Не зная границ

— Нет! Отпустите меня!       Чимин проснулся в холодном поту, хватаясь за грудь, тяжело дыша, когда за окном еще была поздняя ночь, окутывающая всю комнату непроглядной темнотой. Перед глазами Омеги всё еще мелькали отвратительные образы прошлого с длинными грязными руками, вьющимися словно без костей и касающиеся его тела. Чимина трясло от этих чётких изображений в голове. Казалось они все еще были вокруг него, прячась в тени и окружая. От подобного ужаса по всему телу волосы встали дыбом. Пытаясь подняться с кровати, Чимин запутался в одеяле и, не удержав равновесия, свалился на пол. — Ай! Больно. Услышав резкий грохот, Альфа тут же распахнул глаза, очнувшись, и, сразу позабыв сон, поднял взгляд на дверь перед собой, чувствуя напряжение и беспокойство по ту сторону. — Чимин? — медленно заглянул Юнги в комнату Омеги, не замечая того на кровати, а лишь шевелящуюся белую груду на полу. Чимин, выбравшись из одеяла, обхватив себя руками, сел и обнял за колени, содрагаясь в страхе, бормоча что-то бессвязно себе под нос. Всё его тело лихорадило, перед глазами плыло, а в ушах глухо звенело, что он совсем не услышал, как кто-то вошел в комнату, лишь видел тень и слабый свет падающий по обе стороны. Чимину отодвинулся ближе к кровати. Альфа беспокойно опустился перед ним, заглядывая в заплывшие сонные глаза. — Что с тобой, Чимина? — схватил он за плечи младшего, ощутив сразу жар, исходящий от парня. — Ты… — пересохло во рту Омеги, что он тут же закашлялся. — Что ты… тут делаешь? — в полусонном состоянии спросил он, запамятав вчерашний вечер. Чимин с трудом сфокусировал взгляд на истинном, казалось перед ним было двое, а то и трое, и в конце концов замечая совсем незаметное мерцание в воздухе вокруг Альфы, а его мятный феромон так сильно источал от него, что невозможно было проигнорировать непривычное ощущение по всему телу, вспыхивающее в груди и ниже. И тут все воспоминания разом захлестнули его перелистывающимися эпизодами с момента, как к нему заявился незнакомец по имени Чон Чонгук до того самого, когда Юнги уперто последовал за ним.       Чимин вернулся в свое общежитие вместе с истинным, так как тот очень сильно волновался, что по пути может произойти всё что угодно, и ко всему прочему Альфа слишком устал, чтобы возвращаться обратно. Тогда Омега с трудом согласился, чтобы истинный переночевал у него, но с одним условием. Сначала Мину не нравилась эта идея и он всячески пытался придумать еще оправдания, почему они должны быть рядом, напоминая каждый раз, что Чимин не выделял феромона и вообще плохо себя чувствовал, от чего сердце сжималось. А ведь Юнги был прав, но он все еще не знал причин. — Тогда уходи, — бесстрастно тогда ответил Омега, заколебавшись уже с этим до тошноты настойчивым Альфой, и заперся в своей спальне. Растерянный Юнги простоял пару минут безмолвно, проглатывая все свои слова, но так и не покинув квартиру. Зайдя в другую рядом расположенную комнату и охерев от смешанных запахов знакомых феромонов, не таких сильных, конечно, но очень приторных, сразу развернулся и просто уселся напротив комнаты истинного, в конце концов задремав. — Юнги, — совсем тихо выдохнул Чимин, вспомнив всё. Его глаза наполнились влагой, а губы незаметно задрожали. Сейчас в нем боролись две стороны. Одна в страхе хотела спрятаться от всего, от всех этих Альф и их рук, а другая желала единственное, что осталось у Чимина. Желала одного. — Да, я здесь. Что такое? Ты весь горишь, Чимина, — трогая горячий лоб, отметил старший. — Я… — Омега медленно наклонился, глядя в глаза истинного, что блестели в полумраке. Прежде чем понять, что он делал, его собственное тело само решило действовать совсем бессознательно. Ощутив горячее дыхание наполненное не