Короткий экскурс покорения Ким Намджуна или Чимин никогда не сдается

Хосок чувствовал себя абсолютно разбитым. Жизнь резко и бесповоротно ухнула куда-то вниз, оставляю от себя только жалкие ошметки, и Чон искренне не знал, что теперь делать со всем этим. Он потерял надежду, потерял мечту, потерял семью… И хуже всего — он даже не понимал почему. Все просто развалилось. Еще пару недель назад его главной заботой было улучшение навыков танца Джина и излишняя скрытность Чонгука, а сегодня… Парень даже не знал, за что взяться в первую очередь. За разбитые мечты об успехе группы, поломанные планы на карьеру в музыке и танцах? Или за разрушенные отношения с собственным братом, который теперь даже на глаза ему старался не показываться, не то от стыда, не то от отвращения? Или, может быть, за разрушение отношений с Намджуном — человеком, поддерживающим его последние пару лет и бессовестно обманывающим все это время? Говоря о последнем… Хосок не был уверен, что конкретно скрывал Намджун, потому что парень ему этого рассказать не удосужился, но уже по его поведению было понятно, что вернуть все на круги своя не получится… flashback — И что это значит? — когда все остальные эмоции улеглись, тихо спросил Хосок. После ухода Юнги из зала пулей выскочил немного взъерошенный Чонгук, а через пару минут и Чимин, задержавшийся только затем, чтобы не столкнуться с младшим в раздевалке. В зале остались только Намджун и Хосок. Ким, на чьем лице застыло не то недоумение, не то разочарование, пару раз моргнул, прежде чем поднять глаза. — Видимо, выступлению конец… — Я не об этом. Брови Намджуна напряженно сошлись, он даже несколько подзабыл, что одним из откровений Чонгука стала его собственная ложь. Когда же парень понял, что конкретно Хосок имел ввиду этим вопросом, его губы плотно сжались. — Чонгук явно на нервах сегодня, не стоит придавать значение тому, что он наговорил… — Что значило «твой бывший»? — с напором спросил Хоби, игнорируя слабые попытки Намджуна оправдаться, — Мой брат сегодня повел себя по-свински, но, тем не менее, он сказал лишь то, что знал. Он бы не стал наговаривать на кого-то… Намджун переступил с ноги на ногу. В голове роились тысячу мыслей, правда, связанной — ни одной. — Эм… Это сложно объяснить. — губы Кима невольно поджались. Он совсем не хотел врать Хосоку, он в принципе врать не любил, но сказать правду он просто не мог. Хосок понимающий, милый, чуткий и добрый. Но он не поймет. Не это. Намджун и сам-то себя прошлого понять не в состоянии… — То, что он сказал — правда? — Не совсем, просто… Это очень сложно, Хоби, я не могу тебе всего объяснить… — Я думал, что ты можешь поделиться со мной всем. Но я, видимо, ошибался… — голос рыжего стал чуть выше, — Если ты не можешь объяснить ситуацию, то хотя бы ответь о ком Чонгук говорил? Это ведь кто-то из группы, верно? — Хоби, я… — замотал головой блондин, потому что сил ни на что другое не оставалось, — Я не могу тебе этого рассказать. Это очень сложно. Просто поверь, что это давно в прошлом и… — Это? — перебил его Хосок, — То есть что-то все-таки было? Намджун, так нельзя. Если ты мне не расскажешь, то… Хосок умолк. Молчал и Намджун. Они оба знали продолжение этой фразы, но ни один не решался ее закончить. Намджун понимал, что все, чего хочет Хосок — это правды, которую дает в ответ, но он сам не располагал такой же силой духа, не мог ее дать. А врать — слишком нечестно по отношению к Чону. Они многое вместе прошли, и парень заслужил уважения. — Что ж… — когда молчать и дальше было бы просто глупо, тихо пробормотал Хосок, — Я думаю, нам стоит какое-то время побыть поодиночке…

/flashback

Собственно, так все и закончилось. Намджун больше не звонил и не писал. Не приходил в гости, и избегал Хосока в университете. Вкупе с пропавшими тренировками, получалось, что увидеться им было просто негде. Так и происходило. Намджун просто пропал из жизни Хоби, и рыжий не уверен, рад ли был этому или огорчен… Единственное, что он понимал — если бы Намджун не хотел разрыва, он бы сделал что-то вместо того, чтобы начать избегать Чона. И это разбивало его. Хосок не уверен, что готов признать это вслух, но мысленно уже смирился с тем, что не справляется. Все навалилось слишком резко и неожиданно, ему просто нужен был кто-то рядом, чтобы поддержать и успокоить, но все, кто могли это сделать — просто отвернулись и оставили парня один на один со своими проблемами. И что прикажете делать со всем этим? Ответ на вопрос нашелся неожиданно и спонтанно. В пятницу, спустя две недели с момента развала группы, Хосок как обычно шел по универу, нагруженный учебниками и тетрадями, и погруженный в свои мысли настолько, что предсказуемо столкнулся