Тайна испанской деревушки

Для Кеннеди день начался, откровенно говоря, хреново и обещал, что дальше будет только хуже. Благодарить за это ему стоит двух людей: «доброго» мальчика Дина, из «благих» побуждений насыпавшего гвозди на дорогу, на которые Леон умудрился наехать своим «Мерседесом»; и самого себя (надо же было додуматься поехать на метро, вместо того, чтобы просто вызвать такси). В итоге правительственный агент с горем пополам доковылял до работы ногами, уже на несколько размеров больше обычного (тот, кто ездил на общественном транспорте в час пик знает о чем речь, остальным автор искренне завидует). Леон ожидал, что начальство будет его отчитывать за получасовое опоздание, но он еще не знал, что для самого важного человека в США день начался куда ужаснее. В коридорах Белого Дома было поразительно пусто: опасаясь попасться под горячую руку разъяренной Лили Грэхэм, все работники разбежались по кабинетам и забаррикадировались изнутри. Женские выкрики (весьма нецензурного содержания), жалобные вопли мужчины и треск ломающейся мебели доносились из глубины здания. Переборов предательскую дрожь в коленках, Леон бесшумным шагом (а в такой какофонии звуков и мамонт сумел бы подкрасться незаметно) пошел разведывать обстановку. Выглянув из-за угла, бесстрашный спецагент увидел следующую картину: первая леди США, Лили Грэхэм, стоя в боевой позе, отводит назад руку с фиолетовой вазой из-под цветов, уже давно втоптанных в палас, и, хорошо прицелившись в голову президента, бросает её. С диким визгом мистер Грэхэм падает на пол, стеклянное орудие пролетает мимо и разбивается о стену. Женщина, ни на секунду не переставая покрывать матом президента, закатила рукава своей блузки и вопреки неписаному закону пошла добивать лежачего. Испытывая сильные уколы совести, Леон Кеннеди последовал примеру остальных, т.е. смылся от греха подальше. Все кабинеты были заперты изнутри, и только Ханниган, добрая душа, впустила парня в приёмную и со спокойным видом протянула ему стаканчик с водой. — Что?.. — Леон сделал несколько глотков и наконец пришел в себя. — Что здесь происходит? — Да там дело темное, даже мне мало что известно, — обыденным тоном ответила Ханниган, села на офисный стул и закинула ногу на ногу. — В общем, вчера к президенту приезжал испанский политик Саддлер, они вели какие-то переговоры о торговле и плавно перешли к распитию самогонки, сделанной в Пуэбло. — Ужас, неужели она за это его так бьет? — шёпотом спросил Леон. — Да не перебивай ты! — отмахнулась девушка. — Ходят слухи, что самогон особенный был, но это бред, конечно: просто напились мужики до поросячьего визга. Мистер Грэхэм спьяну подписал контракт, в котором говорится, что он выдает свою дочь Эшли замуж за Саддлера. Испанцы ее в тот же вечер с собой увезли, а бедняжка Лили утром нашла своего мужа под столом в обнимку с пустой бутылкой и злосчастным договором под мышкой. — Мда, дела, — растеряно протянул Леон. Только тут сплетники заметили, что вопли и маты начали быстро приближаться к приемной. Закрывать двери было слишком поздно: президент США на четвереньках вполз внутрь. — Мистер Кеннеди, я поручаю вам важную миссию — спасти мою дочь из лап испанских жуликов, — не смотря на вид избитого бомжа из-за синяков и порванного дорогого костюма в голосе мужчины звучало поистине президентское достоинство. — Свадебная церемония будет через два дня, в церкви деревушки Пуэбло — и Вы должны этому помешать! «Можно смело себя поздравить: звание лоха закрепилось за мной и на этот год! В Белом Доме свыше пятисот человек, и первым на глаза попадаюсь именно я, значит и козлом отпущения быть мне. Вот почему Ханниган одна так спокойна как удав: её то точно никуда не пошлют». — Как скажете, сэр, — пытаясь придать своему голосу хоть немного энтузиазма, ответил Леон. — Вот ты где, скотина безмозглая, пьяница подзаборная!!! — воскликнула миссис Грэхэм, ворвавшись в приемную подобно разъяренной фурии, и, потянув за уши, поставила своего благоверного в вертикальное положение. — Я бы тебя самого послала в ту деревню, если бы не твой долг перед страной! А ну пошел, мы с тобой еще не договорили! — она вытолкнула президента за шкирку в коридор, вышла следом и захлопнула за собой дверь. Леон печально вздохнул, и под сочувственным взглядом Ханниган залпом опустошил стакан с водой, искренне жалея, что самогонки под рукой не оказалось.