From darkness to victory

Маленький, но невообразимо яркий солнечный лучик, непонятно каким чудом пробившийся сквозь тяжелые шторы, с любопытством скользил по комнате, утонувшей в утреннем полумраке, изучая всё вокруг. Сначала ему попался массивный, но весьма изысканный шкаф из тёмного дерева, следом за ним не менее монументальный стол, чья поверхность находилась в идеальном порядке, а после — кровать с незадернутым балдахином. Любопытный утренний гость скользнул дальше и наткнулся на безмятежно спавшую девочку лет одиннадцати. Её густые белоснежные волосы разметались по подушке, а губы слегка приоткрылись. Внезапно в комнате послышался тихий хлопок, и возле кровати материализовалось странное лопоухое существо, одетое в наволочку. — Госпоже пора вставать, — пропищало оно. Девочка резко распахнула глаза и уставилась прямо на существо. Несколько мгновений ничего не происходило, после чего она резко подскочила и отползла к стене, испуганно глядя на лопоухое создание. — Пусть госпожа простит Викки, — залепетало оно. — Викки не хотел напугать госпожу, но ей пора вставать. — Кто ты? — наконец смогла произнести девочка. — И где я? — Викки домовой эльф, госпожа. А находитесь Вы дома, в Найтмар Кастл, — существо принялось заламывать руки. — Вам пора вставать, госпожа. — Что значит дома?! — глаза девочки расширились, и она принялась судорожно озираться по сторонам. Фелиция, а именно так звали эту девочку, никак не могла вспомнить, как она очутилась в этом странном месте. Единственное, что она знала точно, это то, что это не её дом, ибо дома у неё никогда не было. Зато был брат. — Где Дани? — требовательно спросила она Викки. — Господин у себя в комнате, — эльф заломал руки и прижал уши. — Викки расскажет всё, пока господин и госпожа будут пить чай. А теперь госпоже пора… — Да достал ты уже со своим «госпоже пора вставать»! — сорвалась на крик Фелиция, хватаясь за голову и отчаянно пытаясь вспомнить хоть что-то из своего прошлого, однако в памяти всплывали лишь какие-то неясные обрывки. — Отведи меня к Дани! — Но госпоже не пристало выходить к чаю в ночной сорочке, — совсем тихо пропищал эльф, втянув голову в плечи и зажмурившись. Фелиция зарычала и спрыгнула с кровати. — Тогда сделай с этим что-нибудь! — приказала она, подходя к зеркалу. Эльф вздохнул с явным облегчением и щелчком пальцев распахнул шкаф. — Какого цвета платье желает госпожа? — осторожно поинтересовался Викки. Фелиция снова зарычала. — Давай любое! Эльф хотел было ещё что-то сказать, но передумал, вместо этого подойдя к шкафу и выудив оттуда скромное чёрное платье в пол с белым воротником и манжетами. — Викки поможет госпоже одеться, — с поклоном произнёс он. Фелиция сделала несколько глубоких вдохов и позволила эльфу себя переодеть, после чего села на пуфик у туалетного столика и невидяще уставилась на своё отражение. Девочка была уверена, что вчера они с братом засыпали совершенно в другом месте, да и лет ей явно было больше, чем сейчас… А сколько ей сейчас, кстати? Фелиция сфокусировала зрение и осмотрела своё отражение. Лет десять, не больше. Как ни странно, её это не удивило, как будто бы она заранее была готова к чему-то подобному. — Все готово, госпожа, — пискнул Викки, выводя девочку из задумчивости. Фелиция кивнула и критически осмотрела широкую косу, перекинутую наперёд, которую соорудил на её голове эльф. — Теперь мы можем идти? — поинтересовалась она у Викки. — Прошу за мной, госпожа, — эльф поклонился и вышел из комнаты; девочка последовала за ним. Они шли по коридору, освещённому неровным светом факелов, и их шаги эхом отдавались от высоких сводов. Окон не было, зато на задрапированных тёмным бархатом стенах было множество картин. Их обитатели, к немалому удивлению Фелиции, провожали их взглядом, иногда улыбаясь или кивая. Шли они не так уж и долго и вскоре оказались в холле, стоящими на вершине парадной лестницы. Фелиция поражённо огляделась. Тёмные каменные ступени, укрытые ковром, каменные же ажурные перила, громадная люстра для нескольких сотен свечей, украшенная хрустальными подвесками, тяжёлые, из тёмного дерева, двери, явно парадные, ещё несколько не менее массивных дверей поменьше, ведущих в разные стороны, и непонятно зачем находившийся здесь огромный камин, который как бы сторожили два каменных грифона. На полу, в самом центре холла, можно было увидеть рисунок, созданный лучами разного цвета, полностью повторяющий круглое витражное окно над парадным входом. Фелиция испытала прилив какой-то непонятной решимости и жажды действия, когда изображенный там грифон отсалютовал ей мечом, на который после опёрся, расправил крылья и замер. — Это грандиозно, — восхищенно пробормотала девочка. — У меня просто нет слов… — Впечатляюще, да? — раздался сзади уверенный голос. Впрочем, Фелиция достаточно долго знала его обладателя, чтобы уловить нотки нервозности. — Дани! — воскликнула