с таким же невнимательным человеком, коим оказался Ким Сокджин. Беседа завязалась вяло и скорее «для галочки», после чего парни разошлись даже не попрощавшись, но вечером, на свое удивление, Хосок снова встретил Джина, причем прямо на пороге собственного дома. — Эм… — не совсем уверенно откашлялся Хоби, переступая с ноги на ногу. — Мне нужно поговорить с тобой, Хоби. Это очень важно. Напряженная поза и непривычно ровный и тихий голос старшего явно намекали на то, что разговор предстоит не из легких, поэтому Чон только кивнул, пропуская Джина первым в квартиру и заходя следом. Джин молчал довольно долго, где-то до момента пока Хосок не налил тому чай и не поставил прямо перед носом тарелку с сухофруктами. — Чонгук говорил про меня. — опустив глаза, выпалил Ким, — Но все не так, как может показаться. — О чем ты? — немного растерялся Хосок, чуть наклонив голову влево. — Мы с Намджуном не встречались в школе. Он сказал это твоему брату не подумав. - словно и не слышал его Сокджин. — Вы с Намджуном? — на лице Хосока начало проступать понимание, — Так о тебе говорил Чонгук тогда, да? — Да, но мы с Намджуном даже не были толком знакомы в школе, все это просто ошибка. — И зачем ты говоришь это, если все неправда? — поджал губы Хосок. В его голове роились тысячи мыслей, поспешность Джина не давала парню осознать полученную информацию, поэтому он просто отвечал интуитивно, основываясь только на настроение страшего. — Потому что я знаю, что вы не общаетесь уже две недели, и мне кажется, что причина вашей ссоры именно с этом, — уклончиво ответил Ким, сложив руки в замок и приподняв глаза, — Но я не хочу, чтобы защищая меня Намджун потерял близкого человека… — Защищая тебя? — Хосок многозначительно приподнял брови, — То есть, вы все-таки были знакомы до начала учебного года? — Это сложно… — Джин выдохнул, собираясь с мыслями, — Просто в школе кое-что произошло. Кое-что нехорошее. Между нами. И после этого нам обоим было необходимо время, чтобы прийти в себя… Никто из нас не ожидал, что мы встретимся еще раз, да и обстоятельства, при которых мы виделись в последний раз… Мы просто сделали вид, что незнакомы. Но твой брат узнал, что это не так и хотел все выяснить, потому что решил, что между нами что-то есть… — Джин шумно сглотнул, — Это все большое недоразумение! Намджун соврал, а Чонгук поверил, и в итоге… Мне так жаль… — Подожди, подожди! — едва ли успел сказать что-то Хосок, в перерыве между словами Джина, у которого словно плотину прорвало, — Я ничего не понимаю! Что такого случилось в школе, что вы решили скрыть свое знакомство? — Хоби, я не могу ска… — Хен, ну хоть ты не говори мне этого! — не выдержал Хосок, раздраженно ударив кулаком по столу, — Все твердят только одно: «Тебя это не касается» или «Я не могу сказать», а что по итогу? Все эти секреты развалили не только группу. Все очень плохо, и, как я понимаю, у всех! Но я не могу ничем помочь, просто потому что не знаю ничего! — в негодовании воскликнул Чон. Он понимал, что начинает распалятся и говорит это Джину, который явно ни в чем не виноват, но остановиться уже не мог. Ему было просто необходимо выговориться… — Какой прок в том, что вы скрываете что-то из прошлого, пусть и из благих побуждений, если из-за этого разваливается и настоящее? Неужели, правда настолько ужасна, что стоит того, что происходит сейчас?! Хосок бессильно опустил голову, не в силах и дальше контролировать себя, а потому сдерживаясь, чтобы не перейти на мат. Джин все еще ни в чем не виноват… — Из-за нас с Намджуном пострадал человек, — когда дыхание Хосока выравнилось, тихо произнес Джин, чуть сжав губы. Врать младшему сейчас, после всех откровений и искренности было кощунство, но Ким также понимал, что правда окончательно разобьет Хоби. Он не заслужил этого… — Он даже попал в больницу на несколько месяцев… Рыжая макушка приподнялась, и глаза Джина встретились с открытыми от удивления глазами Хосока. — Что случилось? — одними губами спросил Чон. — Человека, который попал в больницу… изнасиловали. — голос старшего едва заметно дрогнул, ему пришлось сделать глубокий вдох, чтобы продолжить, — Несколько раз подряд. Губы Хосока приоткрылись, а глаза, наоборот, раскрылись еще шире. Все вопросы застыли на губах, и казалось, парень перестал даже дышать. — Мы были свидетелями, но ничего не сделали, чтобы остановить это. — Тот человек… — спустя паузу, длиной в пару минут, тихо спросил Хосок. — Он жив. И здоров сейчас, насколько я знаю. Губы Джина сомкнулись настолько сильно, что даже слегка побелели, как и сжатые кулаки, но Хосок этого, кажется, не заметил. Его взгляд был прикован к кружке чая, стоящей прямо перед Джином, и пытался собраться с мыслями, чтобы