Так распорядилась судьба

Виски, водка, коньяк… Виски, водка, коньяк – друзья на века. Сколько дней я провёл с этими друзьями? Тяжело вспомнить. Полностью потерял счёт времени. Интересно: сейчас день или ночь? А может, рассвет? Пару раз ко мне приходили ребята, просили прийти на похороны. Я лишь тянулся к выпивке, пытался хоть чем-то заполнить душевную пустоту. Тщетно. Почему я не пошёл проводить Ризу в последний путь? Не смешите меня!!! Какой нормальный человек захочет смотреть, как закапывают в землю пустой гроб и произносят речь люди, которые даже не знали её в лицо?! Риза этого не заслужила. Какое, к чёрту, военное кладбище! Не могу даже думать о том, что буквально через несколько недель её могила затеряется среди других каменных плит незнакомых ей людей. Единственное приемлемое место – рядом с учителем, там, где она родилась. Там, где снова могла бы почувствовать себя обычной девочкой. Виски, водка, коньяк… Виски, водка, коньяк – друзья на века. Стук в дверь. Да ладно вам, я её уже не запираю. Ха, это опять Хавок. Ну, что? Опять пришёл лекции читать и просить вернуться. Удачи. Хотя… - Будешь? - я протянул ему бутылку. Судя по надписи коньяк «Последний бой». Фи, какая ирония. Джин отрицательно покачал головой. Что-то тут неладное. Почему глаза такие серьёзные, а ладонь сжата в кулак? Да и какого лешего он без сигареты?! На это есть только две разумные причины: первая – Хавок бросил курить, а вторая – назревает взрослый разговор. Убирая маловероятное, я готовлюсь к серьёзному разговору. Встаю и только размыкаю губы, чтобы пригласить на кухню, как неожиданно оказываюсь отброшенным к стенке ударом в челюсть. Не дав мне опомниться, Джин схватил меня за ворот рубашки и снова ударил кулаком, но уже в грудь. Я осел на пол. Тупая боль отдаётся по всему телу, тяжело дышать. С какой-то опаской и непониманием я поднял голову и посмотрел на него. Говорят, что глаза – это зеркало души. Тогда в душе Джина сейчас бушуют буря и ярость, гнев и злоба. - КАКОГО ЧЁРТА ТЫ ДЕЛАЕШЬ??!!! РОЙ!?!?! КАКОГО ЧЁРТА??!!?? КУДА ДЕЛСЯ РОЙ, КОТОРЫЙ ДОБИВАЛСЯ МИРА В ЭТОЙ СТРАНЕ, КОТОРЫЙ ШЁЛ К СВОЕЙ МЕЧТЕ, КОТОРЫЙ ЛЮБИЛ ЖИЗНЬ, КОТОРЫЙ РАДОВАЛСЯ СО ВСЕМИ КАК МАЛЕНЬКИЙ РЕБЁНОК, КОТОРЫЙ ОТБИВАЛ У МЕНЯ ДЕВУШЕК, В КОНЦЕ КОНЦОВ??!!!?! - Джин сел рядом со мной. Гнев сменился тревогой и отчаянием. - Я понимаю: для тебя Риза была более дорога, чем всем остальным. И я знаю, что ты любил и всегда будешь любить её, - я хотел возразить, но он жестом попросил меня помолчать и дослушать до конца. – Может, для кого-то постороннего вы были просто начальник и подчинённая, но не для нас. Разве ты забыл истинное значение слова команда? Команда полковника Мустанга – это одна семья. Ты всегда был весёлым «папочкой», а Риза – строгой «мамочкой». Фьюри - ваш застенчивый «сынишка», Фарман - его «старший брат». Брэда – их «кузен», а я – добрый «дядюшка», - он вздохнул и продолжил дальше. - Перестань. Нам всем её не хватает. Но, знаешь, в трудные минуты я представляю реакцию лейтенанта на всю эту картину. Задаю себе вопрос: что она чувствует, смотря на всё это оттуда, с неба? - Джин медленно поднялся с пола и направился к выходу. - Рабочий день начинается в 9-00. Попрошу вас не опаздывать, полковник Мустанг. Входная дверь захлопнулась за гостем, и комната постепенно погрузилась в недавнюю тишину. Мне холодно. Холодно ещё с той поры, как исчез мой лучик солнца из этого убогого серого мира. Из памяти сами собой всплыли слова Хавока: «…я представляю её реакцию на всю эту картину…» - Ну, что, «мамочка», довольна ли ты видом своего «муженька»? - на удивление, мне весело. - А ты как думаешь? - Думаю, что ненавидишь, - отвечаю я грустно. Из глаз девушки полились слёзы. Подхожу и вытираю их своей ладонью. - Не плачь, малышка. Не плачь. Скоро всё закончится. Скоро. Совсем скоро. - Не делай этого, - она прижала мою ладонь к своей щеке. - Прошу. Я нежно целую её в лоб, будто самое хрупкое создание