И что теперь?

      Намджун никогда не имел особых желаний. Ему было плевать на окружающие его события и людей. Он даже на выпускной не пошел — слишком уж ненавидел все эти заплывшие веселые морды, которые на этом событии, вероятнее всего, просто нахуярятся по полной, а после будут отсыпаться в обнимку со своим ободранным аттестатом, который чуть позже окажется на самой дальней полке стеллажа, ведь для того чтобы учиться на укладчика дорог эта книжонка не нужна. Вместо всего этого он просто собирал вещи и составлял список средств личной гигиены, которые нужно обязательно взять, чтобы в универе его не приняли за обоссаного бомжа. Не то что бы он прям слишком волновался насчет унижений или чего-то такого, просто ему не хотелось чтобы его доставали. С матерью он толком-то и не простился нормально. На входе в аэропорт он обнял ее, просто скрестив руки на ее спине, стараясь не касаться головы, в то время как она очень сильно сжимала его бока, из-за чего разорвать объятия было невозможно, а после эта женщина лишь нелепо надула щеки и приперла руками бока. Джун множество раз говорил своей матушке о том, что не любит, когда его касаются, но часто, как и все матери, она любит игнорировать просьбы и требования своего сына. Брюнет не понимал такой реакции своей матери на их прощание. Они никогда не были близки, он не рассказывал ей ни о драках, ни о пьянках, на которых он обычно сидел в одиночестве, ни о своих одноклассниках, да вообще ни о чем. Парень не знал, как можно позволить себе доверить другим сокровенное. Как можно делиться чем-то особо личным. Когда в нем лишь на миг загоралось желание поделиться с кем-нибудь частичкой себя, и он уже открывал рот, то в следущий миг снова захлопывал его, будто бы боялся, что из него вылетит то, что не должны узнать люди. Парень стоит. И стоит он уже долго. Он чувствует как его потряхивает и для того чтобы успокоится он пытается вспомнить текст какой-то идиотской песни, которые обычно крутят на радио для таких же идиотов. Он отдал свои документы и уже будто бы чертову вечность ждёт, пока их ему вернут и официально признают студентом, обучающимся на факультете филологии. Кареглазый еще с детства обожал читать. Он отлично помнит как его совсем уже хрупкая бабушка подарила ему сборник произведений Агаты Кристи. Он читал их взахлеб, иногда даже забывая есть, настолько сильно погружался он в этот хоть и выдуманный, но зато безумно интересный и опасный мир. В классе он лучше всех писал сочинения и изложения, сдал русский язык и литературу на высший балл (хоть чуть и не завалил математику), а теперь стоит и ждет, когда все его старания наконец оправдаются. Он действительно много работал последние годы, из-за чего изрядно вымотался. Простая прогулка под музыку стала экзотикой, а чтение книг (которых нет в кодификаторе экзамена по литературе) было немыслимым. Из-за этого он теряется. Чувства свободы и ответственности будто бы борются в нем, и каждое из них будто бы хочет занять первенство в его голове. И вот наконец, выходит декан и отдает ему документы и записку, в которой написано где найти общежитие и как к нему пройти. Парень выходит из корпуса и сразу начинать бежать, так как на улице просто апокалипсис, но ему нравится. Бежит он не потому, что хочет скорее укрыться от дождя, а больше от так редко появляющегося чувства безмерной энергии и пропажи апатии. Он не знает, как справляться с таким состоянием, поэтому он бежит со всеми своими сумками, расталкивая столпотворения людей. Вслед он слышит «эй, можно и аккуратнее» и «вот мудак», но сейчас его это волнует меньше всего на свете, ведь от таких ощущений он чувствует себя самым живым человеком на этом гребаном свете. И если начало новой жизни всегда ощущается так, то он готов каждый раз загонять себя в преисподнюю, лишь бы начать все заново и прочувствовать это вновь.