сказать хоть что-то. — Некоторые тайны прошлого настолько ужасны, что их сокрытие стоит того, что происходит сейчас… — спустя еще какое-то время тихо проговорил Джин. — Теперь ты все знаешь, и должен понять, почему Намджун не мог рассказать этого Чонгуку. Поэтому он сказал, что мы встречались, чтобы оправдать нашу тайную встречу… — Вы… — все еще не в силах вымолвить что-то большее, чем пару слов пролепетал Хосок. — Мы встречались, чтобы обсудить, как дальше сосуществовать в группе, потому что до этого просто притворялись, что все хорошо… А Чонгук узнал об этом и решил, что мы встречаемся за спиной у тебя. Дальше ты знаешь. — Получается Намджун поэтому перестал быть гомофобом… — голова Хосока покачивалась из стороны в сторону, он словно и не слышал слов старшего, пытаясь до конца понять смысл сказанных им ранее слов. — Хоби, я прошу, не говори ему, что я все тебе рассказал… — прикусил губу Джин, потянувшись было к руке младшего, чтобы привлечь внимание, но передумав на полпути, когда рыжий это заметил и едва заметно встрепенулся всем телом, отдаляясь от прикосновения, — Он очень жалеет о случившемся, и очень боится что ты узнаешь все и разочаруешься в нем… — Но… — хотел было возразить Хосок, но оборвал сам себя, не зная что сказать, — Мне нужно время, чтобы переварить эту информацию… — Я понимаю, но все же обязан сказать еще кое-что… — кивнул Джин, опуская голову, — Я считаю, что нам необходимо собрать всех вместе еще раз. Мы обязаны всех примирить и выступить на фестивале, как и планировали… Я знаю, что это много значит для тебя, как и для Юнги и Намджуна, и мы не можем просто разрушить все ваши мечты, только из-за пары драм внутри команды… Джин вздохнул, поднимая глаза и ища во взгляде Хосока поддержки, но тот продолжал отстраненно изучать пустоту перед собой. — Я знаю, что сейчас ты не можешь ответить, но просто подумай об этом, хорошо? У нас есть еще три дня до выступления, еще не поздно…

***

До сдачи отчёта оставалось пару дней, за который Тэхену придется сделать обьем, разрабатываемый студентами в течение трёх месяцев! Но виноватых тут нет, чтение книг вовсе не говорит о том, что парень усерден в учебе, это факт! Поэтому Ким уже добрые восемь часов сидел перед ноутбуком и отвлекался только на моргание, чего катастрофически не хватало организму… Спину ломило, а в желудке урчало уже раз в пятый за час, но парень твердо решил, что напишет две главы за сегодня, потому что с третьей начинается практика, на которую он также убьет не менее суток… Он даже отключил уведомления на телефоне, да и вообще выключил интернет, чтобы уж точно никто не помешал. Парень бы и сам телефон выключил, но в любой момент мог позвонить его отец, а пропускать его звонок Киму категорически не хотелось. Собственно, именно поэтому он отвлекся от монитора только когда комнату наполнил громкий звук телефонного рингтона. Прочитав, кто звонил, брови Тэхена невольно полезли вверх, но больше ничего не выдало удивления, даже последовавшее затем сухое приветствие. — Тэхен? Извини, что так поздно, но… Мне нужна помощь, и боюсь, больше не к кому обратиться… — раздался на том конце тонущий в неприлично громкой музыке голос Чимина. — Чем я могу помочь? — невозмутимо поинтересовался парень, зажимая телефон между плечом и ухом и продолжая набирать текст в ноутбуке. Послать Пака сразу было бы грубо… — Это касается Чонгука. Я звонил Хосоку и Намджуну, но оба они не берут трубку, а у Чонгука толком-то и друзей больше нет, поэтому… — Ближе к делу. — уже начиная внутренне раздражаться, сквозь зубы проговорил Тэхен, отрываясь от печати и вслушиваясь в слова блондина. Мысль о том, что Чимин считал его другом Чонгука подбешивала, потому что Тэхен ни с кем не дружит, он просто немного… Озабочен? И только, никакой дружбы или намека на это. У него и так куча проблем… — Чонгук сейчас в клубе, и он просто в хлам пьяный. — не стал спорить Чимин, крича это прямо в трубку, чтобы перебить содрогающие полы биты. — И? Отвези его домой, раз ты тоже там. — Он не один. — спустя паузу ответил Пак, явно недовольный равнодушием Тэхена. — И ни один из них добровольно со мной никуда не пойдет. Тэхен тяжело выдохнул. Ясно, Чонгук пьет с Юнги. Кто ещё может не любить «булочку» Чимина? Тогда это действительно проблема, потому что ни Чонгук, ни Юнги с Чимином явно никуда не пойдут, тем более вдвоем. Ещё и пьяные… Монитор символично потух, напоминая о том, что у Кима и самого делов выше крыши, но… — Ладно, кидай адрес, — спустя минуту колебаний сдался он, тут же сбрасывая звонок и откидываясь на компьютерном кресле. Только этого ему не хватало! Какого черта Чимин вообще знает его номер? Почему он должен решать их проблемы?!

