«Неопознанное SOSтояние»

Их тела пахли смятыми простынями с нотками лёгкого алкоголя и секса. Ночь была обжигающей, упоительной, но недостаточно длинной, чтобы утолить все потребности влюблённых, поэтому они нашли выход из этой ситуации, украв немного времени у утра… Тина проснулась первой, пригревшись на груди, что равномерно вздымалась. — Дааан… Просыпайся любимый…, — Кароль терлась о его нос, любуясь на смешную гримасу, которую наложил на его лицо сон.  — Малыш…, — скоро рассвет. — Ммм, — кто тут такой красивый на меня сморит? Он приоткрыл один глаз и одарил своей чеширской улыбкой, — выхода нет?! — Не-а, — мы же хотели к океану… Тут такие рассветы красивые, — давай вставай, надо попасть в самый сок, — я пойду налью кофе в термос, — буду ждать внизу. — А поцеловать…Что какая жадная? Хочу твои губы в награду за такой ранний подъем. Он напряг шею, пытаясь дотянуться до лица. — Я зубы ещё не чистила, — Тина приложила простыню и быстро чмокнув через неё, сдвинулась на край кровати, собираясь ускользнуть, — хватит с тебя. — Не пущу пока не поцелую, — иди ко мне, — брюнет обвил обнаженную талию руками, притягивая к себе, отчего Тина быстро оказалась в его крепких объятьях, которые обезоруживали с первой секунды. Так просто, всего одним движением, он мог заставить её тело плясать под свою особенную музыку. Виной всему вибрации и электрические разряды между ними. — Целуй тогда быстрее, всё пропустим же, — она смотрела на него снизу вверх приоткрыв манящий рот. Глаза гуляли по слегка ощетинившему лицу. «Какой же у меня породистый котик…», — подумала блондинка. От этой мысли улыбка поползла к ушам. Дан навис сверху и накрыл сухие, ещё безжизненные губы своими, медленно наполняя их поверхность влагой и увеличивая силу трения. Руки снова не слушались его, отчего Тина начала выгибаться и извиваться, принимая их хаотичные движения. С этой женщиной тяжело было бездействовать, потому что желание без спроса рвалось наружу, нарушая все порядки. Хотелось просто тонуть в ней без шансов на спасение… «Если утопленником - только в её глубинах. Если потерянным - только в её лесах. Если обожженным, - только её пламенем. Если умершим, - только от её страсти. Если воскресшим - только от её любви». — Остановись, иначе мы застрянем тут надолго, — ммм… Дан, пожалуйста. — Хорошо… Но ты невозможно вкусная, — его рука совершила последний заход, сделав остановку в нужном месте, отчего Тина издала продолжительный стон. В унисон с этим проникновенным движением, он на мгновение зацепился за её оттопыренную губу, и неохотно выпустил из своих оков, — уходи скорее, а то я за себя не ручаюсь. Тина кое-как сползла с кровати, всё ещё чувствуя сладостные ощущения от его пальцев. Внизу живота дико пульсировало. Мурашки щекотали пятки. Пульс в очередной раз побил рекорд по количеству ударов в минуту. Натянув лёгкий белый костюмчик на голое тело, она на носочках выбежала из комнаты, кинув на него удовлетворённый, полный кокетства взгляд. — Жду тебя через десять минут внизу, наглая моя мордашка. Дан улыбнулся, вытянувшись на белоснежных, смятых любовью простынях. Его тело горело от прикосновений и каждая клетка успела пропитаться её нежностью. Губы припухли от большого количества аварий за прошедшую ночь: дождь, скользкая поверхность, столкновение… и так по кругу. Он неохотно встал и направился принять лёгкий душ, выполнив её обещание «успеть за десять минут». — Ой, ты вовремя. У меня всё готово. Она вручила ему термос с кофе и вязала за руку, — какой ты у меня красивый… сама себе завидую, — Тина поднялась на носочки мимолётом чмокнув, — что так и будем стоять?! — Ты всегда такая активная с утра? Он впустил пальцы в её тёплую ладонь и они последовали к выходу, — стрекоза. — Хах, питаюсь твоей энергией, — я же вамп, — как ты там говорил на голосе: «Больше вамп чем ты - не существует?». — Блин, точно. Кстати, был прав, — пожалуйста, продолжай в том же духе Кенгуруш, — рука уже переместилась на талию, крепко