Wake up

      Я не знаю, когда посмотрела на тебя, как ну мужчину. Началось ли это с песочницы, в школе или с той вечеринки, когда поняла, что теряю тебя. Когда приходишь к подобному, обычно все смешивается, потому что мы друг у друга всю жизнь, не считая этих шести месяцев порознь. Я до сих пор не понимаю, что это такое, просто, когда ты уехал, стало невыносимо.       Мне казалось, что даже расстояние в шаг делало меня уязвимой без тебя, может поэтому ты никогда не задвигал шторы на своем окне, молча мне желая спокойной ночи перед сном, скрещивал руки перед лицом, когда я засиживалась допоздна, или же строил рожицы, чтобы я засмеялась. Может, ты тоже чувствовал необходимость во мне, о которой никогда не говорил. Я уже не узнаю.       Всего шаг между нами. Фактически всегда, был всего один шаг, пока между нами не становилась твоя девушка. Мне всегда казалось, что у меня была тысяча возможностей дотронуться до твоего лица, взять тебя за руку или обнять, но я боялась, а она нет. Теперь у нее была возможность все это делать с тобой и даже больше.       Была ли моя проблема в том, что я никогда не говорила тебе об этом? Или же проблема была только в тебе, потому что ты не хотел замечать? Но, не об этом.       Знаешь, сейчас у меня стоит на повторе «uhgood». Скорее всего, не от большой любви к твоему голосу. Я просто пытаюсь понять тебя, чтобы оправдать свои чувства. И я каждый раз падаю в яму, потому что просто не вижу никого лучше тебя перед собой.       Нашел ли ты свою свободу сейчас?       У нас через пару дней Рождество. Я больше не поеду в сказочную Прагу, потому что вместо нее выберу вечеринку с новыми друзьями. Тебе бы это не понравилось, ведь ты всегда говорил, что я не умею выбирать друзей. Может, раньше бы я и поверила, но не сейчас. Пусть даже ты выбрал меня, пусть даже ты поспособствовал тому, чтобы я общалась и с твоими друзьями, той же Суен. Пусть так, но знаешь, когда ты уехал, и их не стало. Видимо, все это время, я зря боялась найти кого-то, кто бы принадлежал именно мне, а не был твоим посредником. Может я всегда была обычной и ни разу не особенной, ведь генная инженерия это не то, что можно оспорить, хотя в Корее так и делают… Тебе не понравится мой выбор, но его я сделаю сама. Если бы мы до сих пор поддерживали связь, ты бы и дальше продолжил меня контролировать? Видимо да. Ты же знаешь, что я бы сдалась, потому что это ты?       Я не бунтую. Против тебя выступать слишком глупо, пока во мне еще бушует эта зависимость. Я справлюсь. Справлюсь с любыми последствиями, как и с твоим уходом. Знаю, что ты не навсегда и через пару лет вернешься. Только вот, ты мне нужен постоянно. Я не могу с этим справиться по-другому. И даже сейчас я слышу твой голос, который больше не успокаивает. Я будто измываюсь над собой, ковыряя спицами сердце.       Ты моя проблема. Я не знаю, когда это все началось, когда ты стал ей. Она просто есть. Есть эта любовь к тебе.       Даже моя пробная статья в музыкальной колонке была о тебе. Я распечатала ее для тебя, если ты конечно уже не услышал эту новость от своей мамы, в чем я уверена, хотя… Спрашиваешь ли ты обо мне?       Не хочу знать ответ.       Прошла неделя, прежде, чем она потащила новые кассеты в салон. Видимо, ее отец хотел стать в прошлой жизни режиссёром, а мама мечтала, чтобы ее дочь запомнила как можно больше со своего детства. Отчего-то только Нари от этих воспоминаний хотела как можно скорее избавиться. ***       Она не знает, когда это началось и какая из точек, стала отправной. Она проводит рукой по угольным прядям, зарываясь в них пальцами, когда Юнги уклоняется, чтобы она не могла дотянуться до его волос, пока ее голова лежит у него на коленях. Он первый предложил вместе выпить кофе, а она пойти в парк. Она уже знает, что он друг Тэхена, насколько он ворчлив, как ненавидит жару и мечтает о том, чтобы снять свой фильм. Нари еще многое предстоит узнать о нем, но она уже хочет до него дотронуться и она делает это. Она не возвышает его и не перевоплощает в кого-то идола. Юнги может оттолкнуть ее в любой момент, но он этого не делает.       