мамочка, прости...

Утро субботы* Джису смотрела на меня, а я в это время хотела подойти ближе, но Чонгук не дал мне. Он снова схватил меня за волосы, и между нами возникла некая борьба, в которой я стопроцентно проигрывала. Я никак не могла отвести взгляда от нее и кричала ей, но она просто стояла и бездейственно смотрела на это все, даже не колеблясь. Чонгук снова ударил меня, пожалуй, из всех увечий, эта пощёчина была самым сильным ранением, но не стала поводом прекратить попытки достучаться до сестры. -Джису, выкрикнула я из последних сил, это я, Розэ! В тот момент она упала, и лежала на полу буквально до тех пор, пока Чон не понял, что происходит; он отпустил меня и кинулся к ней. По его лицу было видно, что он не на шутку заволновался. -НУНА, что с вами, - он пытался привести ее в чувства Позже пришел Чимин и парень постарше, я бы даже сказала мужчина, они даже не посмотрели на меня и сразу же бросились к ней. -Джи, очнись! - что произошло?! - спросил тот у Чона. -Хен, она ни с того ни с сего упала на пол, только что. В этот момент я почувствовала, что у меня появилась возможность незаметно убраться отсюда, но разве я могла, зная, что моя бесследно пропавшая сестра находится в метре от меня. Стоя в ступоре, я не заметила, как Чимин грубо взял меня за локоть. -А ты что здесь делаешь? Я хотела вырвать свою руку, но его хватка оказалась достаточно сильной. Я просто молчала, теперь видимо ступор начался у меня. *** Он потащил меня обратно в комнату, я отпихиваясь смотрела на свою сестру, которую пытались привести в чувства, до тех пор пока мы совсем не скрылись из моего поля зрения. Мы остановились посреди коридора, нервный Чимин оскалился, как будто из-за меня него появилась дополнительная работа. -У тебя совсем нет страха? - Сказал он, я тут вспомнила события последних дней и, если бы тело не ныло, то врезала бы ему хорошенько. С трудом заставляя себя снова встретиться с ним взглядом, я постаралась, чтобы голос мой звучал как можно убедительнее: – Я не понимаю, зачем вы это делаете. – Голос мой сорвался, впервые за все время я заговорила с ним. - Как ты мог, Чимин. Он молча схватил меня за руку и потащил в сторону комнаты. – И что дальше? Вы просто хотите, чтобы я все время торчала здесь? Пожалуйста, отвезите меня домой! Я никому ничего не скажу. Клянусь! Пожалуйста. Он продолжал молчать, а я хотела хоть как-то задеть его. -Я поверила тебе, отдернув свою руку и немного приостановив его, поныла я, какая же ты свинья, Чимин! -Ты просто дура, Рози, обернувшись, сказал он и еще какое - то время смотрел на меня с вымотано-злостным взглядом. -Гуляла бы сейчас по своей Франции, а не лезла бы в машины к чужим людям, если ты считаешь меня свиньей, знай, что единственная безмозглая здесь ты, и только. Он вложил столько яда в свои слова, что его токсичность витала даже в воздухе. Я все равно не прекращала отпихиваться, когда мы подошли в комнату он просто снова затолкал меня в нее и запер дверь. *** Озлобленные девушки сначала долго пялились на меня, а потом просто продолжали заниматься своими «делами». Мне не хотелось снова устраивать им расспросы, я села в углу, подальше от них и думала о старшей сестре. Поверить не могу, она буквально стояла в метре от меня, а когда упала, то все эти парни сломя голову кинулись к ней на помощь. Значит, это она та, жена их «друга». Я была в глубочайшем шоке, но все равно оставляла себе одну надежду на то, что возможно у меня скоро снова появится шанс встретиться с ней. Она ведь явно меня узнала, хоть и не предприняла попыток помочь. От долгого сидения в одной позе ноги мои затекли. Пора было встать и обследовать комнату. Она выглядела старой, похожей на кладовку, но здесь была маленькая комнатка, в ней были только унитаз и крохотная раковина. Я склонилась к матрасу, из поролона, он лежал на жесткой раме. Справа от моего уголка стоял большой деревянный гардероб. В нем была замочная скважина, но, когда я подошла и попыталась открыть дверцы, они не сдвинулись с места. -Может, хватит уже? – прошипела Дженни, а потом и другие девушки приступили упрекать меня в том, что я не хочу просто сидеть и позволять своим мыслям пожирать себя. Время от времени девушки обменивались