***

Юнги и Чонгук были в гавно. Это стало очевидно ещё три рюмки назад, но они явно не собирались останавливаться, поэтому Чимину пришлось позвонить. Выбора не было, ибо крайняя ситуация. Парень не был уверен, что хоть с одним из них справится, что уж говорить о двоих… Эх, почему он не остался сегодня дома и просто не посмотрел какой-нибудь очередной шедевр от Марвел? Как бы все было проще, он бы и знать не знал о том, что два его… недобывших, если говорить прямо, сейчас морально разлагаются едва ли не в центре Сеула… Это явно не то, к чему его готовила жизнь сегодня. Как и встреча с Тэхеном. Но, кто бы его спросил, правда? И почему ни Намджун, ни Хосок не берут трубку? — Как давно они здесь? — недовольный голос Тэхена, подошедшего не позднее чем через полчаса после звонка, вырвал Чимина из раздумий о несправедливости жизни и собственной беспомощности. Он уже и сам выпил пару бокалов, пока наблюдал за этой парочкой, и в особенности за тем, какие тосты они поднимали. Нет, он вовсе не подслушивал, просто парни не особо-то скрывались, и не подозревая о том, что их главный «тост» сидит в паре метров и напивается как раз потому что слышит все это. — Ну, на моей памяти, около трёх часов, но когда я пришел, они уже были здесь… — вяло ответил парень, поведя бровью после того, как заметил что Тэхен недовольно нахмурился. — И сколько они выпили? — Я насчитал четыре с половиной бутылки соджу, но объемы тут небольшие, может и меньше. — Очаровательно. — кажется, Тэхен и не собирался скрывать свое раздражение, что было довольно забавно и любопытно, учитывая его обычную отстранённость. — Ты приехал на машине? — с надеждой в голосе спросил блондин, потому что тогда он смело смог бы скинуть этих двоих на Тэхена и просто уйти домой. Сейчас, он окончательно растерял энтузиазм для разговора с Юнги, а Чонгука и вовсе не ожидал встретить так скоро. — Нет, я не… — на секунду Тэхен заколебался, стараясь подобрать слова. Усталость давала о себе знать очень явно, в особенности, это сказывалось на глазах, а потому парень не решился ехать на своей машине. — Не за рулём сегодня. — Чеерт… Голос Чимина утонул в оглушительной музыке, но переспрашивать необходимости не было, все читалось по его разочарованно лицу. — Это не важно, все равно вести их вместе — не вариант. — Но ты же можешь что-то сделать? Сказать им расходится или… — Чимин, я похож на их мамочку? — голос Тэхена немного повысился. Сегодня ему некогда было играть в галантность и безразличие. Все эти драмы должны были прекратится вместе с распадом группы, но тем не менее, каким-то невероятным образом его продолжают вовлекать в это до сих пор! — Скорее папочку… — неслышно пробормотал Пак в ответ, ибо другого объяснения непоколебимому авторитету Тэхена не находилось, — И что ты предлагаешь? — Ждать… — наморщив нос, ответил Тэхен, опускаясь на соседний стул и прикрывая глаза. Чимин не был уверен, стоит ли еще что-то спрашивать, потому что Ким был явно не в духе, даже учитывая его обычное состояние, а провоцировать того была сейчас не лучшая идея… В условной тишине прошло около десяти минут, за которые Пак успел заказать себе еще бокал виски, а Тэхен — легкий энергетик, чтобы суметь разлепить веки. Когда же «ждать» уже окончательно надоело, блондин решил подать голос. — Чего мы ждем? — Подождем, пока кто-то не отойдет в туалет, а потом по одиночке отловим и отвезем по домам. Учитывая объемы выпитого, удивительно почему они до сих пор не у унитаза… — зевнув, пояснил Тэхен, даже не поворачивая головы в сторону Пака. — По одиночке? — скептично и явно испуганно переспросил Чимин, которого совсем не прельщала необходимость контактировать с кем-то. — Ага, ты повезешь домой Юнги, а я Чонгука. — Почему? — Чимин понимал, что задаёт глупый вопрос, но ещё не успел придумать причину, чтобы отмазаться. Безусловно он понимал, что совсем не принять участие в происходящем не сможет, но надеялся, что его роль закончится сопровождением одного из них до такси… — Хочешь повести Чонгука? — с издёвкой спросил Тэхен, но после небольшой