Глава 1. Осознание. Часть 1. Мне снова шестнадцать...
5 июля 2019 г., 12:21
Лучики солнца скользят по лицу красивой молодой девушки. Раннее утро может быть добрым. Пока ты ещё спишь. Но громкий стук в дверь заставляет милое личико сморщиться в недовольной гримасе. Однако Т/и не думает вставать. Она так глубоко погружена в свой сон, что оторваться просто невозможно. Стук повторяется.
Нет, не встану. Рано ещё.
Продолжает смотреть грёзу, которая давно ей не снилась. Даже успела спрятаться в глубинах её памяти, так, что сейчас кажется такой далёкой и какой-то призрачной.
Это было так давно... Семь лет назад.
— Т/и, немедленно вставай! Иначе мы опоздаем!
Девушка широко распахивает глаза. Ей показалось, или она только что услышала голос тёти? Да нет, бред. Что бы ей делать в их с Намджуном квартире?
Ладно, не буду нервировать любимого. Пойду лучше приготовлю завтрак.
Т/и поднимается с кровати. Попутно отмечает, что она несколько меньше, чем была ещё вчера ночью. Зевая, прикрывает рот ладошкой. Потягивается. Берёт из шкафа полотенце.
Странно. Почему мне кажется, будто я снова в квартире тёти? Ничего не понимаю.
Выходит из комнаты, идёт прямиком в ванную комнату. С каждым шагом понимает: она явно не у себя дома. Голова кружится, Т/и хватается за стену. Перед глазами всё плывёт, но взгляду удаётся сфокусироваться на двери ванной.
Всё ещё держась за стену, она аккуратно добирается до нужной комнаты. Рывком открывает дверь, буквально влетает в ванную, закрывая её. Прислоняется спиной к прохладной деревянной поверхности. Тяжело дышит, сердцебиение просто бешеное. Ванная тоже не та. Тихонько сползает на пол, утыкается лицом в колени.
Я ещё сплю. Это сон. Просто сон...
Пытается убедить себя в этом. Щипает себя за руку, для верности. Но перед глазами всё тот же антураж.
Ладно. Для начала, приведу себя в порядок.
На трясущихся ногах поднимается, медленно подходит к зеркалу, что висит над раковиной. Смотрит на себя. И не верит глазам.
Вроде, всё то же самое: глаза, губы, волосы. Только какое-то более... молодое, что ли? Да и рост другой.
Кажется, я была выше.
Т/и оглядывает себя. Вместо красивой ночнушки с кружевами, которую ей подарил Джун, на ней забавная пижамка, состоящая из маечки и шортиков.
У меня такая была лет в шестнадцать.
Т/и резко отскакивает от зеркала. Она вернулась на семь лет назад? Но этого же не может быть! Быстро раздевшись, она забирается в ванную, включает душ. Холодная вода стекает по телу и волосам. Направив её в лицо, Т/и пытается охладить мысли.
Я просто не выспалась. Такое бывает, когда пол ночи не спишь. Ну да, Джун вернулся с репетиции нового танца абсолютно деревянный. Пришлось делать массаж. Но кто сказал, что меня это обременило? Напротив, я бы не заканчивала.
Несмотря на льющуюся холодную воду, щёки начинают гореть. Да, она получала истинное удовольствие, когда занималась массажем мышц своего парня. Это тело лучше, чем у Аполлона. Быстро отогнав весьма пикантные картинки, возникшие перед глазами, Т/и выключает душ. Вытирается. Обматывается полотенцем и выходит.
Быстрым шагом направляется обратно в комнату. Дорогу преграждает тётя Джунг. Женщина стоит, уперев руки в бока. На лице недовольная физиономия. Т/и нервно улыбается.
— Доброе утро, тётушка.
— Доброе. Собирайся. — Строго говорит тётя.
А я и забыла, какая она вечно строгая и собранная.
