Научись делить на два

POV Кавасаки. Ханамия, вот скажи, нахрена ты приперся и портишь мне настроение? Какой на фиг список класса и их клубов? Кому это вообще надо? Отлично! Теперь капитан Кирисаки всё-таки решил объяснить, зачем это все… Да сделаю я этот чертов листок, только уйди уже! Не знаю почему, но Макото раздражал одним своим присутствием. А посещал наш класс он гораздо чаще, чем другие классы первогодок. Он как будто специально нервирует меня! Вот дождётся и ему учебником по башке заеду. — Кавасаки-чан, я очень надеюсь на тебя. Ты ведь не подведешь меня? — да и улыбается ещё так лукаво… нет, точно хочет по роже учебником, я прям чую. — Да. — киваю и отвожу взгляд в сторону. Ксюша? Эх, я, конечно, понимаю, что новая обстановка, новые люди и всё такое, но зачем же так открыто пялиться на человека? Потапова прям таки с не скрытым интересом рассматривала главу дисциплинарного комитета, бегая глазами по всему его телу. Господи, ну нельзя же такой впечатлительной быть. Так и до инфаркта недалеко. Что? Он помахал ей? Что-то тут не чисто. Но прозвеневший звонок, свидетельствующий о начале урока, не дал мне спокойно размышлять. — Встать, поклон, сесть! — на автомате командую я, приветствуя сенсея.

***

— Кавасаки, а какие клубы вообще есть? — вы просто не представляете, какая в классе стояла гробовая тишина после вопроса Ксюши. Оно и неудивительно, еще никто не обращался ко мне с больше чем одной просьбой в день. А тут она, бесстрашная Ксения Потапова, которую абсолютно не отталкивает моя хладнокровная натура. — Так сразу и не припомнишь, будет лучше, если ты меня сориентируешь в каком направлении идти. — кажется, я начала невольно улыбаться этой девушке. И всё же, её улыбка заразительна. — Я сплю или Кавасаки улыбается? — прошептал кто-то сзади, но я уже не обращала внимания. — О! Ну, я тут уже узнала, что клуба по гимнастике нет! — воодушевленно размахалась руками русоволосая. — Вообще желательно спортивный клуб, но я хотела бы ещё попробовать себя во многом… — Ладно, пошли тогда. — перебила я Ксюшу и пошла на выход из кабинета. — А куда мы идем? — Увидишь.

***

— У-у-у, семпай! Это та-а-ак вкусно! Как у вас так получается? — с набитым ртом говорила Потапова, всё-таки Чизуру-семпай отпадно готовит. — Не хочешь тоже попробовать, Кавасаки-чан? — третьегодка кулинарного клуба протягивает мне только что приготовленные кексы, но я вежливо отказываюсь. — Что? Почему?! Это же так вкусно! — чуть ли не всю школу возмущается русская, закидывая в и так набитый рот очередной кекс. — Я не люблю сладкое. — сказала как отрезала, все девчонки как-то потупили взгляд. — Да, точно, прости, я совсем забыла. Ну, заходи к нам на чай в следующий раз. Мы приготовим что-нибудь и для тебя. — мило улыбнулась Чизуру. — Зайду, если время будет. — кивнула я, утягивая за собой одноклассницу-обжору. — Как. Ты. Можешь. Не. Любить. Сладкое? — выделяя каждое слово и с явным упреком смотрела на меня Потапова. — Ты бы дожевала сначала. — тут же перевела тему я. — И все же, почему ты сладкое… — Пошли, дальше плавательный клуб. — беспардонно перебила ее я, резко свернув по коридору.

***

— Слушай, Кавасаки, я бы хотела в этот вступить клуб, но… почему спортивные купальники от школы такие открытые? — русоволосая с каждой секундой смущалась все больше и больше. И вроде бы все нормально, обычные спортивные купальники, живот, а главное грудь хорошо скрыты, но… в нижний части было как-то маловато ткани, но даже несмотря на это ничего неприличного видно не было, просто крой такой специфичный. И, кстати, это был официальный купальник, от его ношения никуда не деться. Видимо, такой купальник не по душе Ксюше. — Ой, девочки! Мне Ханамия наконец предложил встречаться! Представляете! Я об этом со второго семестра первого класса мечтала! — рассказывала второгодка, кажется, капитан клуба. — Изуми-семпай, спасибо за экскурсию, мы пойдём. — оповестила я девушек, но Потаповой как всегда нужно было залезть своим маленьким носиком в чужие дела. — У-у-у, это так романтично! А какой он? Ну, Ханамия-семпай. — начала расспрашивать русоволосая. — Он невероятно хороший человек… POV Потапова Ксения. — Он невероятно хороший человек… — ой, а Кавасаки как-то скривилась от этих слов, как будто лимон съела, живописная реакция с её стороны, может она не в ладах с Ханамией-семпаем? — Он каждый вечер пишет мне и даже с утра провожает меня до школы! А ещё он обещал придти посмотреть на мои соревнования! — начался долгий рассказ о достоинствах капитана баскетбольного клуба Кирисаки.

***

РОV Ханамия. — Хара, что это у тебя там? — кажется, там проскользнула упаковка уже знакомых мне конфет. — Нет-нет, ничего. — начал оправдываться жвачный, тут же зарывая пакет с заветным угощением поглубже в сумку. — Ты опять что-то натворил, а Кавасаки за конфеты согласилась покрыть тебя? — опять эта девчонка, она меня просто выбешивает из себя! Кавасаки как глыба льда на верхушке Эвереста, никак не подступиться! А я перед ней и так и сяк выкобениваюсь, аж самому противно. Я даже предложил встречаться какой-то дуре из плавательного, пока не растопил сердце старосты первого класса. Интересно, а она будет рыдать, когда я завтра её брошу? Но вот Кавасаки, с ней игра будет намного веселее… — Хара, дай-ка мне конфеты для Кавасаки.

