«Неопознанное SOSтояние»

— Мами, привет. Как твои дела? Веня позвонил ближе к вечеру. Тина с Даном весь день прибывали в горизонтальном положении, прерываясь лишь на обед и занятия любовью. Между ними не утихала страсть и желание познакомиться друг с другом всё ближе и ближе. — Мой мальчик, привет. Всё отлично. Как ты родной? Как подготовка в концерту?! — Так хочу поскорее тебя обнять… я соскучилась. — И я сильно соскучился по тебе. —К концерту почти готов. Думаю это будет соу кул, — мам, у меня вопрос, — какой лучше выбрать галстук: темно-зелёный, темно-синий или тотал рэд?! — Ой, а что тебе Елена Викторовна опять новые купила?! — Ага, сегодня подарила. И все такие красивые. Дан лежал рядом и дышал ей в шею. По шевелящимся губам, она ощущала, как тот улыбается. Тина еле сдерживала смех, просунув руку в его густую шевелюру, подключив к работе пальцы. — Ну, все сразу не получится, поэтому выбирай какой-то один. Может тот, что темно-зелёный? — Хм, может. — Мам, а Дан случайно не рядом с тобой? Ты можешь дать ему трубку?! Тина сглотнула. Она ещё не совсем привыкла к таким переменам, но быстро среагировала. — Да, сейчас я дойду до него. Закрыв трубку рукой, она сделала вид, что куда-то пошла и закатила глаза, оттягивая тем самым время. Дан подтянулся на локтях и наблюдал за её нелепым поведением. Потом сам взял из рук телефон, накрыв её тоненькое кукольное запястье влажными губами. — Алло, Вень привет. — Дан, хай. Прости, если отвлекаю, но я тут не могу галстук выбрать, — прям целая история. У нас чаепитие завтра утром, и я ещё читаю доклад, — помоги. Маме просто всё нравится, — ну, ты понимаешь. Дан широко улыбнулся. Переключив мобильный на громкую связь, он положил его на подушку рядом, и притянул к себе Тину, которая вытаращила глаза, и не переставая кусала губы, немного переживая за их диалог. — Понимаю, Веньк. Галстук это очень важный элемент, — помню когда носил их, тоже голову ломал, — но, скажу честно, в десять лет я был совсем зелёный, и меня наряжала мама, — но к тринадцати-четырнадцати вошёл во вкус, — я любил красные. — Хаха, — ну, времена меняются. Сейчас всё иначе, — и я уже давно самостоятельный, лишь изредка прибегаю за помощью, ну вот как сейчас. Кстати, даже мама у меня иногда спрашивает: какое лучше платье выбрать. Тина внимательно слушала разговор любимых мужчин, пытаясь не упустить ни одну интонацию, ни одну мысль. Глаза искрились и бегали по разным маршрутам: глаза Дана-губы Дана; высокий красивый потолок-открытое окно балкона; костяшки пальцев-снова глаза Дана, и так по кругу. — Это ты верно подметил, — так, давай серьёзно подойдём к этому вопросу. Он старался спокойно говорить, но Тина надумала отомстить, обжигая дыханием шею, — какой любимы цвет у твоей дамы сердца? Ты ещё не выяснил? — Неплохо мы с галстука перешли на Элизабет, — возьму на заметку. Нет, я не знаю какой её любимой цвет. Она вообще не обращает на меня внимания, общается с Дэвидом, хотя он такой несобранный и неаккуратный… — сложно понять этих женщин. Тина переместилась на грудь Дана и вопросительно посмотрела. Тот, щёлкнул её по носу и отжестикулировал, дав понять, что все вопросы потом, показав при этом язык. «Дурень…», — подумала она. — Тебе так кажется, друг. Я уверен, что Элизабет ещё сама за тобой будет бегать, — скажи, она что самая красивая девочка в классе? Может присмотришься ещё к кому-то, ну чтобы посмотреть на её реакцию?! Тина шлепнула его по плечу и покрутила у виска. — Оо, это кстати идея, — спасибо Дан. Красивых то много, но она такая недоступная вся, — очень избирательная… не похожа