Friends of friends

Хван болезненно морщится, вытирая проступившую кровь с губы и дергая чертово кольцо, из-за которого губа ноет и щиплет. Он смотрит вниз, на пальцы, растирая красное пятнышко между пальцами, молчит и продолжает истерично протирать рот. Феликс сжимает руль напряженно, так, что на руках проступают бледные картины его синеющих вен, и не сводит взгляд с дороги. По радио опять играет пресловутое “Kill this love”, и парню хочется пару раз ударить по приемнику, чтобы тот не просто заглох, а выключился навсегда, но он себя сдерживает. Феликс Ли, и сдерживается, чтобы что-то или кого-то не ударить. Просто для того чтобы в машине не висела после этого неловкая гробовая тишина. - Да к черту. - Хван крутит выключатель, убирая громкость до нуля. Губа все еще продолжает кровить, но это минимум, что кровит в этой машине: у Феликса мозг взрывается от того, что происходит, а у Хенджина в желудке все так сжато, что, кажется, он сейчас сожрет сам себя. - Ты худшее, что случалось в моей жизни, Феликс. - Очень оригинальное признание в любви, - парень пытается парировать в ответ, но язвить не выходит. Слишком странно то, что происходит последние несколько дней между ними, и слишком неправильно. - Невыносимый кретин. - Хван смотрит на блондина, который даже улыбнуться себя заставить не может. - Понравилось? - Хенджин язвит, натягивая милую улыбочку и опять оттягивая свое чертово колечко. - Понравилось. - Феликс кивает, поворачивая голову к парню, и смотрит на него так серьезно, будто загипнотизировать хочет. - Как-будто бы твой основной талант - сосаться с парнями, Хван Хенджин. - Как-будто бы ты вчера его во мне открыл, когда первым поцеловал. - Хван сглатывает, стараясь нахмурится по-сильнее, чтобы выглядеть более убедительно. “Не я это начал, Феликс” - Хван стреляет этой мыслью прямо в глаза блондина, который давит на газ, опять съезжая на обочину. “И не ты это закончишь.” - Феликс на говно изойдет, если позволит парню его опередить или победить даже в этом. Поцелуи? Окей. Надо будет поебаться? Он уже согласен. Хван определенно осознает это рвение к соперничеству слишком поздно. - Ты для этого и прокалывал мне губу, да? - Хван отклоняет голову, нервно хихикая, когда Феликс хватает его за загривок и притягивает его ближе к себе, вглядываясь в огромные глаза. - Да. - Ликс проходит языком по черному металлу, - мне очень нравится делать тебе больно, Хван. - Как это вообще называется? - Брюнет задыхается, отклоняясь от парня и вздыхая, наконец выпуская из легких спертый воздух. - Ты же совсем не гей, как говорил Сынмин. - А ты совсем не испорченный подросток, а очень дисциплинированный ученик, лучший на потоке. - Феликс откидывается на свое сидение, доставая из кармана пачку сигарет и засовывая одну из них между пухлых губ. - Поэтому сейчас мы сидим в машине, после отбывания наказания в школе, и целуемся. Все предельно логично, Котик. - Вот я и спрашиваю, какого черта? - Хенджин хмурится, и как только Феликс прикуривает сигарету, выдергивает ее себе, прямо изо рта парня, сразу же затягиваясь. Блондин смеется, а Хван закашливается, и быть таким же крутым, как в старых боевиках из телика, никак не получается. - Говорят, у меня ужасный характер. - Ликс просто засовывает новую сигарету в зубы, на этот раз прикусывая ее сильнее. Прошлую, так уж и быть, он Хвану прощает, и это наверное единственное, что он может позволить себе ему простить. - Но вкус у меня, видимо, еще хуже. - Посмотри на себя. - Брюнет откидывает голову назад, выдыхая прямо в машину серый дым. - Мой вкус просто отвратителен, черт. Блондин смеется, а потом опять врубает радио одним движением руки, начиная мило кивать