вторая жизнь для нас двоих

Месяц спустя — Ты точно уверен, что нас не заметят? — Дэйв нервно оглядывался вокруг, стараясь убедить себя, что проходящие мимо люди не являлись ни Кирком и, что хуже, ни Ларсом. — Точно, — заверил его Хэтфилд, — сейчас одиннадцать ночи, никого в это время в студии не будет. — Хорошо, — голос Мастейна звучал спокойно, несмотря на то, что парень ужасно переживал, — а зачем мы идём к военной базе? Ты же сам вроде просил меня здесь не появляться. — К какой базе? — Удивился Джеймс. — А, так ты про это здание? Это — и есть студия, она просто так замаскирована. Не бойся, ничего плохого не произойдёт. Хочешь, выпьем немного для смелости? Блондин достал из рюкзака бутылку и заманчиво потряс ей перед Дэйвом. — Потом. Мы же договорились, что записывать будем в трезвом виде. — Ну, как знаешь, — Хэтфилд убрал пиво обратно. Несмотря на своё волнение, рыжий ничуть не сожалел об этой вылазке. Когда Джеймс предложил записать всё, что они успели сочинить — репетиции проходили часто и весьма эффективно, так что даже за такой короткий срок набралось достаточно материала для пары песен — в той же студии, где писались и альбомы Металлики, Мастейн несказанно обрадовался. Причиной было, конечно же, не соседство с этой самой Металликой, а то, что звучание обещало быть очень и очень качественным — не станет же самая известная в мире метал-группа использовать дерьмовое оборудование. Поэтому Дэйв и ждал с воодушевлением того дня, когда можно будет, как выразился блондин, позаимствовать это самое оборудование. И вот, этот день настал. Хэтфилд оказался прав — студия пустовала. Кругом виднелись следы жизнедеятельности её хозяев — окурки и забычкованные тонкие сигареты, пустые банки от энергетиков и бумажки с какими-то записями. Даже компьютер был включён. А вот это уже немного напрягало. Может, Ларс специально его так оставил, чтобы вернуться? — Расслабься, — Джеймс увидел, как Дэйв не сводил глаз с горящего монитора, в нервном напряжении подёргивая пальцами, и обнял его за плечи, — не смотри на это всё. Давай просто сделаем то, ради чего пришли, и уйдём отсюда. Рыжий улыбнулся и поцеловал Хэтфилда в губы. Это длилось чуть больше секунды, но зато помогло успокоиться и приподнять настроение. — Ты прав, — Мастейн взял в руки небрежно брошенный на стул чёрный «Гибсон» Хэтфилда и указал на барабанную установку, — давай же начнём. Это был далеко не первый раз, когда они репетировали, используя ударные — пару недель назад Джеймс, несмотря на слова парня, что можно обойтись и без этого, снял ему квартиру побольше и даже купил небольшую установку, чтобы показывать на ней придуманные в студии партии. Поэтому сейчас Дэйв ждал, когда Хэтфилд начнёт играть и задаст ритм, чтобы присоединиться к нему. — Подожди-ка, — прервал его рыжий, услышав первую партию, — это что за хрень? Звучит так, словно ты пришёл на помойку и по бакам стучишь. Говоришь, Ульрих на этом играет? — Да все сейчас так играют. Это — и есть модное звучание, что поделать, — Джеймс развёл руками, — но можем барабаны дома записать. Дэйв думал где-то минуту, а затем ответил: — Нет, давай так оставим. Нас же будут всякие малолетки слушать, а они тащатся от всего модного, — он взял в руки медиатор и сыграл короткий рифф, — так, а вот строй поднять надо. Мода модой, но я не хочу, чтобы меня стошнило на сцене от моей же игры. Хэтфилд усмехнулся и махнул рукой, разрешая парню настроить гитару заново. — Да, так лучше, — произнёс блондин, когда Дэйв исполнил вступление к одной из сочинённых им песен. Он снова взял палочки и начал играть свою партию. В целом репетиция проходила гладко. Записывать оказалось не так-то просто, но тоже весьма увлекательно. Мастейн долго морщился, переслушивая ударные, но всё-таки согласился оставить всё как есть. Он достаточно быстро понял, как это делать с помощью компьютера и даже поменял в лучшую сторону мнение об этом устройстве. Ничто больше не беспокоило Дэйва, он чувствовал себя так уверенно, как никогда раньше — или нет, как в восьмидесятых, во время создания Peace Sells, но ведь это было так давно, в первой жизни, так что не совсем считалось. Рыжий посмотрел на нижний угол экрана, чтобы узнать, сколько времени. Ничего себе — прошло лишь два часа, а они успели даже записать одно соло! — Готов поспорить, — самодовольно сказал Мастейн, допивая третью кружку кофе, — твоя Металлика так