Kisses and such

✟✟✟

Всю ночь Руслан бродил по Питеру, кутаясь в свою тонкую ветровку и накачивая легкие никотином. Такси до дома он вызвал только под утро, где-то через час после рассвета. Это было ужасно глупо и по-детски, но он твердо решил дать Юлику возможность забрать вещи и уйти, с Русланом не встречаясь. Он даже не знал, кому от этой встречи будет тяжелее, ему или Юлику. Неловко, наверное, будет обоим. Так что он упрямо шел вперед, через бульвары, парки и площади, по узким улочкам и широким проспектам; шел, опустив голову и смотря угрюмо себе под ноги. Своим поступком он, вероятнее всего, если и не разрушил, то сильно пошатнул отношения с человеком, потерять которого был совершенно не готов. И как объяснить ему, почему он сделал то, что сделал, не усугубив при этом ситуации, Руслан не представлял. Для начала он решил просто не лезть и дать Юлику остыть. Отойти от случившегося. Подвозивший Руслана таксист оказался излишне разговорчивым, так что за двадцатиминутную поездку успел выложить ему тонну информации о своих многочисленных отпрысках и с умным видом пересказать историю гигантского шара, плававшего прошлой осенью в Обводном канале. Зачем вся эта информация понадобилась ему, Руслан не знал, но болтливому таксисту был благодарен. Мысли о ценах на бензин и подгузники, конечно, не способны были вытравить из головы весь тот сумбур, что там поселился, но хотя бы помогли отвлечься, задвинуть его подальше. Когда таксист уехал, еще минут пятнадцать Руслан проторчал снаружи, прячась под козырьком от заморосившего с утра пораньше дождя и втаптывая в асфальт чужие окурки. Домой идти не хотелось. Было очевидно, что Юлика там уже нет, но получить этому визуальное подтверждение было почему-то страшно. Руслан уже начал раздумывать, а нужно ли ему вообще домой, когда из парадной вышел какой-то мужик с тремя пуделями, приняв тем самым решение за него. Придержав закрывающуюся дверь, он скользнул нехотя внутрь. Лифт наконец починили, и Руслан тыкнул не глядя в кнопку своего этажа, устало разглядывая выцарапанные на стенке надписи нацистского содержания. Узнал бы, кто тут развлекается… Мысль осталась незаконченной. Секунд за пять до остановки лифт как обычно дернулся и затих, плавно подъезжая к этажу. Двери раздвинулись со скрипом, Руслан шагнул наружу и замер, неверяще щурясь в полутьму парадной. У него под дверью кто-то сидел. Кто-то в мешковатой черной куртке — в капюшоне, из-под которого выбивались выбеленные прядки — кто-то замерзший и сгорбленный сидел, прислонившись к его двери, обхватив себя руками и свесив голову на голые коленки в дырявых джинсах. Юлик. У него под дверью сидел Юлик. Сидел и, по всей видимости, спал. Несмотря на всю абсурдность и тревожность ситуации, выглядело это как-то по-особенному трогательно. До Руслана даже не сразу дошло, что под дверью никому спать не полагается, тем более под его дверью. Тем более Юлику. Он подошел к нему, присел рядом на корточки, погладил осторожно по плечу. — Юлик, ты чего? Тот проснулся сразу же, встрепенулся и уставился на Руслана испуганно, в первые несколько секунд сонно моргая и не понимая, кто перед ним. Последовавший за этим процесс узнавания можно было легко проследить у него на лице, и Руслан безошибочно уловил тот момент, когда недавние события всплыли на поверхность. Он сам в это мгновение совершил глупую ошибку, посмотрев Юлику в глаза. В парадной вдруг стало как-то душно, а пальцы потянулись неосознанно в карман за сигаретами, но замерли на полпути. Сигарет в кармане не было. Потому что он их туда не положил. Руслан шмыгнул носом и зацепился взглядом за рваные разрезы у Юлика на джинсах. Вдруг подумалось, что коленки у него, наверное, ледяные на ощупь. — Набегался? — спросил наконец Юлик каким-то слишком ровным голосом. Руслан ничего не ответил. Взгляд хватался лихорадочно за мелкие детали вокруг, старательно избегая лица, на котором с большой вероятностью уже проступало осуждение. Рваные джинсы, белые кроссы с налипшей на подошве грязью, бетонный пол весь в пыли и разбросанных кем-то листовках. В темном углу у мусоропровода валялись два шприца. — Чего убежал-то? Руслан поднял все-таки глаза. Злым или обиженным Юлик не выглядел, только каким-то маленьким и несчастным. Мерзкое, липкое чувство вины зашевелилось у Руслана внутри, подступило к горлу. Все ведь было так хорошо. Им было так весело. Зачем, Руслан? Чего ты добился? Этими идиотскими чувствами — чего ты добился? Юлик завозился, пытаясь подняться. Руслан вскочил, подал ему руку, утянул наверх. — Ты всю ночь тут просидел? — выдавил он, чувствуя себя все паршивее с каждой секундой. — Я ключи твои не взял. Зашел в парадную с мужиком каким-то, — начал объяснять Юлик, — Думал тебе позвонить, но… — Ебааать, я гондон… Руслан закрыл глаза, ощущая себя теперь не просто виноватым, а самой последней мразью на планете. Телефон у Юлика сдох еще вечером, когда они доедали шаверму. Естественно, он не мог позвонить, даже если бы захотел. Почему тогда просто не ушел? Почему остался под дверью? Спрашивать его Руслан не стал. — Юлик, прости, я не думал, что… Прости. Я вообще, блять, вчера не думал. Юлик только покачал головой. — Пойдем внутрь зайдем?

