From darkness to victory

— Как тебе первая тренировка? — спросила Фелиция Гарри, когда все трое собрались в малой столовой для завтрака. — Выматывает, — вздохнул брюнет. — Но меч — это здорово. Прямо как в фильмах. Даниэль покачал головой. — Ты в курсе, что настоящая магическая Дуэль — это привилегия аристократов и в ней обязательно, помимо палочки или другого проводника, иметь холодное оружие? — сказал он. — Правда? — удивился Гарри. — А я и не знал. Постой, ты сказал, палочки или другого проводника?.. — Помимо палочек ещё используют жезлы, кольца и тому подобное, — кивнул Даниэль. — А беспалочковая магия? — заинтересовался брюнет. — Я читал, что она есть, но это очень сложно! Близнецы синхронно фыркнули. — Это лишь пыль в глаза, — покачала головой девочка. — Попытка, действуя на подсознание, поднять свою мощь в глазах других и одновременно пресечь их развитие, дескать, «сложно, почти невозможно, и даже не пытайтесь!». — То есть это не так уж и сложно? — уточнил Гарри. — М-м, как бы сказать, — Даниэль отложил вилку и постучал пальцами по столу. — Беспалочковой магии, как таковой, нет. То, что ты мог видеть, например, у Директора, когда он взмахом руки разливает чай, это не более, чем фокус. Без применения проводника можно применить лишь те заклинания, которые в виде заготовок подвязаны на ауру, что делается все равно с помощью инструмента. Сила и количество, тип и сила таких заготовок зависит от личной Силы каждого мага, так что сказать, сложно ли это, уверенно нельзя, это субъективно. — А как же история о маге, который несколько часов непрерывно колдовал без помощи палочки? — спросил брюнет. — Без помощи палочки, а не проводника вообще, — заметила Фелиция. — Просто английские маги слишком закостенели, и им даже в голову не может прийти, что, помимо палочек, есть перстни или даже татуаж. Правда, его делают в кланах Вуду в глухих дебрях, но не суть. Поттер задумался. — Выходит, Дамблдор специально выставляет это на показ, дескать, смотрите, какой я могущественный? Девочка кивнула. — Да, скорее всего, так и есть. А теперь давайте завтракать, нас ждёт урок экономики, — она кивнула на вилку Гарри. — Это едят другой. Мальчик вздохнул, понимая, что конкретно так попал. Но, хочешь — не хочешь, а надо, это он тоже прекрасно понимал.

