Как правильно взорвать - мост, дорогу, мозг, форт - нужное подчеркнуть

Пашка выбрался из поместья быстро — чо там трудного уже битому вояке, а вот на улицах городка встрял конкретно. Тьма знает, что понадобилось ушастым — но их было не так уж и мало на улицах. Пришлось изображать земляного червяка — где на корточках, где-то залечь, и в одном месте пришлось вспомнить учебку — скоростное преодоление проволочного заграждения ползком. Тесак тускло отблескивал в свете купола, равнодушно ожидая боя. Фрагмент из памяти Их сводный батальон ввалился в городок Шийла-Юрт после полудня, скрипя пылью на зубах — на проходившей рядом трассе погуливала бродячая террор группа. Бывшая казачья станица Прохладная как-то незаметно стала городом, расширилась, оттуда постепенно уехали все русские и вскоре старое название окончательно потерялось… Подрывы транспорта, засады и обстрелы — все никак локализовать и поймать боевиков не удавалось, по смутной информации контррразведки — как раз из этого селения могли выходить на охоту «тряпкоголовые». Но все проверки не давали положительного результата — не видели, не слышали, оружие если и находили, то пара-тройка охотничьих ИЖ-ей, ТОЗ-ы, и турецкие помповики… Все было как обычно — саперы выискивали металл, вованы и омоновцы шарили в домах и сараях, разведка же скучно бродила по окрестностям. Впрочем, расслабляться никто не собирался — были прецеденты и случаи, всегда заканчивающиеся одним — стрельбой и трупами… Местный страж порядка, на диво худой, бдил — одергивал слишком расшумевшихся матрон, глядел на горячих юнцов и ручкался со взрослыми мужиками… Серега с Павлом, в компании проводника из числа нохчи, носившему омоновскую шапку-маску, проверяли дом местного старейшины. Сам аксакал сидел на специально принесенном табурете во дворе, перебирал чётки и ехидно щурил свои глаза. — Вот же, хитрая сволочь, — еле слышно пробурчал Серега, выключив миноискатель, — нутром подвох чую, но где — хуй знает. — Никак? — бросил Павел какую-то железку, поднятую из щели в полу. Проводник лишь покосился на старика, покрутил головой и присел на корточки в простенке, пристроив автомат на коленях. — Глухо, как в танке, — Сорокин подошел к окну, встал сбоку и закурил, держа сигарету в кулаке. — Лады, я пойду в гараже пошарюсь, — кивнул ему Вяртсиля. — Давай, и бди! Сержант вышел, мельком глянул на довольного, как сытый кот, старейшину, сделал отмашку старшему группы — прапорщику Нечаеву, и двинулся в гараж. Оттуда уже выгнали микроавтобус «Мицубиши», проверили все что можно, но что-то свербило у парня в душе. Задумчиво побродил по помещению, поковырялся в различном очень нужном хламе, и присел на старый стул без спинки. Явно же прятали и будут прятать улики, но где? Тут в проеме ворот нарисовался Зелимзан, проводник, глянул вопросительно — он вообще был молчуном, предпочитая общаться невербально. — Хер его знает, — пожал плечами Павел, — чую же, что нечисто дело, а вот где и как… Шагнув внутрь, Зелим тоже прошелся по периметру гаража, повернулся и тут одна из досок покрытия чуть приподнялась. — Стой! — насторожился сержант Проводник замер, перехватив автомат и чуть присев. Пашка аккуратно подошел к нему, взяв с полки гвоздь-сотку, и чуть подсунул его под доску. — Так, осторожно убираем ногу и к стене отходим, — скомандовал он. Нохчи медленно сделал требуемое и замер у стены, готовый к действию. Осторожно пошевелив гвоздем, Пашка вытащил фонарик и осмотрел щель под доской, не увидев ничего опасного, стал не спеша приподнимать ее. В узкой выемке под ней торчал рычаг, самый обычный автомобильный — для стояночного тормоза грузовика. Сапер и проводник переглянулись, Зелим оттянулся к воротам и занял позицию — смотря и во двор, и в гараж, а парень, вытерев вспотевшую ладонь о штаны, потянул на себя рычаг. Что-то щелкнуло, простучало и неожиданно часть пола, у стены, где были стеллажи, откинулась как крышка люка. Оттуда потянуло смрадом, закашлявшись, Пашка натянул на лицо бандану, подобрался к отверстию, где тускло горел свет, увидел металлическую лестницу вниз. — Я пошел, — сообщил он Зелимзану — Не рискуй, — неожиданно выговорил проводник на хорошем русском языке — А как мы наших позовем? Этот хрен сечет, не зря сел в центре двора. — Я позову, — нохчи вынул из кармана телефон, набрал смс, вышел с ним в ворота, встал неподалеку, делая