обнимая. Они дошли до берега за минут десять-пятнадцать, наслаждаясь обществом друг друга. Издалека пара была похожа на два движущихся призрака, настолько лучи солнца съедали их силуэты. Завораживающая красота природы баловала изголодавшиеся глаза. Воздух, после дождя, усиливал ощущение присутствия и единения. Весь мир словно замер на мгновение, наблюдая за магией, что присутствовала в новоиспечённом союзе. Океан встретил прибегающими и убегающими волнами. Сняв обувь, они подобрались чуть ближе к воде, расположившись на прибитым дождём песке, который только начинал возвращать себе былую форму. — Как красиво, Господи… — Любимый, смотри какая розово-красная полоса… Смотри как исполосовано небо… Смотри какие голодные чайки, а вон там…, — это что за птица…,— ничего себе какая огромная. Тина как ребёнок радовалась обычным вещам, а он молча наблюдал за ней, одобрительно кивая и пытаясь запомнить каждый момент и каждую эмоцию. Рядом с ней время останавливалось и вокруг всё переставало существовать: какой океан, когда её глаза красивее и глубже; какие чайки и птицы, когда её движения грациознее, а голос мелодичнее; какие красоты природы, когда она воплощение её со всеми вместе взятыми составляющими. «Кто создал тебя такую…», — моя девочка. — Всё хорошо? Ты чего такой загадочный? Она добралась до емкости и начала окручивать крышку, сделав из неё два стаканчика со словами: «Вуаля, термос с сюрпризом».  — Чего молчишь…? Дааан, — и щёлкнула пальцем перед носом, коснувшись его кончика, — проснись. — Я не сплю, просто любуюсь тобой, — знаешь, а ты прекраснее всех рассветов и закатов вместе взятых, — как же я счастлив рядом с тобой… любимая. Щеки Тины слегка поменяли оттенок, улыбка поползла к ушам, а взгляд остановился на глазах цвета темного дорогого шоколада. — А я как счастлива…, — ты даже не представляешь насколько… Наконец-то живу! Тина протянула ему стакан с горячим кофе и придвинулась вплотную, забираясь до руку. Они сидели и смотрели как зарождается новый день. Молчали. Слова сейчас были лишними, потому что тишина вокруг была настолько хрустальной и тонкой, что хотелось её сохранить пока она сама не истончится и растворится в воздухе. Наташа и Антон видимо тоже запланировали утреннюю романтику, поэтому оказались почти в одно время в том же месте. Сильно увлечённые друг другом они не обратили внимание на две спины и прошли мимо, следуя прямиком в воду. Натали, уже стоя в воде по колено, неожиданно обернулась и почти сразу узнала знакомые лица: «Дан? Тина? Как?». Антон обернулся следом. Его лицо выглядело не менее удивленным. — Доброе утро, — Дан первым поприветствовал, махая рукой. Тина видимо не ожидала увидеть их здесь, поэтому как и Попов просто молчала и бездействовала. — Вот это сейчас было неожиданно, — ты как тут оказался, товарищ? — Наташа подошла поздороваться. В отличие от гитариста, она питала тёплые чувства к певцу. В нем её привлекали неиссякаемая энергия и удивительная харизма. — Да, подружку свою спроси, — он привстал и они обнялись. Я кстати, тоже удивлён, Дан кинул через плечо взгляд на Антона,— очень удивлён, Натали. — Так вышло. Больше ничего не скажу. Вы лучше поговорите уже нормально, — как я понимаю нам придётся часто встречаться и пересекаться,— девушка посмотрела на подругу. Тина тоже привстала, обнимая и целуя её в щеку. Дан поспешил к воде, последовав совету ( поговорить с Антоном). Им на самом деле было о чем поговорить. Хотя бы сделать так, чтобы пропасть и холод, который веял в одном радиусе с ними, немного уменьшились или вообще сошли на нет. Конечно на то были свои основания, но сложившиеся обстоятельства должны были сгладить обстановку. — Тинк, — он что сумасшедший? Ты же говорила у него тур и концерты? Они присели на песок. — Ещё какой..., — прилетел на сутки… признался в любви. Кароль закрыла лицо руками, как бы заново осознавая сей факт. — Не ожидала я конечно от Балана таких выпадов, — а моя горячая малышка умеет таки зацепить, — Натали