под слова какой-то милой, но незнакомой Хвану песни. Его волосы непослушной копной спадают на лицо, и Хенджину так даже проще: не видеть его чертовски довольного лица и чертовски милой ухмылочки. - Страшно представить, как сильно ты ударишь меня завтра после этого. - Парень хлопает дверью машины, выскакивая на прохладную вечернюю улицу, когда Феликс подъезжает к большому дому Уджина и Чана. Радио в машине затихает только теперь, уже после дороги, приюта и длинной дороги к дому владельцев тачки. - Я тебя убью завтра. - Блондин пожимает плечами, как будто между ними действительно ничего не происходит, о чем бы стоило сейчас поговорить. Возможно, и правда не стоит, но Хвану так странно от этого чувства непонимания внутри. - Даже не поцарапана! - Уджин проводит рукой по капоту машины, мило улыбаясь и смотря на Феликса, - и что, ты правда научился хорошо водить? Вау! - Я всегда умел, просто скрывал. - Блондин протягивает парню ключи, но их буквально перехватывает из его рук Чан. - Так скучно, да? Совсем без приключений. - Крис обходит машину, странным, немного злым взглядом смотрит на Хвана, который отходит от своей двери, пропуская парня, и залезает внутрь, мигая фарами, - покорми их, Медвежонок, они выглядят совсем уставшими. - Нам, вообще-то, пора домой… - Хван подходит ближе к Феликсу, но тот только закатывает глаза, мол: “этот придурок опять несет какую-то чушь, поэтому он не со мной”. - Пойдем. - Уджин мило улыбается, кивая на вход в дом, - у нас сегодня отличное жаркое из кролика, которое готовил я, поэтому если вы не похвалите его - я обижусь. - Делаете из меня несостоятельного сосунка? - Феликс усмехается, проходя вперед, к дверям дома. - Пойдем, Хван. Мы должны ребятам хотя бы ужин за машину. Хотя не сказал бы, что ты очень приятная компания для этого. Хван, немного жеманясь, проходит внутрь, следуя за блондином. Без него он, собственно, никуда и не собирается: ему все еще есть, что обсудить, пока они вдвоем будут ехать в свой район на такси. Хотя, может он и не решиться обсуждать такое при таксисте. - В прошлый раз этого не было? - Уджин указывает на свой рот, в тот же уголок, где у Хвана теперь красуется маленькое черное колечко, - тебе идет. - Парень мягко улыбается, пока Чан продолжает копошиться в машине на передних сидениях. Кажется, второй из владельцев дома на ужин не очень-то и торопится. Внутри дом оказывается обставлен еще богаче, чем Хван представлял себе исходя из внешних признаков: тут тебе и огромная картина в прихожей, и длиннющий стол из красного дерева в столовой, и ковер, который явно куплен не на блошином рынке “просто чтобы к занавескам подходил”. Откуда у парней такие деньги, остается только догадываться, но Хван в это особо не вникает. Уж слишком эта тема ему противна. Живут они явно вместе, явно давно, и дом у них даже уютный, если отвлечься от факта, что вся дороговизна вокруг прям таки напрягает. Хван старается ни дай бог не поцарапать паркет, по которому он идет, не задеть резной торшер на выходе из столовой и не оставить никаких следов на глянцевой поверхности стола. Феликс же сейчас чувствует себя абсолютно спокойно, издевательски шаркая по полу грязными кедами, а потом и вовсе кидая старую кожанку на один из стульев. Такому мимикрированию Хвану остается только завидовать. Перед парнем опускается глубокая черная тарелка с чем-то очень красиво оформленным, и Уджин с улыбкой поясняет, что готовить - его любимое хобби. - У Хвана тоже есть парочка интересных хобби. - Феликс ухмыляется, под столом поглаживая колено Хенджина, от чего тот чуть ли не давится, застывая с вилкой во рту. Игра явно не заканчивается за пределами машины, где их