После конца

Горные очертания Аляски значительно отличались от мрачности и повседневности штата Вашингтон. Казалось, что воздух здесь всегда свежий, и что никто, как бы он того не хотел, не сможет насытить им свои легкие. Здесь, в горах, от людских глаз был спрятан красивый двухэтажный дом, в котором жили существа, которых люди признали лишь плодом воображения давних времен. Кармен, Елеазар, Таня, Кейт и Ирина были невероятно красивы, особенно последние три. Пепельные блондинки с необыкновенным золотистым цветом глаз… Ни один человек не мог воздержаться, если вампирши желали их соблазнить. У них вот уже третью неделю гостил близкий друг семьи — Эдвард Каллен. Денали были всегда рады, когда он бывал на Аляске. Особенно была рада Таня, которая в течение этих трёх недель пыталась аккуратно сблизиться с ним. Сейчас все члены клана, кроме Кармен и Елеазар находились дома, занимаясь каждый своим делом. Таня и Ирина читали романы, а Эдвард вместе с Кейт играл в шахматы. Уютная атмосфера также поддерживалась спокойной, классической музыкой, доносившейся из громоздкого музыкального центра. — Всё-таки раньше книги были интереснее, чем сейчас. — прокомментировала Ирина роман, который читала. — Даже нет желания читать дальше, всё слишком предсказуемо. — А мне нравится. — выразила обратное мнение Таня, оторвав взгляд от книжных строк. — Написано красиво. А Кейт, проиграв тем временем очередную партию в шахматы, обиженно надула губы, подобно маленькое дитя, и начала высказывать свои претензии: — Ты точно жульничаешь! Ты читаешь мои мысли и узнаешь мои ходы наперед! Эдвард самодовольно улыбался во весь рот, явно наслаждаясь такой реакцией девушки. — Нужно уметь признавать своё поражение. — ответил он. Кейт ущипнула его за плечо, пустив немного своего тока, отчего у вампира немедленно последовала болевая реакция. В этот момент в дом вошли Кармен и Елеазар, держа в руках музыкальные диски и новые ткани для пошива одежды. Ирина и Кейт тут же подошли к ним, чтобы посмотреть на новые приобретения. — Я всё никак не могу понять, к чему покупать диски, когда и без них в Интернете можно спокойно прослушивать песни. — говорила Ирина, смотря на покупки. — Мы привыкли слушать именно так, — объяснял Елеазар, — Да и к тому же, так мы выражаем благодарность исполнителям, покупая диски с их музыкой, ведь это труд. Кейт взяла из рук Елеазара один из компакт-дисков и, изучив его, удивленно спросила: — Within Temptation? С чего это вдруг вас потянуло на музыку новой эпохи? — Не хочется отставать от времени. — пояснила Кармен. — Говорят, что они хороши. Таня, продолжавшая тогда сидеть на диване, заметила перемены в лице Эдварда. Он стал вдруг каким-то подавленным, будто что-то в один момент сжало его изнутри. Она смотрела на то, как он быстро поднялся с шахматного стола и также быстро покинул дом через чёрный вход. Не теряя ни минуты вампирша пошла вслед за ним. Она нашла его на большом, пустынном холме. Он сидел на земле, подняв глаза к ночному небу. Вампирша медленно подошла и села рядом, в то время как тот всё продолжал задумчиво и печально смотреть наверх, словно никого и нет рядом. — Это моё самое любимое место на Аляске. — заговорил Эдвард после полминутного молчания. — Здесь прекрасный вид на звёзды и горы. — Ты очень изменился, когда Кармен с Елеазар заговорили о музыкальной группе. — обеспокоенно проговорила Таня. — Поделись со мной. Между ними вновь воцарилась тишина. Эдвард, теперь уже глядя на блондинку, не знал, что ей говорить. — Ты знаешь, что я готова разделить с тобой и горе и радость. — сказав это, девушка коснулась пальцами до его руки. — Ты делаешь мне предложение? — на лице вампира возникла улыбка. — Хочешь, встану на одно колено? — подхватила та. Казалось, атмосфера немного разрядилась. Однако длилось это недолго: тишь вновь окутала вампиров пеленой печали. — Как же жаль, что мы не выбираем тех, в кого влюбиться. — прервал тишину Эдвард, — Если бы это было возможно, то я бы выбрал тебя. — Вот почему у меня не получается проникнуть в глубины твоего сердца. — губы Тани скривились в грустной улыбке. — Оказывается, это место уже занято. — В этом году в Форксе я познакомился с одной юной девушкой, — начал