Учительская практика

Дин постукивал пальцами по подлокотнику дивана и смотрел в одну точку. Сэм ходил позади него из стороны в сторону, опустив голову. Рождественский бал закончился час назад, а преподаватели до сих пор вылавливали в коридорах студентов, снимая баллы за нарушение комендантского часа. Когда стрелки часов медленно доползли до половины первого ночи, в дверь постучали. Ривз каркнул. В гостиную Винчестеров вошли Снейп и Флитвик. — Ну, вы узнали, кто заключил сделку? — поинтересовался преподаватель чар. Сэм резко остановился и уставился на затылок брата. Тот продолжал сверлить взглядом пол и постукивать пальцами. — Они знают? — попытался взять себя в руки Сэм. Дин передернул плечами. — Конечно. — Так что со сделкой? — повторил вопрос Снейп. Дин перестал стучать, ослабил немного галстук и устало вздохнул. — Малфой. Снейп схватился за сердце и наверняка бы упал, если бы подбежавший Сэм вовремя не подхватил его. Зельевар был бледнее обычного. — Этого не может быть… — хрипло выдохнул он, садясь на диван. — Он знает о сроке. Знает, что в школе демоны. Домовики подтвердили — Люциус Малфой отдал приказ подмешать во все напитки святую воду. — Это ложь! — вскочил Снейп, как ошпареный. — Люциус любит своего сына! Он бы никогда не продал его душу! — Может, он не знал, — неуверенно протянул Сэм. — Демоны, чтобы не спугнуть людей, не говорят, что те попадут в Ад. Они говорят, что придут через десять лет, чтобы забрать самую малость… Может, так оно было? — Может, это вообще ошибка? — размахивал руками Снейп, расхаживая по гостиной под недовольное карканье Ривза. — Может, этот Кроули ошибся и показал не на того? — Дин, — выразительно посмотрел на него брат. — Может, воспользуешься своими связями? Винчестер хмуро посмотрел на брата, что того аж передернуло. — Нет. Я уже дважды его должник. В третий раз он просто пошлет меня. — Но ведь ты его брат… — Младший брат, — сделал Дин особый акцент на слове «младший». — У него больше власти надо мной. — О чем это вы? — слабым голосом спросил несчастный Снейп, все ещё держась за сердце. Дин, вздохнув, поднялся и, сложив руки за спиной, подошёл к окну. — О ком, — поправил Сэм. — О Смерти. — Он может помочь? — тихо спросил Флитвик, с беспокойством глядя на бледного Снейпа. — Он может узнать, точно ли Драко и Люциус погибнут в один день, — ответил Сэм. — У Смерти есть точный список всех, кто умрёт. В нем написано время смерти с точностью до секунды и причина. — Проблема в том, — достаточно громко произнёс Дин, оборачиваясь. — Что Смерть никому не даёт взглянуть на свой список. А даже если бы и дал, — голос охотника сочился ядом, — То цена за этого знания куда выше, чем души всех учеников вместе взятых. Профессора дружно вздрогнули. На Снейпа же было жалко смотреть. У зельевара определённо появились седые волосы, хотя он был ещё достаточно молод. Однако Дин не изменился в лице, продолжая хмуро смотреть на присутствующих. — Почему вы так защищаете Малфоев, профессор? — прищурился он. — Они — моя единственная семья, — осипшим голосом ответил Снейп, тяжело дыша. — И Драко… мой крестник. Дин хмыкнул. — Я не буду вызывать Смерть. Даже не надейтесь. * * * — Зачем я на это согласился? — в который раз спросил себя Дин, поправляя разложенные на кофейном столике гамбургеры, картошку фри и колу. Ему все казалось, что сервировка не идеальная, что все выглядит просто ужасно, что еда недостаточно вредная, хотя он умудрился достать ту самую пиццу из Чикаго. — Ты ведь это для благого дела делаешь, — пожал плечами Сэм. — Что, согласись, противоречит моей демонской натуре, — фыркнул Дин и пошёл в ванную поправлять галстук. Там же началась словесная перепалка с Пивзом. Проклятый полтергейст все ещё сидел в соляном круге. Уговорить Дина встретиться со Смертью было делом невероятно сложным — он не шёл ни на какие уступки. Угрозы не помогали, уговоры тоже. Сэм даже хотел согласиться принять кольцо Чумы, но это казалось ему слишком уж высокой платой за какие-то знания. Хотя он и сам не был уверен, что Малфой мог продать душу сына. Впрочем, по собранным