заминки Чимина нахмурился и качнул головой, — Даже не думай! Он ещё не готов к встрече с тобой, и это, — парень кивнул в сторону пьяной двоицы, -…прямое доказательство. Кроме того, тебе не кажется, что уже пора поговорить с Юнги? Он переживает о случившемся, и намного сильнее, чем ты предполагаешь. — Не твое дело! — тут же вспыхнул блондин, плотно сжимая губы, — Хватит строить из себя всеведущего психолога, ты и половины не зна… — Чего конкретно? Того, что ты «влюбился»… — Тэхен не поленился нарисовать в воздухе кавычки, для пущей убедительности, — … в Намджуна? Или того, что решил использовать Юнги для его покорения? Быть может, того, что делал это, продолжая абьюзивные отношения с Чонгуком, и более того, даже не скрывая этого от Юнги? Или того, что вы переспали? Мне продолжать? Тэхен устал. Как же его задолбали драмы и недосказанность! Сначала это было забавно и приятно — ощущать свою власть, имея полную картину, в отличие от остальных, но очень скоро начало просто раздражать. В особенности бесил Чимин, который вел себя как полный дурак, и делал это даже не преднамеренно! Тэхен и впрямь долго старался засунуть свою правду куда подальше и дать всем разобраться самим, но кажется эти дети в принципе не способны на нечто подобное. Рот Чимина непроизвольно открылся, глаза распахнулись от ужаса, а щеки тронул лёгкий румянец. — Откуда ты все это знаешь? Юнги сказал тебе, да? — Да. — не стал скрывать Ким, — И в этом нет ничего удивительного, потому что ему не все равно на эту ситуацию. И он не постыдился открыто показать это. А ты продолжал прятаться за мнимыми отношениями и несуществующими влюбленностями вместо того, чтобы признать свои ошибки и признаться. — Прекрати. Чимин правда не знал, как остановить Тэхена. Его слова слишком больно били, а защититься Чимину было нечем. Да и не хотелось, если быть до конца откровенным. Он не мог не признать справедливость его слов, как и того, что несмотря на это ничего не пытался изменить. Просто не мог пересилить себя. — Я не хочу тебя обидеть, Чимин, правда, но эта игра надоела даже мне. Посмотри, что ты наделал… — Тэхен ткнул пальцем в по-новой наполняющих бокалы Юнги и Чонгука, — Это твоя вина. Оба они страдают из-за тебя. Не хочу добавлять драмы, но тебе пора выбрать. И не между ними, а между собой и своими чувствами. Вместе вы сосуществовать, видимо, не в состоянии… — И что это значит? — Пак не знал почему, но сейчас, после всей той ванны правды, которую на него вылил Тэхен, он стал импонировать ему намного больше. Как будто этот парень знает, что говорит, и знает, что нужно делать. — Это значит, что ты везёшь домой Юнги. — полуулыбнулся Тэхен, явно довольный покорностью Чимина, но почти сразу отвел глаза куда-то в сторону и начал подниматься из-за столика, за которой они сидели. Проследив за его взглядом, Чимин понял, что Чонгук встал с места и последовал куда-то в сторону туалета. — Могу я задать вопрос? — без особой надежды на ответ, все же спросил Чимин в догонку уже отдаляющемуся Тэхену. — Почему ты так заботишься о нем, хоть и говоришь, что он не нравится тебе? — Потому что мы похожи, — к удивлению Пака, почти сразу ответил Тэхен, остановившись на полпути и даже повернувшись лицом к Чимину, — Когда я попал в похожую ситуацию и… Был бы совсем не против, если бы кто-то помог мне разобраться и прийти в норму… — В похожую ситуация? — не совсем понял Чимин, показательно нахмурив брови. — Ты и вправду туповат, — усмехнулся Тэхен, почему-то улыбаясь на лицо Пака и пояснив, — Я тоже встречался с человеком, которому был безразличен… Она просто привыкла к тому, что мы вместе и что я уделяю внимание только ей одной… А потом влюбилась в другого человека и, прямо как ты, не смогла прямо сказать об этом. На момент, когда я узнал обо всем, прошло уже полгода. Она даже была беременна от него, но говорила, что ребенок мой, пока все не раскрылось… — Боже… — весь хмель Чимина сняло как рукой, он даже выпрямился, искренне удивляясь ответу Тэхена и тому, что содержал этот ответ. — Ага, невеселая история. Так что