парой слов друг с другом, но в основном весь день просто спали. Лежа в полной тишине, я не замечала, летит ли время или наоборот стоит на месте. В полудреме меня начали окутывать мысли, хотя я бы лучше предпочла просто уснуть не думая, ни о чем. *** В детстве меня преследовал страх потерять маму. Она частенько запиралась у себя в спальне. А нам с сестрой по утрам хотелось ее внимания. Мы подбегали к отцу, выходившему из ее комнаты, и он объяснял: «У мамы сегодня болит голова» или «Маме нездоровится, ей нужно полежать». Через какое-то время я убедилась: если выждать, пока отец спустится к себе в кабинет, куда нам путь был закрыт, а потом постучаться к маме, она, возможно, впустит нас к себе. Тогда можно будет шмыгнуть к ней под одеяло, поделиться своими фантазиями или поприставать с вопросами. Резко проснувшись, из-за разговоров за тонкими стенами, я растерялась. Мне понадобилось чуть больше времени, чем обычно, чтобы вспомнить, где я нахожусь. Безликая, уже пустая, не считая меня, комната неприятно давила своими белыми, как в психушке стенами. За окном темнело, а за дверью были слышны многочисленные голоса. Не успела я окончательно прийти в себя, как дверь открылась и в комнату вошла незнакомая девушка и сказала мне привести себя в порядок. Я поняла, что она имела ввиду и, если бы не решетки на окнах, то предпочла бы лучше выброситься с высоты, чем послушаться ее. Я не стала ничего с собой делать, но для виду ушла в туалет, в надежде запереться там и только в этот момент заметила отсутствие замка на двери. Блин. А что если где-то там была бы Джису? в этот раз все могло сложиться куда лучше. С оголенными нервами, прожигающими кожу, я добрела до девушки, мы вышли в коридор. Оставаясь начеку, я все же позволила себе выдохнуть с облегчением, куда лучше идти за этой девушкой, нежели насильно волочиться по полу, как мусорный мешок. Чем ближе мы приближались к лестнице, тем громче и четче становились разговоры, доносящиеся со всех этажей. Дойдя до самого верха, девушка сказала мне пройти в комнату; утром Дженни говорила о том, что Джин с женой знакомятся или смотрят новых девушек, если это и было так, значит, Джису была за этой дверью. Я вошла и удивилась, как эта комната отличалась от остальных. Там были нормальные стены, хорошая мебель, даже что-то из еды стояло на столе, но было пусто. Пока я находилась совсем одна в комнате, мое воображение рисовало картины, как у меня дома не спят по ночам, как мои друзья постоянно думают, где меня искать, или развешивают листовки по городу с фотографией моего улыбающегося лица. Моя мать, наверное, просто с ума сходит. Я представляла, как она сидит и плачет. Соседи приносят ей готовую еду, тетя отвечает на телефонные звонки, а папа держит ее за руку и говорит ей, что все будет хорошо. Хотела бы я, чтобы и мне кто-нибудь сказал эти слова. Почему меня до сих пор никто не нашел? Они что, уже сдались? Или они и не предприняли ничего? Что, если они сочли меня такой же неблагодарной дочерью, как и мою сестру.. Поразмыслив секунду, в голову пришли знакомые и пугающие мысли. Я поняла, что снова дрожу. Сделав несколько глубоких вдохов, я постаралась сосредоточиться на фактах. Тех уродов, которые притащили меня сюда здесь не было, а я все еще была жива. Кто-нибудь должен меня вскоре найти. Я подошла к столу, на котором стояла стеклянная конфетница, на случай, если они придут и снова решат сделать что-то скотское. Не успела я набрать в легкие воздуха, как услышала звук ключа, поворачивающегося в замке, – или, по крайней мере, в том, что я считала замком. Дверь медленно открылась, и сердце мое чуть не выпрыгнуло из груди. -Уже пришла. Это был Тэхен. Лицо его, было лишено какого бы, то ни было выражения. Я внимательно рассматривала его, хотя не понимала, как нашла в себе силы после произошедшего. У него оказались, волнистые черные волосы; очень высокий, с идеальными чертами лица. На такого человека с первого же взгляда обращаешь внимание, не говоря уже о том, чтобы его запомнить. Я в недоумении, зачем устраивать все это, если с огромной вероятностью многие девушки сами бы падали в его объятия. Он замер в дверях. Глаза его остановились на мне, а лицо изобразило