Кивнув, девушка пытается обойти её, чтобы зайти в свою комнату. Женщина отходит в сторону, пропуская племянницу. Т/и закрывает за собой дверь и начинает сканировать взглядом комнату в поисках сумочки. Найдя искомое на полу возле шкафа, роется в ней.
Рука натыкается на разные и сейчас совсем не нужные предметы.
Кошелёк, губная помада, боже, неужели в шестнадцать я уже пользовалась косметикой? Совсем этого не помню. А что здесь делает расчёска? Да где же он? Ага, нашла!
Т/и, наконец, находит паспорт. Ещё российский. Значит, точно шестнадцать. Опускается рядом со шкафом на пол.
Я всё ещё не верю, что это взаправду.
На фотографии изображена она с объёмной косой через плечо, в бирюзовой шифоновой блузке. Лёгкий макияж, состоящий из накрашенных ресниц чёрной тушью и губ, покрытых прозрачным блеском. Да, такой она была в шестнадцать. Ведь ей пришлось менять паспорт после того, как она потеряла первый.
Да, неловко тогда вышло.
Лёгкая улыбка трогает её губы.
А теперь будем разбираться. Я прилетела в Сеул совсем недавно. Какое сегодня число?
Девушка вскакивает на ноги. Телефон обнаруживается на прикроватной тумбочке. Ну точно, где же ему ещё быть?
Я же всегда проверяю соц. сети перед сном. Ну, раньше так делала. — Думает Т/и, пока ищет в телефоне календарь. — Так, сегодня десятое июня. Точно, я закончила десятый класс и отправилась к тёте на каникулы.
Положив телефон, Т/и направляется к шкафу.
Что же надеть? А во что я была одета в свой первый день знакомства с бантан?
Она напрягает память.
Ага, точно. Синие джинсы с завышенной талией, чёрный топ на широких бретелях и белые кроссовки. Только причём здесь день знакомства, если он уже прошёл? Не важно, просто я люблю этот образ.
Нужные вещи вытащены и лежат на кровати. Т/и задумчиво сверлит взглядом стену.
А если надеть что-нибудь другое? Это слишком повлияет на ход событий? А можно ли вообще их менять? И опять не понятно, при чём здесь одежда?
Т/и снова возвращается к шкафу.
Если думать в таком ключе, то я выберу красную юбку-солнце выше колена, голубую клетчатую рубашку и белые кеды.
Итак, что же выбрать?
Т/и всё ещё не знает, что ей надеть. Глаза бегают от одного комплекта одежды к другому.
— Т/и! У тебя пять минут!
Голос тёти заставляет вздрогнуть и выбрать наугад один из комплектов. Первый
Отлично. Ей всегда он нравился. Расчесав волосы, оставляет их распущенными. Подкрашивает губы помадой, что обнаружилась в сумочке. Бежевый цвет — не заметный. Подчёркивает форму губ.
Далее ресницы. Завершающий штрих: духи. Терпкий цитрус — мужской аромат. Не любит женские ароматы.
Завершив приготовления, хватает сумочку, телефон и выходит из комнаты. Тётя ждёт в прихожей. В руках вертит ключи от машины.
— Сколько можно прихорашиваться? Идём.
Они выходят из квартиры и садятся в машину. Т/и предпочитает ехать на заднем сидении.
Ехать не меньше получаса. Успею продумать линию поведения.
Девушка смотрит в окно.
