«Неопознанное SOSтояние»

Две женские фигуры, покачивая бёдрами, мелькнули и исчезли за чёрными дверьми дорого автомобиля. Тина, как только машина тронулась с места, уставилась в телефон. Её идеальные тоненькие пальчики, стали быстро стучать по клавиатуре на экране, набирая послания своему Дракуле. Кому: Дан * Товарищ Балан, вы не перестаёте меня удивлять своими действиями. Знаете, что женщины быстро привыкают к сюрпризам. Смотрите, а то сяду на вашу крепкую шею и свешу свои стройные, ссылаясь на ваши слова, ножки. * Шучу, любимый мой. На самом деле сижу в машине по дороге на крутую, судя по выбранному месту, вечеринку и думаю не об удачно прошедшем эфире и предстоящем вечере, а сжимаю клочок бумаги и думаю о тебе. Хочу на ручки. Надеюсь ты спишь и отдыхаешь. Спасибо, за такое внимание… Это было неожиданно и безумно приятно, также как и твоё решение приехать. Я привыкла к цветам и разного рода букетам, но ты не поверишь, когда увидела этот — рассмотрела каждый бутон. Они прекрасны… Да, твоя дама сердца (уже цитирую тебя) — сумасшедшая. Это всё ты. Телефон завибрировал. На экране высветилось имя Орлова. Тина взяла трубку. Оказалось, что Антон не мог дозвониться до Наташи и попросил той набрать ему. В конце разговора Паша гордо заключил, что он обладает сверхспособностями и без него пара (сейчас их уже две), как таковая, никогда не сможет полноценно существовать. Тина засмеялась в голос и кинув пару язвительных слов, попрощалась с другом. — Нат, твой Ромео, ой Антонио, не может дозвониться до тебя, — проверь телефон. — Орлов там трезвый? Опять шуткует, судя по твоей реакции? — Ой, ты не знаешь что ли его, — опьянен жизнью, — кстати сказал, что мы без него бы пропали. — Ххаха, — хорёк такой хорёк. Хотя в его словах есть и доля правды. Наташа стала дозваниваться до Антона, а Тина вернулась к сообщениям. * Чувствую твоё присутствие, милый. Это помогает. Я в большой любви и мне ничего не страшно, ну если только капельку, и то только тогда, когда тебя нет рядом. Эфир был невероятный. Сейчас, как я уже писала, мы едем на фуршет с Натали. Она весь вечер о тебе говорит, точнее о твоих метаморфозах. Нам надо по приезду собраться вместе и поболтать. Вообще много чего надо именно вместе. * Я тебя люблю! Пожалуйста, не забывай об этом. Целую крепко и ещё раз спасибо. Мы уже подъезжаем. Обещаю быть хорошей девочкой, как ты любишь. Пс: кошечка я только для тебя. Рррр. Нажав на отправить, Тина посмотрела на подругу, которая уже закончила свой непродолжительный разговор, так как по ту сторону было слишком шумно, и заулыбалась, хлопая ресницами. — Ой, я кажется теряю подругу, — не могу с тебя, крош. Ната поправила выпавшую прядь и взялась за помаду, — ты блин всю декоративку съела, — я уже третий раз крашу, — хватит кусать губы! — Нуууу, — не ругайся, любимая. Просто не могу это контролировать, когда думаю о нём, — сорри. — Ага. Я заметила, — скоро места живого не останется: все в трещинах и подтёках. Наташа закончила с коррекцией и посмотрела на Тину, — готова моя кукла, — выдвигаемся? — Ага. Не отходи от меня только, — я постараюсь ограничить приём пузырьков, — не хочу особо привлекать внимание. — Хахах. Кароль, тебе ничего делать не надо, — ты и без пузырьков, как главная рождественская ёлка на центральной площади, — никто не пройдёт мимо сей красоты. — Ой, скажешь тоже. Улыбка на миллион. Фейерверки в глазах. Пшеничная копна волос на обнаженных аккуратных плечах. Рельефные ключицы и королевская осанка. Наташа была права — Тина сияла. Помимо природных данных, грации и женственности, наружу рвалась, подброшенная любовью в облака, внутренняя красота. Они медленно спустились в красивейший холл, который изобиловал людьми. Пройдя немного глубже, им стали попадаться официанты с подносами, украшенными напитками и закусками. Девушки взяли по бокалу шампанского и проследовали дальше, оглядываясь по сторонам. Юргес, внезапно появившись рядом, чуть не свалил Тину с ног, столкнувшись в проёме. Неожиданно, но факт. — Прости. Я тебя не испортил наряд? Он ловко достал из кармана пиджака наутюженный, пропитанный дорогим парфюмом платок и уже хотел было промокнуть им мокрую, фарфоровую кожу блондинки, как Тина остановила движение, ловко перехватит кусочек ткани, — не