знал, что его утренний юмор окажется не шуткой! — Мистер Фантомхайв, ну же, не бойтесь. Я обещаю вам вашу полную сохранность. — мужчина лишь развел руками, кажется, получая неописуемое удовольствие от этого садистического процесса. — Вы с ума сошли! Если Я полезу в эту глыбу, то сразу же отхвачу отморожение или чего еще похуже. — Все также упирался я. Даже в обычной одежде было прохладно, что уж говорить о том, чтобы голышом в воду ледяную лезть. — Ну же, — мягко улыбнулся он, — это не обычное озеро. Оно известно своми исцеляющими минеральными свойствами. Зимой мы сюда и подобраться не сможем, здесь будут вечные кучи народа и желающих испытать это чудо на себе. — Вот и пусть остальные идиоты здесь купаются, а я и близко туда не подойду. — говорил я, переходя на крик. Теперь я просто понимал, что Себастьян - сумасшедший. Наверное, он и мочит в этой больнице людей, предварительно окуная их в это озеро. — Насколько же вы упрям. С этой фразой мужчина начал вытворять что-то странное. Сначала на замерзшую землю опал его черный тяжелый плащ, после он ослабил свой галстук, рубашку... Он раздевался медленно и неторопливо, вводя меня в полный шок. Он серьезно собрался сделать Это?! — Вы что, с ума сошли? — фыркнул я. Мне самому становилось холодно, когда я смотрел на него. А к тому времени он уже остался без рубашки. — Нет, просто хочу принять оздоравливающую ванну. Вы что-то имеете против? — Вы просто чокнутый. — фыркнул я. — Заметьте, что ваше замерзшее тело вытаскивать на сушу я не буду. — Как скажите, Фантомхайв. Мужчина все также с довольной ухмылкой продолжал раздеваться, оставляя меня в полном недоумении. Я не хотел следить за ним, но все же неосознанно наблюдал. Изначально мне показалось, что он имеет слишком идеальное тело для врача: слишком подтянутое и накаченное. Также я почувствовал легкое жжение в груди. На самом деле я до сих пор не мог определиться со своей ориентацией. Девушки меня не привлекали практически никогда, да и к парням, как мне казалось, влечения я не испытывал... До этого момента. Сейчас я почему-то испытал странное смущение. — Что-то не так? — поинтересовался он, причем оставаясь в нижнем белье, на что я мгновенно отвел взгляд. — Вы хоть когда-нибудь делали это раньше? — пробубнил я. — Разумеется. А вы нет? Тут я на секунду задумался и выдал: — Однажды меня пытались утопить в проруби. — Очень поучающе. — саркастично подметил дьявол, абсолютно босым проходя по холодной земле к источнику. Мне стало его почему-то жалко. Хотя сам тот не подавал ни малейших признаков обморожения. Пока что. Лично я никогда не обладал достаточно крепким здоровьем, чтобы вытворять такое. Поэтому, когда на одном из заданий меня попытались утопить как позорную шавку, я очень тяжело заболел. Некоторые даже думали, что все, это моя кончина. Однако нет, я выкарабкался к счастью или сожалению некоторых. Сильнее сжав рукава своей куртки, я с сожалением наблюдал, как Себастьян погружается в ледяную воду. Гордо, смело, аккуратно... Браво, это зрелище стоит похвалы. Сейчас он не обращал на меня никакого внимания. Но краем глаза я заметил, как его плечи напряглись. Он замер где-то у изначалия озера. Мысленно я усмехнулся, думая, что водичка все же холодновата оказалась, и он струсит. Но в следующую секунду произошло что-то внезапное. Вдруг Михаэлис, безмолвно и с кучей брызг, скрылся с моих глаз. Вода все еще немного подрагивала, напоминая о произошедшем. Я с ужасом осознавал то, что он камнем пошел на дно. Подбежав к воде, я начал безуспешно звать его, мысленно ругая себя за то, что не остановил его. Он просто сумасшедший. Лезть в такую холоднющую воду без подготовки — настоящее самоубийство. Спустя тридцать секунд он так и не появился. Я понимал, что нужно мгновенно принимать меры. Хоть я и говорил о том, что не собираюсь его спасать, я не мог ему просто так взять и позволить человеку утонуть. Тем более, его исчезновение вызвало бы множество ненужных вопросов. Я быстро скинул с себя куртку, свитер, на брюки у меня уже просто времени не хватало. И сейчас я поступил как самый безмозглый подросток. Я нырнул за ним, только после понимая, что было не лучшей идеей. Все тело обожгло будто огнем, но я старался не обращать на это внимание. Ждать помощи было слишком поздно. Предварительно я заглотнул как можно больше воздуха и сейчас, пытаясь хоть что-то разглядеть в пучине воды, я понял, что нигде не вижу его. А это озеро и вправду оказалось достаточно глубоким и невыносимо холодным. Обыскав все, я не наткнулся ни на что, что хоть отдаленно напоминало человека. Тут я решил всплыть, а поиски утонувшего