просто запахом, а целым набором, смешанных дурманящих ароматов, исходящих от взволнованного Альфы, который не совсем понимал, что делал сейчас Чимин, хотя нутро подсказывало, что парень не в себе сейчас, Омега, вдохнув полной грудью, схватил старшего за плечи и, чуть приподнявшись припал горячими губами к его сухим, мягко сминая, увлажняя, причмокивая и ластясь глубже, напористей, прижимая еще ближе. А Альфа, распахнув широко глаза как никогда прежде, даже не мог двинуться, офигев от происходящего. — Какого… — прервал Юнги поцелуй, нахмурив брови, но Чимин даже не дал ему закончить свою мысль, наваливаясь сверху и страстно продолжая эту приятную негу, протекающую яркими вспышками по всему телу. Юнги сначала ликовал мысленно, обнимая младшего за поясницу и давая творить это безобразие, что было вообще нормой для Альфы, но так чертовски непривычно с собственным истинным. Омега сам желал его, проявляя инициативу, что в животе старшего бабочки запорхали с неимоверной скоростью, застревая где-то в груди, но всё это было странно. Подсознание подсказывало, что что-то было не так. Омега все также не выделял феромонов, хоть и слабые нотки были тут и там в комнате, давно пропитанной запахом Пака. — Стой! — пересилив себя, всё-таки оттолкнул Юнги безумно возбужденного истинного, потерявшего напрочь всё свое достоинство, уже забравшись горячими ладонями в штаны старшего. — Что такое? Разве ты не хочешь этого? — шептал хрипло Чимин, облизывая еще больше распухшие от поцелуев губы. Он выглядел чертовски горячо и сексуально, что Юнги не сразу смог ответить, проглотив ком в горле и очень-очень громко проматерившись мысленно. Тело билось в истерике и кричало, какого черта ты делаешь прямо сейчас, когда истинный сам желает тебя. — Нет, — сквозь зубы почти прорычал Мин, отгоняя наваждение и усмиряя свой пыл. Глубоко вдохнув и выдохнув, он вспомнил всё, что произошло за последнее время в его жизни, и наконец сознание Альфы взяло вверх. — Я очень хочу этого, — после долго молчания ответил он. — Ты даже не представляешь насколько, — желая ударить себя, продолжал еще тише Юнги. — Но у тебя жар. И уверен на все черт возьми сто процентов, завтра ты будешь очень жалеть об этом. Чимин глядел долго на него, выслушав всю правду с покрасневших губ. Наконец сознание возвращалось к нему, но он никак не поменялся в лице, потому что Юнги был прав. Но по правде Чимин действительно хотел хоть немного забыться и забыть о всех своих проблемах. — Дурак, — буркнул он, надув губы, и вдруг схватился за голову. Резкая боль отразилась в висках. — Ай… — Что такое? — В висках болит, — громко дыша, Омега с помощью истинного поднялся на ноги и уселся на кровать, склонив голову. — Тебе принести воды? — закинув одеяло обратно на кровать, Альфа встал перед истинным, слегка наклонившись вперед. Чимин, не подняв взгляда, крепко схватил старшего за край кофту. — Останься со мной, — Омега взглянул на истинного слегка прикрытыми глазами. Юнги замер, ощутив, как пробило снова в груди от этого взгляда, что щеки загорелись предательски, как у подростка. Юнги уже хотел действительно ударить себя за столь непривычные мысли. — Чимин… Ты так предлагаешь перепихнуться? — смутившись, лишь смог пролепетать Юнги, почесывая затылок. Он впервые был так растерян перед кем-то. Всегда гордый эгоистичный Мин Юнги не знал что делать перед единственным самым важным человеком в его жизни. Чимин заметил потерянный взгляд и улыбнулся, прикрыв глаза. От Альфы исходил такой сильный феромон, что ему даже не нужно было проверять, как сильно у него поднялось либидо. — Но ты ведь хочешь этого. Кажется я схожу с ума от твоего запаха, — полушепотом произнес Чимин, облизывая губы, чувствуя новый прилив возбуждения. — Правда? — игриво