она и бросилась на шею брату. — Тише ты, — усмехнулся тот, но намертво вцепился в сестру, чем мгновенно себя выдал. — Вечно ты храбришься, — проворчала Фелиция ему в плечо. — Могу выпучить глаза и начать метаться от стенки к стенке, дико вопя. Начинать? Девочка шутливо ударила брата по плечу и отстранилась. Дани, он же Даниэль, был точной копией своей сестры. Те же густые белые волосы, собранные в аккуратный хвост, достающий едва ли не до талии, высокие скулы, тонкие черты лица и яркие зелёные глаза, удивительным образом подчёркнутые густыми белыми ресницами. — Чай уже подан, — осторожно напомнил о себе Викки. Брат с сестрой оторвались друг от друга и направились следом за эльфом. Викки, спустившись по лестнице, которая, кстати, находилась над ещё одной дверью, не заметной сверху, направился в один из боковых коридоров. В этом, в отличии от того, по которому ранее шла Фелиция, были высокие стрельчатые окна, даже без витражей исчертившие пол причудливыми светотенями. — Что ж, по крайней мере, мне всегда нравилась готика, — слегка улыбнулась девочка и взяла брата за руку. — Скажи, я одна чувствую себя так, словно с одной стороны прожила тут всю жизнь, а с другой — будто я старательно, но не до конца подогнанная заплатка? Дани усмехнулся, отметив метафору сестры, и ободряюще сжал её пальцы. — Не одна. Я тоже с трудом понимаю, где я и что происходит. — Прошу, — прервал их тихий разговор эльф, распахивая очередные двери. Брат с сестрой переглянулись и с некой опаской вошли в помещение. Это оказалась небольшая, но уютная столовая. Стены были обшиты панелями тёмного дерева, а одну из них полностью занимало так называемое «французское» окно, возле которого стоял небольшой прямоугольный стол, накрытый белой скатертью и сервированный на двух персон. Фелиция отпустила руку брата и направилась к окну. В коридоре она так и не выглянула наружу и сейчас собиралась наверстать упущенное. Однако, подойдя поближе, девочка едва не вскрикнула. Она ожидала увидеть что угодно, но никак не гигантский обрыв и вырывающийся едва ли не у неё из-под ног водопад. — А грохота совсем не слышно, — удивлённо и немного не к месту произнесла она и коснулась стекла кончиками пальцев. В тот же миг комнату наполнил грохот сотен тонн падающей воды, однако всё это мигом прекратилось, стоило девочке убрать руку. — Не знаю, что это было, — пробормотал Даниэль, осторожно потирая ухо, — но ты лучше так не делай. С этими словами он подошёл к сестре и отодвинул стул, приглашая её присесть. Возможно, там, в прошлой жизни, он бы так не поступил, но это монументальное, грозное и, что скрывать, немного пафосное место заставляло поневоле подчиняться его правилам и вести себя подобающе. Фелиция улыбнулась и села, впрочем, не отрывая взгляда от картины за окном. Усадив сестру, Дани оправил свой чёрный, явно стилизованный под готику фрак и занял место напротив Фелиции. В тот же миг чайник, до того мирно стоящий между блюдом с пирожными и вазой с фруктами, плавно поднялся в воздух и принялся разливать чай. — Хороший сервис, — оценил Дани, изогнув бровь. — Да уж, грех жаловаться, — фыркнула в ответ девочка, махнув рукой в сторону молочника, отгоняя его, словно муху, от своей чашки. Дальше завтракали молча, погрузившись каждый в свои мысли. Фелиция смотрела в окно и думала, что это место, несмотря на свою массивность и помпезность, невероятно уютное и гостеприимное. Ну, во всяком случае, она чувствовала себя здесь вполне уютно. А вот Даниэль пытался вспомнить, как тут оказался. Однако у него этого так и не получилось, и он постарался вспомнить хотя бы где был до этого, а потом просто хоть что-нибудь… Опустевшая чашка выпала из ослабевших пальцев и со звоном покатилась по столу, чудом не разбившись, а Дани с громким стоном схватился за голову. — Что с тобой? — обеспокоенно спросила Фелиция, вскакивая из-за стола и подбегая к брату. Даниэль покачал головой. — Голова разрывается, — простонал он. — Я уже не могу понять, кто я? У меня такое ощущение, что я это не я, и, тем не менее, это «я» — тоже я… Он снова застонал и сполз на пол. Фелиция прижала брата к себе. — Я даже не уверен, что Даниэль — моё имя, — признался он, — и что эта внешность — моя. — А от прошлого одни обрывки, — продолжила речь брата девочка. Даниэль замер. — Ты тоже… Испытываешь это? — с ноткой безумия в голосе спросил он. Фелиция кивнула. Дани прижал её к себе и постарался успокоиться. Пусть всё и очень странно, но он, по крайней мере, не сходит с ума, раз его сестра-близнец испытывает то же самое. — Если господин с госпожой закончили завтрак, Викки может начать рассказ, — послышался внезапно голос эльфа, после чего он сам материализовался возле детей. — Начинай, — разрешил Даниэль, вставая с пола и подавая руку сестре. — Только, чувствую, разговор предстоит долгий, так что нам стоит подыскать место поудобнее.