Злата

      Они впервые встретились в сентябре 1983 года, когда ему предложили должность заведующего кафедрой химической технологии и радиохимии в МГУ. Валерий как раз тогда обустраивался на новом рабочем месте, доставая из картонных коробок книги, пособия и папки, когда на кафедру ворвался его давний знакомый — Вектор* Иванович Большаков, который заведовал кафедрой химии нефти и органического катализа*. Несмотря на «химические» отличия, они были знакомы очень давно, еще со времен учебы и часто пересекались на научных конференциях и различных форумах. Вектор Валерию нравился, поэтому неожиданному визиту был даже рад.       — Ну что, Валерий, поздравляю с назначением! — восклицает Вектор, как только переступает порог кафедры. Валерий искренне улыбается коллеге и крепко, как всегда, пожимает руку Большакова.       — Благодарю, друг!       — Как думаешь отметить сие событие? — лукаво улыбаясь, спрашивает мужчина, садясь на стул, стоящий напротив рабочего места Валерия.       А Легасов лишь кротко улыбается, запуская пятерню в рыжеватые, покрытые на висках легкой сединой волосы.       — Как обычно. Приду домой, покормлю кошку, возможно, выпью рюмочку, поужинаю и лягу спать.       Собеседник разразился громким гортанным смехом. Вектор всегда был шумным.       — Ох, Валера, ты как обычно. До сих пор не могу понять: в такие моменты ты, либо шутишь, либо говоришь всерьез.       Легасов лишь легко улыбнулся. И все бы ничего, но когда он заметил притаившуюся небольшую женскую фигуру около двери в его кабинет, то вмиг напрягся.       Это была юная девушка, на вид которой не больше и двадцати. Каштановые вьющиеся волосы собраны в низкий хвост, скромная одежда, руки с аккуратными пальцами сцеплены в замок. Обычная скромная студентка, каких на потоке сотни. Но вот взгляд глаз цвета неба смотрел прямо на Большакова. Яркий, живой и уверенный взгляд.       — Вектор, это…       — А, да, — словно вспоминая что-то, хлопает себя по лбу коллега, — совсем забыл. Раз ты стал заведующим, то я подумал, что тебе понадобятся новые кадры.       Мужчина прокашливается и, указывая раскрытой ладонью за стоявшую в дверном проеме девушку, выдает:       — Александрова Злата, третий курс, с моей выпускающей*. Очень советую взять в качестве лаборанта, мы с ней написали уже порядка десяти статей. Способная девочка, соображает быстро, да и не глупая, в отличие от большинства контингента нынешних студентов.       А Легасов даже и не знает, что сказать. Особенно когда глаза цвета неба переводят взгляд с Большакова прямо на его лицо.       — Я-я полагал, что…       — Знаю, о чем ты хочешь спросить, — прерывает его Вектор еще до того, как Легасов успевает произнести вслух. — На моей кафедре нет ставок от слова совсем. Я бы пристроил Злату, но когда я обмолвился, что на твоей кафедре есть вакантное место, она сама выразила желание работать именно у тебя.       На губах девушки расцветает искренняя и даже чуть смущенная улыбка.       — Валерий Алексеевич, приятно с Вами познакомиться лично. Я читала множество Ваших статей и для меня было бы честью работать под Вашим началом.       И голос такой восторженный, буквально наполненный нескрываемым восторгом. Как и светлые глаза, смотрящие на него практически с благоговением.       И ему это льстило.       До этого момента него так никто не смотрел. Настолько восторженно.       Ему оставалось лишь раскрыть рот и ловить воздух, словно рыба, выброшенная на берег.       — Н-но…       — Серьезно, Валерий, я за неё ручаюсь, — поспешил заверить его Большаков, оглядываясь на девушку. — Злата девушка ответственная, она справится с должностью. Поверь мне.       Легасов снова смотрит на Александрову, а затем на чуть ухмыляющегося мужчину, сидящего прямо перед ним. Минута тишины и…       — Хорошо, я согласен.       — Обещаю, ты не пожалеешь, — крепкое мужское рукопожатие и мягкий женский взгляд глаз цвета неба фантомом преследовали его весь оставшийся день.       А уже на следующий он поручил товарищу Григорьевой, ученому секретарю, выделить для новой сотрудницы рабочее место. И придя через несколько дней, из-за занятости в Курчатовском он не мог появиться раньше, в одном из отдалённых уголков кафедры был оборудован небольшой стол с телефоном, печатной машинкой и стопкой новых папок.       И Злата уже чем-то занималась — одного взгляда хватило понять, что она заполняла какие-то бланки.       Девушка была настолько увлечена процессом, что не заметила того, как Валерий сам подошел к ней. Практически вплотную к столу.       — Кхм, — прокашлялся мужчина и только тогда девушка вскинула головой. Легасов до сих пор помнит её лицо в тот момент — усталость в одно мгновение сменилась растерянностью, а в широко распахнутых, ярко-голубых глазах отражалась смесь смущения и восторга.       — Валерий Алексеевич, здравствуйте! Извините, так увлеклась бумагами, что порой ничего вокруг себя не замечаю, — девушка нервно заправляет выбившуюся волнистую прядь за ухо так… элегантно, что Валерий случайно провел это движение взглядом, отмечая аккуратные тонкие девичьи пальцы.       — Доброе утро… Злата, верно? — она кивает, — Меня не было несколько дней, были важные моменты в Курчатовском институте.       — Я понимаю, меня уже просветила Мария Анатольевна, что Вы можете не появляться на кафедре по нескольку дней из-за высокой занятости в Курчатовском, — Валерий в согласии улыбнулся, отмечая про себя, что Григорьева взяла новую сотрудницу под «опеку» первое время.       Злата все продолжала смотреть на него, а Легасов не знал, о чем же ещё её спросить. В тот момент возникла та самая неловкая пауза, которой всегда опасался мужчина.       — Валерий Алексеевич, — внезапно слышит он чуть дрожащий от волнения голос, — хотите я Вам чай сделаю? А то Вы, наверное, еще даже не обедали, сразу с одной работы на другую. Могу угостить печеньем, я сама испекла.       Он слабо улыбается.       — Конечно, благодарю. Я предпочитаю крепкий черный.