начал Юнги и, склонившись ближе, повалил младшего на кровать, хватаясь одной рукой за щеку, другой за открытое бедро, страстно целуя в горячие губы, что просто катастрофически сносило крышу. — Еще, — шептал приторно младший, что Юнги был готов растерзать его под собой. Но не спеша, ласкаясь в горячих объятиях и пьянея от французских поцелуев, он нежно сжимал и гладил бедро Омеги, поднимаясь все выше, чувствуя, как крепче хватался истинный за загривок, прикусывая губу. Юнги так желал любви истинного, что вдруг остановился, разрушив в миг всю идиллию и связь. Чимин, оторопев, распахнул в непонимании глаза, замечая лишь грустный вид Альфы в слабом свете, исходящем из коридора. Юнги, убрав руку с бедра, чуть приподнялся, чтобы они не касались самыми жаркими точками в их молодых телах. — Прости, — погладив по щеке истинного, резко отпрянул Юнги. — Что? — Мы ведь договорились, что я сплю у Сокджина, — уже отошел к двери Альфа, когда Чимин удивленно приподнялся на локтях. — Но… — И никаких но, — строго бросил Юнги, от чего невидимая волна подчинения окатила младшего. Уже во второй раз он ощутил этот поток, властвующий над ним, напоминающий, что он лишь Омега, подчиняющийся Альфам. Чимин смутился, поджав губы. — Ложись спать. Только два часа ночи, а тебе завтра на занятия. — Ты же знаешь, что в следующий раз я так не поступлю, — опустились уголки губ Омеги. — Знаю, — вздохнул Альфа. — Я буду ждать, даже если пройдет вечность. А теперь… — Юнги все же снова подошел к истинному и поцеловал в горячий лоб. — Спи. Если тебе все еще жарко, я принесу воды. — Дурак, — хмыкнул Чимин, отворачиваясь смущенно. Это было еще более непривычно, получать такое теплое внимание от своего истинного. Чимин был готов расплакаться прямо перед ним, но сдержался. — Сам дурак, — ухмыльнулся Юнги, натянув гордую улыбку.       На утро Омега помнил во всех подробностях, что произошло этой ночью. Ему вдруг стало неловко за себя и свою распутность. Сжав подушку, он глухо прокричал. Чимин был очень благодарен, что Юнги не поддался искушению, после чего Омега спокойно уснул и больше не видел тех кошмаров, которые всегда преследовали его. Поднявшись, улыбка Омеги резко слетела с лица, когда боль снова пронзила виски снова. — Черт. Бегом подойдя к столу, он попытался найти в ящиках какое-нибудь обезболивающее, и застыл, заметив анализы, которые ему отдал врач с итоговым диагнозом. Чимин, глянув в сторону двери, запихнул бегом анализы в один из ящиков стола. Он хотел рассказать правду Юнги, но с каждой минутой ему становилось страшней, что всё это будет бессмысленно. Ведь его может закончиться в любой момент, не важно скажет он или нет. Все равно он обречен и ничто не спасет его, а омрачать настроение Альфы ему совсем не хотелось. Особенно сейчас когда они так неожиданно стали ближе друг к другу, словно еще неделю назад Чимин не желал сделать операцию, ненавидя истинного. После выписки из больницы Чимин даже не упоминал его, но с каждым днем он тревожился за себя, пытаясь окунуться во что-то, что продолжала его держать в этом мире. Учеба казалась бессмысленна в его ситуации. Вместо этого он мог бы всё бросить и уехать, но он не мог. Что-то держало его и не отпускало и теперь это что-то наконец рядом с ним. Чимин не может этого объяснить, но он чувствует что он рядом. И пока это единственное, что было важно для него. Омега думал, что может так он сможет все исправить и хоть немного прожить счастливо. Тяжело вздохнув, Чимин схватил нужные лекарства от боли и направился на кухню. Когда он вышел из своей комнаты, то чуть не споткнулся об истинного лежащего почему-то на полу прямо в коридоре. — Юнги? — слегка толкнул ногой Чимин старшего, глядя на спящего Альфу свернувшегося в калачик. Глаза