соберись, Чимин, — Тэхен снова косо улыбнулся, — Мне кажется, что ты неплохой человек… — Не уверен, что ты прав… — покачал головой блондин, провожая взглядом приятеля, который не захотел оспаривать или соглашаться со словами Пака, а просто еще раз коротко улыбнулся и направился в сторону туалетов. Медлить было рискованно, да и незачем, вечер и так выдался длинным и невеселым, но Чимин все равно еще пару минут собирался с мыслями, прежде чем встать и пойди к столику Юнги. К счастью, а может быть к сожалению, тот был настолько пьян, что едва ли не лежал лицом в ближайшей тарелке, поэтому когда младший подошел, он даже головы не повернул. Нужно было что-то сказать, но Чимин и близко не представлял, что конкретно и как, плюс внутренний голос упорно твердил, что начни он разговор с ВОТ ТАКИМ вот Юнги — и это явно закончится дракой, причем абсолютно все равно, будет ли в ней участвовать Чимин или нет… Поэтому парень предпочел молча заказать такси, а затем, через пару мучительных минут молчания и спасительной смс от таксиста, несильно ткнуть Юнги под ребра и закинуть его руку себе на плечо, чтобы хоть как-то сдвинуть с места. На удивление, Шуга покорно зашевелил ногами, все также не поднимая головы и с тяжелым выдохом облокачиваясь на руку Чимина. До такси шли молча, чему блондин был нескончаемо рад, как и тому, что в приложение, которое он использовал конечный адрес указывался сразу, поэтому свою личность удалось оставить в тайне и садясь в такси. Правда, Шуга, немного не рассчитал и смачно приложился головой, когда садился на заднее сидение, так что, едва Чимин сел следом, брюнет тут же откинулся ему прямо на колени и приоткрыл глаза, чтобы немного сориентироваться. Взгляд у парня был явно мутный и размытый, но на секунду, когда глаза Чимина и Юнги встретились, у последнего промелькнуло что-то вроде узнавания и меж бровей залегла складка, но совсем скоро ресницы парня затрепетали, а затем и вовсе закрылись. Если он и узнал Чимина, то явно решил, что ему показалось. И слава богу. Везти Мина домой было хорошей идеей ровно до того момента, пока не выяснилось, что Намджуна дома нет. Возвращаясь в такси, водитель которого любезно (не без определенного поощрения, разумеется) разрешил Чимину «подготовить» путь для доставки Юнги до кровати, Пак чувствовал сильнейшее внутреннее опустошение. Шанс того, что все пройдет удачно, и Мин даже не догадается, кто конкретно его дотащил до дома стремился к нулю пропорционально каждому пройденному шагу, а потому уже подходя к машине сердце Чимина рухнуло вниз, ведь Юнги, пусть и всем туловищем опираясь на дверцу, но стоял на ногах и смотрел младшему прямо в лицо. Не совсем осмысленно, но уже с намного большим узнаванием и проявляющимся презрением. — Все-таки ты. Голос старшего пугал еще больше чем тяжелый взгляд, но Чимин все же сделал пару шагов навстречу и протянул руку, предлагая помощь. Сказать что-то сейчас, он был не готов. Юнги только фыркнул, заметив жест блондина и даже немного отклоняясь назад. Далее, с большим трудом, парень оттолкнулся от дверцы и сделал два шага, огибая Чимина и едва ли не хватаясь за лавочку, стоящую позади него. Чимин на это только поджал губы и чуть отступил, закрывая заднюю дверцу машины и благодаря водителя за любезность. Больше пытаться помочь парень не решился, со стороны наблюдая, как старший очень короткими и шатающимися шагами добирается до подъезда, а затем и первой ступеньки лестницы. Учитывая, что на это у него ушло около пяти минут, Пак решил, что не будет испытывать судьбу и смотреть как Юнги из-за банального упрямства, вероятно, поползет по лестнице, ведь поднимать ноги выше чем на два сантиметра он явно не в состоянии. Выдохнул в последний раз за вечер и зарекаясь себе, что больше проявлять неуверенность и страх нельзя, Чимин поспешно зашагал, к борющемуся с третьей ступенькой Юнги, с силой ухватывая его за талию, а правую руку, не без сопротивления, перекидывая через свою шею. Если Юнги в действительности и был против, то показывал он это явно не во всю силу, брыкнувшись