никто не видит, напротив, Феликсу даже нравится дразнить парня вот так, как будто опять и опять повторяя “я тут главный”. Такое желание доминировать вызванно отсутствием возможности - хочет пояснить Хван, но пока сдерживается от комментариев, просто игнорируя блондина полностью. Он как маленькая собачка, желающая доказать свою силу, и, в каком-то смысле, у него это пока выходит. - Не такие, как у тебя. - Хенджин спокойно смотрит на Феликса и стоически выдерживает, даже когда маленькая ручка белобрысого уёбка сжимается у него на члене, как можно сильнее сдавливая его через ткань плотных джинс. Хван эксгибиционистом никогда себя не считал и теперь только больше в этом убеждается: наверняка Феликс только и добивается, чтобы Хенджину неловко было потом вставать из-за стола со стояком. Но стояка, как и других чудес, не происходит, и Хван кого угодно благодарить готов за такое свое свойство организма. Зато это наталкивает парня на гениальнейшую идею, и как только Феликс наконец успокаивается, начиная заниматься не Хваном, а рагу, Хенджин осторожно опускает руку под стол, и блондин резко ударяется коленом об столешницу и жмурится, потому что он, в отличии от брюнета, не такой уж и стойкий, оказывается. “Ты постоянно будешь за мной повторять, сука?” - Читает Хван по губам, но руку не убирает, упиваясь своей властью над ситуацией. Детский сад, но возможностей поиграть с чужим телом гораздо больше. “Буду” - Хван кивает, мило улыбаясь Уджину и начиная поддерживать вновь заведенный разговор, пока Ликс с каждой секундой начинает дышать все тяжеле. - Ну что ж. - Чан заходит в столовую, почти черной тучей пролетая мимо Уджина, лишь на несколько секунд задерживаясь, чтобы что-то шепнуть ему на ушко. Лицо парня на секунду меняется, искажаясь непониманием и недоумением, но потом приходит в норму, а Крис “летит дальше”. Хван только и успевает, что отпустить наконец Феликса, который злобно шипит в этот момент, и руки Бан Чана ложатся ему на плечи, несильно сжимая, но очень сильно напрягая парня. - Все в полном порядке. - Скорее констатирует, чем спрашивает Чан, большими пальцами упираясь в позвонок Хвана. Феликс непонимающе коситься на друга, подвигаясь за стол дальше, чтобы из-под скатерти не было видно ничего ненужного. - Только вот… - Его пальцы начинают медленно массировать шею парня, и тот просто молится, чтобы этот странный, явно больной, ублюдок, не свернул ему шею в один момент, - Я не нашел пистолет, который был прямо под твоим сидением. Может, объяснишь? В один момент у Хвана просто все переворачивается и летит куда-то глубоко, потому что голос Криса совсем не звучит, как шутка, а сам он совсем не похож на человека, который будет шутить. Он то и на того, кто умеет смеяться, не похож. - Крис, - начинает Уджин, сразу же переходя на английский, что-то тихо ему доказывая. И Хвана пробирает леденящая дрожь, потому что он абсолютно не понимает, что именно они обсуждают и к какому итогу придут. Пистолет он помнит размыто, ну был он и был, и максимум, что брюнет с ним делал - это лапал, в очередной раз опуская руку под сидение, пытаясь удержаться во время крутых поворотов Феликса. Блондин быстро вклинивается в разговор, поворачиваясь и нагло спихивая руки Криса с плечей Хенджина, кажется, даже кидая ему предъяву. По крайней мере, звучит это так, будто парень сейчас отстаивает своего щеночка от лап старшего брата. Хван сейчас даже рад быть этим щеночком. - Ладно. - Крис щурится, смотрит на Феликса, и тот совсем неловко подвигается обратно за стол. Теперь его аргументы явно будут, как минимум, вдвое невесомее в глазах парней, но их, кажется, даже это устраивает. - У тебя просто ужасный