стоит. Я справлюсь сама. Спасибо. — Ещё раз прости. Я сам в шоке, как не заметил таких красивых дам. Наташа улыбнулась за двоих, потому что её подруга с таким усилием пыталась отправить уголки губ слегка наверх, что даже ей стало неловко. — Ничего. Я в порядке. Продюсер не мог отвести глаза от Тины. Он сам понимал, что слишком открыто прожигает её взглядом, но ничего не мог с собой поделать. С той самой встречи в ресторане: как она опоздала и извинялась, как потом смеялась над шутками его друзей, как дышала жизнью, заполняя собой всё вокруг. Этот смех и детская непосредственность, которые в наше время большая редкость, просто врезались в его память. Сомнений, что это чудо уже досталась кому-то другому, у мужчины не было, но он решил действовать до последнего. — Тин, можно тебя пригласить потанцевать? — Эм, уже? Мы только пришли. Может чуть позже, Юргес?! — Хорошо. Я подойду позже, — веселитесь девочки. Его глаза ещё раз прогулялись по телу Тины и закончив на губах, скрылись вместе с поворотом головы. Уверенная походка идеально сложенного тела, безупречные внешние данные и статус. Просто мечта прекрасной половины человечества. Но женщину, которую он пытался склеить, не возьмёт уже ни один супер-клей, потому что сердце давно прибито гвоздями к другому, не менее привлекательному мужчине. — Тин, ты чего как резко реагируешь, — будь чуть сдержаннее. — Мась, он на меня глаз положил, — это же очевидно, — да блин, я нагрелась уже под его прожекторами. — Ой, ты реально по уши втюрилась в своего Балана, — раньше ты не так реагировала на внимание симпатичных мужчин. — А это плохо? Я не хочу с ним танцевать. Я не хочу чужие руки на своём теле. — Ты то чего так раскраснелась? — За тебя, блин, — ну, потанцуешь ты с ним? Что такого-то? — Я вижу сразу, когда «черта дозволенного», начинает стираться. Наташ, давай не будем об этом. Не хочу и точка. Пошли лучше осмотримся. — Ок. Тебя разве переубедишь. Девушки скрылись в толпе. Вечер и последующие часы прибывания на фуршете прошли практически без приключений. Юргес несколько раз порывался прильнуть к Тине, но та, даже приняв нормальную дозу шампанского, дала понять, что дальше разговора и танца (да, она согласилась, чтобы тот отвалил), ничего не будет. Антон с Пашей через час приехали по указанному месту, чтобы забрать своих дам тире подруг, успевших уже «нафуршетиться». Дан приземлился в аэропорту Одессы. Через четыре часа начало концерта. Когда сеть достигла своего максимума, телефон стал разрываться от сообщений. Он прочитал её послания и волна возбуждения пробежалась по телу. Певец ещё раз убедился, что на верном пути. Сев в такси, он ответил. Кому: Tina * Я на месте, родная. Весь полет проспал. Обиделся, что ты не пришла ко мне во сне… * Через три с половиной часа концерт. Я удачно уместился в эти временные рамки. Ни на секунду не пожалел, что сорвался к тебе. Лёгкие перекачали воздух и теперь я могу дышать полной грудью. Благодаря тебе. Ты — мой кислород. * Побежал на прогон, надо всё проконтролировать. Надеюсь ты хорошо вчера отдохнула, хорошая девочка. * Люблю тебя малышка и уже скучаю. Я рад, что смог порадовать тебя. Дан добрался до места. Его команда уже была сплочена и действовала, как один организм. Быстро приняв душ, он пошёл в гримерку. Решив не откладывать важное дело на потом, Дан достал телефон и с волнением набрал в первый раз этот номер. Гудки. (телефонный разговор). — Алло. — Веник, привет. Это Дан. Узнаешь? Пауза. — Оу, хэй мэн. Да, конечно. Откуда у тебя мой номер? Мама что рядом? С ней всё хорошо? Дан не ожидал такого потока вопросов и подумал, что скорее всего напугал его своим звонком. — Нет, Вень. Мама ещё в штатах, у неё всё отлично. Не волнуйся. Вчера её видел, но уже улетел. Сейчас я уже в Одессе. — Фух… Тогда в чем дело? Ты же не просто так? Пауза. — Я могу тебе доверять? Обещаешь что этот разговор останется между нами? — Конечно. Я всегда держу своё слово. Мама приучила. — Твоя мама волшебная… Я не буду ходить вокруг да около, потому что ты соображаешь лучше, чем многие взрослые… и мне хватило времени, проведённого в твоей компании, чтобы это понять. Пауза. Мальчик нарушает её. — Дан, ты хочешь о маме проговорить? Она тебе нравится, да? Певец выдохнул так громко, что Веня на