продолжить секундой позже, понимая, что ощущаю нехватку кислорода и дальнейшее пребывание здесь грозит мне гибелью. Но тут до меня дошло еще кое-что ужасное: я не могу. Не могу всплыть. Холодная вода настолько обморозила меня, что конечности попросту перестали слушаться. Обматерив весь свет, я испустил последние запасы своего кислорода, чувствуя , как начинаю медленно опускаться на дно. Все же, это было очень глупой идеей. Но не тут то было. В момент, когда я уже попрощался с жизнью, меня вдруг подхватили чьи-то руки, рывком вытаскивая на поверхность. Я мгновенно схватился хваткой мертвеца за своего спасителя, начиная жадно вдыхать воздух и откашливаться. Спустя мгновение, я понял, кто меня спас. Это был доктор Михаэлис. Живой и здоровый. И тут меня охватила дикая злость. — Да как ты мог! — наплевав на все правила приличия и этики, я кричал на него со всей своей злостью. — Ты подверг нас обоих смертельной опасности, идиот! Конечно, теперь я четко понимал его план. Он просто хотел затащить меня в воду небольшой хитростью. Это просто безумство! Он не мог полностью подрасчитать свои силы, а значит, мы были оба в опасности. Да и как он продержался так долго в холодной воде? — Вы должны быть мне благодарны, я вас только что от смерти спас. — наигранно-расстроено произнес Михаэлис, когда вытащил меня на сушу. — Я из-за вас полез туда вообще-то..! Я все еще был зол на него. Просто ужасно. Но секундой после я понял, что прижимаюсь к его оголённой груди. Почему-то испытав неловкость, у меня появилась ассоциация с купанием в крещение. Но более неловким. — Простите, не смог не воспользоваться вашей добродушностью. — Михаэлис усмехнулся. Я же лишь фыркнул. — Надеюсь, в следующий раз вы утоните. — На вашем месте я не был бы так уверен, что в следующий раз утоните не вы. — монотонно ответил демон. — О чём Вы?.. Но на мой вопрос ответа не последовало. Я так и не понял, что он имел ввиду. Я понятия не имел, откуда у Михаэлиса появилась запасная одежда, в которую мы быстро и успешно переоделись. Она была значительно теплее преведущей. После доктор налил мне чаю из термоса. И тут я все же не выдержал. — Почему вы были так уверены, что я спасу вас? — Прошу, обращайтесь ко мне на "ты". — тепло ответил он, протягивая мне чашку. Я оплел чашку пальцами, чувствуя ее согревающее тепло. Сейчас мне было совсем не холодно. Наоборот, я чувствовал приятное тепло и уют. Все же было что-то в этом месте и озере. Сейчас, когда повечерело, оно очень хорошо отображало вечернее и ясное небо, которое еще недавно было окутано облаками. А чай очень вкусно пах к тому же. — Так все же? — спросил я, отпивая глоток чая, который будто приятно обжег меня изнутри. Теплота... Мужчина же тихо посмеялся, складывая все оставшиеся вещи. Я непонимающе хмыкнул, допивая свой чай. В полумраке я заметил, насколько лицо Себастьяна было бледным, будто фарфоровым. И это неосознанно притягивало. — Да, я был уверен, что вы это сделаете. — Почему же? — быстро спохватился я. — Потому что такова ваша натура. — мужчина посмотрел на меня и я заметил ясность его почти рубиновых глаз. Слишком ярких для человеческих. — Вы ведь сделали это не столько для меня, сколько для того, чтобы не чувствовать себя виновным, разве нет? Я фыркнул. — Вы приписываете мне необоснованный эгоизм. — А Вы до сих пор не можете начать воспринимать меня как равного, обращаясь на "Вы". — Михаэлис укоризненно помотал головой и я снова впал в замешательство. — Нет, просто... Вы.. То есть ты тоже этого не делаете. — И тут я понял, что запутался в собственных словах, от чего безнадёжно выдохнул. — Думаю, ты меня понял. — Вы можете позволить себе этакую вольность в мою сторону, я же — нет. Вы мой пациент, так что обращайтесь ко мне так, как вам удобного. — Или удобно тебе? — с усмешкой добавил я, на что Себастьян глубоко с паузой вздохнул. — А Вы наблюдательны. Только сейчас я понял, что мы все это время не прерывали зрительного контакта. Ранее я не замечал этого как-то, но у Михаэлиса очень красивые и завораживающие глаза. Себастьян первый отвел взгляд, и, окончательно собравшись, мы направились обратно в санаторий. По пути мы почти не разговаривали, перекидываясь парой фраз. Он оказался очень интересным собеседником, однако все мои вопросы на тему его происхождения, личных деталей или каких-либо сведений насчет агенства или моего отца — игнорировал. — Я так и не могу понять: чем мне помогло то, что меня окунули в ледяную прорубь? — Я же уже говорил, что это не просто озеро. Оно обладает минеральными свойствами и лечит почти от всех болезней. — Звучит ужасно глупо. — фыркнул