демонами Дина данным, Люциус оправдывал гордое звание аристократа — холодный, высокомерный, презирает маглов и не чистокровных волшебников. А ещё бывший Пожиратель Смерти и сторонник Волдеморта. Он многого требовал от сына, а тот старался во всем подражать отцу, но выглядел не грозно, как его отец, а, скорее, комично. Сэм впринципе не понимал, как можно продать душу своего ребёнка. Будь у него сын, он бы всячески старался оградить его от сверхъестественного мира, дать ему нормальную жизнь. Может, Малфой действительно не знал, на что подписывался? * * * 26 мая. Десять лет назад. В тишине ночи раздался странный хлопок, и на середине дороги возник высокий мужчина с почти белыми волосами чуть ли не до пояса. Прохожие бы приняли его за косплеера — все-таки, франшиза «Властелин колец» оказалась очень популярна, так что незнакомца приняли бы за эльфа. И были бы причины — королевская осанка, аристократичные черты лица. Разве что уши не заостренные. Ночной странник огляделся по сторонам и плотнее закутался в пальто. Было прохладно. Дул холодный ветер, колыхая закрывшиеся жёлтые цветы, росшие по обочине. В этом довольно безлюдном месте редко кого можно было встретить. Знающие приходили сюда с определённой целью. С этой же целью сюда явился и этот мужчина. Отсчитав нужное количество шагов, он вытащил из кармана лопатку и выкопал яму на небольшую глубину — глубже лежал железный ящичек, похожий на тот, что был у него. Закопав его, мужчина выпрямился и огляделся по сторонам. Изо рта вырвалось облако пара. Каждый шорох заставлял его вздрогнуть и обернуться, чтобы узнать источник. Но никого не было. Он один стоял посреди перекрестка. — Какая встреча, Люциус! — пропел позади милый женский голос. Мужчина обернулся. От одного взгляда на фигуристую брюнетку становилось холодно — короткое платье с глубоким декольте явно не смущали красавицу. Это бы никого не смутило, если бы не гигантская собака с горящими красными глазами. — Тише, мой мальчик, — сладко произнесла девушка, погладив собаку по голове, и мельком взглянула на Люциуса. — Потерпи ещё денёк. Твой ужин никуда от тебя не денется. Малфоя передернуло от одной мысли, что будет, когда этот монстр явится к нему. — Люциус, ты ведь помнишь, что срок сделки выходит завтра? — улыбнулась девушка. — Или хочешь уйти в мир иной раньше? — Азиран, прошу, дай мне ещё десять лет, — взмолился мужчина, упав на колени. — У меня растёт сын. Прошу, дай мне увидеть, как он взрослеет! Демоница скучающе закатила глаза. — Ну не знаю… А как зовут твоего сына? — Драко. Девушка усмехнулась и перевела взгляд на усыпанное звёздами небо. — А вон и созвездие дракона. — Дай мне десять лет, умоляю. Я дам тебе все, что ты хочешь, только дай мне увидеть, как растёт мой сын… Азиран посмотрела на Люциуса. По его щекам текли слёзы. — Вообще, у нас не положено так делать, но… — девушка многозначительно замолчала и усмехнулась, увидев взгляд, полный надежды. — Так и быть. Тебе повезло, что я люблю детей. Когда я была человеком, у меня было семеро детей. — О, это чудесно, — вспыхнул надеждой Малфой. — Все умерли от туберкулеза, — равнодушно закончила демоница. — Точнее, потом это назвали туберкулезом. Тогда же это называли карой Господней. Но теперь о сделке. Ты действительно готов отдать все, чтобы прожить ещё десять лет с сыном? — Да! — поднялся с колен Люциус. — Все, что угодно! Азиран хмыкнула. — Запомни свои слова, Люциус Малфой, потому что моя цена будет высока, — девушка поднялась на носочки и запечатлела на губах аристократа долгий поцелуй. — Встретимся через десять лет, — прошептала она, проведя пальцами по скулам мужчины и бесшумно исчезла. * * * — Может, мне уйти? — неуверенно спросил Сэм, глядя на нервничающего Дина. — Не стоит, — прозвучал в комнате холодный голос. Дин замер и медленно обернулся. Смерть явно был не в духе. Его можно понять. — Что на этот раз попросишь, Дин? — поинтересовался Всадник тоном, который он называл «очень саркастичным». От этого его сарказма хотелось с балкона спрыгнуть. — Я хочу вернуть свой долг, — как можно тверже ответил