другом конце усмехнулся, а-ля: я всё понял чувак! — Я понял. Ну что могу сказать, — у тебя и у мамы хороший вкус. Так что ты хотел спросить то в итоге? — Вень, я люблю твою маму… это не просто из серии «нравится», — это серьёзно. Хочу сделать ей сюрприз… Поможешь? — Хм, любовь? Как-то быстро у вас случилось, такое бывает вообще? Я думал, что это когда уже долго знаешь друг друга… рождается что-то большее, чем дружба. Хотя как по мне, так дружба круче. «Ему точно десять», — Дан часто задавал себе этот вопрос на протяжении всего разговора. — Бывает… Вот влюбишься сам, — вспомнишь меня. Веня закатил глаза. — Давай рассказывай про сюрприз. Конечно я помогу, — я вижу что моя мама изменилась… Она счастливая… улыбается, — если это ты её такой сделал, — то я благодарен тебе. — Спасибо, друг. Твоя мама теперь всегда будет такой, — обещаю. — Я прилечу вечером, через три дня. Мама прилетит на следующий день рано утром. Знаю, что у вас там какой-то концерт намечается?! — Ага. Отчётный. Надеюсь ты не собираешься делать это при всех? — Ты о чем? — Дааан, ну не томи. Я всё уже понял. Вы взрослые такие странные… Ты сказал, что любишь мою маму. Сказал, что хочешь сделать ей сюрприз и говоришь о своих действиях только мне, — её сыну. Тебя интересует точно не мое выступление на концерте, но тебе надо там быть?! — Это из серии включи логику, — ты собираешься предложение ей сделать?! Дан, на минуту потерял дар речи… — Малой, ты меня убиваешь. Собираюсь, да. И мне помощь твоя нужна. — Какая? Надеюсь не надо будет ни с кем договариваться? — Надо, Веня. Надо. — Дан, вот это подстава. Мне надо тогда contact с наставником (классной), — короче она, — Мэри Кларк, — любит когда я читаю сонеты Шекспира вслух. Всегда на мои какие-то просьбы (их по учёбе много бывает) у нас с ней баш на баш. Она помогает мне — я вдохновляю своим прочтением её. У Балана с каждым сказанным словом, глаза лезли всё выше на лоб и округлялись до максимума. — Цитирую: «Вениамин, твой тембр и интонации при прочтении трудов Уильяма — лучшее, что со мной случалось в жизни. Ты маленький гений», — мальчик закатил глаза. — Понимаешь? — Эээ, — Вень, я хочу с тобой поближе познакомиться, — вот что я понимаю. Ты откуда такой вундер то? — Я просто любознательный и слишком самостоятельный. Спасибо, маме. — А ты не слазь с темы, — мне что, всё-таки придётся опять читать этой пятидесятилетней восторженной даме сонеты Шекспира? — Ну, если у вас там такие условия и договорённости, мой юный друг, то да, — но я у тебя в долгу. — Это то само собой. Ладно, — что с тобой делать… — потерплю. — Вень, ты настоящий мужиком растёшь, — спасибо. Я больше всего переживал за твою реакцию. — Ты мне нравишься, Дан. И по секрету скажу, — маме ты уже давно нравишься! Так что я ожидал этого, но не так скоро… Ещё вопрос, — почему Лондон и именно в моей школе то?! Может что-то другое придумаем? — У меня будет пара свободных дней между концертами. В это время мама как раз прилетит к тебе. Потом опять разъезды и продолжение тура. Никак. Я узнал, что у тебя концерт. Ты и мама в одном вместе. Всё родилось в моменте. Я загорелся и теперь эта идея не выходит из головы… Я не знаю как обьяснить, — так чувствую. — Мммммм, — я конечно не всегда понимаю вас взрослых, — вы любите всё усложнять, — но я помогу тебе. Готовься потом к партиям в шахматы. — Не надо нас взрослых понимать, — мы сами себя не понимаем. А на счёт шахмат, — я только с радостью. — Пока умник. Созвонимся. — Пока, Ромео. И ещё раз спасибо, за счастливую маму, — я честно рад тебе. Надеюсь твоя идея не слишком сумасшедшая, — подумай обо мне, — Ш-е-к-с-п-ииии-р. — Хахаах. Сорри мэн, — я постараюсь, чтобы Мэри Клерк была снисходительнее в своих «баш на баш». Спасибо, тебе! Дан опустил телефон и широко улыбнулся. Только спустя какое-то время начало приходить осознание того, что он говорил с десятилетним сыном своей любимой и тот спокойно, по-взрослому, отреагировал. Мурашки резко устроили марафон по телу: «Какой же умный и рассудительный парнишка растёт у моей малышки. Господи, спасибо», — он встал и вышел из гримерки. Голоса публики уже отчётливо выкрикивали его имя. Глубокий вдох. Новые эмоции и состояние полёта. Зрителей определено ждал другой Дан. Любовь окрыляет и обнуляет…