вид, что ждет очень важного ответа. Вскоре во дворе раздался шум, кого-то явно лишали свободы передвижения, пару раз возмущенно вякнул аксакал, и к гаражу быстро подошел замкомандира батальона по разведке. — Товарищ старший лейтенант… — тихо начал было Пашка, но Сиротинин лишь махнул рукой, очутился рядом. — Ай, молодца, — шепотом восхитился он, — сколько бродим — голяк, и тут ты. Так, сейчас мы вот что сделаем, — подтянутся мои, и пойдем. Твоя задача — сейчас глянуть на предмет ловушек сверху, вниз пока не суйся! Понял? — Так точно. — Действуй, — хлопнул его по плечу разведчик… После того, как все проверили и разведка зашла в подземелье, оттуда начали таскать ящики с оружием, взрывчаткой и вывели шестерых рабов — четверых солдат, одного гражданского в возрасте и подростка-нохчи. Увидев его, Зелим дернулся и подскочил к нему — мальчишка был плох, его вынесли на руках. — Дождались, — вдруг хрипло выговорил пожилой, дергая кадыком, заморгал глазом, на месте второго была воспаленная рана. — Наши, — на лицах остальных пленных появились робкие улыбки… Лишь проводник все сидел рядом с парнишкой, кусая кулак. Вдруг, резко выпрямившись, подошел к связанному старейшине, посмотрел в глаза и без замаха воткнул узкий нож в его живот. Окружающие их разведчики было дернулись, но старший лейтенант поднял руку и они замерли. На лицах пленных было полное одобрение сделанному. Старик молча сучил ногами, зажимая рану ладонями, пытаясь сделать вздох, глаза мутнели. У сапера пробежал мороз по коже и он отвернулся… После всего этого, когда парень вытащил из одного ящика тесак и смотрел его, к нему подошел Сиротинин. — Осуждаешь? — он прикурил, пряча дым в кулак — Да просто дико, как мне кажется. — Кровная месть, у нашего Зелима всю семью на ноль помножили, остался только этот пацан, племянник родной. Убийц не нашли, парнишка пропал — остальному роду пришлось идти на уступки кому-то. И вот нашли тут. Разведчик помолчал, дымя и нехотя добавил: — Рабов изначально больше было, — это те, кто выжил. Мы за сараем, в яме для компоста, — сапоги, ботинки, остатки формы нашли. — А тела? — передернулся сержант. — Ищем, криминалисты и собачники скоро будут. И весь этот поселок мы по камешку просеем… Конец фрагмента Пашка забросил тесак обратно в ножны, взял АКМ, сбросил вниз переводчик и дернул затвор. Перехватил автомат, и двинулся по улице, прижимаясь к кустарнику. Прячась и перебегая, он продвинулся довольно далеко до центральной площади, пока ему неожиданно навстречу не вышла остроухая. Она удивленно уставилась него, сапер резко воткнул ей в живот стволом, та подавившись возгласом, осела и парень добавил по голове прикладом. Быстро оттащил ее в кусты, проверил пульс — жива, и рванул к своей цели. Бухая бутсами, уже не таясь, летел по улице, слыша восклицания и возгласы, выскочил на брусчатку и замер — порталов было несколько! И охрана, уже вытянувшая свои кнуты. — Сууукааа! — заорал он, огляделся, снова посмотрел на рамы переходов, украшенных рунами, и переливающихся разноцветным маревом внутри. Дроу нехорошо улыбались, подступая к нему. Тут за его спиной раздался шум, крики — словно кто-то догонял, возмущенные вопли и ругательства. Щелчки кнутов и мерный топот приближались, паника разрасталась — и охрана несколько растерялась. Павел, вдруг сообразив, рванул «Зарю», выдернул кольцо, отпустил на долю секунды рычаг и бросил ее изо всех сил в направлении порталов. Упал на камни ничком, зажимая руками уши, зажмурив глаза и открыв рот. Долбануло так, что моментально отрезало все звуки. Кое-как поднявшись, шатаясь и почти ничего не видя от вспышки, парень добрался до рамы перехода и вывалился в него… Обходя стонущих и лежащих вповалку эльфиек, за сапером скользила статная фигура, тащившая в руках прямоугольный предмет, подбежав к порталу, она прыгнула в него… Поместье рода До’Эрвис Говоря кратко — атмосфера внутри дома напоминала глаз бури. Леди Иснессиаль изволила пребывать в невероятном бешенстве. На лице ничего не отражалось, обычная холодная отстраненность — но вот внутри. Взрыв вулкана Кракатау ожидался в любой момент… Ей старались не попадаться на глаза, получившая отменную выволочку Фаэррани, та самая помощник, рыдала в углу своей комнаты, утешаемая подругой. Но даже ей она бы не призналась, что лучше бы ее попку поимел нахальный гость хозяйаи — было б