«Неопознанное SOSтояние»

— Куда мы едем, — Тина чувствовала его горячее дыхание на своей тонкой шее. Повязка на глазах будоражила и обостряла чувства, разделяя свет и тьму, как прошлое и настоящее. Она тяжело дышала, приоткрыв рот. — Я больше тебя не напугаю, мой маленький. Доверься мне, — ещё пятнадцать минут и мы прибудем на место. На счёт концерта Веньки не переживай, — к четырем часам будем в школе, — сильные руки захватили любимое тело в свои крепкие объятия, а циркулирующий между его губами и её гладкой, созданной для поцелуев, кожей воздух, возбуждал и увеличивал пульсацию выпирающих венок. Она сдалась первой. — Поцелуй! У меня пересохли губы, — прошу, пожалуйста. Она вожделела и вид полуоткрытого лица, в этой таинственной повязке, возражал в голове брюнета самые изощрённые фантазии. Это была самая легко исполняемая просьба. Дан обнял её так, чтобы взору и доступу открылись губы, которые на самом деле нуждались в немедленном увлажнении: обветренные, обезвоженные, слегка потерявшие свой контур и окрас… Он легко коснулся подбородка пальцами с шершавыми подушечками и приблизился, дотронувшись своим носом до её. — Малышка, могу говорить это ежеминутно, — я тебя безумно люблю. Тут машина, сделав резкий поворот, увиливая от пробежавшего по дороге зверька, соединила жаждущие поцелуя губы, прервав все попытки разговора. Он любил испытывать её, держа свой язык взаперти до последнего момента, а потом как змей, выпускал сладкий яд, мгновенно парализуя жертву. Тину всегда било током, когда его язык находил её, и они наконец-то сливались в ритмичном танце… Тело непроизвольно содрогалось. Когда машина остановилась, эти двое продолжали поить друг друга эксклюзивными сортами вина, получаемых посредством трения и выделяемой слюны: здесь и сейчас, без прав на выдержку. Водитель, он же Сергей, отвлёк влюблённых, несмело кинув фразу, «мы на месте». Дан поблагодарив, вылез из авто и поддерживая, помог Тине выбраться. — Аккуратно, милая.— Вот так, — не споткнись. Сделав пару шагов, он решил быстрее будет донести её на руках. Оторвав хрупкое тело от земли, брюнет поспешил через поле к месту, где Тину ждал сюрприз. Вертолёт с личным инструктором был арендован на два часа. Погода была не совсем лётной и видимость тоже оставляла желать лучшего, но сюрприз отменять Дан не собирался, надеясь, что переменчивая погода Лондона, успеет порадовать их во время полёта. Дойдя почти до самого вертолёта, мотор которого находился в состоянии покоя, чтобы Тина не догадалась сразу, Дан медленно снял повязку с глаз и обвил талию руками, приблизившись к холодному уху, успевшему остыть после укусов и поцелуев. — Малыш, сегодня ты будешь управлять вертолетом и моя жизнь будет в твоих руках, — конечно не без помощи ещё пары рук нашего инструктора, но всё же… (пауза), — ты можешь говорить, —Тинаааа?! — Аааа, что? Даааан, — но как ты узнал, что я мечтала об этом? Я же никому не говорила, — Боже… ещё и в этом городе, — спасибо, родной. Она кинулась на шею и завизжала от радости, — за что же такое счастье, — мой самый чувствующий… я люблю тебя. Дальше последовала очередная серия поцелуев и объятий, до того момента пока Ричард, их инструктор, не попросил пройти в кабину вертолета. Слегка покрывшись румянцем, Тина устроилась рядом с пилотом и надела большие наушники с микрофоном. Сердце блондинки бешено колотилось, а душа медленно уходила в пятки с нарастающим шумом и движением. Это был не страх, а эмоции от момента, плюс вспыхнувшие картинки из недавнего: прыжок с парашютом и зарождение их истории любви… огромное поле… его холодные губы… Такой сильный спектр ощущений вызвал поток слез радости, мгновенно хлынувших из глаз блондинки. Дан, сидевший сзади, поцеловал её в плечо, и тоже надел наушники. Это был не конец сюрприза. Он написал для неё песню… и как только вертолёт стал отрывается от земли, Дан запел: так, как никогда раньше; так как-будто от каждого слова зависела его жизнь; так по-настоящему… У Ричарда, который видел много пар и предложений руки и сердца (обычно делают непосредственно в вертолете), встал ком в горле от подачи и чувственности, с которой это было всё исполнено, хотя он не понимал языка. Что касается Тины, то та уже забыла, что при определенно набранной высоте, ей придётся управлять и держать штурвал, и не переставая хлюпала носом, катаясь на аттракционах своих чувств и эмоций. — Ты мой волшебник… спасибо, тебе за всё… И снова высота… снова его голос… такой упоительный и дурманящий, который проигрывал их гимн любви, вселяя надежду