Винчестер, хотя было слышно, как его голос дрожит. — И прошу сказать мне, кто из волшебников умрёт двадцать седьмого мая в полночь. — Не слишком ли много ты просишь? Смерть сел на край дивана, но на еду даже не взглянул. Плохой знак. — Я хочу вернуть свой долг, — повторил Дин. — Остальное можешь не выполнять. Смерть хмыкнул. — Вернуть долг, говоришь, — задумчиво протянул он. — Что ж, я согласен. Первый твой долг — душа Сэма, — мужчина перевёл взгляд на побледневшего младшего охотника. — Я требую её назад. Глаза Дина потемнели. На такое условие он не рассчитывал, и, конечно, оно его не устраивало. — Сэм должен стать новым Белым Всадником, — закончил Смерть. Дин облегчённо выдохнул. По сравнению с тем, что он успел себе напридумывать, он ещё легко отделался. — А если я не согласен? — подал голос Сэм, но тут же осекся под убийственным взглядом Дина. — Тогда вы не узнаете то, что вам нужно, а твой брат ещё не скоро сможет вернуть мне долг. Сэм скрипнул зубами. Становиться новым Всадником не хотелось. С другой стороны, если так посмотреть, они с братом всегда были своего рода Всадниками Апокалипсиса. Он, помешанный на крови демона, что была для него своего рода болезнью, и Дин, один из самых жестоких убийц на свете. Где они — там хаос и разрушения. Дин взломал первую Печать, Сэм — последнюю. Каждый раз они приближают мир к концу света. Так чем они лучше Всадников, которых пытались одолеть? — Я согласен, — тихо произнёс Сэм, опустив голову. Дин протянул ему кольцо с зелёным камнем. Сэм, скривившись, надел его на палец и едва не упал от нахлынувшей на него мощи. Закрывая глаза, он видел, где находятся остальные Всадники, чувствовал, чем больны люди вокруг. Это было… странно. — Дай ему артефакт, — ровно произнёс Смерть. Дин вздрогнул и с сомнением протянул брату коробочку, взятую им в банке Гринготтс во время первого визита в Косой переулок. — Что это? — нахмурился Сэм, взяв в руки коробочку. — Лук и стрелы нынче не в моде, — туманно ответил Дин. — А нам нужно идти в ногу со временем… — Додекаэдр? — с недоумением произнёс Сэм, достав чёрный артефакт. Внезапно все его тело сковало болью, но лишь на короткий миг. Додекаэдр упал и немного прокатился вперёд. Когда он остановился, на его верхней грани всплыли белые буквы, составив одно единственное слово — Чума. Сразу после этого вокруг ладоней Сэма заплясали чёрные искры. — Что за…? — Хлопни в ладоши, — коротко ответил Смерть. Сэм сделал, что просили. Искры пропали. — Артефакт принял тебя. Будем считать, что второй долг Дина выполнен. Итак, что вы хотели узнать? Винчестеры переглянулись. — Двадцать седьмого мая в полночь должны погибнуть два волшебника. Родственники. Нам нужно знать, кто это, — произнёс Дин. Смерть равнодушно раскрыл блокнот, перелистнул несколько страниц и тут же захлопнул его. — Люциус и Драко Малфои. Умрут ровно в полночь в ночь с двадцать шестого на двадцать седьмое мая следующего года, растерзаные адскими псами. Это все? Винчестеры хмуро кивнули. Бледный Всадник исчез. — Дин, — тут же повернулся к брату Сэм. — Нужно разорвать сделку! — Нет, — отрезал Дин. — Но… — Сэм, это так не работает! Нельзя просто взять и разорвать сделку. Можно заключить новую, которая аннулирует её действие, но заключать её нужно с тем же демоном. Но вот незадача! Азиран мертва. А если мы попытаемся расторгнуть сделку, то умрут все, кто входит в её условия. Понимаешь? Все! Люциус и Драко в любом случае попадут в Ад. Это уже не изменить. Сэм стиснул зубы. — Ты ведь принц. — Я палач, — безжалостно произнёс Дин. — А не спаситель. Моя первая задача — поддерживать мир между Адом и Раем, следить, чтобы никто не пытался закрыть врата, уничтожать мятежников и пытать заключённых. Я не расторгаю сделки. Никто не расторгает. — Но Драко — ребёнок! — закричал Сэм. Дин покачал головой. — Это ничего не изменит. Я не могу ничего сделать. Мне жаль его, Сэмми, правда жаль. Но он обречен на вечные муки Ада. — Потому что его отец продал его душу, — прошипел младший Винчестер. Дин хмыкнул, опустив голову. — Все мы расплачиваемся за грехи своих родителей.