улыбку. Теперь я видела уже совсем другого человека. Я вдруг поняла: он относится к людям, которые могут сами выбирать, быть им заметными или нет. Разваливающейся походкой он направился в мою сторону. Я отбежала в самый дальний угол, и, съежившись, вжалась в него спиной. Он резко остановился. – Почему ты прячешься в углу? Он вынул из кармана громадную связку ключей, открыл один из шкафчиков и взял стакан. – Надеюсь, ты не очень голодна. Он открыл одну из стоящих на столе бутылок алкоголя и наполнил свой стакан. Я все еще помнила, чем кончился прошлый такой раз, но на мое удивление, второй он наполнил обычной водой. Потом повернулся ко мне, а я, прислонившись спиной к стене, ждала подходящего момента, чтобы пустить в ход свое оружие. Он протянул мне стакан. – У тебя во рту, должно быть, пересохло. Горло казалось мне даже более шершавым, чем наждачная бумага, но я решила ничего от него не принимать. Он качнул стакан, потом подождал еще несколько секунд, а затем, удивленно приподняв бровь, развернулся и нервно, со злостью брызнул водой по всей комнате. Потом с легкостью сомнул стакан и постучал по нему. – До чего же этот пластик похож на настоящее стекло, правда? Вещи не всегда такие, какими они выглядят на первый взгляд. Его неожиданные поступки пугали меня. – Почему я здесь нахожусь? – Ага. Она все-таки заговорила. – Он оперся локтями о столешницу и опустил подбородок на сплетенные пальцы. – Это важный вопрос, Розэ. Если отвечать на него попроще: ты очень везучая девушка. – Я не считаю большим везением то, что тебя похищают и насилуют, - еле произнесла я. Я должна была найти способ чем-то зацепить его. Выиграть время, пока кто-нибудь найдет меня здесь. Кто-нибудь обязательно найдет меня, думала я. – А тебе никогда не приходило в голову, что люди иногда могли бы прийти к выводу, что то, что они считали плохим событием, на самом деле оказывалось очень даже хорошим, если учесть, какая могла быть альтернатива? – У моего положения любая альтернатива была бы лучшим выходом. – Так уж и любая? Я не стала ничего отвечать. После этих слов он стал подходить ближе, а у меня не было возможности сдвинуться с места. Как бы он не пытался меня разговорить и внушить, что мое нынешнее положение – это подарок небес, для меня он оставался жутким типом и мерзавцем. С каждым его шагом, мое сердце билось все сильнее, я позволила себе попытаться остановить его и, все - таки швырнула стеклянный предмет, но не в него. Промахнулась. Он пролетел между стойкой и снес за собой пару бутылок спиртных напитков, из-за которых в комнате повис резкий запах. -Глупый поступок, - сказал он и уже не спокойным тоном, а прибывая в ярости. Лицо его сделалось пустым и непроницаемым. Я уже видела у него этот взгляд раньше. – Люди будут меня искать, много людей. И для вас же будет гораздо лучше, если вы отпустите меня прямо сейчас, не знаю, откуда у меня взялось столько смелости, но я продолжила, добавив: – Я не собираюсь быть частью вашей нездоровой игры. Это сумасшествие. Вы сами должны понимать… Его рука рванулась вперед и сжала мое лицо так крепко, что аж зубы заскрипели. Потихоньку, сантиметр за сантиметром, он тянул меня к себе. Я потеряла равновесие и практически упала ему на колени. Единственное, что удерживало меня, была его рука, лежавшая у меня на лице. Дрожащим от ярости голосом он произнес: – Никогда больше не смей разговаривать со мной таким тоном, поняла? Он то сжимал, то немного ослаблял руку. Казалось, челюсть моя сейчас оторвется. Наконец он отпустил меня, после чего сильно ударил по лицу, так что я прикусила язык. Потом развернул к себе… Я старалась отпихиваться, царапала его, кусалась, но в итоге только злила его все больше. По коже у меня бегали мурашки. Его руки были повсюду, скользили вокруг. – Прошу, прекрати. Пожалуйста… – Но почему я должен прекратить это? – сказал он и улыбнулся. Он развернул меня спиной к себе и пытался оставить меня без одежды. Теперь я уже плакала по-настоящему. Это были не просто всхлипывания, а глупые судорожные завывания. Опуская замок змейки на топе все ниже, он поцеловал меня в шею. Я вздрогнула. Он рассмеялся. Я пыталась как-то оттолкнуть его, но он крепко держал меня, обнимая одной рукой