✟✟✟

Спустя пять минут и десяток извинений, на каждое из которых Юлик только отмахнулся, они стояли друг напротив друга в гостиной. Чужого взгляда Руслан снова избегал, а смотрел ли на него Юлик, возможности проверить не было. Часы показывали семь двадцать пять. — Русь? — М? — отозвался Руслан, но глаз так и не поднял. Юлик позвал снова. — Руслан, посмотри на меня? Тон был совсем не требовательный, напротив, мягкий и просящий, но резал почему-то гораздо больнее — Руслан против такого устоять не смог. Вообще против Юлика сложно было устоять, а может, и вовсе нереально. Руслан, по крайней мере, с этой задачей совершенно не справлялся. Он подобрался, встретился с Юликом взглядом. Тут же пожалел об этом. Юлик стоял у окна, усталый и растрепанный, и утренние лучики света играли у него в волосах. Он скрестил руки на груди, закусив неуверенно губу. — Так ты…? Этот его нерешительный вид, короткая заминка, словно он сам не до конца понимал, как хотел закончить свой вопрос — Руслану все это почему-то, наоборот, придало решимости. В одно мгновение они как будто поменялись местами. — Да, — отрезал он, не дав Юлику договорить и глядя теперь уже с вызовом прямо в глаза. Хотел он этого или нет, но «разговор начистоту» должен был рано или поздно случиться и, судя по всему, случиться он решил прямо сейчас. Юлик моргнул и попробовал снова. — Я тебе…? — Да. — Ты мне дашь договорить? — выпалил Юлик комично быстро, опасаясь, видимо, что Руслан опять его перебьет. — Нечего тут говорить, — от собственного мрачного тона стало немного не по себе, — Все именно так, как кажется. — Это как? Руслан поморщился раздраженно. Неуверенность у Юлика на лице сменило какое-то странное, нечитаемое выражение, и о чем он в этот момент думал, было совершенно непонятно. Может, ему нравилось Руслана мучить? Он так сильно злился на себя, что злость уже переливалась через край и вот-вот должна была выплеснуться на кого-то другого. Юлик был пока единственным кандидатом. Он по какой-то неясной причине все еще не сбежал, послав его в известном направлении, и Руслан понятия не имел, почему. Совершенно иррациональное желание обидеть, оттолкнуть, до этого старательно им игнорируемое, взяло, наконец, верх над здравым смыслом. В этот раз ему точно в челюсть прилетит. — А с первого раза до тебя, блять, не дошло? Может, надо повторить? Он сжал зубы, шагнул угрожающе вперед. Юлик назад не отступил и остался стоять на месте. — Ты чего такой агрессивный? — спросил он осторожно, — Я еще даже сказать ничего не успел. — А что ты собирался мне сказать? Что я пидорас конченый? Что если я еще раз подойду к тебе, разобьешь мне ебальник? Ч-что мы больше не друзья? На последнем вопросе голос немного дрогнул, но Руслан не подал виду. С каждым вопросом он упрямо делал шаг вперед, стараясь Юлика запугать, но Юлик не хотел пугаться. Он так же упрямо не двигался с места, и, в конце концов, они оказались совсем близко, стоя нос к носу посреди пустой комнаты. — Что мне понравилось, — прошептал вдруг Юлик еле слышно, — Я хотел сказать, что мне понравилось. Руслан застыл. — Издеваешься? — хрипло выдавил он, пытаясь запихнуть подальше моментально вылезшую не пойми откуда надежду. Вместо ответа Юлик сам сделал шаг вперед, последний шаг, отделявший их друг от друга, и, не отводя взгляда, приблизился к его лицу. Руслан ощутил его неровное дыхание на своей щеке, горячее и обрывистое. Сам