вкус, Ликс. - Чан отходит от парней, присаживаясь на другой край стола, к Уджину, и одним своим видом намекая, что вот у него вкусы-то заебись, в отличии от белобрысого. - Я знаю. - Блондин выпячивает и без того пухлые губки вперед. - Ванная прямо по коридору. - Уджин прочищает горло, неловко кашляя, и улыбается, глядя на Феликса, - спальня чуть дальше. - Благодарю. - Феликс поднимается, смотрит на немой вопрос в глазах Хвана, которому сейчас меньше всего на свете хочется, чтобы тот уходил, и ухмыляется. Сам виноват. Когда парень выходит из столовой, молчание повисает не просто неловкое, и гробовое, и давящее как земля на крышку гроба. Чан не ест, просто сидит напротив и смотрит на Хвана немигающим взглядом, а Уджин задает такой вопрос, что уж лучше в землю и в гроб… - А как давно вы вместе? Хван понятия не имеет, что ответить на этот вопрос, как, собственно, и на предыдущий. - Чуть больше двух часов. - Феликс кричит это из коридора, и Хван в первые видит, как Чан улыбается. Хвану сейчас тоже хочется улыбнуться, истерично засмеяться даже, а не просто вот так вот неловко сидеть с вилкой и ножом в руке. - Я думал, что хуже тебя людей на земле быть не может. - Хван поворачивает голову к блондину, уже сидя в такси, с минуту до этого просто отходя от ужина. - Ну так Чан и не плохой. - Феликс дергает плечами, спокойно глядя на брюнета, - просто не любит чужаков. Как волк-одиночка. Просто защищает свое. - Что случилось с… - Хван смотрит вперед, где в зеркале отражается спокойное отвлеченное лицо таксиста. - Куда он делся? - Я его взял. - Блондин спокойно достает телефон, вроде как отвлекаясь на какую-то смс-ку, а Хвану не просто ударить, убить его хочется в эту секунду. - В смысле блять взял?! - Брюнет поворачивается к парню всем торсом, хватая его за руку и воротник рубашки и притягивая к своему лицу - он меня чуть не убил! - Да ладно, не убил же! - Парень смеется, резко прикусывая уголок губы совсем рядом с пирсингом. - Я хотел пострелять по банкам и вернуть к выходным, но так и не успел. - Кусок дебила! - Хван жмурится от боли, и из ранки опять начинает сочиться небольшая красная капля, - Сука ты, Феликс! - Я тебя тоже люблю, Котик. - Парень поворачивается к немного напрягшемуся водителю, называя свой адрес. - Вас обоих… - Только начинает водитель, но блондин тут же его перебивает. - Да. - Я к тебе не поеду. - Хван хмурится, незаметно даже для себя сжимая запястье парня. - У меня денег хватит только на поездку домой. - Феликс пожимает плечами - Но Уджин же уже… - Нас только на тот адрес. - Феликс кивает мужчине, откидываясь на сидение и лукаво смотря на Хвана, - или твоя мамочка не разрешит ночевать где-то вне теплой кроватки дома? - Это глупо и совсем по-детски. - Хван вздыхает, принимая правила игры и переставая как-либо сопротивляться. С Феликсом обычно это не прокатывает даже при серьезных ссорах, а при таких мелких разборках уж точно не прокатит. Остается только надеяться, что приглашение на ночевку - не извращениский способ отомстить за стояк на ужине. Ликс оставшийся путь едет молча, кажется, даже начиная немного засыпать, потому что его реснички немного подрагивают, а глаза закрыты. Сложно выдавить из себя такое осознание, но черт, парень и правда красивый, особенно со всеми своими синяками и царапинами, которые за неделю на нем оставил Хван. “Извини за утро” - телефон вибрирует, показывая пришедшую смс от Сынмина, и Хенджин непроизвольно догадывается, что пару минут назад Фел отвечал Чанбину. “Ничего страшного. Как у тебя с...” - Хван на секунду застывает, но потом все же дописывает, потому что если уж даже Феликс говорит со своим лучшим другом об отношениях, то Хван и подавно обязан это делать. “Ты просто представить не можешь, как у нас все отлично!” - Сынмин присылает фотку из Мака, где корчит из себя вампира с картошкой фри вместо клыков, а рядом сидит Чанбин, изображая из себя жертву. - “Звучит очень ванильно, но у меня как-будто бабочки в животе летают рядом с ним!”