быстро не может. — Есть такое, — согласился Джеймс, — мы одну песню уже вторую неделю не можем закончить. И при этом у нас даже нет соло-партий… — Как это? — Дэйв от удивления чуть не облился горячим напитком. — Вообще никаких соляков? Что за говно вы записываете? Ты ещё скажи, что в куплетах рэп читаешь. Блондин хотел что-то ответить, но ему помешали — внезапно кто-то повернул ключом в замке и открыл дверь. В студию зашёл Ларс Ульрих. На нём из одежды был только домашний халат и тапочки; Мастейн представил, как тот заказал от дома такси и доехал на нём в этих шмотках, и ему отчего-то стало противно. Позади барабанщика стоял Кирк, хоть он был одет нормально. — Так, — начал Ларс, — и что это ты тут забыл, Джеймс? Дэйва он, похоже, нарочно не замечал в упор. Наверное, чтобы выбесить, и у него, сволочи такой, это, к сожалению, получалось.  — Неважно, — резко ответил Хэтфилд, — ты что тут делаешь? Опять пришёл втихаря редактировать наши записи? — Вовсе нет, мы же договорились, — голос Ульриха звучал удивлённо и растерянно, а весь его вид выражалась самую настоящую невинность. Чёртов притворщик. Может, Джеймс и поверил, но вот Мастейна провести было не так-то просто, — а всё же, зачем сюда пришёл? — По делам, — Хэтфилд явно не хотел вдаваться в подробности. — А какие у тебя могут быть дела в час ночи? Мне кажется, или ты сейчас должен, как ты сам говорил, проводить время со своей семьёй, а ты, — Ларс, наконец, посмотрел на Дэйва, — ты же вроде давно уже мёртв, разве нет? — Как видишь, нет, — Мастейна сильно задело это напоминание о собственной смерти. — Ты тоже его видишь, Кирк? А ты, Джеймс? Хэмметт вынужденно кивнул, а блондин выдохнул и ответил: — Он возродился. Прикинь, такое бывает. — Ах, так вот почему он выглядит как малолетка, — Ульрих скептически осмотрел рыжего и рассмеялся, — чувак, мы теперь с тобой одного роста, заметил? Дэйв стиснул зубы. Он, может, и свыкся со своей жизнью в теле шестнадцатилетнего подростка, но никак не мог принять тот факт, что теперь его рост действительно был едва ли не меньше, чем у Ларса, этого чёртова недомерка — сильно вытянувшись и перегнав своих сверстников лет так в тринадцать, Мастейн вдруг перестал расти, и лишь годам к восемнадцати этот процесс вдруг решил возобновиться. Он это заметил ещё давно — находясь рядом с Джеймсом, рыжий вдруг начал чувствовать себя каким-то слишком маленьким, а встав с ним рядом, осознал эту страшную вещь. Хэтфилд, по-видимому, испугавшись угрозы Дэйва врезать ему при малейшем упоминании об этом, ни разу не шутил про рост парня и, тем более, не сравнивал его с Ларсом. А вот у последнего не нашлось достаточно тактичности, чтобы промолчать. — Заметил, и что с того? — Дэйв старался говорить спокойно. — Зато я ещё вырасту, а тебе до конца жизни придётся просить свою тёлку дотянуться до верхней полки холодильника. Теперь была очередь Ульриха злиться. — Тебе-то какое дело? Кстати, время позднее, не находишь? Вали-ка ты спать в свой гробик, взрослым нужно кое-что обсудить. — Если ты хочешь о чём-то поговорить, — сказал Джеймс раньше, чем Мастейн успел нагрубить в ответ, — делай это при Дэйве. Он посмотрел на Кирка, стоящего в дверях с потерянным видом и явно мечтающего оказаться сейчас в другом месте. «Жалко чувака, — подумал рыжий, тоже посмотрев на Хэмметта, — каждый день это терпит.» Ларс замолчал. Точно хотел поговорить наедине, но Хэтфилд ему не дал это сделать. Дэйв ожидал, что тот просто уйдёт, хлопнув дверью, однако всё-таки у Ульриха нашлись слова для ответа: — Ну ладно, раз ты этого так хочешь. Вот что это за херня? — Ларс указал на включённый компьютер и новую папку на флешке. Он щёлкнул по ней мышкой, и на экране высветилось её содержимое — несколько аудиофайлов, обозначенных лишь цифрами. — Музыка, — ответил Хэтфилд, долго не думая, — нарисована нота, значит, музыка. Барабанщик закатил глаза. — А конкретнее? Чья это музыка? — Моя и Дэйва. Мастейн хотел, что-то ответить, но не успел — Ульрих успел выделить файлы и дотронулся пальцем до кнопки «Delete». Нажимать на неё он не стал — наверное, решил что-то сказать перед этим. — Понятно. А ты знаешь, кому принадлежит эта студия и, соответственно, компьютер? — Нам, — бросил Джеймс, смотря вниз. «Выдерни флешку, — мысленно попросил его рыжий, — ну же, это же так просто. Можешь даже без «безопасного извлечения». Давай, он же сейчас всё сотрёт