обняла её, утыкаясь носом в плечо. —… Наташ, я люблю его… — сама не знаю как это получилось. — Ох…, как я счастлива, что у вас не просто игрульки, — сначала думала, что это на уровне «фор фан», ну зная немного о твоём суженном: весь такой свободолюбивый... пилигрим. — Тоже так думала. Когда проект закончился и наши встречи, пусть даже рабочего характера, сошли на нет, я жутко начала скучать…, — думала мне просто не хватает мужского внимания и взглядов, что это быстро пройдёт, но нет,— оказалось всё намного серьёзнее, — мне не хватало его целиком: со всеми причудами и странностями, со всей его необузданной энергией... Если честно, я попала сразу после слепых, а всё оставшееся время пыталась убедить саму себя в обратном: нам не по пути, мы разные как инь-янь; ты не должна отдать на съедение свою гордость его искромётным чарам... — Моя ты маленькая... очень рада, что ты послушала своё сердце… Я знаю как тебе хорошо сейчас, потому что сама ощущаю те же эмоции. — Ой, с вами то тоже та ещё магия, — вообще молчу. Безумно счастлива за вас котики. Надеюсь тебя не смущает тот факт, что мы были близки с Антоном... ? Несколько дней думаю об этом, потому что мы так толком и не поговорили. — Я думала об этом, но решила отбросить все мысли. Какая разница какой он был с тобой!? Мне важно, что я чувствую и что между нами происходит сейчас. — Так что, всё что было, мы оставим там... в прошлом. Наташа и Тина замолчали, наблюдая за своими мужчинами и думая каждая о своём. Спустя ещё каких-то пять- десять минут, силуэты стали приближаться к девушкам. Дан начал разговор первым. Его тон и искренность перенял Антон, и дальше по цепочке, пока все не высказались. Каждый хотел провести время уединившись друг с другом, поэтому они тепло попрощались и разошлись по разным сторонам берега. Вечер Тины был расписал начиная с шести. Самолёт Дана был в четыре часа дня. Погуляв ещё по берегу и перекусив в уютной кафешке, они вернулись домой, чтобы переодеться и отправиться в аэропорт. Пол часа осталось на очередное погружение в друг друга, где влюблённые снова не сдерживали себя... *** — Я не хочу с тобой расставаться, Тань… целая неделя без тебя… — Да… из-за того что пришлось отсрочить свой отъезд, полечу сразу к Вене в Лондон. Там важное собрание, итоги года и традиционный отчетный концерт. Так что, да,— неделя.... — Ребёнок это святое... — Мы долго ждали друг друга, — неделя быстро пролетит. Кстати, я обещал Вене, что отыграюсь. Он меня тогда как мальчишку сделал в шахматы. — Хахха, и был очень очень горд, — ему понравилось. Весь вечер трещал какой ты классный и весёлый. — Дети меня обожают, — Дан нескромно улыбнулся. Передашь ему от меня привет? — Обязательно. — Я буду скучать, — спасибо что приехал. Это незабываемые двадцать четыре часа.. Она обняла его и уткнулась в плечо, — сколько раз я уже признавалась тебе в любви? — Тина подняла на него глаза. Он нежно обхватил лицо руками и довёл до расстояния, равного касаниям носами. — Твои признания возвышают меня на такую высоту, что не видно конца и края… — Как же ты много для меня значишь, моя девочка… Он накрыл привычным способом её губы и увлёк в нежный поцелуй. Языки прощались друг с другом, уже договариваясь о новой встрече. Руки устроили забег по привычным местам, пытаясь сильнее обжечься, чтобы ожоги не успели зажить до следующих объятий и прикосновения напоминали бы о том, что с ними случилось. Слова любви нимбом повисли на ними и собрали весь воздух поместив в своего рода кислородную камеру. — Мне пора, — посадка на рейс началась… Пока, малышка… — Напиши как приземлишься… — Конечно. Удачи тебе моя королева, — люблю тебя очень.. — Спасибо… — и я тебя люблю. Отлипнув от желанного тела, он быстро затерялся среди движущихся в том же направлении спин. Кинув взгляд через плечо, он заметил что её силуэт так и остался стоять на том же месте. Тина уловила его взгляд и слеза непроизвольно скатилась с лица, упав на созвездие «Хамелеон». Опять расставание…