. Хвану хочется смеяться почти в голос, потому что такой заунывной ванильной херни от друга он еще никогда не видел, хотя девушек у него было не меньше пяти. А потом брюнет вдумывается, чуть косясь на сопящего Феликса, и про себя ощущает, что просто благодарит бога, что бабочки в его животе - не ножи. - Как ты это родителям объяснишь? - Хван пихает блондина в бок совсем не мягко и совсем не как любовник любовника, чтобы таксист хоть на секунду перестал смотреть на него, как на извращенца, но это не срабатывает, и мужчина только больше хмурит лоб. - Их нет дома. - Феликс зевает, потягиваясь и вылезая из машины, галантно оставляя открытую дверь для Хвана. - Ты пока не заслужил знакомства с родителями, но я познакомлю тебя с двумя моими собаками. - Чихуа-хуа? - Хван щурится, направляясь за Феликсом, чья макушка светлым пятном выделется в потемках улицы. Они поднимаются по ступенькам к его дому, и на последней белобрысый резко разворачивается, стеной становясь между Хваном и дверью, - какая дебильная мысль пришла тебе на этот раз, а? - Заберем пистолет и пойдем стрелять по банкам сейчас. - Феликс тянет руки вперед и укладывает их на плечи Хвана. - Хорошо хоть не по кошкам. - Брюнет сбрасывает его ладони, проходя мимо него к дому. За дверью и правда уже начинают лаять, видимо, услышав приближающиеся разговоры. - Я бы никогда не стал стрелять по животным, Хван. - Парень кожей чувствует осуждение, дрожью отдающееся в голосе Феликса. - Разве что по людям, и то не по всем. Тебя бы застрелил в первую очередь. Собаки Феликса выглядят гораздо больше и грознее, хотя Хван и представлял их явно не шпицами: два крупных добермана, достающие брюнету почти до живота, бегают и суетятся вокруг Феликса и Хвана, звонко лая и высоко прыгая на нового «друга». Хенджин уж и не знает, какого бога ему благодарить, что хоть собаки его принимают в это день нормально. - Это Изар и Лия. - Феликс гладит собак по холке, проходя вперед в коридор - они, к сожалению, не кусаются. - Какая жалость. - Хенджин приседает на корточки перед собаками, поглаживая обоих по голове и получая за это бесконечно много влажных облизываний - как хорошо, что укусить меня можешь и ты сам. - Чай, кофе, сразу в постель? - Феликс опирается на стену, опять заглядывая в свой телефон и непроизвольно улыбаясь. «Чанбин» - думает Хван, и про себя даже умиляется, насколько же теплыми выглядят отношения Феликса и Бина со стороны. - Сначала в душ - Хенджин поднимается на ноги и проходит в дом дальше, заглядывая в экран парню и видит уже знакомую ему фотку из Мака. В голове появляется очень странный вопрос, пораждающий целую цепную волну других мыслей, от которых мурашки бегут по коже. Будет ли Хван так же умилительно реагировать на дружбу с Бином через время? Будет ли он ревновать, если влюбится в Феликса по-настоящему? А если он влюбится позже, то что между ними сейчас? Как он вообще докатился до того, что сейчас собирается ночевать у Феликса мать его Ли? Он ему червяков в еду подкидывал во втором классе, а сейчас чай предлагает? - Я не собираюсь с тобой спать, принцесса. - Феликс ухмыляется, вырубая телефон - так что можешь надолго в душе не засиживаться. - Может мне вообще тогда уйти, раз трахаться не будем? -Хван фыркает, будто и правда расстраивается из-за этой информации, хотя внутри него все немного успокаивается. Он на такую