***

      Намджун заходит, немного отряхивает свои штаны и зачесывает намокшие волосы назад, после поднимая голову вверх. Не так он представлял себе общежитие. Мать говорила, что все тут поголовно будут лишь кричать, кидать друг другу в голову бутылки и как можно быстрее стараться продать тебе уже использованные психотропные вещества. Но все выглядит более чем спокойно. Дневное солнце красиво ложится своими лучами на бежевые обои, крепкий деревянный пол даже не скрипит, а студенты тихонько перемещаются из одной части общежития в другую. Парень видит перед собой лишь стол вахтера и длиннющий коридор, который ведет к проходу с лестницей. — Здравствуй! — из-за угла выглядывает паренек, немного наклонив голову влево, чем-то напоминая щенка, а после выходит вперед.- Ты новенький, верно? Брюнет лишь кивает. — Меня зовут Ким… -А! Ты с факультета филологии, да? Я учусь на «международных отношениях». — На бейджике незнакомца Нам читает: «Чимин — староста». Чимин выглядит невероятно светлым и приятным. Его белокурые волосы уложены, а рубашка идеально выглажена. Лицо его очень мягкое, а глаза его полны веселых искорок. Он выглядит очень опрятным, но если вглядеться, можно увидеть, что его улыбка полна усталости, а глаза хоть и светятся, но все же понемногу слипаются. — Тебе повезло — будешь жить один.- Намджун поднимается на второй этаж за блондином, разглядывая ажурные перила и каменную лестницу, и пытается поверить в слова старосты. — Я живу на третьем этаже. Номер комнаты — 39. Если что-нибудь будет нужно — обращайся. — Эти слова он произносит максимально тихо. По-видимому, Чимину уже не хочется, чтобы к нему хоть кто-нибудь обращался. — Вот твоя комната. Джун оглядывает совсем не плотную темную дверь с номером 22, и замечает на ней царапины, и даже немного вмятин, но не удивляется. В его подъезде постоянно были драки между соседями на 5 этаже. Он даже впечатлился, как тот коридор остался целым. Блондин открывает дверь ключом, после отдавая его в руки первокурснику. Комната самая простая, из всех тех, которые могли быть. Кровать стоит в углу. Она немного наклонена в сторону, поэтому кажется, что она прямо сейчас упадет. В другом углу такого же качества стоит стол, а возле него маленький стеллаж для одежды. Обои имеют не то желтый, не то зеленый оттенок. — Ванная и туалет общие. Мужские отделения прямо по коридору и направо. — Чимин указывает руками маршрут, а Намджуну абсолютно все равно, даже если он будет ссать в тот же угол возле стола в своей комнате. — Ага, спасибо…- Парень уже собирается закрыть дверь прямо перед носом старосты, но блондин придерживает дверь и смотрит на него будто бы с издевкой. — Я состою в стипендиальной комиссии… — - Чимин отводит глаза в сторону, а после, с ухмылкой продолжает. — И я видел твои результаты. Неплохо. — Блондин улыбается во весь рот, немного жмуря свои и без того узкие глаза, параллельно все также удерживая дверь рукой. — Спасибо. — Намджун позволяет себе улыбнуться и ослабить давление на дверь. — Для этого пришлось попотеть. — Понимаю. — Староста опирается плечом на дверной косяк, облизывая губы и окидывая взглядом парня, стоящего напротив него, из-за чего выглядит будто бы непристойно. Намджун смущается под этим взглядом, и будто бы пытается вжаться головой в плечи. — Я ценю такие старания. Вот, держи. Он встает прямо и достает из заднего кармана стопку цветных бумажек, отдавая новенькому одну из них. — Таких как ты даже звать не стыдно. Ладно, оставлю тебя. — Староста бросает парню последнюю свою улыбку и уходит, случайно слишком сильно хлопнув дверью, после чего из коридора доносится тихое «прости». Джун вымотался и чувствует лишь то, что очень хочет лечь. Он скидывает кеды и аккуратно садится на не самого лучшего вида кровать, но она оказывается достаточно прочной, для того, чтобы выдержать его вес. Парень смотрит в потолок, на котором видит немного пятен, и вместо того, чтобы размышлять о их происхождении он вспоминает о бумажке в своей правой руке и решает прочесть то, что там напечатано. Брошюра собрала в себе все самые яркие цвета, которые брюнет вообще не очень-то и любит. «Уже в эту пятницу! Празднование в честь начала нового учебного года!» Ниже написан адрес. Намджун без какого-либо страха достает пачку дешманских сигарет и закуривает, не отводя взгляда от листовки. Он ненавидит тусовки. Всем своим ебучим бесчувственным сердцем. Каждый гребаный раз, когда его все-таки зазывали на эти идиотские пьянства, он либо уходил, не пробыв там и часа, либо приходил домой побитый, либо отсиживался в каком-нибудь малоосвещаемом уголке, наблюдая со стороны. Однажды он сидел в полностью темной комнате и туда завалилась влюбленная парочка и начала трахаться прямо у него на глазах. Но он не посмел заявить о себе или быстренько уйти. Он просто закрыл глаза и включил музыку так, чтобы не слышать все эти бессмысленные пыхтения и закутался в плотную штору посильнее. Ребятам хватило пятнадцати минут и Джуна это обрадовало больше, чем новый телефон на день рождения. «Здесь такого не будет» — произносит про себя Намджун и все-таки решает дать шанс себе и этому месту.