лишь дважды и позволяя Чимину дотащить себя до лифта. Более того, он даже не попытался отстраниться, когда они ехали в лифте все в том же положение. Как и на пороге, когда Чимин, кряхтя от усталости, прислонил его к стене и опустился на корточки, развязывая шнурки на чужих кроссовках. — Какого хрена?! — воскликнул Шуга лишь когда Чимин уже переместил его качающуюся в разные стороны тушку в коридор, прислоняя к стене, и начал расстегивать что-то смутно напоминающее ветровку. — Ты собираешься спать в этом? — безэмоционально спросил Чимин, не обращая внимания на дернувшиеся руки старшего, и продолжаю освобождать его от одежды. — Я споавлюсь сам! — негодующе воскликнул тот, через секунду жмурясь и откидывая голову назад, так как от резких движений все вокруг закружилось. — Ага, справится он… — тихо пробормотал Пак, хмуря брови и продолжая. — Пошел нахер, я сказал! — теперь уже значительно грознее и агрессивней воскликнул Юнги, буквально отшвыривая руки младшего. — Не веди себя как ребенок, тебе нужна помощь… — старательно игнорируя грубость, ответил Чимин, по новой протягивая руки, на что Юнги отреагировал ещё жестче, буквально, толкая парня в грудь и отшвыривая на добрые полметра. — Иди своему ебырю помоги, раз руки чешутся! — Какого хре… — хотел было возмутиться Чимин, но не успел, потому что Юнги удивительно резво оттолкнулся от стены, приближаясь к Паку и со всего размаха ударяя того кулаком в живот. Парень, явно неожидавший атаки, согнулся пополам, сейчас же получая коленом в нос и с глухим стоном отступая назад. Хоть нос и не был сломан, но кровь из него брызнула знатно, Чимин даже закашлялся на пару секунд, пытаясь остановить кровотечение рукой. Голову он намерено не поднимал, надеясь, что Юнги на этом успокоится, но, кажется, так просто все быть не могло, потому что буквально через секунду парень почувствовала, как его за волосы тянут вверх, заставляя выпрямится. Несколько долгих секунд пока глаза обоих не поравнялись, Чимин следил за озлобленным лицом старшего, пытаясь предположить, что тот хочет сказать, но просчитался снова и пропустил увесистый удар головой, после чего ноги невольно подкосились, и парень рухнул на колени, получая заключительный удар ногой в живот. В голове немного загудело, а глаза безвольно зажмурилась от боли, но слух Пака не подвел, оповещая о том, что и сам "обидчик" обессиленно повалился на колени рядом. По прошествии пары минут, когда картинка окончательно сфокусировалась, Чимин упрямо поднял глаза на подуспокоившегося Юнги, растратившего последние силы на "избиение" Чимина. - Стало легче? - скорее риторически спросил Чимин, криво улыбаясь и прекрасно понимая каков будет ответ. - Стало бы, если бы ты рот не открывал. Ещё на минуту снова повисло молчание, после чего Чимин, неожиданно даже для самого себя, горделиво объявил. - Я тебя люблю! - Ты сейчас это понял? - и глазом не моргнул Юнги, с явным сарказмом в голосе. - Ага. - Отлично. Пак понимал, что нужно сказать что-то еще, но слова не находились, также как и силы для этого. Не то, чтобы он не ожидал такой реакции, но было неприятно быть правым, это уж точно... Так прошло около минуты, после чего глаза Юнги, прикрытые до этого, распахнулись и впились в Чимина, который, кажется, задержал дыхание и перестал моргать. Несколько долгих секунд висело разрывающее внутренности молчание, прерываемое всё-таки задышавшим Чимином, после чего Юнги произнес всего одну фразу. - Ты уверен? И Чимин не берется утверждать почему, но уверенно кивнул в ответ, уже готовясь снова получить в до сих пор кровоточащий нос, но неожиданно вместо удара ощутил теплые пальцы у себя в волосах и резкий запах алкоголя, исходивший от приближающегося к нему Юнги, что мягко провел большим пальцем по переносице и вниз до верхней губы, не то убирая, не то ещё сильнее размазывая кровь. От короткой и едва ощутимой ласки голова закружилась уже у Чимина, зудящая боль в конечностях вмиг отступила, а все тело наполнили маленькие электрические разряды предвкушения. Он не стал тянуть и первым