близость с Феликсом сегодня и не рассчитывал, но то, что и парень ее отвергает - очень комфортно. - Поцелуй меня? - Блондин чуть наклоняет голову в сторону, вглядываясь в глаза Хвана, как будто стараясь прочесть то, о чем парень думает. - Это какой-то новый способ сломать мне пару ребер? - Поцелуй меня, пидор. - Ликс подается вперед, впечатывая Хвана в стену между коридором и гостинной, и обы пса с интересом наблюдают за хозяином и его неслыханным гостеприимством. Хван поддается, в который раз за сегодня, немного коря себя за это, но, все же, касаясь своими губами губ Феликса, и тихо быстро выдыхает, когда тот пробегает пальцами под футболкой Хенджина, которая небрежно выбилась из штанов к концу этого дня. - А ты кто после этого? - Хвана резко притягивают за талию ближе, и он жмурится, потому что утренние синяки совсем никуда не делись и сейчас болят почти так же сильно. - Тоже пидор, только не такой податливый. - Феликс целует Хвана в шею, спускаясь к кадыку и чуть его прикусывая, - Вперед по коридору, первая дверь. - Что? - Что. - Феликс с ухмылкой смотрит в глаза парня, - Ванная. Вперед по коридору, первая дверь. Думаю, тебе пригодится. - Блондин пару раз похлопывает Хвана по члену, немного возбужденному и небольшим бугром выпирающему в штанах. Хенджин только закатывает глаза, обнимая парня за плечи и целуя сначала в скулу, а потом переходя к уху, проходясь по его ушной раковине язычком и прикусывая исколотую сережками мочку. - Дай мне, во что переодеться. - Хван целует чуть ниже, в шею, и резко отходит, оставляя парня немного покрасневшим и явно возбужденно дышущим в коридоре. Кто в конечном итоге получает больше приятностей, а кто проигрывает в их маленькой неозвученной игре, каждый раз остается загадкой для обоих. Когда Хван выходит из душевой кабинки, на стиральной машине уже лежит аккуратно сложенная желтая майка Феликса с потертым рисунком акулы. Судя по всему, это одно из его любимых существ, и Хвана это даже умиляет. Ликс разливает по чашкам какой-то душистый травяной чай, ставит на стол перед телевизором несколько тарелок с разными печенюшками и на всякий случай кидает Хвану огромную пачку чипсов. Странно, но атмосфера ощущается очень ламповой, и Хван даже не жалеет, что вот так просто согласился остаться. Парни смотрят какой-то дурацкий трешевый фильм ужасов, вы не поверите, про акул, постоянно подначивают друг друга и целуются так, будто так оно и должно было быть всегда, как-будто они действительно встречаются какое-то время и это просто норма: посиделки до поздней ночи, когда завтра рано вставать в школу. Потом фильм кончается, Феликс устало зевает, сползая с коленей Хвана, на которых просидел последние десять минут фильма точно не из-за испуга 3D-шными акулами, и предлагает перемещаться в его комнату спать. Собаки рядом мирно посапывают в одном кресле, сложившие головы и лапы друг на друга, и вся эта домашняя тихая атмосфера и Хенджина вгоняет в сон. - Хван? - Феликс укладывает белобрысую макушку рядом с плечом Хенджина, и кожу парня щекотят шелковистые волосы. - Пойдем утром стрелять по банкам. - Констатирует брюнет, сам улыбаясь своим же мыслям. Феликс прыскает, пальцами цепляясь за футболку и прикрывая глаза. - Мы бы стали общаться, если бы тогда не пошли на свидание Чанбина и Сынмина? - Нет. Просто были бы врагами. Друзьями друзей. - Ликс вздыхает, - хорошо бы было. А теперь страдай. - Ты меня и правда так сильно ненавидел? - Хенджин опускает глаза вниз, а Феликс продолжает крутить края его майки в пальцах. - Я всех ненавижу одинаково, Хван. - Блондин приподнимается, склоняясь лицом ближе к лицу парня - но тебя я ненавижу чуть меньше, чем всех остальных.