***

Трое детей сидели над свитками пергамента и усиленно рассчитывали бюджет теоретического предприятия в заданных условиях. — Это какой-то ужас, — пожаловался Гарри. — Вот чего магам стоило использовать нормальную, десятичную систему счисления денег? Где бы в одном галеоне было сто сиклей, а в одном сикле — сто кнатов? Даниэль задумчиво скосил на него взгляд. — Боюсь, это за гранью нашего понимания, — произнес он. — В одной из рукописей Амбарта Железного я читала, что такую систему в мир магов принесли гоблины, когда начали заведовать финансами, — Фелиция добавила к своей схеме ещё один пункт и продолжила. — Это как-то связано с их верованиями. — Они что, кому-то поклоняются? — ошарашенно спросил Поттер, который и предположить не мог в этих коротышках что-либо, кроме расчетливости. — Угу, — хмыкнул Даниэль. — Золоту. Не знал? — А если серьезно? — брюнет поправил очки. — А это серьезно, — подтвердила Фелиция. — Гоблины и правда очень привязаны к золоту, причем как к металлу, а не эквиваленту ценности. — Это очень интересный экскурс в историю, — перебил их сэр Френсис, — но вам нужно успеть рассчитать план до того, как мы перейдем к истории! Девочка тут же углубилась в свою схему, Даниэль тоже продолжил работу, и брюнету ничего не оставалось, кроме как тоже обмакнуть перо в чернильницу. — Даниэль, — позвал он, когда работа у всех троих подходила к концу. — Что? — рассеяно отозвался тот, пытаясь понять, почему у него не сходятся числа. — Если будешь организовывать поселение, пообещай, что введешь нормальную платежную систему, — попросил он, и тут же спохватился. — Ты же это можешь? — С точки зрения практики, это плохая идея, поскольку курс внешнего мира будет отличаться, что может принести проблемы, — Найтмар отложил испещренный заметками пергамент. — А вот с точки зрения теории, я тут, как говорится, царь и бог. — Письмо для Рейстлина Маджере*, — хмыкнула Фелиция, кивая на Хельгу, которая в очередной раз за последние два дня принесла письмо. — И что на этот раз? — В этот раз сова всё-таки принесла на себе следящие чары, — Ветрокрылая подошла ближе и положила на стол письмо, подписанное изумрудными чернилами. — Не волнуйтесь, они слетели при переходе через портал, но сову мы все равно дальше не пустили, завернув обратно. — Хельга, — Даниэль чуть прищурился. — Ты говорила, что вам не подвластна магия. Как вы тогда определили чары? Женщина чуть усмехнулась. Служить умному господину намного легче, чем недалекому валенку. — Мы не владеем магией на уровне заклинаний, как обычные волшебники, — поправила она мальчика. — А для проверки на чары у нас есть несколько артефактов. — Хорошо, — Даниэль кивнул. — Можешь идти. — Постой, — окликнула уже отвернувшуюся Ветрокрылую Фелиция. — Вы узнали насчёт Грейнджер? — Да, — Хельга кивнула. — Кукла всё-таки у нее. Мы продолжим наблюдение и вмешаемся по необходимости. — У меня вопрос, — поднял два пальца, словно был на уроке, Гарри, когда женщина ушла. — Почему вы просто не приказали изъять куклу? Близнецы переглянулись и смущённо пожали плечами. — Это ее собственность?.. — предположил Даниэль. — Что за письмо-то? — перевела тему девочка. — Напоминает Хогвартское. Но ведь для списков учебников ещё явно рано, а результаты экзаменов так высылают только после СОВ и ТРИТОН. — Да нет, герба школы нет, — Найтмар потянулся к конверту и перевернул его, чтобы посмотреть имя отправителя. — Надо же, это от Дамблдора. Причем на имя Гарри. Мальчик протянул письмо гостю. Тот осторожно взял его в руки, приготовился надломить печать… И замер, бросив взгляд на близнецов. — А письма проверяют как-нибудь на вредоносные чары, зелья там? — осторожно спросил брюнет. Фелиция хмыкнула. Кажется, его чувство самосохранения весьма поддается дрессировке. — Обычно первыми на подобное реагируют кольца Глав и Наследников, — сказала девочка вслух. — Но на всякий случай, особенно если подозреваешь отправителя, стоит применить определенные чары. — Покажешь? — заинтересовался Поттер. Фелиция кивнула и взмахнула палочкой, громко, чтобы Гарри точно услышал, произнося заклинание. Тут же над письмом появилось лёгкое лиловое марево. — Сам конверт чист, — расшифровала девочка, — только след от следилки, которая слетела, а вот письмо внутри пропитано зельем доверия и подавления воли. Поттер отбросил конверт на стол и отдернул руки от греха подальше. — Ты можешь использовать чары левитации, — подсказал Даниэль. — Не очень удобно с непривычки, но зато надёжно. Гарри кивнул и вытащил палочку. Письмо дрогнуло, но на этом и застряло. Впрочем, спустя пару попыток брюнет сообразил мысленно фиксировать магию не на всем конверте сразу, а на отдельных точках. Вскоре перед ним в воздухе уже висел лист бумаги, исписанный изукрашенным завитушками почерком. — Что пишет? — заинтригованно спросила Фелиция; предки, тоже отвлекшиеся от урока, с интересом подались вперёд. — Директор пишет, что я поступил очень плохо, сбежав из дому, да ещё и так сильно подставив родственников, — произнес Поттер, быстро пробежав глазами текст. — А ещё что мне не стоит находится с теми, кто так жестоко поступил с моими дядей и тетей, но при этом ни в коем случае не говорить вам об этой его характеристике, дабы вы, цитирую: «не обернули свою неуёмную жестокость» на меня. — А кроме нотации там что-нибудь есть? — поинтересовался Даниэль. — Интересно только, откуда он «неуемную жестокость» взял? — Кроме нотации там есть требование обозначить свое местоположение, а ещё лучше прислать координаты для аппарации или адрес камина, чтобы он мог меня забрать, — послушно пересказал Гарри. — И ещё передать вам, что вы поступили недостойно. — С каких пор забрать одноклассника в гости является недостойным? — прижала палец к губам Фелиция. — Мы же даже не угрожали им. Ну почти. — Тут ещё есть приписка, — заметил брюнет. — О том, что Дамблдор изменил им память, но до конца излечить раны не смог. И очень интересуется, как это вы их нанесли. — Попытка очернить нас в твоих глазах? — предположил Даниэль. — Вряд ли, — подал голос сэр Фрэнсис, чем заставил забывших о его присутствии детей вздрогнуть. — Тогда бы он не интересовался источником ран, какими бы они ни были. — Ну и что вы сделали с моими дядей и тетей? — полушутливо нахмурился Поттер. — Признавайтесь, а не то ждёт вас безжалостное аутодафе! — Разве смысл аутодафе был не в искуплении грехов в огне? — удивилась девочка. — Понятия не имею, — отмахнулся брюнет. — Так что там с моими родственниками? — Понятия не имею, — эхом отозвался Даниэль. — Мы не делали ничего, кроме того, что происходило в твоём присутствии, и не отдавали никаких приказов Ветрокрылым. — Ветрокрылые! — осенило Фелицию. — А не могло это быть самоуправством некоторых? — Ты этого белобрысого садиста имеешь ввиду? — уточнил Гарри. — Ну, этого, с непроизносимым именем на «Зэ». Который ещё с двумя мечами. — Скимитарами, — автоматически поправила девочка, вставая. — Где Хельга? Пусть берет Зигрида, а ещё лучше вместе с той, что была с ним в паре вчера, и идет в тронный зал. Будем выяснять, какого Мордреда тут происходит! Даниэль кивнул, соглашаясь с сестрой. Нужно было дать понять сразу, что манипуляции за своей спиной он не потерпит. — Эй, — Гарри тоже встал, но перед этим кивнул на письмо. — Что с ним делать? — Брать с собой, — отозвался Найтмар. — Пригодится. — Нет, ты не понял, — брюнет покачал головой. — Ответ как писать? Близнецы переглянулись. — Напиши, что тебя в твоём текущем положении все устраивает и директор в нешкольное время не в праве что-либо указывать, — посоветовала Фелиция. — А если начнет давить тем, что твой опекун, можешь смело пенять на невыполнение обязательств и неправомочное присвоение прав, ссылаясь на то, что успел увидеть в нашей библиотеке. Так и поступили.