I hate you, I love you

Какого черта ты делаешь, пидор?! Пидор. Это отвратительное слово было единственной вещью, которую смог осмыслить Пак. Даже после того, как большинство рабочих смотрели на него с отвращением, Чимин не мог сосредоточиться ни на чем другом. Он застыл, не в силах вымолвить ни слова. - Ч-Чимин! - Пак Чимин, ну же! Пошли! Молчание. Джексон и Лиса схватили его за руки и потащили в один из пустых коридоров. Но Чимину было все равно, он ничего не чувствовал. Единственное, что он ощущал, были теплые слезы, катящиеся по его щекам. - Чимин, что случилось?! - Обеспокоенно спросила Лиса. Она не знала точно, что произошло. Но она знала, что Пак был геем, хоть и знакомы недолго, она знала, что Пак не пытался бы что-либо сделать с Юнги. - Понятия не имею... – Пак задыхался собственными словами. В его горле образовался большой ком, не позволяющий ему говорить. Его тошнит. Он был в смятении. - Боже мой, это было такое зрелище. - Джексон вздохнул, прижимаясь к Чимину и мягко потирая его спину. Он сказал пару ободряющих слов, и как только Пак перестал плакать, он вернулся к работе. Чимин и Лиса остались, не уверенные в том, готов ли он вернуться. - Чимин, все в порядке, если тебе нужно взять выходной. Я могу сказать боссу, что ты заболел или что-то в этом роде, - тепло сказала Лиса, и Чимин кивнул. - Я должна вернуться к работе, пожалуйста, подумай об этом и напиши мне, если решишь уйти. Просто береги себя, хорошо? И не позволяй этому добраться до тебя. Он осел, - добавила она, обнимая парня перед уходом. Как только та ушла, он упал на пол, прислонившись спиной к двери и подтянув колени к груди. Глубокий вдох и попытка выровнять дыхание. Его сердце билось в смехотворно опасном темпе, и казалось, что оно вот-вот взорвется. Он никогда не чувствовал себя таким преданным, таким оскорбленным. Это делало так же больно, как когда Юнги оскорблял его. Его сердце разбилось на миллион осколков. Тот факт, что он поставил свою долгую дружбу на карту нефункциональных отношений, был смешон. Он не мог поверить, что на самом деле был готов выбрать Юнги из всех и вся. Пак издал саркастический смешок, и слезы снова потекли по его лицу. Не прошло и двух минут, как он встал и быстро пошел к стеклянным дверям. По дороге он заметил, как Юнги разговаривает с несколькими работницами. Черноволосая женщина сидела у него на коленях, держа его за руку и что-то шепча на ухо. Ярость Чимина росла, и он с силой распахнул двери. Топая ногами, он направился прямо к своему столу, не обращая внимания на осуждающие взгляды. Он схватил несколько рабочих листов, компьютер и кофе, который стоял на столе. Он слышал, как люди перешептывались, когда он шел через офис и выходил за дверь. Оказавшись в машине, он написал Лисе, что едет домой, чтобы та не беспокоилась о нем.

