Друзья?...

      Сначала Астрид не обращала своего внимания на сына вождя.       «Он просто неудачник» — крутилось в мыслях Хофферсон, когда она ненароком сталкивалась с Иккингом, или он, куда-то торопясь, чуть не сбивал её с ног. Хэддок как всегда мямлил какие-то извинения, не решаясь поднять взгляд на девушку. Астрид же небрежно кидала первую появившуюся в мыслях колкость и уходила, не замечая резко потускневший и грустный взгляд Иккинга.       «Он — позор отца» — причитали в деревне, обсуждая его выходки во время нападений драконов. И Астрид соглашалась, ведь: «Как можно умудриться случайно выпустить дюжину драконов, при этом развалив половину деревни?!». И у Хофферсон не было желания разбираться в делах, её совершенно не касающихся. Как и ни у кого на Олухе. Какая разница, что дракон погнался за ним, когда он был безоружен? И совершенно не имеет значения то, что виновато было Ужасное Чудовище, а не сам Иккинг. Ведь это совсем не важно, да?       Хофферсон часто встречала на пристани гостей вместе со Стоиком и Плевакой.       «Он слишком слабый и хилый» — смотря на сына вождя, говорили бывалые вояки с других островов. И Астрид лишь бросала короткий взгляд на лицо парня и сразу же его отводила. «И зачем мне на него смотреть?» — мысленно одергивала себя Хофферсон, соглашаясь с мнением викингов и опять не замечая взора Иккинга, с надеждой устремлённого на отца. А вождь лишь переводил тему разговора и вёл всех в Большой Зал.       «Он очень странный» — думала Астрид, когда видела его задумавшимся или что-то пишущим в своём блокноте, время от времени поглядывая на раскрытую книгу. Никто в деревне этого не делал. Даже Ингерман, который тот ещё «книжный червь», не стал бы переписывать чьи-то, уже написанные, рукописи. «Это бессмысленно» — в мыслях фыркала Хофферсон, подходя к спорящим Сморкале и близнецам.       «Он рассеянный» — подмечала Астрид, даже не замечая, что начинает наблюдать за Иккингом всё чаще. Хофферсон видела, как он забывал выложенный на стол во время обеда ножик, подаренный отцом. Как иногда не тушил свечки, что ставил вечером, опять рисуя в блокноте.       «Он никогда не сможет убить дракона» — повторяли соплеменники, после очередного налёта огнедышащих тварей. «Но зато он — хороший кузнец» — стала думать Астрид, после того, как увидела Иккинга, работающего с Плевакой. Хэддок, на удивление Хофферсон, и правда прекрасно ковал мечи, ничуть не хуже, а то и лучше, старого кузнеца.       «Он изобретательный» — подметила Астрид, рассматривая невероятно тонко нарисованные чертежи из блокнота, выпавшего из кармана этого растяпы. «И как можно было его уронить, ведь он был во внутреннем кармане?» — глядя на коричневый переплёт, подумала Хофферсон, решив сейчас же пойти и вернуть потерявшуюся вещь.       «Он мечтательный» — поразмыслила Хофферсон, по-другому взглянув на «витающего в облаках» викинга. Вскоре и на себя она решила посмотреть под иным углом, но поняла только, что стала слишком много внимания обращать на сына вождя. Ей не хотелось это признавать. «Мечтательный?..» — прокрутила в голове несколько раз, но уже не так уверенно. «Нет, он всё равно странный» — одергивает себя Астрид, нахмурившись.       «Он — парень-загадка» — решила Астрид, не в первый раз замечая, как тот зачем-то уходил в лес. «Может он там с кем-то встречается?» — предположила Хофферсон, решаясь проследить за Иккингом. Парень шёл по лесной тропинке и постоянно оглядывался, будто чувствуя, что его кто-то преследует. Но всё же сыну вождя из раза в раз удавалось уйти от слежки, запутывая Хофферсон в лабиринте заросших троп. «Хофферсоны не сдаются!» — настраивала себя Астрид, даже не вспоминая, что пару месяцев назад и не задумывалась об этом неудачнике. И однажды ей всё-таки повезло проследить за Иккингом.       Она увидела, как парень спускается в овраг, в котором раньше никогда не была. Астрид выглядывала из-за большого камня, руками опираясь на него и не обращая внимания на то, какой он холодный. Иккинг сел на берегу маленького озера, внутри этого же оврага, и стал вычерчивать какие-то линии на мокром песке.       «Он одинокий» — горько усмехнулась про себя Астрид из-за того, что раньше и близко не думала об этом. Ей хотелось спуститься вниз и как-то поддержать его, но мысли о том, как это будет странно, не давали ей покоя. Сначала выслеживала, потом раскрыла, может быть, его секрет…       Но спустя минуту бессмысленных рассуждений, Астрид мысленно себе дала подзатыльник за «совершенно не воинственное поведение» и бодрым шагом вышла из своего укрытия и подошла к Иккингу. Тот удивился и, если Хофферсон не кажется, ошарашенно посмотрел на неё, так ничего и не сказав. Астрид тоже молчала, даже не зная, что можно произнести в такой момент. Она не спеша села на прохладный песок возле Хэддока и наконец спросила:       — Будем друзьями?       Астрид, приподняв уголки губ, протянула руку для рукопожатия.