истинного сразу заморгали, привыкая к свету, и устремились вверх на Омегу. — Ох, это ты, — поежился он, причмокивая губами и обнимая самого себя. — Дай еще чуть чуть поспать, — промямлил лишь Альфа, зевая и снова закрывая глаза. — Почему ты спишь здесь? — Комната твоего друга пропиталась его феромоном и мне было невыносимо там находиться. — О! Точно, — совсем не подумал об этом Чимин. — Ты мог сказать об этом. — Всё в порядке. Мне и тут неплохо. Полы с подогревом самое то. — Я собираюсь в универ, так что можешь лечь у меня или иди уже к себе. — Лечь у тебя? — тут же распахнулись горящие глаза Альфы в бодром состоянии. Чимин тут же ощутил от него волну энергии, от чего улыбка сама по себе появилась на лице. Юнги вскочил с пола, поправляя свою одежду, но остановился, уставившись вопросительно на смеющегося Омегу, и тоже ощутил в груди прилив радости, что сам рассмеялся. — Ты очень милый, — отметил вдруг Пак, почувствовав теплую атмосферу воцарившуюся между ними, будто это было не впервые. Словно это был самый обычный день из их жизни уже долгие годы. Но правда резала глаза. Чимин всё еще помнил, что произошло за последние пару лет, и улыбка тут же исчезла. — Поцелуемся? — Что? Нет. Мне нужно собираться, — смутившись такому резкому повороту событий, Чимин направился сразу в ванную, закрывшись, и уставился на себя в зеркале, пытаясь совладать со смешанными эмоциями. — Черт. — Да что я блять творю, — ударил себя по лбу Юнги, оставаясь стоять на том же месте. Все-таки Юнги всегда был грубоватым и резким, а с истинным он вообще не мог контролировать себя в самый неподходящий момент. Услышав шум воды из ванной, Альфа неуверенно вошел в комнату истинного на цыпочках и, оглядевшись, разлегся на белых простынях, вдыхая оставшийся феромон Омеги. Запах был до безумия приятным и дурманящим, хоть его было совсем чуть-чуть. Юнги лежал расслабленно на спине, пытаясь снова окунуться в мир снов, но его тут же разбудил младший, ворвавшись бегом в комнату, опаздывая на занятия. — Уже разлегся, — остановился он на мгновенье, заметив интересную картину. — Угу, — открыл глаза Юнги. — Оу… — остолбенел сразу же. Пак вдруг начал стягивать с себя футболку и быстро натянул белую рубашку, висевшую на плечиках, совсем не стесняясь истинного. Ему явно было не до этого. Юнги прикрыл глаза рукой, представляя перед собой плоский живот, выделяющиеся ребра, темные ореолы сосков, острые тонкие ключицы, которые он успел заметить за доли секунды. — Что даже не посмотришь? — управившись с рубашкой, усмехнулся Чимин. — Ну я подумал, тебе не понравится. — Ха… — Ха? — открыл неуверенно один глаз Юнги, замечая задумавшегося истинного. — Так вот значит как работает истинность, — осознал он. — Точно.       Истинность, как говорил Сокджин, проявлялась у всех по разному, но чаще всего можно было найти в разных сказках, легендах и тех старых книгах, которые Юнги читал несколько ночей подряд, что у соулмэйтов существовала особенная связь — понимание мыслей. Это почти что чтение мыслей, но как и все остальные, истинные не могли прочитать или услышать мысли друг друга, но они могли их почувствовать, ощутить эмоции, будь это переживание или радость или какое либо желание. К примеру, Чимин не хотел, чтобы истинный смотрел на него, когда он переодевается, но это было секундной проскользнувшей мыслью, так как Чимину даже некогда было об этом думать, но Юнги все равно это почувствовал и закрыл, вероятно, даже не осознав, что это было не его собственное желание. — Очень интересно, — хмыкнул задумчиво Альфа. — Тогда возможно то как ты вчера напал на меня с поцелуями, отражали моё желание, — предположил он. — Возможно, — замявшись, ответил Чимин и отвернулся сразу, ощущая на себе пристальный взгляд где-то