Там, где вечно шумит гроза

      Её поражала магия этой молнии. Она завороженно наблюдала за ломанными линиями, которые рвано расчерчивали ночное небо на разные куски. Они ссорят небеса между собой, заставляют тучи угрюмо переходить из стороны в сторону, а гром все подговаривают быть громче, безжалостней к жалким людям. Она молний боится, ведь молния всегда пощады не знает, все запугивает и запугивает, страшит собой многих людей, стараясь подчинить их сердца ужасу. А он… Он, кажется, ее любимчик. Молния его боготворит, а он взамен ее ни капли не боится, только поглаживает кончиками пальцев каждый ее изгиб, смотрит, как на собственное и единственное Божество, старается запомнить ее цвет и запах, лишь бы до следующей ночной грозы дотянуть.       Кай играется с ветром, позволяет ему трепать свои отросшие волосы и все улыбается, чувствуя себя, наверное, самым счастливым в своем собственном мире. Он взгляда от каждой вспышки увести не может, все смотрит и смотрит, стараясь напряжение молнии себе через взгляд забрать, стараясь быть похожим именно на нее — быть холодным и таким же безжалостным. До сих пор у него ни разу не выходило. Каю гроза нравится, он смотрит на нее с восхищением, в идеалы записывает, но быть таким же, наверное, не сможет никогда. — И как тебе любовь? — девушка задала вопрос совсем тихо, но он все равно ее услышал, хотя головы и не повернул. Думал долго, смакуя на языке странное и необычное «любовь». Что вообще значит эта «любовь»? И как ее Каю получить? Он ведь даже этого слова не знал и не было в его мире этого понятия, но потом она на голову свалилась, слова странные принесла, чувства и свой запах. Оставила свои вещи в его доме, заставила пахнуть собой, а потом стала почти прозрачной, эфемерной. Каю любовь не нравится, она ведь больно делает. Любовь хочет, чтобы он страдал. — Она прекрасна, — отвечает твердо и уверенно. Ураган продолжал бушевать, злился на неосторожно брошенные слова, молнии все чаще расчерчивали хмурое небо. Его личное Божество на него же и злилось. Кай расправил плечи и встал в полный рост, бросил взгляд в сторону окна, а потом резко отвернулся, бросая на ходу:  — Но жаль, что любовь продолжает меня убивать.