на продолжительное прекрасное будущее. Мурашки менялись местами, перебегая с одного тела на другое и выходили в окно, от переизбытка чувств, не выдерживая таких откровений… И снова высота… снова его голос… *** После отчетного концерта, который прошёл на ура и поразил своей многогранностью и талантами учеников, их главный ученик подбежал и со словами: «как я рад, что вы успели, и что вы вместе на меня смотрели», бросился в объятия. Вся его серьёзность и взрослость, утонули в детской непосредственности. Хотя, тот и был ещё малышом, просто развитым и умным не по годам. Тина, проплакавшая весь день, который не был похож ни на один из прожитых ею, и тут тоже не удержалась. Она не подала вида, но голова не на шутку закружилась. — Мамочка, — ты чего. Он крепче сжал её, кинув взгляд на Дана. — Тааак, — мамочку срочно нужно уводить отсюда на воздух, — пошли любимая, — Веник, помогай. — Мои мальчики, — да я от радости, — не переживайте. — Мы тебя любииииим, — в унисон слились детский и мужской голоса. — И я… — Тина чмокнула Веню, потом Дана и они пошагали прочь из здания, к машине. На следующий день. Дорогому ресторану для празднования события, Дан предпочёл поездку на Seven Sisters, на самую высокую точку знаменитого мелового берега, на мыс Beachy Head, где высота обрыва достигает около 162 метров. Он заранее арендовал домик на сутки, заплатив кругленькую сумму. Дан безумно любил данное место. Этот обрыв вызывал безумные ощущения. Он обещал сюда вернуться, но не один. И вот он здесь и не один. Несколько лет назад брюнет кинул монетку и загадал желание, которое на данный момент сбывалось почти до точности и даже больше… Стоя сейчас на том же месте, где можно почувствовать себя как на краю света, где ветер не мешал, а наоборот добавлял силы, он одной рукой сжимал руку десятилетнего мальчика, к которому уже успел прирасти всей душой и сердцем, а другой нежно укрывал и гладил живот любимой женщины, которая накануне призналась, что он скоро станет папой… #flashback Вечером после концерта Веника в одной из уютных комнат дома в Саттоне, где проживал мальчик, Тина вылетела из ванной. — Дан, — её пальцы теребили тест на беременность, — он положительный… Мы… — я беременна… Пауза. — Повтори…?! Брюнет застыл в позе и лишь бегающие глаза говорили, что он не превратился в статую. — Иди сам взгляни, — он положительный, — у нас будет малыш… Она закусила губу, пытаясь сдержать очередные нахлынувшие слезы. — Ты уверена? Господи… неужели, — он посмотрел на тест, где отчётливо красовались две красные линии, потом на Тину, и тут же перестал сдерживать слезы и эмоции. Дан просто упал на колени и уткнулся ей в живот, целуя его и что-то бормоча, переходя с одного языка на другой. Этот высокий, статный сорокалетний мужчина, который прожил сорок лет в статусе пилигрима, сейчас окончательно стер все границы прошлого и шагнул на новый этап своей жизни. Он знал и ощущал, что самое лучшее его найдёт и сделает счастливым. И самое лучшее, точнее лучшая: такая маленькая и хрупкая девочка, с большими бездонными глазами и добрым сердцем; нашла и сделала. Таким счастливым, что тот часто забывал, как дышать… — Таня… — я не могу поверить… — спасибо тебе… спасибо Господи… — Я твоя… мы твои… *** — Вень, держи монетку и загадай желание, — оно обязательно сбудется. — Дан, у меня уже есть всё о чем я мечтаю, — спасибо тебе за мою счастливую маму и за, — ну ещё рано говорить кто у нас будет… Хотя нет, я знаю что загадать, точнее чего желаю, — давай сюда монетку. «Господи, пусть они будут всегда рядом и любят друг друга», — мальчик зажмурил глаза и раскрыл сжатый кулачок… «Ещё я хочу сестренку, а лучше сразу двоих», — летииии… Простояв у обрыва ещё минут десять-пятнадцать, пока не разыгрался очередной дождь, они удалились в сторону домика, поближе к камину и приготовленному Даном обеденному столу, за котором Тина в шутку спросила: «Дан, а если бы я сказала нет на твоё предложение? Ты значит был уверен, что я соглашусь, раз такое смог провернуть?!», — она подперла рукой подбородок и прищурилась. На что Дан ответил: «Нууу, если бы ты сказала нет, то мы бы с Веней вдвоём поглощали этот, простите за нескромность, отменный обед», — он повторил её позу и Веня тоже присоединился, посмотрев на Дана, одобрительно кивая. — Вот вы какие! — Всё спланировали. Ну, погодите. Она погладила свой животик, — скоро и у меня будет союзник. Смех разлился по небольшой кухне и заполнил всё пространство. «Кто умеет ждать, тот получает самое лучшее», — их очередная мысль в унисон… The end…