***

Чимин обыскал все шкафы на кухне, пока не нашел то, что искал. Обезболивающие. Он принял три маленькие таблетки, выпил бутылку воды и направился в спальню. Было всего 4 часа дня. Тэхен работал, то есть вся квартира была в его распоряжении. Размышляя ни о чем и одновременно обо всем, он решил позвонить своему психологу и записаться на прием. Он чувствовал, что ему нужен кто-то, чтобы выговориться. Кто-то, кто выслушает его, не осуждая. В такие моменты миссис Ким была единственным человеком, который мог помочь. Когда он позвонил, ему ответила секретарша. Она любезно сообщила, что миссис Ким в настоящее время находится в отпуске и не сможет увидеться с ним еще 2 недели. К сожалению, Пак не мог ждать так долго, он чувствовал себя подавленным и не хотел ни с кем разговаривать, поэтому он повесил трубку, фактически не назначая встречу. Закончив звонок, он кинул телефон на кровать, злой и разочарованный всем. Он кричал изо всех сил, надеясь, что это избавит его от чувств, которые были глубоко внутри. Не сработало. Он не знал, что делать, поэтому принял еще больше обезболивающих. Еще через час его тело онемело, но сердце и все внутри все так же болело. Он схватил ключи от машины и необдуманно ехал, пока не оказался в пустом переулке. Спотыкаясь, он вышел из машины и столкнулся с бездомными, которые шли по улице гетто*. - Эй, детка, - женщина потерлась рукой о грудь Чимина, и он вздрогнул от прикосновения, с отвращением глядя на нее. Он отбросил ее руку и продолжил идти, не совсем понимая, куда направляется. В итоге он оказался лицом к лицу с человеком, которого искал. - Х-Хей, - сказал Пак, подходя к большому парню. - Что ты здесь делаешь, красавчик? - Я ... я не знаю, ну, я знаю, но я не знаю, как это сказать, Черт… Я приходил сюда с кем-то недавно, и ты ему кое-что дал.... Я тоже хочу это… - Кто ты такой, черт возьми, и как ты нашел это место?!- Сказал парень, хватая Чимина за шею и прижимая к стене, отчего ему стало трудно дышать. - Я просто хочу, чтобы мне помогли... Мне больно... Пожалуйста, помоги мне, - взмолился Пак. – У меня есть деньги, и мне все равно сколько, просто дайте мне то, что избавит от этой боли. Мужчина ослабил хватку и отпустил Чимина, который упал коленями на грязный бетон. - Возьми это, - он вытащил пакет с кристально белым порошком внутри, и глаза Чимина мгновенно загорелись благодарностью. - Большое спасибо, спасибо, - сказал Пак, вытаскивая бумажник и доставая триста долларов*. Он протянул деньги мужчине, не задавая вопросов. Возможно, он заплатил слишком много, но ему было все равно, он просто хотел избавится от всех этих чувств и уйти. Он побежал обратно к машине, засовывая наркотики в карман брюк. Включив зажигание, он помчался домой. Пак не мог больше ждать, и как только вошел в свою квартиру, он упал на диван в гостиной, вынимая все из кармана. Сначала он был настроен скептически, не зная, было ли это то же самое, что и у Юнги. Но ему было все равно, он знал, что это заставит его боль уйти. Чимин отбросил все сомнения, которые у него были, и отряхнул кофейный столик, прежде чем положить вещество на него. Он следовал той же тактике, что и раньше. Он сделал несколько аккуратных линий и быстро вдохнул в себя. Прежде чем все это заработал, он убедился, что убрал и не оставил никаких следов вокруг. Чимин спрятал использованные материалы на одной из полок шкафа, а затем упал на кровать. Он уставился в потолок своей комнаты, там было несколько фотографий его и Тэхена, и еще какое-то свечение звездочек и планет, которые Тэ прикрепил там. Через несколько минут тело и сердце Чимина полностью онемели. Он чувствовал какое-то счастье, даже если радоваться было нечему. Он думал обо всем, что произошло за день, и смеялся, как маньяк, вспоминая, как Юнги вел себя прошлой ночью. Ничто не имело смысла, по крайней мере, не сейчас. Он продолжал смотреть в потолок, думая обо всех хороших воспоминаниях, которые у него были с его настоящими друзьями, с его семьей, которую он не видел так долго и, в конце концов... Юнги. Блин, как же так получается, что даже когда он накачан наркотиками, Юнги никогда не покидает его мысли? Пак продолжал смеяться, даже вспоминая времена, когда его били за всякую глупость. Как в тот раз, когда Намджун напился и начал ласкать его бедра, и Мин увидел это. Блин, он был так зол, говоря о том, как сильно получит дома Чимин за то, что он пытался трахнуть его лучшего друга. Пак засмеялся еще сильнее, потому что никогда даже не флиртовал с ним. Это был Намджун, который был пьян, но Юнги видел только то, что хотел, и поэтому он отметил Чимина как виновную шлюшку. Блин, как его избили и трахнули в ту ночь. Это был один из многих случаев. Чимин смеялся и плакал одновременно. Он плакал, хотя на самом деле ему не было грустно. Он просто чувствовал, что все было смешно, и глупо. Прошло несколько часов, а он все еще лежал на кровати. Он не думал ни о чем конкретном, но глаза, казалось, не хотели закрываться. Внезапно его телефон начал вибрировать, заставляя Чимина тупо перевернуться на живот и проверить телефон, который лежал на другой стороне кровати. Малыш ❤ звонит ... Пак усмехнулся. Секунду он смотрел на экран телефона, прежде чем швырнуть его об стену, разбив устройство вдребезги. - Пошел ты, малыш!