на других, — этим притягивает. Я скажу, что она не самая красивая, но самая очаровательная, — у неё длинные волосы, как у мамы, только чуть рыжее, веснушки и зеленые глаза: как у колдуньи… слишком таинственные. Ещё она умная… — Дан, а тебе мама тоже сразу понравилась? Тина навострила уши и закусила губу. Брюнет просунул свои руки под её лопатки, и начал говорить, смотря на залитое краской и мазками смущения лицо. — Да, Вень, — сразу. Первое чувство оно всегда самое сильное, не забывай. Когда я увидел твою маму, — Дан прищурился, продолжая смотреть на Тину, — в моей душе сразу всё перевернулось и поменялось местами. И сейчас я живу, как после ремонта, но мне безумно нравится моя новая квартира, — ты понимаешь о чем я?! Кстати, твоя мама чем-то схожа с Элизабет, в плане недоступности и избирательности, — тебе, как и мне однажды, придётся попотеть, — но результат ты видишь сам. — Понимаю и ты меня обрадовал… — рад, что моя мама вызывает у тебя такие чувства, Дан. — Ты передай ей, если вы не на громкой связи, что она самая красивая… самая лучшая мама, — ладно?! Смех взрослых, раздавшийся по комнате, был подхвачен детским. Этот проницательный мальчишка всё понимал и чувствовал. — Вот вы смешные, — ладно. Я сам решу, — от вас ничего цельного не дождёшься. Жду уже когда вы приедете, — а пока вернусь к галстукам и пробегусь ещё раз по докладу, — пока. «Пока» раздалось в унисон. Закончив разговор, Тина резко запустила подушку в Дана, и нависая над ним, начала в шутку душить, кидая разного рода словечки: «вот ты придурок», «чему ты учишь моего сына дамский угодник», «я тебя сейчас проучу». Дан в своё время даже не отбивался, продолжая смеяться. Растрепавшиеся волосы. Красные лица. Полные любви сердца. — Иди сюда, хулиганка моя, — у меня уже скулы от смеха сводит, — ты чего так разошлась то? — А ничего, — я так хочу. — Чего ты всё время хочешь, а? — Тебя точно не хочу, — она высунула язык и сморщила нос. — А, значит так? — ну, тогда спишь сегодня на полу, — я тоже тебя не хочу с этой минуты. Он отвернулся и обнял подушку. — Ты меня не хочешь? Ага, как же, — мы сейчас проверим. Она отобрала у него подушку и по-хозяйски запрыгнула на торс, крепко зажав его ягодицами. Закинув крепкие тяжёлые руки за голову, она приблизилась к лицу, укрыв его своими волосами, — нууу, всё ещё будешь отрицать? Ты не можешь меня не хотеть, Дракула — мммм? — Ни капельки тебя не хочу, — Дан зажмурил глаза и стал напевать: на-на-нана-на-на. Конечно эти двое шутили и играли, но Кароль решила таки испытать Дана, поэтому продолжала исполнять роль, пока тот не сдался и их очередная мезосцена не закончилась жарким сексом. Они каким-то образом оба очутились на полу. Раскинутые по сторонам подушки и стянутые одеяло и простынь, добавляли всей этой картине какой-то пикантности… *** Самолёт приземлился в аэропорту Гатвик. Тина и Дан вышли из огромного здания, задержавшись чуть больше, чем обычно на паспортном контроле. На улице была привычная для Англии погода: моросящий мелкий дождь, пляшущий под порывы ветра. Дан снял с себя пиджак и сделал крышу для двоих. Она, обхватив его за талию, прижилась всем телом. В таком положении они проследовали к машине, ожидавшей их на платной парковке. — Ехууу! Привет, Лондон… Я скучал по тебе мой прекрасный, — Дан выпалил это так громко (на английском), что какая-то пожилая пара, проходившая мимо, даже слегка притормозила. Помахав им рукой, он улыбнулся своей фирменной, и они пошли дальше, точнее уже побежали, потому что дождь набирал обороты. — Ненормальный, — ты чего так раскричался, — блин, я