за талию. Вторая рука появилась с другой стороны и легла мне на грудь. Щеки мои были мокрыми от слез. Одна из слезинок упала ему на руку, и он резко развернул меня к себе лицом. Мой мозг лихорадочно сканировал в памяти все, что я когда-либо слышала о насильниках. Что-то про власть… им необходимо ощущение власти. Но насильники бывают разные, и некоторым из них нужно что-то другое. Я никак не могла вспомнить, что именно. Почти задыхаясь, я прекратила сопротивление, жадно хватая ртом воздух. Мне нужно было подумать, сосредоточиться, нужно было найти какой-то выход… Улыбка на его лице начала таять. Наконец я все поняла. Чем больше я реагировала, тем больше ему нравилось. Я заставила себя унять дрожь. Я перестала плакать. Я перестала двигаться. Я стала думать о чем угодно. И он очень быстро заметил это, взял меня резко за волосы, чтобы я снова начала кричать и плакать. *** В ушах был звон, и я толком не поняла, с чего он внезапно отринул от меня. Закрывая ладонью лицо, я сидела, прижавшись к стене. -Рози! Только когда я открыла глаза, она оказалась в двух шагах от меня. Она пришла… Я все еще продолжала плакать, то ли от шока, то ли от радости. Джису что-то говорила мне, но достаточно было только того, что она просто была рядом. Она вглядывалась в мое лицо, пока я нервно глотала воздух и пыталась выровнять дыхание. Я дожидалась, пока достаточно успокоюсь, чтобы говорить. Джису что-то сказала Тэхену, я даже не разобрала что именно, слышала только свои всхлипывания и резкое сердцебиение. На невероятное удивление, Тэ, отошел, она даже не оттаскивала его, хотя вряд ли с его телосложением это вообще было бы возможно. -Все хорошо, он больше тебя не тронет. Господи, это было невероятно, неужели это сон… меня похитили, били, насиловали, а теперь моя старшая сестра приходит мне на помощь? *** Она помогла мне подняться; пошатываясь и все еще прибывая в шоке. Я не знала, как заставить себя выдавить хот одно слово. Мы вышли из комнаты. -Джин сказал, что я могу оставить ее себе, вышел за нами Тэ. Джису не оборачивалась, а я все еще всхлипывая просто шла повиснув на ее плече. -Ты же знаешь, что она все равно не может уйти, - последние слова он пофигистично выкрикнул, как будто ожидал, что после них она приведет меня за ручку обратно к нему в комнату. -Все хорошо, просто иди, - велела она. Мы проходили через толпы мужчин, было странно видеть, как в этом месте вообще может находиться кто-то помимо них. Где-то в объятиях взрослого мужчины я заметила Дженни, еще несколько девушек были на этаже, но тех, которые были со мной в комнате, я не увидела. Голова болела, но это были какие-то далекие пульсации, словно фоновый шум, поэтому больше внимания я нацелила на сестру. Последний, кто попался нам на пути, был Чимин. Он был максимально ошарашен тем, что Джису ведет меня за собой . -Нуна, -сказал он, и с недоумением продолжал пялиться то на меня, то на нее. Джису продолжала идти с каменным лицом, ничего ему не ответив, на что спровоцировала его выйти из дому за нами. Я не замечала, куда мы идем, поэтому удивилась, когда нам пришлось замедлить шаг: дорогу Джису преграждал Чимин, который успел нас обогнать; шел дождь, на улице было темно, но при свете фонарей, я хорошо видела несколько дорогих машин, припаркованных во дворе, к одной из таких мы и пошли. -Куда вы? – никак не унимался парень. -Все! - небрежно крикнула она, - можешь возвращаться к своим делам. -Но -Я сказала все. Дверь машины захлопнулась, потом она завела ее, шины визгнули на мокром асфальте, и за считанные секунды мы скрылись из виду. *** Злополучный дом остался далеко позади, мы очутились вдвоем. Уединение ощущалась, как свобода, где за нами некому подсматривать и подслушивать. Не зная, что сказать, я так и не решилась начать разговор, хотя вопросов накопившихся во мне за последние семь лет, да что уж там, за последние два дня было невообразимое количество. Сохраняя на лице невозмутимое выражение, я ждала объяснений. Она смотрела на дорогу, как будто действительно нуждалась в этом, а я наблюдала за ней. На лице Джису сменили друг друга несколько выражений, но так быстро, что я не успела истолковать их. Я уже начала подозревать, что мы так и будем всю