Темные глаза скользят по ее лицу и спускаются ниже к ключицам, которые видны из-за свободного покроя майки. Мин помогает ей подняться, удерживая за плечи, чтобы она уселась в нормальную позу. Нари не сопротивляется, начиная смеяться от происходящего. - Продолжаешь меня провоцировать? – проникновенно шепчет ей на ухо Юнги, своим шероховатым голосом. А ведь он стал таким тактильным только недавно, будто их первый поцелуй нажал в нем какую-то кнопку. - Нет, просто твое лицо…       Она подрывается на ноги, когда его длинные пальцы только прикасаются к ее бокам. Щекотка – ее слабость. Мин встает следом, хватая ее за запястье, чтобы далеко не убежала. Он снова улыбается, так мягко и непринужденно… Нари напугана от потерянности в ощущениях. Она просто не знает, как нужно вести себя, какого это встречаться по-настоящему.       Юнги не выглядит человеком, способным обидеть, а может, она подсознательно ищет в каждом парне первоначально друга, долгое время прибывая в мужских компаниях. Хотя, нет, Мин Юнги другой. В нем есть что-то особенное и загадочное. Он вообще одна сплошная ошибка, которая выбивается из системы. И одна загадка, для разгадки которой он при каждой встречи дает ей определенные подсказки, раскрываясь с разных сторон по-новому. - Нари! Лим Нари! – она оборачивается, нащупывая взглядом Чонгука, который запыхавшись, бежит к ней. К ним. Юнги отпускает ее руку, и она ощущает пустоту без его прикосновений.       Нари смотрит на Мина, который вновь не читаем, который закрывается от нее. Она не пытается взять его за руку, потому что Юнги, как воздух. Мазками по коже, только когда сам захочет. Он смотрит ей за спину, выжидая, пока она предпримет хоть что-то. В темных глазах нет любопытства, и осуждения тоже нет. - Привет, - во рту вязко, даже от такого простого слова, при обращении к другу Джуна. Она уже думала, что никого из них больше не увидит. - Прости, если отвлек, - несуразно начинает оправдываться Чон, ероша свои волосы, но она видит, что ему на это плевать. – Хотел спросить, ты же поддерживаешь связь с Кимом? Он не отвечает на мои сообщения, а ведь обещал прилететь, как все получится.       У нее нет ответа и от новости этой почему-то никакой радости. - Я ничего не знаю, прости, - мимоходом говорит Нари, лишь бы поскорее Чонгук отстал от нее, потому что знает – у него свои цели, в которых она лишь одна из ступеней в их осуществлении, хотя, это больше не так. - А, ясно… Встретимся как-нибудь? – она на это заявление лишь медленно моргает, пытаясь придумать предлог, чтобы отказаться, потому что им обоим это не нужно. - Как-нибудь, - неоднозначно отвечает она и собирается уходить, но Юнги уже рядом нет.       В спину звучит «у тебя ведь все тот же номер телефона?», а она уже ищет его глазами, натыкаясь на пустоту. Солнце слишком яркое и заставляет морщиться. В парке достаточно многолюдно, чтобы потерять его в толпе. Это не сказка и не фильм, где один единственный, который твой человек, постоянно выделяется, будто только на него направлен свет софитов. Ей бы сейчас не помешало такое чудо, но вместо этого, начинает кружиться голова. Нари уходит под одно из деревьев, прячась под кроной, лишь бы подальше от солнца. Опираясь о ствол, она прикрывает