кажется вся мокрая. Тут Дан резко выпрямился и убрал пиджак, который не очень то и спасал, давая дождю пролить на них свои кристальные капли. — Ай, — ну, Дан. Отпусти. Ноги блондинки уже оторвались от земли, потому что тот начал её кружить, поддерживая за ягодицы. — Хахха. Сама виновата, — надо быть осторожной со словами: я вся мокрая и ненормальный. — Тинка, я тебя так сильно люблю. Потом он поставил её и взяв за руку побежал, утягивая за собой. — Дурак, — угораздило же меня влюбиться, — ну, вот… на мне места живого нет. — Обсохнем в машине, — не злись малышка. Их встретил помощник семьи, в той которой проживал Веня. Когда все устроились на своих местах, машина тронулась с места. Сергей включил кондиционер, чтобы те немного обсохли. Несмотря на приближавшееся лето, погода не радовала теплом и солнечными лучами. Минут тридцать они ехали в тишине. Пальцы рук скрещены. Голова удобно устроилась на его крепком плече. Глаза устремлены в окно, созерцая пейзажи английский просторов. Спустя ещё десять минут красная Ауди въехала в окрестности Саттона. Съехав с основной дороги, на ту, что была с односторонним движением, машина сдала немного вглубь. Тина, хорошо знавшая этот маршрут спросила у Сергея, почему именно этот путь, на что тот ответил, что неподалёку прорвало плотину и всем приходится объезжать либо этой дорогой, либо просёлочной. Машина резко затормозила среди полей, вблизи какой-то фермы. С дорогой, как оказалось, было всё в порядке. Движение прекратилось из-за того, что путь им перегородили три чёрных тонированных джипа, вставших по ходу в одну полосу. — Почему мы встали? Что за машины впереди. По телу Тины прошёлся резкий холодок, сердце стало быстрее качать кровь. — Сейчас узнаем. Сергей вышел первым и Дан не медля, тоже последовал за ним. Тина пыталась его остановить, но тот даже и слушать не стал. — Будь здесь! Мы сейчас вернёмся. Попросим ребят «подвинуться», — не волнуйся. — Любимый, пожалуйста, останься. Мне это все не нравится. Что за приколы среди белого дня. — Не волнуйся. Может ребята сломались, — она осталась сидеть в салоне. Как только двери их машины захлопнулись, из других одновременно стали сыпаться люди: человек пять. Крепкие парни, в чёрных одеждах и крутых очках. Кароль от ужаса вжалась в заднее сиденье и закрыла рот рукой. Она наблюдала всю картину происходящего через лобовое. Когда один из шайки стал заламывать руки Дану, а другой схватил Сергея, Тина без задних мыслей вылетела из авто. Блондинка поняла, что парни эти местные, потому как успела различить английскую речь. (разговор на английском). — Куда вы его тащите?! Отпустите! Прошу, — Дан, любимый, что им нужно? Кто они такие? Тина хотела была подбежать ближе, но тот что самый высокий и агрессивный, вытащил пистолет и направил в её сторону. Кароль замерла на месте, вытянув руку вперёд: «я поняла». — Я тебе сказал не двигаться, — а то всем будет хуже. Дану ещё сильнее заломили руки и опустили на колени, залепив рот скотчем. — Дан, — что им нужно?! Он не успел ничего ответить из-за куска клейкой бумаги, стянувшей моментально кожу. Тина вросла в землю. Слезы текли по щекам, вперемешку с дождем, который продолжал крапать. — Да что вам нужно? Что вы хотите, идиоты. Оставьте, — ему же больно. Тина сорвалась на истерический крик: «Боже, помоги нам». Видимо из-за страха, мозг стал активничать и английская речь лилась прям таки рекой. — Что вы хотите? Почему вы молчите?! — Мы хотим, чтобы ты сказала «ДА»! — Что??? — Тина недоумевала и сильно сдвинула брови вместе, — что вы несёте, идиоты? — Скажи да. Скажи, что