он, кажется, был не в состоянии вспомнить, как дышать. — Можно я…? — выдохнул Юлик ему в губы и, не дожидаясь ответа, прижался к Руслану вплотную. Первое прикосновение губ пробило его разрядом, в мыслях воцарился хаос, и Руслан никак не мог сообразить, что делать дальше. Он совершенно выпал из реальности, потому что Юлик целовал его, целовал прямо сейчас, абсолютно трезвый, по своей собственной воле, и он сказал, что ему понравилось. Ему понравилось. Справившись все же с шоком, Руслан ринулся действовать. Перехватил на себя инициативу, буквально набросился на него, отчаянно и жадно, опасаясь, что все это может закончиться в любую секунду, и Юлик ему позволил. Сбитое дыхание, неловкие, нетерпеливые движения, руки под футболкой, и они уже на диване. Боком целоваться было неудобно, так что Руслан уселся Юлику на коленки, навалился на него сверху, вжал в кожаную спинку, и Юлик ему позволил. Его запах, густой, опьяняющий, заполнил сознание. Тот самый запах, который Руслан непозволительно часто пытался уловить, втягивая незаметно воздух, придвигаясь непроизвольно ближе. Теперь же Юлик сидел невероятно близко, ближе некуда, и сдерживаться было необязательно, потому что он был не против. Он был настолько не против, что сам подавался навстречу. Руслану было категорически мало — чего, он и сам не знал. Он уткнулся носом в бледную шею, вдохнул полной грудью, а потом, поддавшись внезапному порыву, вонзил со всей силы зубы в кожу прямо над ключицей, и Юлик вскрикнул удивленно, но позволил ему даже это. Руслану окончательно снесло крышу. Футболка Юлика полетела на пол, за ней его собственная, ширинка от излишне агрессивных рывков разошлась только с третьего раза, но джинсы стаскиваться никак не хотели. Подумалось вдруг, что для этого надо с Юлика слезть, но Руслан эту идею проигнорировал, толкнувшись пару раз вперед и тут же запуская руку Юлику между ног. После пары грубых движений, тот простонал и, вывернувшись из поцелуя, вцепился Руслану в плечи. — Ммм, Русь… Его голос, низкий и хриплый, пробился сквозь пелену возбуждения, и Руслан сам застонал еле слышно, пытаясь судорожно поймать его губы своими. В распаленном мозгу вспыхнула мысль, что сексом в одежде не занимаются, так что он ухватился свободной рукой за край белья и попытался его стянуть. Только вот этого Юлик ему почему-то не позволил. Руслан рыкнул нетерпеливо, продолжая упрямо дергать рукой вниз, и подключил попутно вторую руку, но Юлик его остановил, встряхнув легонько за плечи. — Руся, погоди, — выдавил он, осторожно, но твердо убирая его ладони со своих бедер, — Ты… спешишь немного. Пелена постепенно развеялась, сознание вернулось в рабочее состояние, и только теперь Руслан смог сконцентрироваться достаточно, чтобы рассмотреть повнимательнее его лицо. Юлик был весь красный и взъерошенный, и выражение у него было какое-то ошеломленное и немного извиняющееся. — Я… Я не против, но… — Слишком быстро, — прошептал Руслан, внезапно смутившись и не зная, как посмотреть Юлику в глаза. Он слез с него неуклюже, приземлился на затекших ногах на диван. Как вообще смотреть в глаза другу, которого пару секунд назад был готов разложить на собственном диване? Он принялся лихорадочно придумывать, что бы такое сказать, но Юлик спас положение, прочистив горло и похлопав его неловко по плечу. — Может, кофе выпьем? — предложил он, и Руслан согласился. Кофе пили в тишине.