дорогу ехать в неловкой тишине, как вдруг она остановила машину. Мы были где-то на обочине, где не было ни души и только изредка проезжали автомобили. Сестра, тяжело вздохнула, глядя сквозь ветровое стекло на облачный выл, нависший над самой землей неподалеку, казалось, на расстоянии вытянутой руки. -Это правда ты? – с дрожащим голосом спросила она, наконец, нарушив тишину, мне показалось, что она вот-вот заплачет. От знакомого хрипловатого голоса по спине побежали мурашки. В голове вспыхнули тысячи воспоминаний, переплетаясь друг с другом. Я не знала, что ей сказать, все это было таким ненастоящим, нереальным. Кусая губы, я уставилась в темноту за окном. Я все еще старалась сохранять невозмутимый вид, предчувствуя, что вскоре она украдкой бросит взгляд на меня, проверяя мою реакции. Но наши взгляды встретились, и ощущение от паузы изменилось – возникло напряжение. Лишь когда закружилась голова, я поняла, что не дышу. Мной завладело чувство, похожее на тоску по дому – желание увидеть место и человека, который был для меня самым лучшим, что было в моей жизни. Мне было страшно, я боялась, что в любую минуту произойдет что-то, что больше не представится шанса поговорить с ней так, как сейчас – открыто, со всей откровенностью. Я сглотнула комок в горле и прерывисто вздохнула, нарушив молчание, но она опередила меня, сказав: -Рози, почему ты здесь? – взяв мою руку, в слезах спросила она. Ее слова звучали, как… упрекающие. Мои пальцы сжались на ее руке. Больше я не желала терять ни одной минуты. Подробности я свела к минимуму, умолчав обо всем, что не имело особого значения. Рассказывая сквозь слезы, как тайком собрала дома все свои вещи, в том числе и деньги, которые мама отложила для университета и уехала. Потом сказала о Чимине и Чонгуке; мне мыло тошно признавать то, что Чимин оказался прав, и единственный виновник во всем – это я сама. Дальше речь зашла о том доме и тогда, пришла моя очередь задавать вопросы; немного придя в себя, я хотела знать, что она делает среди этих мерзавцев. -Объяснись мне, Джису, - истерически, и, заикаясь, вымолила я у нее. Все равно, что она скажет, лишь бы слушать ее. Мне было все равно на парней, похищение, все события последних дней, но, как в этом во всем оказалась она, почему она променяла дом на них… -Рассказывай, - я уже почти перешла на крик, - смотря на нее, мне было дико обидно за все, но в то же время, я испытывала к ней жалость. Хотела обнять и больше никогда не отпускать. Она все еще оставалась моей старшей сестрой, и той, кто буквально спас меня… Она метнула в меня взгляд, удивленная тем, как изменился мой голос. - Что ты еще хочешь узнать? -Где ты была все это время? – молниеносно спросила я. Она ответила еле слышно: -Здесь, - а потом еще добавила: -Почти все время, с момента ухода из дому. Мне было больно от ее слов. Неужели для нее предпочтительнее было жить здесь, нежели со мной? Все наши разговоры, ее поступки, общие мечты? Все мои нервные окончания пульсировали, меня трясло, хотелось просто лечь и зарыдать. Я стиснула зубы. Мы сидели в молчании, и Джису внимательно смотрела на меня, ожидая продолжения. Я хмуро сверлила ее взглядом. Она снова помотала головой и поморщилась. -Рози, я не хотела, - крепче сжимая мою руку, сказала она. -Пойми, я не могу объяснить тебе всего, умоляю, прости меня, - после этих слов она примкнула прямо ко мне, она попыталась меня обнять, хотя, казалось, что она просто виснет на моих печах, но все равно не выпускает меня из своих объятий. -Я больше не отдам тебя им, - словно ребенок, всхлипнула она. От нервного напряжения ее ногти до боли впивались в мои ладони, но я старалась не показывать чувств, чтобы не привести ее в еще большее напряжение. -Прости, Прости, Прости, - без остановки повторяла она. -Я люблю тебя, - сильнее прижалась ко мне Джису, и снова повторяла: - Прости, а потом еще: Я так скучала по тебе, и снова: -Прости, Прости… Меня передернуло, это было именно то, чего мне не хватало все эти годы, я медленно свела свои руки и сомкнула их в крепком объятии. -Я тоже, ужасно скучала по тебе. Все произошедшее было сейчас абсолютно неважным и не существенным. Мир был пуст, и в нем находились только я, и моя сестра.