выйдешь за него, Тина Кароль. — Что??? Она продолжала реветь, не понимая что происходит. — YES OR NO? Тот что держал Дана повысил голос, — WILL YOU MARRY HIM? Тут до Тины стало медленно доходить, когда все парни резко улыбнулись, что это розыгрыш и ей таким «чудесным» образом делают предложение. Мужчина, что руководил процессом, сорвал со рта брюнета скотч, который, как и все действия, был лишь элементом представления. Из машины, неожиданно для Тины, выпрыгнул Веня и подбежал к Дану, стоящему всё ещё на коленях, и протянул маленькую коробочку, похлопав по плечу. Лицо Кароль отпечатывало миллион вопросов, вперемешку со злостью, раздражением и одновременно с шоком. Всё потихоньку стало улетучиваться, когда Дан поднялся с колен, отряхнулся и направился к ней. Он выглядел напуганным, потому что всё получилось слишком эмоционально. Блондинка стояла как вкопанная, пытаясь переварить всё, что сейчас произошло. Она даже не могла кричать и возмущаться, потому что слова, как и попытки что-то сказать, ушли в пятки. — Я тебя напугал? Он приблизился вплотную. Руки нервно сжимали коробочку, — это… Она не дала сказать дальше. — Ты чокнутый! Ты сумасшедший! Тина подняла на него глаза и ударила сильнее, чем хотела в грудь, — не смей так больше шутить… Что в твоей голове вообще? Голос вернулся и та уже не сдерживала себя. — Я не шутил… Ты выйдешь за меня, самая лучшая женщина этого большого мира, — моя инопланетная… Моя чувственная и волшебная девочка?! Он со второго раза смог наконец- то справиться с коробочкой, потому что руки не слушались. Маленькое аккуратное колечко в его перепачканных, трясущихся руках и умоляющие глаза устремлённые на её заплаканное смятенное лицо. Много разных эмоций собралось в одно большое облако, продолжая нависать над ними. — Мама соглашайся, — Веня подбежал поддержать друга, и встал рядом. Все причастные к этому действу, стояли и смотрели на всю картину происходящего. Такая мучительная для всех пауза… Она подняла на него свои глаза, которые таки не смогли сдержать очередных слез, но в которых отображалось счастье, и одобрительно хлопнула ресницами, еле заметно кивнув. — Это значит да? Голос Дана потерял свой окрас и привычные грузные нотки. Он первый раз в жизни так дико нервничал. — Да… Куда я денусь?! Но, я всё ещё в шоке от этого представления, — да не смотрите вы так все, — конечно да, — намного громче произнесла Тина! — Я безумно люблю этого придурка, — I will marry you… of course I will. Дан аккуратно поместил колечко туда, где оно должно было быть и оторвал Тину от земли, крепко обнимая. Стоящие рядом достали заготовленные хлопушки и разом, на счёт командного: раз, два, три от Вени, выпустили их, громко аплодируя и выкрикивая разные нечленораздельные слова. — Дан, у нас всё получилось, — главное мама никогда этого не забудет, — ты не сильно злишься, мамуль? Он крепко обнял её, после того как Дан вернул на землю. — Я с тобой потом поговорю, — и с вами тоже. Тина, улыбаясь, показала кулак стоящем недалёко от них людям: кроме нанятых людей, рядом собрались Сергей, Елена и ещё пара людей, причастных к семье Кароль. Дан приблизился к её уху и прошептал, что нужно уединиться и что ему придется завязать на какое-то время ей глаза: «Любимая, я больше тебя не напугаю. Дальше только любимая романтика и сюрприз, — ты позволишь?». Тина кивнула и впилась в его губы, наконец-то оттаяв и осознав, что ей сделали предложение, и что для Дана это первый опыт… Когда языки встретились, в её голове всплыла картинка: его дрожащие руки, которые пытаются справиться с кольцом… «Я твоя… я жива…».