к чертям.» Однако Хэтфилд его не слышал и не понимал, что нужно сделать. Наверное, он даже и не осознавал, какую важность имели эти три файла. — Нам? — Переспросил Ларс. — Кому это — нам? — Тебе, Кирку, мне… — Металлике, — перебил его барабанщик, обобщая, — твой с Мастейном коллектив к ней не относится, так же как и этот мусор. Щелчок по клавиатуре. Компьютер учтиво переспросил Ларса, мол действительно ли хочет он отправить файлы в корзину, и тот уверенно нажал «Да». Вот и всё. Он резко выдернул пустую флешку и швырнул её в руки Дэйву. Парень схватил её дрожащими руками и сунул в карман. — Хотите что-то записывать, — продолжил Ульрих, — пожалуйста. Вот только не здесь, понятно? — Тебе жалко? Зачем ты всё удалил? — Джеймс, похоже, только сейчас осознал всю серьёзность потери. — Да, жалко. Спрашиваешь, зачем? Так я только что объяснил. Остались вопросы? — Пойдём отсюда, — блондин подтолкнул Мастейна к выходу. Тот, казалось, застыл на месте и продолжал смотреть на заставку на экране. Дэйв не сводил глаз с папки, расположенной в центре рабочего стола. Название «Metallica stuff» явно давало понять, что находилось внутри. Парень бросился к компьютеру, собираясь отомстить Ульриху. Он схватил мышку, подвёл к папке и щёлкнул по ней правой кнопкой. Так, «Вырезать», «Копировать»… Где же «Удалить»?.. Внезапно экран погас. Ларс убрал руку от кнопки выключения питания и поднялся на ноги. — Слышал, что тебе сказали? Проваливай. — Замолчи, — приказал Хэтфилд, — не смей с ним так разговаривать. — Как хочу, так и буду разговаривать. Не твоё дело, Хэт. А ещё, — Ульрих посмотрел на него свои сузившимися злыми зелёными глазами, — чтобы завтра в двенадцать был на месте. Мне надоело тебя каждый раз ждать по полчаса. — Знаешь, я могу и вообще не приходить. Делайте что хотите, хоть без меня пишите, но я в этом больше не участвую, — Джеймс повернулся спиной, взял под локоть Дэйва и повёл его к выходу. По дороге он случайно задел Кирка, всё ещё стоявшего у входа и поражённо наблюдавшего за происходящим. Тот сам извинился и отошёл в сторону. — Скажи так нашему продюсеру, придурок! — Крикнул Ларс вслед закрывшейся двери. Мастейн высвободился из хватки Хэтфилда, достал из его куртки пачку сигарет и закурил. Джеймс повторил за ним. Всю дорогу до дома никто из них не произнёс ни слова. Лишь у входа блондин затушил третью, если считать с того момента, как они оказались на улице, сигарету, снова взял Дэйва за руку и тихо ему сказал: — Мы всё заново запишем, я обещаю, — увидев, что Мастейн никак не реагировал на его слова, он добавил, — в другой студии, я арендую. А хочешь, мы вообще уедем в другой город, где Ларс нас не достанет? — Хочу, — устало сказал рыжий. В этот момент он готов был согласиться с чем угодно, лишь бы Хэтфилд замолчал, — там же всего пара файлов была, что ты паришься. Всё в порядке, забей. — Точно? — Джеймс положил руки ему на плечи и посмотрел в глаза. — Точно, точно. Может, ещё по одной, и спать? — Конечно. А смотри, что у меня есть, — вдруг оживился блондин. Он полез в рюкзак и вместо сигарет вытащил новую бутылку водки. Сколько же у него алкоголя с собой… Зачем? — Будешь? — Быстро вылил это дерьмо, — повелел Дэйв, сдвинув брови к переносице, — будешь бухать по каждому поводу и без, опять скатишься на то дно, откуда тебя пришлось вытаскивать. Это — не решение проблем. Мастейн закончил говорить и сразу же пожалел о своих словах. Чем же он лучше Ларса, если так же указывает Джеймсу на то, что нужно делать? Правильно, ничем, и если блондин начнёт возмущаться, то это будет весьма справедливо. Однако тот без лишних слов открыл бутылку и спокойно вылил её содержимое в мусорный бак. Наверное, уже не было сил сопротивляться. — Ты прав, — Хэтфилд достал сигареты и протянул одну Дэйву, — справимся и без алкоголя. «А прошлый Джеймс никогда бы не стал выливать водку, — подумал парень, — всё же он изменился, но не сказать, что в худшую сторону.» — Конечно, справимся, — вслух произнёс Мастейн, поджигая сигарету, — мы с тобой круче всех. Он присел на бордюр и глубоко затянулся. Дым наполнял лёгкие Дэйва и словно выжигал изнутри всё, что беспокоило рыжего. К тому времени, когда от сигареты остался один лишь фильтр, Мастейн уже мало о чём беспокоился. Да, Джеймс был прав. Они запишут ещё, а при хорошем раскладе даже закончат альбом этим летом. Всё получится, всё будет хорошо и никак иначе.