свою историю вампир, отчего в его душе начала раскрываться рана. — Она говорила однажды, что ей нравится эта группа. Эдвард так много хотел рассказать, выговориться кому-нибудь о том, что делало ему больно, но, зная о том, что испытывает к нему Таня, он не был уверен в том, что ей стоит об этом рассказывать. Однако он мог читать её мысли, и он также знал, что она искренне беспокоиться за него. Каллен решил, что поделится с ней своими чувствами: — Находясь рядом с ней, смотря в её глаза, я вновь возвращался в прошлое, в котором я был безумно счастлив. Я снова чувствовал себя живым. — А что случилось в итоге? — Дело в том, что она человек. — пояснял Эдвард, немного удивляясь тому, что блондинка внимательно слушает его, пытаясь понять. — Мне не хотелось подвергать её опасности, поэтому я уехал оттуда. — Жизнь никому не даёт гарантий абсолютной безопасности. Даже вампирам. То, что ты уехал не означает, что с её жизнью ничего не случится. — Не хочу об этом думать, не говори, пожалуйста. — Ты же был счастлив с ней, верно? — допытывала Денали. Эдвард знал, к чему она ведёт, и ход её мыслей ему не нравился. Его чувства, конечно, радостно защебетали внутри него при мысли о возвращении в Форкс, но разум быстро взял вверх. Он посуровел и твёрдо заявил решительной Тане: — Нет и ещё раз нет! Я не собираюсь портить её нормальную, человеческую жизнь, вмешивая в наш опасный мир! — А делает ли её эта нормальная, человеческая жизнь счастливой? Этот вопрос выбил Каллена из колеи. Счастье? Казалось бы, абсолютно нормальный вопрос… Но почему же он вдруг ввёл вампира в ступор? И в этот момент он спросил у самого себя, а задумывался ли он вообще о счастье Мэри? Что вообще оно значит для неё? Всё это время его заботила лишь её безопасность. Он твёрдо верил в то, что для человека возможность жить нормально, спокойно и есть настоящее счастье. Из-за этого он и ушёл от Беллы. Потому что желал ей счастья… Ушёл, не обратив внимания на то, какой подавленной она была, когда Эдвард сообщил ей об уходе. А интересовался ли он потом её дальнейшей «нормальной» жизнью? Счастлива ли она? Нет. Он желал ей счастья, но всегда воздерживался от соблазна вернуться в её жизнь. — Она ведь тоже влюблена в тебя, верно? — продолжала задавать провокационные вопросы Таня, не представляя, какой сложный мыслительный процесс разгорался внутри её друга. И тогда он вспомнил, с каким взглядом это юное создание с его любимыми темно-карими глазами смотрело на него; какие нежные мысли витали в её голове, и все они были связаны с ним; какую печаль она испытывала, когда он сообщал ей о том, что уходит. Такая же печаль исходила и от Беллы… — Ты должен быть с ней. Это сделает счастливым и тебя и её. — заверяла его блондинка, видя, что Каллен уже начинал сомневаться в правильности своих решений. — Это же поможет тебе исправить прошлые ошибки. Эдвард удивленно покосился на Таню, которая только что упоминула его историю с дочерью шефа полиции, ибо он не припоминал того, чтобы когда-либо рассказывал ей о своих прошлых отношениях. — Да, я знаю об этом. — ответила на его немой вопрос Денали. — Знаешь, я верю в судьбу, и я думаю, что раз уж жизнь вновь свела тебя с человеком, то это значит, что ты должен изменить исход нынешних отношений. — Я очень хочу быть рядом с ней, Таня. — наконец начал молвить Эдвард. — Я всегда ограничивал себя… — Так не ограничивай! Позволь себе стать счастливым! Ты заслуживаешь этого, как никто другой! Эти слова придавали Каллену сил. Он почувствовал себя живее, почувствовал, что его разум и желания начали принимать одинаковую форму. Он уже представлял, как испытывает прикосновения тёплых рук… Эдвард улыбнулся, он взглянул на Таню, и та увидела блеск в его глазах. — Ты прекрасна. — поблагодарил вампир комплиментом и погладил блондинку по холодной, бледной щеке. — Даже моя семья не способна была вдохновить меня на то, чтобы стать счастливым. — Беги к ней. — удовлетворённо улыбнувшись, прошептала та. Прошла ровно минута. На фоне темного, ночного неба продолжали сверкать звёзды. На них, подняв свой красивый взор, смотрела Таня и думала о том, что сделала правильно, когда отпустила Эдварда. Никого рядом не было. Возможно, только пока что.