✟✟✟

Спать в тот день они легли в одной кровати. Руслану с трудом верилось в реальность происходящего. И хотя Юлик никуда не убегал, очень хотелось замотать его в одеяло с головой и лечь сверху для большей надежности, чтобы тому даже в голову не пришло свалить куда-нибудь и оставить его одного. В жизнь свой план он воплощать не стал, но когда Юлик выключил свет и улегся рядом с ним на бок, Руслан протянул осторожно руку, пытаясь нашарить под одеялом чужую ладонь. Получилось не сразу, но затем пальцы коснулись холодного запястья и тут же сжались непроизвольно вокруг. Жертва была захвачена, и отпускать ее Руслан не собирался. Юлик на этот маневр никак не отреагировал, только усмехнулся тихонько и прикрыл глаза. Лица его в темной спальне было практически не разглядеть, только полоски бровей и пушистые ресницы чернели на светлой коже. Он дышал спокойно и размеренно и, кажется, всерьез собрался спать. Руслан со стыдом осознал, что, кажется, всерьез собрался пялиться. Обстоятельства для этого складывались идеально. Никаких друзей вокруг, никаких подписчиков и прочих уебанов с камерами, никаких прохожих — никого. Никого, кто мог бы ему помешать. И даже Юлик, если спалит его, скорее всего, не станет возмущаться. Потому что и сам оказался не таким уж стопроцентным натуралом. Мысль резанула неприятно по нервам, но Руслан отложил ее подальше, стиснув только чуть крепче пальцы у Юлика на запястье. Об этом он подумает завтра. Спустя еще пару минут стало понятно, что просто пялиться Руслан категорически не способен. Раньше он прекрасно с этим справлялся, но теперь, когда разрешение на нечто большее было каким-то загадочным образом получено, удержаться было невозможно. Юлика до жути хотелось потрогать. Даже не в пошлом смысле, а просто прикоснуться: погладить по щеке, провести ладонью вдоль скулы к подбородку, зарыться рукой в волосы. Приласкать. Почувствовав на своей коже чужие пальцы, Юлик приоткрыл один глаз, забавно щурясь, но останавливать его не стал. — Я такой красивый? — прошептал он, улыбаясь игриво, но немного сонно, и потер свободной рукой глаза. — Угу, — промычал Руслан, сосредоточенно обводя большим пальцем нижнюю губу, а потом неожиданно для себя заявил, — Юлик, давай целоваться? — Можем, конечно, и поцеловаться, но я, скорее всего, засну в процессе, — усмехнулся Юлик, — Не то чтобы ты хуево целуешься, просто мы же не спали всю… Чем закончилась фраза, Руслан не узнал, потому что в самый последний момент потянулся вперед и заткнул Юлику рот. Тот не сопротивлялся, даже поотвечал лениво пару секунд, а потом растекся по подушке и совсем перестал двигаться. Руслан оторвался нехотя от его губ и уставился на Юлика с укором. — Ну братан, ну живи. — Ммм, — ответил Юлик многозначительно. Руслан откинулся со вздохом на подушку, признавая поражение. У него у самого уже давно слипались глаза, но признаваться в этом не хотелось. И засыпать не хотелось, потому что в голове плотно засел непонятный страх проснуться наутро в одиночестве. — Только попробуй сбежать, Юлик, я тебя, сука, найду и изнасилую, — пригрозил в шутку Руслан, поглаживая нежную кожу на чужом запястье. — Ммм, — согласился Юлик и затих. Несмотря на усталость, еще минут десять Руслан пролежал просто так, разглядывая бегающий по стене свет от фар и вслушиваясь в звуки ночного города. Из окна неслабо поддувало, так что, поднявшись с кровати, чтобы его закрыть, он раздвинул тихонько шторы и завис ненадолго, переминаясь с ноги на ногу на холодном полу. Здания снаружи окутывала густая дымка. Два голых тополя под окном гнулись на ветру, в розоватом свете фонаря кружилась белая пыль, и улица казалась какой-то сказочной, нереальной. Такой же нереальной и такой же волшебной, как лицо человека, мирно спящего в его кровати. Прежде чем улечься обратно, Руслан раздвинул шторы пошире и потом еще долго смотрел на танцующие за окном снежинки, медленно проваливаясь в сон. В Питере выпал снег.

✟✟✟