во вселенной. - Подожди ещё чуть-чуть, и мы будем вместе. Навсегда. - Рой… Остановись. - Поздно. Уже слишком поздно. На окраине города стоит дом, погружённый в ночную тишину. В комнате на первом этаже кто-то есть. Это мужчина. Он стоит в еле освещённой комнате и обнимает… обнимает пустоту. *** С момента похорон прошло 2 недели. Всё идёт своим чередом: отдаются приказы, пишутся отчёты, ловятся преступники. Все уже давно забыли о каком-то старшем лейтенанте, что когда-то сыграла важную роль в спасении Аместриса. Постепенно даже одни из самых близких людей свыклись с этой мыслью. Они понимали: рано или поздно это должно было произойти. Понедельник. 8-45 утра. К штабу направляются двое мужчин: Бреда и Хавок. Один докуривает сигарету, а другой доедает свой утренний бутерброд. Всё как и раньше. Почему они не ведут себя так же, как Рой? Они дали себе установку не сожалеть. Да-да, вот такая до безумия банальная причина. Как бы это грубо ни звучало, но Риза прежде всего не женщина, а солдат. Женщины – это те фифочки из секретарской, которые поступили в военную академию только ради богатеньких муженьков. Риза – защитница своей страны, и только в свободные от отчётов и собраний вечера она превращается в обычную, по-своему прекрасную леди. Поэтому и чтить её будут как солдата, павшего в бою: без слёз и сожалений, чтобы отдать дань выбранному ею пути. - Ну как всё прошло? - Бреде не терпелось узнать, к чему привёл ночной разговор с полковником. - Либо сегодня, либо никогда, - спустя мгновение ответил Джин.- Если сегодня он не придёт, то я лично попрошу отстранить его от должности. Он не может продолжать карьеру при таком отношении к вещам. - Кто бы мог подумать, что всё закончится именно так. - Судьба - коварная старушка, и никто не знает, что может прийти в её маразматическую голову в тот или иной момент. Они зашли в здание и направились в свой кабинет. По пути им несколько раз попадались перешёптывающиеся служащие, которые изредка поглядывали в их сторону. - Джин, тебе не кажется это странным? - Да, определённо. Мужчины прибавили шаг. Им не терпелось узнать причину оживления штаба, но перед этим нужно заглянуть в кабинет. Вполне возможно… Джин толкнул дверь. М-м-м. Допустим… Представьте, что перед вами упал самолёт, а из него выскочили семь гномов и начали плясать чечётку. Теперь посмотрите на себя в зеркало. Вот именно такое выражение лица у Брэда и Хавока сейчас. Нет, не подумайте, они были вполне готовы увидеть Роя. Они даже были готовы увидеть работающего Роя, но это… Всё по порядку: 1) Рой действительно находится в кабинете, но ещё не успел увидеть вошедших; 2) он трезвый; 3) вполне спокойно сидит в своём кресле, закинув ноги на стол; 4) одной рукой перебирает бумажки на столе, а второй… Кхм. 5) держит трубку телефона и, улыбаясь, флиртует с какой-то дамочкой на том конце провода. - Кто-нибудь, ущипните меня, если это не сон, - Джин просто не может поверить своим глазам. - Тогда мы с тобой в одном сне, - сделал вывод Бреда. Три. Два. Один. - АУЧ. Рой положил трубку, обернулся к двери и увидел двух знакомых товарищей, которые по какой-то причине держались за свои пятые точки и посылали проклятия на стоящую за ними Дорати. Девушка поспешила им ответить: - Так вы же сами попросили вас ущипнуть и, вообще, не загораживайте проход,- она взяла поднос двумя руками и пошла к столу Роя. – Ваш кофе. - Благодарю,- Мустанг сделал глоток бодрящего напитка.- Можете быть свободны. Дорати немного огорчилась, но спорить не стала и вышла из кабинета. - Ну? Чего стали? А ну быстро за работу, иначе получите,- полковник весело ударил кулаком по столу. - Вот это я понимаю – Рой Мустанг, - Брэда направился к своему столу. Улыбка не покидала его лицо. - Да, ты прав,- Хавок поспешил последовать примеру друга. - Теперь, всё будет иначе,- сказал Рой, но не товарищам. Ей. А она стоит напротив его стола и плачет. Видимая только ему, шепчет одно и тоже: «остановись».