глаза, пока не чувствует, как что-то холодное и влажное касается ее щеки. - Я шел за тобой. Оказывается, тебе так легко потеряться, - непринужденно замечает Юнги, протягивая ей бутылку воды. - Спасибо, - тихо отвечает она, забирая дрожащими руками воду. - Не хотел мешать вашему разговору, - продолжает он, будто видит насколько разбила ее эта нелепая ситуация. Он будто хочет вырвать из нее те эмоции, которые ей годами удавалось подавлять в себе. - Он был не важен. - Разговор или этот человек? – серьезно спрашивает он, но она-то видит его полуулыбку боковым зрением. - И то и другое, - она не задумывается, когда дает свой ответ. - Я не уйду.       Ей хочется верить, что это правда. Ей хочется добавить к его словам «никогда», но она никого ограничить не может. Даже ярлык в чувства не останавливает тех, кто хочет большего. Она еще не уверена в том, какой Мин Юнги человек, но он вряд ли относится к тому типу людей, которые бы отказались от своей мечты ради кого-то. Она это в нем ценит, ей это нравится. Нари хочет быть услышанной в другом – в своих чувствах.       Она не ищет замены. Намджуна заменить вообще невозможно, как и видеть в Юнги кого-то другого. Он ее сердце не принял и собой не забрал. У нее в груди осколки, но уже склеенные, иначе ее бы здесь не было. Рядом с ним не было. ***       Знаешь, я все о чувствах и… чувствах. Загружаю тебя, сама себя выдавая, с поличным. А мне сегодня вспомнилось то время, когда ты был моим репетитором. И кажется, мне твоя помощь больше не нужна.       Те дни были ужасными, и в тоже время, самыми веселыми в моей жизни. Ты был невыносим. Всегда слишком бурно реагировал, когда я что-то не понимала, но твои конспекты всегда были самыми лучшими, ведь ты так кропотливо над ними работал, выводя каждую букву и цифру. А сейчас последует признание, за которое, ты бы, скорее всего, не разговаривал со мной с неделю. Но разве ты и сам не заметил, что мои оценки по большей части были в порядке? Я просто использовала купоны на твое время, и заставляла объяснять мне то, что я знала даже лучше тебя. Твоя мама как-то сказала, что волнуется о твоей успеваемости, и добавила: «Наверное, мой Джуни, вырос…» И пока она говорила об этом, я вспоминала каждого человека в твоем окружении, который заставлял тебя тонуть. Я лезу не в свое дело, но ведь мы оба знаем, что это так. Жаль, свою часть «взросления», я отдала в твои руки. Из меня вырос прекрасный цветок, только вот комнатный. В диких условиях, такие быстро увядают.       Сегодня же, думая об этом, я вновь сижу в библиотеке, только в своем университете. Поступление, и правда, огромный шаг. Новая ступенька, чтобы начать все заново. Я предоставлена сама себе, и это оказалось не такой уж и сложной задачей, чем я думала. Страшнее, было не понравится твоим друзьям, или же испортить настроение тебе. Здесь же – всем плевать.       У меня ведь тоже нет времени для чувств. И все же, я пишу тебе.       Честно говоря, я не знала, как начать это письмо. Оно девятое по счету. И даже до этого я ничего тебе не рассказала о себе. Сначала, я думала, что это сложно или же странно, а потом осознала, что никогда не нуждалась в этом. Ты всегда знал обо мне все: каждое действие, передвижение и даже с кем я успела поговорить за день. Забавно, что сейчас все не так. Скучаешь ли ты по этому?       Я ставлю на конце знак вопроса, хотя уже знаю на каждый из них ответ.       Итак, все началось с репетиторства.       