не так обидно. Сделав ревизию кабинета, увидев послание от своего…раба, графиня До’Эрвис громко и четко произнесла на древнем наречии дроу: — Кhaless har'luth jiv'undus elgluth jaluk kul'gobuss hyrr elgg harventh!!! Послышался тихий и ехидный женский смешок на грани восприятия. — Кто здесь? — дернулась эльфийка. Никого не уловив, проворчала: — Elg'caress… — — Госпожа, к вам прибыла ваша матушка, леди Дриаэннил — постучав, осторожно сказали ей из-за двери. — Только не это, Богиня!!! — обреченно простонала леди. С матерью они не очень ладили, Матриархом Рода была родная бабка, которую графиня уважала и слушалась больше… Мать же в дела Рода вникала меньше, как и ее старшая сестра, предпочитая быть больше в тени. Да и младшая сестра: Иснессиель тоже последовала их примеру, живя в счастливом браке, чем вызвала зависть у леди. Младшая и замужем, вперед Старшей дочери, да и ее муж явно не выглядел особо угнетенным… — Матушка, — слегка улыбнулась невысокой и изящной женщине, Иснессиаль. — Дочка, — искренне улыбнулась ей мать, выглядевшая как молодая девушка. — Тебя можно поздравить,? — подошла она ближе. Леди моментально растеряла остатки спокойствия, сжала кулачки и только открыла рот для выражения гнева, как мать, догадавшись что творится у нее на душе, просто обняла и прижала к себе. Гордая, холодная, славящаяся своим умением держать чувства в узде, эльфийка бурно разрыдалась, как в далеком детстве, когда ее наказали за серьезный проступок… — Я…его…а он…сволочь…гад…я же люблю…не позволила…не сделала.....а меня…привязал......издевался…сбежал, — бессвязно жалуясь, выплакивала свои эмоции оскорбленная дроу. — Тихо, маленькая, тихо, успокаивайся, — шептала ей мать, поглаживая по голове, утирая льющиеся ручьем слезы. Спустя час, когда младшая кое-как успокоилась, и лежала на диване, свернувшись в клубок и головой на коленях матери. Та, поглаживая и перебирая ее волосы говорила: — Понимаешь, дочка, мы по сути дела тоже рабы. Послушай, не вскакивай, и не возмущайся, — придержала она её. — Все эти наши обычаи и ритуалы, это, по сути дела, просто насилие над мужчинами. — Но вроде вреда нет никакого? — Малышка, тебя связали и оглушили — как, понравилось? — Р-р-р-р! — Ну вот и ответ.а теперь представь, что все это проделывают с мужчиной. И как он потом будет себя чувствовать? И выдержит ли его психика подобного насилия? — А твоя бабка как раз сторонница ритуалов, прости меня пожалуйста, что я не смогла оградить тебя от ее влияния. — поцеловала голову дочери мать. — Многие из нас не разделяют идеи Матриарха, почему и находимся мы в напряженных отношениях с ней. Леди Дриаэннил помолчала, чуть переменила позу: — Поэтому нас боятся, и боятся больше, чем мантикор или орков. Все труднее найти мужа молодым дроу. Да и я отказалась от подобного сразу. — Это когда тебя с позором Матриах лишила места в Совете Рода? — Именно, и сестра тоже последовала за мной. Кстати, как ты думаешь, зачем у нас некоторое время жила иллитида Ашшали? — Нууу, вроде как она давняя подруга бабушки… — Не только, а еще твоя бабка «исправляла» твоего деда. — Не может быть! — Вот так, может, — вздохнула мать, — из веры в ритуалы. И не один раз водила к ней. Помнишь, какой он был? — Сначала злился, потом вроде перестал. — Ты вино «Лунный свет» любишь? — М-м-мням, — облизнулась дочка. — А теперь представь, что твой горячо любимый муж, из самых лучших побуждений ведет тебя к иллитиде, чтобы заставить тебя пить, к примеру, гномью водку. Потому что она ему нравится, а он не любит вино… — Бр-р-р-р. — И кстати, насчет всех этих ритуалов — как ты думаешь, у кого бабка научилась? — Говорила, что сама. Мать наклонилась и стала шептать на ухо Иснессиаль. Её передернуло. — Ты бы согласилась на это? — Нет! — Вот поэтому мы и уехали тогда, когда ты подрастать стала. Кто знал, что Матриарх голову тебе смогла все же задурить. — Да уж… — Тебе с твоим мужчиной хорошо было? Смущенное молчание и вздох: — Очень. — А ты хотела все это разрушить, в угоду дурацким обычаям. Тебе придется хорошо подумать, как исправлять, то, что наворотила. И ещё, погром в городе — дело рук твоего мужа? — Да! — Молодец, давно надо было устроить показательную порку. — С ним ещё и голем убежала. — Напомни, какая из? — Щитоносец. — Ах-ха-ха-ха, тогда поторопись, дочка…такой мужчина недолго будет один. — Р-р-р-р-р, загрызу!!!