я. Неожиданно мне пришел еще один интересный вопрос в голову. — А ты мог бы меня не спасти? Себастьян задумался, демонстративно оттягивая ответ, причем видя, как я его жду. У меня в глазах зажегся маленький огонек любопытства: а что если нет? — Боюсь, я должен следить за сохранностью моего пациента, хотя... Мужчина посмотрел на меня и наши взгляды снова соприкоснулись. Неожиданно я понял, насколько холоден был этот взгляд. Даже местами жесток. Я не понял, что послужило тому причиной, но почему-то снова продрог. Вообще я не всегда понимал резкие перемены в нем. То он выглядел счастливым, но злым... Это могло означать лишь две вещи: у него есть какие-то отклонения, либо все его эмоции неискренние. Я не смел нарушить тишину. — ...если Вы еще раз полезете туда, куда Вам не стоит, боюсь, даже я помочь Вам не смогу. — добавил Михаэлис. И тут я резко отвел взгляд. Где-то в глубине подсознания я понимал, о чем он говорит. Но понятия не имел, откуда он мог узнать. Его ведь там точно не было. Или же нет? Возможно ли то, что это он уронил алтарь? Но если было бы так, то я его наверняка заметил. Хотя, если учитывать всю темноту... — Я понятия не имею, о чем вы говорите. — бесстрастно ответил я, делая отстраненный вид. — Да? Тогда я вам напомню. "Западное здание" ни о чем вам не говорит? — Никогда и не думал, что у ваших зданий есть названия. — усмехнулся я, более спокойно добавляя — Нет, не говорит. — А Вы лжец, оказывается. Ледяные нотки в мужском голосе поубавились, однако весь оставшийся путь прошел в ужасно раздражающим молчание. Кажется, будто каждый думал о своем, и мы оба хотели как можно быстрее добраться до главного здания. Будучи в саду, я подметил, что те удивительные розы, которым я поражался изначально, завяли. Видимо, никакие селекционеры не могут полностью победить законами природы. Себастьян же на это и внимания не обратил. Может, правда их время прошло? Так и прошел этот долгий и утомительным день. В главный корпус мы вернулись уже достаточно поздно. Пожелав доктору доброй ночи, я мгновенно отправился в свою палату, чувствуя себя ужасно вымотанным. Там, скинув верхнюю одежду, я уложился прямо так, хотя еще долго не мог заснуть, переваривая все события.

***

Себастьян был вымотан этим днем не меньше. Но также, он был весьма доволен собой. Хотя, сегодня ему пришлось хорошенько побегать и потонуть. Почему? Да потому что он не ожидал событий в Западной здании. Не ожидал того, что там изначально произойдет, не ожидал, что Сиэль каким-то боком сунется туда, да еще и в самый ненужный момент. Однако там, у озера, с ним прошло все гладко. Кажется, это было единственное утешение для демона. Пожелав также мальчишке доброй ночи, тот обольстительно улыбнулся, делая вид, что простил его после их последнего разговора. Но это было не так. Михаэлис ненавидел ложь и терпеть не мог, когда эти человеческие создания смели что-то говорить против него. Да и зачем врать, если тебе в глаза говорят, что ложь уже глупа и неуместна, и демон все знает? В любом случае, он узнает его мотивы далее и то, каким чертом его туда понесло. Он вернулся в кабинет довольно закодированный в себе, желавший сейчас скорее развлечься, чем заниматься какими-то делами, но долг обязывал. Что ж, раз нужно, так нужно. В кабинете его как всегда беспринципно ожидала Элли, хотя она и знала, как Себастьян не любит, когда кто-то без его присутствия находится в его кабинете. Но молодая девушка просто не могла ничего с собой поделать. Она чувствовала, что теряет его, а ей без него становилось очень плохо. С появлением этого мальчишки в больнице Себастьян будто изменился. Стал очень холоден, переменчив, его перестали заботить другие пациенты или заказы. Все, чем он интересовался — был только он. Кажется, она начинала испытывать ревность по этому поводу. Мужчина прошел все также быстро мимо нее к своему столу. Заметив глазом бумажные документы, он уселся за стол и коротко кивнул, чтобы она тех подала. Но что-то беспокоило девушку. — С возвращением, Господин.. — робко, но мягко произнесла та. — Давай быстрее, я устал. На этих словах Элли побыстрее подбежала Михаэлису, оставляя небольшую стопку бумаг перед ним. Оба они знали, что на этих бумагах написано. И оба не подавали вида. Себастьян безэмоционально придвинул стопку к себе, и тут девушка не удержалась... — А к-как же тот мальчишка Сиэль? Просто Вы ушли с ним, а... Себастьян не дал молодой сестре договорить. Он поднял на нее весьма усталый и злобный взгляд, что заставило её сразу заткнуться. Но тут он неожиданно для нее произнес: — Забудь о нем. Никакого Сиэля больше нет.