Хотелось бы мне, чтобы ты сказал мне спасибо. Просто «спасибо», за мое беспокойство о тебе. Видимо, у меня талант к манипуляции тобой, потому что все время оставалась в тени. Еще тогда, неосознанно хотела быть рядом. Ты согревал мою надежду, потому что не отказывал, никогда. Будем считать, что ты был слишком глуп, чтобы распознать мою ложь. Или же ты до сих пор веришь, что я никогда не лгала тебе? Плохие поступки можно совершать и из хороших побуждений.       Вот ты как-то бросил в меня эту фразу, поцеловал, как дурочку в лоб и ушел.       Знаешь, если мои поступки кажутся тебе плохими, то я оправдаюсь своими слезами. Ты их видеть никогда не хотел, призывая меня стать сильной. Мой выбор стал очевиден, потому что ты реагировал. На каждое мое действие или поступок, вел себя хуже родителей. Было приятно, пока это не дошло до абсурда. Или же мои вспыхнувшие яркой вспышкой чувства стали тем самым реагентом, который позволил пожару внутри меня случиться.       Видишь, как бывает: ты теплый, а слова твои отдают горечью, и чем больше их в мой адрес, тем больше шанс, что загорюсь. Сгорю, как спичка и в прежнее состояние больше не вернусь. Только вот в коробке их так много… Видимо, как и моих жизней.       Наверное, сейчас я целее всех других. Я потерпевшая сторона, но все равно спасибо, потому что без тебя нет и меня на самом деле. ***       Юнги знает о Ким Намджуне. Она бы даже если сильно постаралась, никогда бы не скрыла его существования и его роли в своей жизни, даже при том, что он далеко.       Все начинается с музыки, а потом и видео, которые он наверняка видел. Сложить дважды два не составляет никакого труда, даже мыслительной деятельности для этого не нужно. Это очевидно, но Нари надеется, что не ее чувства к нему. Однако, сдает себя с поличным. Это случается, когда Юнги впервые приходит к ней в дом.       Отец пожимает Мину одобрительно руку, и задает несколько нескромных вопросов, на что парень отвечает легко и непринужденно. Юнги удивительный. У них разница в три года, и он все равно не похож ни на одного из ее знакомых с учебы. Мать, воспрянув духом, даже после ночной смены семенит на кухне какое-то время, желая что-то приготовить к ужину. Ей он тоже нравится. И почему-то, Нари думает, что это еще один шаг в их будущее, хотя когда приглашала парня к себе, ни о чем таком не задумывалась. - Удивительно, что у тебя есть столько воспоминаний, - он рассматривает всю давно устаревшую технику, пока они сидят на чердаке. Она теряется в догадках, точно не понимая, что это значит. Мин никогда свою ревность не показывает, но называя Кима «безымянный парень», лишь подтверждает ее догадки. В груди скребется вина. - Иногда, эти воспоминания не нужны, особенно, когда не можешь разделить их с другим человеком, - сознается Нари, протягивая Юнги старенькую камеру, на которые были сняты все эти шедевры. Он не отвечает, а камера так и остается в ее руках. - Ты права, - спустя долгие секунды, произносит он, смотря в глаза так сканирующе, будто знает все ее тайны. – Но, даже если у нас нет всего этого времени, и нет столько воспоминаний… - он передвигается к ней ближе, заставляя присесть рядом, прямо напротив его, и отложить любые вещи в сторону. – Я думаю, что это не так уж и важно, пока мы вместе.       Юнги проводит ладонью по ее молочной коже, оглаживая скулы. Нари слепнет от этого признания, а сердце учащенно бьется о ребра. Оно оживает, даже не так, рядом с ним оно живет.       Он прижимается своим лбом к ее, касаясь носом ее щеки. Нари сжимает его футболку в своих кулаках, понимая, что еще немного, и потеряет рассудок, забудет о его существовании. Она забывает, о любых сравнениях с Джуном. Это уходит на второй план. Касание его губ вызывает покалывание, которое распространяется по телу. Приятная дрожь бежит по позвоночнику. Он целует бережно, лишь касаясь своими губами ее губ.       