в районе поясницы. — Бля, — выругался вслух Юнги, когда Чимин начал стягивать с себя шорты. — Не смотри. — Не смотрю. — Я знаю, что ты все еще смотришь, — обернулся Омега, встретившись с ясным взглядом Мина. Юнги, кусая губы, округлил глаза, когда перед ним предстал вид на накаченные ноги парня и его синие боксеры, прикрытые низом рубашки. — Ты ведь не впервые видишь чужое тело, — усмехнулся Чимин, сразу же натянув узкие брюки. — Ты очень сексуальный, — отметил Юнги. — Хочу теперь стянуть с тебя эту рубашку и брюки, — добавил он с полуулыбкой, ныряя в омут своего грязного воображения. — Может в следующий раз, — выдержав мощный выброс феромона, ответил Чимин, хватая сумку и ноутбук. — Я уже опаздываю. — Ты ведь брал академический отпуск и возвращаешься. Не боишься что будут вопросы? — Мин Юнги? — Да. — Откуда ты знаешь, что я брал академ? — Эмм. Ну… Разве ты сам не говорил об этом столько раз, когда мы шли вчера поздно сюда. — Ты знаешь слишком много, когда я совсем ничего не знаю о тебе, — задумчиво отметил Пак. — Я расскажу тебе все, что захочешь, когда вернешься с учебы. — Пообещай! — тут же протянул мизинец Чимин. — Обещаю, — неловко ответил Юнги, скрестив пальцы, и тут же потянулся вперед, утягивая истинного к себе, впиваясь прямо в губы. — Мм. — дав насладиться момент, Чимин сам подался вперед и тут же разорвал поцелуй, громко выдыхая. — Я опаздываю, — не успел Омега двинуться с места, а Альфа кое-что важное добавить, как громкий стук раздался со стороны двери. Чимин аж подпрыгнул на месте, схватившись за грудь. — Стой, — приподнялся Юнги, навостряя весь свой нюх и слух и Альфа-чутьё, пытаясь понять, кого занесло в восемь утра. — Это странно. Я не чувствую запаха. — Это наверно Чан, — сразу догадался Чимин, оживившись и оставив истинного в комнате одного. — Извини, Чан. Если мы опоздаем, это всё из-за Мин Юн… — натянув наспех обувь, вышел на лестничную площадку Омега. — О? — отшатнулся он в сторону, обратно в квартиру, не узнавая перед собой мужчину в делом костюме и черном тренче поверх. — Здравствуйте. А вам кого? — напрягся Чимин, пытаясь вспомнить, где видел лицо этого незнакомца. — Здравствуйте, — вежливо поклонился брюнет с кудрявой копной волос и с томным взглядом с непривычным для азиатов большими глазами. Он оказался намного выше Чимина, что второму пришлось задрать голову. Омеге вообще часто приходилось задирать голову, ведь все его знакомые были выше его, только Юнги казался одним ростом с ним. — Я ищу вашего истинного Альфу. Он ведь сейчас здесь? — Юнги? Откуда вы знаете, что он… — Я всё знаю, Пак Чимин. — Чимин? Мне показалось или что-то случилось… — тут же выглянул Юнги из-за двери, заметив опрятного знакомого мужчину перед собой. — Бля, — зажмурил он глаза, желая, чтобы этот человек исчез насовсем из его жизни. — Ли? Ты то что тут забыл? — спросил раздраженно Альфа. Его всегда бесили Безвкусные Рататуи, но этот прям особенно мозолил ему глаза. — Я ведь уволился. Должен был… В чем проблема? Бета хотел уже ответить, но сразу опомнился, взглянув на Омегу, все еще стоящего перед ним. Всё-таки все их действия были тайной правительства и только для узкого круга людей. — Ккхм, — не отрывая взгляда, прокашлялся Ли, от чего у Чимина мурашки пробежали по спине. Слишком холодный у него был взгляд даже для Беты, но в лице все равно было что-то знакомое, будто они однажды уже встречались. — Чимин, ты ведь опаздывал в университет. Всё в порядке теперь. Мистер Ли мой бывший коллега. Я разберусь, — поторопил истинного Мин, подавая сигналы, что ему нужно уйти как можно скорее. — Ох, точно, — опомнился Пак, ведь он действительно опаздывал, и, откланявшись незнакомцу, направился к открытому лифту, чувствуя беспокойное волнение в груди. — Насколько