Боже, как же я соскучилась по мальчикам в год их дебюта. А ведь они действительно сейчас мальчики. Беззаботные, готовые все силы отдать музыке. Помню, за лето успела хорошо их узнать. С Чимином нас объединили танцы. Мы часто устраивали шуточные танцевальные дуэли. Всё-таки хорошо, что мама меня в семь лет отдала в танцевальную студию. С Чонгуком мы ходили в тренажёрный зал. Он для того, чтобы подкачаться, а я за компанию. На самом деле, я больше отвлекала его разговорами, и мы начинали дурачиться. С Тэхёном я сразу нашла общий язык: стоило ему заговорить про лунных кроликов, как я тут же уверовала в их существование. До сих пор верю. С Юнги уютно молчать. Бывало, ляжем прямо на ковре в их общей комнате в общежитии, он закроет глаза, собираясь уснуть, а я за ним наблюдаю. Хосоку достаточно было просто улыбнуться, как мой даже самый хмурый день озарялся этим ярким солнышком. С Джином мы часто готовили вместе. Я многому у него научилась. Мы обменивались собственными кулинарными секретами.
Губы растягиваются в яркой улыбке. До хосоковской не дотягивает, конечно, но всё же.
И Намджун...
Улыбка пропадает. Лицо приобретает маску грусти.
А вот с ним отношения не заладились с первой секунды знакомства. Это была взаимная неприязнь. Какой же я была упрямой дурой! Да и он не лучше. Ни один из нас не шёл на контакт. До одного случая...
Именно он сегодня ей снился.
Видимо, не с проста.
Теперь возникает вопрос: что делать дальше?
Не хочу снова через это проходить. Терпеть его ненавистные взгляды, наши ссоры, порой доходящие до рукоприкладства. Попытки ребят нас помирить. Всё это слишком тяжело.
Рука непроизвольно с силой сжимает телефон. Опустив на него глаза, нажимает на кнопку блокировки. На заставке появляются точки для ввода графического ключа. А на заднем фоне изображение Томаса Сангстера.
Да, пока что он мой идеал. Но после его сменит Намджун.
Машина останавливается напротив величественного здания Big Hit intertainment. Тётя оборачивается к племяннице.
— Я восстановила твой пропуск, который ты так бездарно потеряла. Он на ресепшене. Прошу, больше не теряй. И ещё. Сегодня ребята будут записывать новую песню. Возможно, мы начнём снимать клип. Поэтому веди себя как можно более незаметной. Не отвлекай их. Договорились?
Т/и ей отвечает:
— Уверяю тебя, всё будет на высшем уровне! Не переживай! — безо всякого притворства, открыто и честно. По-другому с ней нельзя.
Тётя никак не реагирует на ответ племянницы и выходит из машины.
Как всегда. Ну хоть бы раз улыбнулась. Вечно она сама серьёзность. — Тихонько вздохнув, Т/и следует за тётей, на ходу запихивая телефон в задний карман джинс.
Они заходят в здание. Холл очень просторный. Стойка ресепшена находится прямо напротив входа, у противоположной стены. Тётя стремительным шагом направляется к ней, дабы забрать для племянницы новый пропуск. Т/и садится на маленький диванчик сбоку.
Всё также, как и семь лет назад. Сейчас в здание хлынет поток работников.
И правда, двери снова открываются, пропуская внутрь внушительную толпу людей. Все они направляются к турникету, проводят карточкой-пропуском и проходят дальше.
Тётя вручает ей такую же, и они следуют за толпой.
Боже мой! Сейчас я с ними снова встречусь. Что же делать? Что же делать? Что же...?
Заходят в лифт. Им нужен пятый этаж. Т/и колотит нервный озноб. Лифт начинает движение.
Оставить всё как есть? Не менять ход событий?
Второй этаж.
Попытаться найти общий язык с Намджуном? А если это всё поменяет? Что если наши отношения пойдут по совсем иному пути? А может их и вовсе не будет?
Третий этаж.
Что если любовь между нами разгорелась из искры ненависти?
Четвёртый этаж.
Может, только так, а не иначе? И если у нас сейчас возникнет дружба, которая не перерастёт в любовь?
Пятый этаж. Лифт останавливается, двери открываются. Т/и на ватных ногах выходит вслед за тётей. Идут по коридору.
Оставить или поменять? Оставить или поменять?
Останавливаются перед комнатой отдыха.
Пора сделать выбор...