Между ними немой диалог чувств, или же душ. И этот секрет она оставит только для себя.       Нари порхает в свою комнату, решая переодеться в платье. Оставляет дверь открытой, потому что хочет оставить Юнги рядом, хочет быть к нему как можно ближе… Когда она выходит из ванной комнаты, он сидит на ее кровати, смотря на открытую коробку из-под обуви. Она знает, что Мин бы ни за что не полез в чужие вещи и не стал бы ворошить ее раны, но он о них не знает, ведь так? Наверняка, лишь догадывается, что это все значит. Письма не дневник, содержание которого было бы очевидным. - Иди ко мне, - эти слова для нее словно сигнал, и она, не задумываясь, идет на его голос.       Коробка в его подачи летит под кровать. Его глаза сейчас темнее ночи, а руки крепче, чем могли показаться на первый взгляд. Нари никогда не считала Юнги хрупким, или милым, скорее привлекательным. Они с Нам… Ей нельзя сравнивать. Этот человек ее, а тот, что уже не рядом – прошлое. Она тонет в Юнги, растворяется в его руках, превращаясь в морскую пену, но ведь и русалок не существует, да и оригинал этой сказки ей никогда не нравился. ***       Нари на его первой короткометражке, после долгого перерыва. Мин всегда разрывался, определенно не имея никакого точного плана на жизнь. А потом появилась она, солнечная девочка, которая скорее напоминала луну. Ее сияние было не ослепляющим, а мягким и тонким. Юнги утверждает, что все это началось с музыки, однако, все не совсем так. Забавно, что он видел ее и раньше, из-за Хосока, который был знаком с тем самым Намджуном. Ему этот парень был неинтересен, хотя лучший друг как-то слишком много говорил о нем. Ему вообще новые знакомства были побоку, не хотелось копать глубже, а ведь человека по-другому и не узнать. Но однажды что-то в его восприятии изменилось. В тот день, когда он увидел ее рядом с долговязым парнем, который слушал новый микстейп Чона, в голову ударила навязчивая мысль – добавить ее в свой кадр. В его голове не взрывались фейерверки и сердце стучало также ровно, однако, он впервые увидел человека, действия которого были отточены до совершенства, а каждое слово, даже просто молчание било в такт. Ее звали Лим Нари и она была хорошей актрисой.       Они не встречались с ней больше года, и Юнги почти забыл, но все еще иногда пересматривая тот разговор в студии, потому что его камера попала на стол к Хосоку, который нагло спер ее у него, решив стать блогером за одну ночь. Нари оказалась поломанной, но в ее глазах был огонек, который был направлен на одного человека. Ненавязчивая мысль, которая проскользнула в его голове, вдруг превратилась в глобальную. «Хочу, чтобы и на меня так кто-нибудь смотрел…»       Он был влюблен, но вместо того, чтобы найти ее, бродил в поисках вдохновения, посещая от самых злачных до живописных мест. Перед глазами складывался один лишь образ, который туманом или же лунным светом, растворял его же мечты стать режиссером. В конце концов, он сдался. Наткнулся на первый попавшийся на глаза салон, и быстро принял решение, устроиться на работу. Хватило всего лишь наличия кондиционера внутри помещения, чтобы сделать это. У него появился Тэхен, который словно младший шумный брат, который сглаживал все его острые углы, ни разу не обидевшись на его молчание или колкие слова. А потом появилась и она.       Ему стоило проснуться чуть раньше, но он почему-то услышав ее голос и увидев Лим Нари стоящую перед собой, предпочел, чтобы этот сон продлился чуть дольше.       Казалось, что все началось с песни. Всего лишь старенького потрепанного жизнью плеера, который она обронила.       