***

РОV Потапова Ксения. — Вау, Ханамия-семпай и правда замечательный! — высказалась я. — Так, всем в воду! — закричал тренер. — Ладно, мы пошли! — громко крикнула я, чтобы меня услышали даже те, кто уже нырнул. Пловчихи помахали мне рукой, а я приблизилась к Кавасаки… — Эм, староста? — удивленно спросила я. Альбиноска сразу как-то странно дернулась, потерла веки и во все глаза уставилась на меня. — А? Уже закончили? — без особого интереса спросила желтоглазая, видимо, просто чтобы узнать, не хочу ли ещё остаться здесь ненадолго. — Да, давай дальше.

***

— Ну, во-о-от! — раздосадовано надула щёки я. — Почему, если мне нравится клуб, то там обязательно какая-нибудь хрень? То с формой, то с составом, то с тренером, то ещё с чем-нибудь. — Может, ты слишком привередлива? — иронично изогнула бровь староста. Блин, да она одной фразой остужает весь мой запал пламенной речи. Вот буквально. — Хм, а баскетбольного клуба нет? — поинтересовалась я. — Есть, но мужской, и там ты можешь быть только менеджером. Если ты не хочешь играть на соревнованиях, то это идеальный вариант. Парни вполне согласятся тренироваться с тобой. — сдержанно объяснила Кавасаки. — У! Тогда я хочу. — Но есть одна проблемка… — альбиноска поджала губы и кажется проклинала кого-то в своей голове. — Какая? — Ханамия Макото. — О? Ханамия-семпай? Он тоже в баскетбольном клубе? Это же замечательно! — Хм, не разделяю твоего восторга… — Кавасаки-чан! — к нам подбегает с приветливой улыбкой тот самый брюнет, что недавно разговаривал со старостой. — Что тебе нужно, Ханамия? — фыркнула первогодка. Так это и есть Ханамия? — Ну-ну, не делай такое лицо, я просто принёс тебе конфеты, которые тебе должен Хара. — конфеты? Серьезно, тогда она попросила конфеты? А разве она не любит сладкое? — Спасибо. — как вы поняли, благодарности в голосе — ноль. — А с самим Харой ты что сделал? — Ничего, с ним всё хорошо. Просто неудачно под кольцом сыграл, но всё уже обошлось. Кстати, кто это с тобой? — Нам пора. — Кавасаки резко встает, берет меня за руку и пытается увести подальше от брюнета. — Нет, так просто я не дам тебе уйти, Сая-чан. — вы смотрели японские дорамы? Так вот, сейчас на моих глазах развернулось стандартное клише — парень поставил руку на стену так, что она оказалась очень близко к девушке. Но что-то явно было не так. Кавасаки со своим ростом смотрела на семпая сверху вниз, хотя должно быть наоборот. Кстати, выглядело это весьма комично. — Я не могу оставить двух прекрасных дам без обеда. — Ой, а я как раз бенто дома оставила. — напомнила я о себе. Кавасаки сильнее сжала мою руку, заставив меня коротко пискнуть. Я что, сказала что-то не то? — Вот и отлично, ты ведь не берёшь с собой обеды, Сая-чан. Пойдёмте, я угощу вас. — Вау! Ханамия-семпай и правда удивительный! — Отдавай мои конфеты и вали! — не своим голосом рявкнула Кавасаки. — Эх, ну, ладно-ладно, держи. — сдался Макото и протянул конфеты. — Не скучайте. — может быть мне показалось, но всего на миг, мне как будто почудилось, что семпай резко изменился в лице и, причем, оно было какое-то до жути злобным и свирепым. Но так как он развернулся к нам спиной, его лица я больше не могла рассмотреть. Наверное, просто показалось! — Кавасаки, а тебя Сая зовут? — альбиноска отпустила мою руку, коротко кивнула и пошла в противоположную сторону от той, куда направился баскетболист. Я же походкой вприпрыжку шла подле нее. — Можно я буду тебя так звать? — Как хочешь. — безразлично ответила староста. — Сая-чан, а что это за конфеты? — они, наверное, особенные, раз не любящая сладости Кавасаки их любит. — Хочешь попробовать? — она без лишних слов разрывает пачку и протягивает мне одну конфетку. — Ну, как? — какая-то у нее странная ухмылка… Стоп! Почему во рту так жжет? Они что, с перцем?! — Воды! — заорала я, несясь быстрее в столовую.

***

— Сая-чан, ну, за что ты ее так? — поглаживая меня по макушке, спросил спаситель в лице Ханамиии-семпая. Он как увидел моё красное лицо, сразу отдал свой сок, который собирался пить. — Вот именно, так нельзя шутить! — оторвалась от напитка я, но зря я это сделала, так как ротовую полость снова нещадно защипало. — Для начала, убери от неё руки. — Кавасаки довольно грубо скинула руку Макото с моей головы. — А для конца — пошёл отсюда на хрен. — не дождавшись ответной реакции, Кавасаки уводит меня за плечи к автомату с напитками и снеками и покупает мне газироку. — На. — закончившаяся коробочка сока летит в мусорный бак, а я снова припадаю губами к спасающему питью. — Сая-тян, а почему ты так с Ханамией-семпаем? Он хороший, вроде. — искренне не понимала я, такое хамское и отвратительное поведение одноклассницы. — Вот именно, что «вроде». — хмыкнула она, смотря в сторону брюнета и прожигая его яростным взглядом.