подался навстречу, сталкиваясь с Юнги лбами и слабо улыбаясь. Брюнет также коротко хмыкнул, аккуратно покачав головой, чтобы не испортить момент. - Ты весь в крови... - пробормотал он, немного извиняющимся тоном. - А от тебя разит алкоголем... - также тихо заметил Чимин, намекая на то, что теперь они в расчете. Ещё несколько секунд парни молчали, наслаждаясь терпкой атмосферой вокруг, после чего Чимин, пообещавший себе быть смелым сегодня, первым подался вперёд, мягко касаясь губ Юнги своими и неспешно, коротко целуя. Почему-то сейчас это не казалось странно или неуместно, напротив, от витающей вокруг нежности по венам растекалось долгожданное тепло. Глупо отрицать, Чимин соскучился по Юнги. В самой искренней, непорочной форме. И Юнги, хоть и был пьян в зюзю, тем не менее, также мягко отвечал ему. Он тоже скучал. Только через добрые пару минут в поцелуе скользнуло что-то напоминающее разгорающуюся страсть. Язык Юнги толкнулся в рот Чимина, который молниеносно открылся навстречу, а сам парень привстал, опутывая шею старшего руками и седлая расслабленные бедра. Руки Юнги скользнули по плечам Пака, скидывая пальто и оглаживая спину, отчего последний коротко промычал в поцелуе, выгибаясь навстречу. Металлический привкус крови добавлял какой-то сладостной неправильности происходящему, а запах алкоголя настолько заполнил лёгкие, что Чимин буквально чувствовал лёгкое опьянение. Наверное поэтому уже через минуту его блуждающие руки добрались до ремня на джинсах Юнги, и поэтому он по-началу и не понял, почему последний оттолкнул его руки, чуть отстраняясь. - Полегче, Чимини~ - хмыкнул Юнги, замечая рассеянность и даже отголоски обиды в глазах младшего, - Мы вроде никуда не спешим. Да и умыться тебе не помешает... - Кто бы говорил! - фыркнул в ответ Пак, поджимая губы и нехотя сползая с чужих ног на холодный пол, - Испортил такой момент... - Ничего я не испортил, - уже поднимаясь ответил Мин, чувствуя как все тело наполняется свинцом, а голова нещадно кружится. - Осторожно, - едва Шуга сделал небольшой и явно неуверенный шаг, подскочил Чимин, подхватывая того за талию, - Да, кажется, ты и в правду сегодня такой себе любовник... - Чего? - тут же возмутился Юнги, но перед глазами все плыло, а ноги уже буквально подкашивались от усталости, - Мы поговорил об этом завтра... - Конечно поговорим, только не вырубайся прямо сейчас... - волоча уже почти бессознательную тушку старшего, пробормотал Чимин. Благо, до комнаты брюнета оставалось всего ничего, так что буквально через две минуты Юнги шлепнулся на кровать, в полёте что-то негромко проворчав. Раздевая его в этот раз, Чимин ощущал все по-другому. Да, Юнги был все также пьян и безволен, но сейчас Пак делал все не втихаря, а открыто, чувствуя уверенность и покой, а не тревогу и боязнь раскрытия. Ощущение чужой теплой кожи под пальцами не пугало или заставляло стыдиться себя, а согревало и подтверждало реальность происходящего, некое освобождение от вины и нахлынувшего одиночества. Сейчас Чимин как никогда понял, что чувствовал эти недели, которые не общался с Юнги. Пустоту. Без него все как-то померкло и потеряло смысл, хоть это и звучит высокопарно. Кажется, Чимин ещё никогда не ощущал нечто подобное. Виной тому алкоголь, гормоны, стресс или ещё какая-нибудь гадость, но сейчас эта та правда, которую он ощущает... Когда с одеждой было покончено, а Юнги с ног до головы был укутан в теплое одеяло, Чимин было собрался благородно уйти, чтобы лишний раз доказать Юнги и себе, что то, что он чувствует больше, чем просто желание и азарт, но старший неожиданно завозился, что-то недовольно бурча и ухватывая Чимина за руку. - Полежи со мной... - сквозь сон попросил он, несильно потянув Пака на себя. Собственно, этого хватило, чтобы Чимин передумал тренировать выдержку сегодня, и сейчас же завалился рядом, обнимая того со спины и довольно улыбаясь. Все тревоги и заботы сейчас же растворились в предыдущем дне, а сознание медленно, но верно проигрывало сну, так что через пару минут и блондин провалился в царство Морфея...