Теперь она в его кадре, но смотрит она на него, когда камера выключена. Смущается, но ведет себя более открыто. Стена вокруг нее оказалась невысокой и не такой уж и непробиваемой, однако, это было так лишь для него. Нари улыбается и берет его за руку часто, нарывается на поцелуи, которые обоим приятны, и говорит… Часто рассказывает о том, что было раньше. Юнги глотает каждое ее слово, даже если неприятно отчего-то. Он влюблен. В ее мягкость и податливость, ее ум и прекрасные глаза. Просто во всю, без разделений.       Толкнула в воду, а он не выплыл.       Юнги думал, что это так, пока она не потянула на себя. Каждый первый шаг – принадлежал ни кому-то одному, а им обоим. Это было сродни притяжению, и это должно было случиться именно сейчас.       «Все началось с твоего нового трека. Спасибо, Ким Намджун…»       Теперь, ему уже не важно. Она ведь рядом. С ним. * - Прости, - Нари говорит эти слова впервые, наконец, выдыхая, будто держала их в себе долгое это время. Она не оправдывается и не просит у него понимания. Она лишь говорит «прости», извиняясь за свои чувства к другому, о которых он уже и так знал. - Дурочка, - Юнги проводит по ее волосам рукой и тянет за шею к себе. Она утыкается носом в его грудь, окольцовывая руками его талию, и сипит: - Это ведь неправильно. Я не должна так поступать с тобой.       Вот только Юнги больнее не от ее слов, а от ее чувства вины. Он не скажет, что все в порядке, он просто покажет ей свой новый фильм и тогда она все поймет. Ведь не важно, что было «до», важнее то самое сейчас. *       Юнги сидит за своим ноутбуком на рабочем месте, когда ее телефон начинает мигать и высвечивается его имя. Он смотрит на экран какое-то время, а затем на то, как она болтает с Тэхеном, который вновь несет какую-то околесицу. - Нари! – он зовет ее негромко, но она сразу же на свое имя откликается. Мин протягивает ей звонящее устройство и погружается вновь в работу. - А, да… Привет… А, хорошо…       И все же, он как можно незаметнее читает ее реакцию, которая слишком неоднозначна, что беспокоит его до тех пор, пока она не завершает вызов. - Это будет нагло с моей стороны, если я попрошу тебя пойти со мной? – неуверенно спрашивает она, а у Юнги отлегает от сердца. Отчего-то он счастлив.       Нари смотрит на его улыбку и, не дождавшись ответа, бросается на него с обнимашками. Тэхен кричит, что стул вообще-то не выдержит такой экзекуции, но влюбленным на это плевать. Она смеется, понимая, что сердце стучит чаще сейчас не из-за Намджуна. А он вернулся... ***       Она не задается вопросом «почему он вернулся?». Его ямочки на щеках никуда не исчезли, только улыбка слегка померкла, стоило ей войти внутрь, держась с Юнги за руку. Встреча прошла неловко и все же, дала Нари новый старт для других чувств. В ее сердце для Джуна больше не осталось роли, которую она ему присвоила. А Юнги… Юнги не занимал ничье место, потому что оно никем никогда и не было занято. Мысли, как ветер. Чувства чуть сложнее по конструкции, но и они могут измениться, если найдется правильный человек.       Намджун заставляет ее притормозить, когда они уже собираются расстаться. Они в кофейне, в том месте, что она обрекла только их. Сейчас это кажется такой нелепицей. Юнги понимающе выходит на улицу, оставляя их наедине. Слишком хорош для нее, но все больше реален. - Я скучал, - его неуверенный голос тише дождя. Нари смотрит на его, прозаично осознавая, что эти слова все еще вызывают тепло, но не трепет. - Я тоже, - в ответ отзывается она и позволяет себе обнять его.       Эти объятия короткие, и не похожи на те, что были при прощании год назад. Она не знает, уедет ли он вновь или решил остаться. Так необычно, осознавать, что при следующей встречи с ним, все уже будет протекать по-другому.       