всё серьезно, что ты притащился сюда сам, Ли Тэхён? — ухмыльнулся Юнги, облокачиваясь о дверь. — Настолько, что, возможно, я арестую тебя прямо здесь, Мин Юнги. — О чем ты блять? В смысле арестовать? — опешил Мин, хмуря лоб. Он, конечно, не мог вспомнить, что делал всё это время, уйдя в запой, но он был стопроцентно уверен, что ничего противозаконного не совершал. — Я пытался связаться с тобой уже несколько дней. Благо наши следят за твоим истинным. — Я ведь просил не делать этого. — Неважно. Как давно ты был в своей квартире? — начал Ли в своей привычной манере, доставая телефон из кармана. — Давно. Я даже не знаю, какой сегодня день, — пожал плечами Альфа, заглядывая в аппарат. — Ты знаешь, что случилось в твоей квартире? — включив запись, продолжил Бета. — Это что допрос? Что ты делаешь, Ли? — Просто ответь уже. — Если ты о разгроме, то я сам сделал это всё. — Из-за того Омеги, что ли? — догадался брюнет. — Разве это так важно? — Юнги еще больше взбесил этот парень, что был готов послать его и закрыть дверь прямо перед его большим носом. — Важно. Вы теперь встречаетесь? Он ведь тот парень, которого изнасиловали пару лет назад. — Это он и он мой истинный. Ты ведь знаешь об этом. — Знаю. — Зачем ты на самом деле здесь? — Это касается и Чимина. — Да что случилось то? Кого-то снова изнасиловали? — Те Альфы-насильник… Ты знаешь, что с ними случилось? — сщурил глаза Ли, глядя так будто пытаясь пробраться в мозг Юнги и достать всю информацию. Одно неправильное движение Альфы и всё станет ясно. — Нет, не знаю, — чётко ответил Юнги понимая, что все серьёзно, а он знал, как никто другой знал, какие бывают на самом деле допросы. — Они все мертвы. — Что? — Что? — прозвучало эхом из кабины лифта. Чимин ошарашенно прикрыл рот ладонь и бегом нажал на кнопку. Быстрые шаги направлялись прямо к нему и он увидел удивленное лицо незнакомца прямо перед собой, но в то же мгновенье дверцы лифта закрылись, оставляя Омегу одного, и кабинета поехала вниз. — Стой. Ты… — не успел Бета остановить Омегу. Юнги так и продолжал стоять на том же самом месте со скрещенными руками на груди, радуясь услышанному как не в себе. — Чего смеёшься? Он ведь всё слышал, — разозлился Бета, нажимая на кнопку вызова лифта, но цифры продолжали перемещаться в меньшую сторону. — Я знаю. Мы ведь всё-таки истинные и даже без феромона, я все еще чувствую каждый раз его волнение и страх, если он близко, — подметил Юнги, радуясь и этому. — Ты не остановишь его? — не понимал Тэхен поведения бывшего коллеги. Всегда серьезный в своих делах Мин, вдруг поддался чувствам. Ли никогда бы не подумал, что это произойдет с ним. Хотя Мин Юнги всегда выделялся своим отвратительным поведением. — Думаешь, он растрепает об этом? Лучше расскажи мне подробнее, что произошло? Почему они мертвы? — Окей. Но ты отвечаешь за все дальнейшие последствия, Мин Юнги. — Да, да. Так что случилось? — Этих Альф убили. — Убили? — Их отравили. Было бы не так подозрительно, если умер кто-то один, но умерли все пятеро. Это случилось два дня назад. И у нас есть несколько подозреваемых, — продолжал Тэхён, подходя обратно к Альфе. — Если один из них я, то кто второй? — сразу же спросил Юнги. — А ты догадайся. Вот кому еще эти Альфы переступили дорогу, а? Юнги даже долго думать не пришлось. В голову пришёл только один человек, который никогда бы в жизни не причинил физический вред людям, особенно Омегам. Человек, который был в плане у государства, на которых работал все это время Юнги. Единственный друг, за которым пришлось юному Мину присматривать. Единственный человек, который не совершил бы этого из-за своих убеждений. Но раз Юнги не причастен к убийству пяти Альф, однажды изнасиловавших Чимина, оставался только один. — Намджун?!