Мин идет медленно вдоль улицы. Его черная одежда очень выделяется, среди по-летнему одетых людей. Она улыбается, хоть он и не увидит этого. Берет разгон, чтобы не врезаться в прохожих, и запрыгивает ему на спину, повиснув на шее. Смеется, пока он хрипит в ответ, говоря в шутку о том, что она своей любовью его когда-нибудь задушит.       Нари не знает, насколько он счастлив, что все это, наконец, случилось. Насколько он счастлив, что она больше не та актриса с его случайной записи. Насколько он счастлив, что обнимает она его, и смотрит тоже. На него. *       Время что-то меня приходит для Юнги с концом лета, он знает, что Нари уже через пару дней вернется в общежитие. Он рассматривает варианты, чтобы снимать квартиру для них, и даже находит один неплохой вариант, чтобы им одинаково времени тратить на дорогу. Сегодня он собирается поговорить с ней об этом. Все слишком быстро, но Юнги окрылен и уже, кажется, любит. С каждым днем все сильнее.       Намджун не уехал, и не слишком занят своими делами и знакомыми, чтобы наведываться к его девушке домой. Юнги не ревнует, он просто собственник и хочет Нари всю себе. Он также знает, что Ким для нее в прошлом. Теперь у него при виде нее искры в глазах и в арсенале ни одно оружие и повод, чтобы заполучить ее внимание. Мин наслаждается, когда она клюет его в щеку и спрашивает о монтаже или новых фотографиях. Он ей нужен.       Юнги как раз подходит к ее дому, намереваясь отправить ей сообщение, чтобы встретила, но Нари уже выходит из дома, держа в руке коробку, которая раньше казалась ему ящиком Пандоры, а сейчас уже не вызывает абсолютно никакого интереса. Однако, он следит за тем, как она идет к нему, держа ту в руках. - Ты знаешь, почему я люблю тебя? – он теряется от этого вопроса, или же признания, которое было произнесено так обыденно.       Пока Юнги молчит, она тихо смеется и махает кому-то за его спиной. Кому-то – это Ким Намджуну. Он не уверен в том, что должен сейчас сделать. Похитить ее, или же сгоряча рассказать о своих чувствах… Вопреки всему, она идет к мусорным бакам, чтобы рядом с одним из них поставить эту злосчастную коробку.       Юнги отмирает, лишь чтобы подхватить ее на руки и поцеловать. Сладость перебивает вкус горечи. Лим Нари никогда ему не врала.       Тем же днем, Юнги сбивчиво рассказывает о своем предложении. Мнется в чувствах, а ведь она младше… Ее глаза горят, но она не уверена с ответом, однако… - Мы точно не поубиваем друг друга? – с нервной улыбкой на губах, спрашивает она. Юнги выдыхает. - Это действительно не то, о чем ты должна волноваться, - устало потирает лоб Юнги, ему кажется, что он поседел, пока говорил это, и вспотел безбожно, но кожа сухая. Все как и обычно. - Почему я должна бояться? Это… это ведь ты, - она неловко накрывает его ладонь своей. Он сжимает ее пальцы в ответ. Счастье ли это? Определенно, да. *       Юнги доверяет. Нари и себе, он думает, что поступает не совсем корректно по отношению к своей девушке, и к себе же, но уже точно уверен, что это ничего не изменит. Он нажимает на звонок, стоя перед дверью семьи Ким.       Спустя пару минут ему открывает Намджун, вытирая мокрые волосы полотенцем. - Привет, - без энтузиазма приветствует он его, не замечая Нари за его спиной. Юнги лишь криво улыбается на это. – Что-то хотел? - Вернуть тебе то, что возможно никогда бы и не попало в твои руки, без моего участия, - Мин протягивает Киму коробку из-под обуви.       Он приподнимает брови, смотря на Юнги вопросительно. - Я не даю тебе шанс, я хочу, чтобы ты понял, насколько я дорожу Нари. И неважно, что было до меня. Влюбиться можно дважды, а действительно полюбить лишь раз.

End