Пять раз, когда Гавриил безуспешно пытался сходить на нормальное свидание с Вельзевул...

      Ни для кого не было секретом, что Ангел Божий Гавриил был полным профаном во всём, что было связано с людьми, их миром, их деятельностью, а в особенности, о да, именно в особенности, во всём, что было связано с человеческими отношениями. Ему, на самом деле, было и не нужно разбираться в тонкой людской психологии и всех деталях их мира, как минимум, по двум причинам: во-первых, с этой задачей прекрасно справлялся Азирафель, а во-вторых, это просто было нецелесообразно, ведь мир-то, в конце концов, всё равно должен быть разрушен, так какая разница, как он там функционирует.       Однако после Армагеддона прошла уже целая неделя, мир как стоял, так и стоит, а у Ангела Божьего Гавриила внезапно нарисовалась новая головная боль.       Справедливости ради стоит отметить, что полным профаном Гавриил был не только в отношении людей. Его абсолютная некомпетентность касалась также и Нижней Канцелярии, с которой он хоть и находился в одном здании, но пересекался раз в сколько-то тысяч лет. В особом общении с Оппозицией, опять же таки, не было необходимости, да и вообще это претило чистой божественной природе Гавриила, поэтому до встреч с представителями демонов он снисходил лишь в самых крайних и безвыходных ситуациях, во все остальные разы с удовольствием скидывая неприятную необходимость на Михаил.       Бунтующий Антихрист, к вящему неудовольствию Гавриила, оказывается той самой «крайней и безвыходной» ситуацией.       Образовавшие свою сторону Азирафель и Кроули (которые, кстати, ещё и набрались наглости поселиться в одном доме, аккурат по соседству с тем самым бунтующим Антихристом), эту «крайнюю и безвыходную» ситуацию лишь усугубили.       После неудачного конца света прошло чуть больше месяца.       Идея о неком сотрудничестве между Адом и Раем изначально носит исключительно деловой характер. Так, по крайней мере, заверяет Гавриила педантичная Михаил. Сам Ангел Божий подпирает рукой щёку и расфокусированным взглядом смотрит куда-то сквозь и без того прозрачный стол. И как он вообще умудрился дойти до жизни такой?!       Скрепить соглашение, конечно, необходимо было главам обеих Канцелярий, и Гавриил снова встретился с Лордом Вельзевул. Третий раз за столь короткий срок, между прочим! Какой вопиющий ужас! Судя по угрюмому лицу Владыки Ада, чувство это было взаимным. Под тяжёлым взглядом низенькой женщины, едва достающей ему до плеча, Гавриил почему-то внезапно почувствовал себя крайне неловко. — Не хотите обсудить детали в более приятной обстановке? — вместо ругательств, как обычно служащих напоминанием демонам о их никчёмности и мерзости, внезапно вырывается… это, и на лице Вельзевул мелькает удивление.       Милая растерянность, которая почему-то вызывает в Гаврииле прилив воодушевления вместо такого желанного и привычного отвращения. — Например, где-нибудь на нейтральной территории, скажем, в ресторане? — Владыка Ада, кажется, вот-вот свалится в обморок от сердечного приступа, глазами, округлившимися в совсем не подходящем по статусу изумлении, глядя на собеседника.       Ангел Божий, что спит — ну, вернее, не спит, конечно, не спит, зачем ему спать-то, сатана подери, — и видит, как бы засадить демону поглубже между лопаток свой ангельский меч, вдруг приглашает её… в ресторан? В человеческий, туда, куда обычно люди (если верить Кроули, конечно) ходят на эти, как их, свидания?! Это какой-то новый коварный замысел добрых сил, заключающийся в смягчении демонов?       Вельзевул хотела нахмуриться, пронзить ангела недоверчивым высокомерным взглядом, плюнуть ему в лицо и твёрдо послать к Богу, а после развернуться и гордо удалиться под землю. Вместо этого же она лишь моргнула и неопределённо повела плечом. — Да… это… неплохая идея, — всё ещё сбитая с толку, кивнула Лорд Ада.       Не менее растерянный своим порывом Гавриил глупо улыбнулся в ответ.       В долгой жизни Ангела Божьего Гавриила было не так много вещей, которые приводили его в когнитивный диссонанс, выбивая из привычной колеи улыбчивого садиста, который со всей своей ангельской милостью вспорет вам брюхо тупым ножом во имя очищения от греха и выполнения нормы Божественного Замысла. Короткая встреча с Лордом Вельзевул определённо пополнила список этих вещей.       Гавриил понятия не имеет, что движет им в тот момент. Слова против воли складываются в предложения, вырываясь наружу, и архангел чувствует себя несколько странно. Будь он более детально знаком с описаниями человеческих эмоций, то своё состояние он определённо нашёл бы в каких-нибудь подобных строчках: «То, неловкое ощущение, когда ты чувствуешь себя последним идиотом, пытаясь пригласить первую красавицу школы, в которую влюблена половина параллели и ты не исключение, на свидание. Но ты ботан, серая мышь, на которую обращает внимание разве что буфетчица, добрая сердобольная миссис Даунфайер, и то только потому, что ты высокий и тощий дрыщ, грозящийся сломаться пополам от лёгкого дуновения ветра».       Но Вельзевул не была первой красавицей школы, наоборот, это было самое мерзкое существо, которое только приходилось Гавриилу встречать в своей долгой жизни. Сам же Ангел Божий тоже был далёк от образа тощего ботана, наоборот, его внешности мог позавидовать любой голливудский актёр. Однако не это было самое главное, нет.       Самым главным было то, что Гавриил совершенно, абсолютно точно не был влюблён в Вельзевул. Да он скорее бы вылил на неё ведро святой воды, чем пригласил на свидание, прости Господи!       Но вместо святой воды на горизонте маячил ресторан, и архангел сам не заметил, как оказался в приятной английской деревушке Тадфилд, около небольшого милого коттеджа, в то время как его полный святой благодати палец давил на входной звонок.       Дверь распахнулась резко, почти с грохотом и почти слетев с петель, и на пороге показалось раздражённое лицо Кроули. Гавриил брезгливо скривился, глядя на демона — надо же, он совсем забыл, что бывший (хотя формально всё ещё нынешний) подчинённый теперь официально живёт не один. Змий же, увидев незваного гостя, одарил его, если можно так выразиться, ласковой и дьявольски добродушной улыбкой и поклонился в полушутливом поклоне. — Ангел Божий Гавриил, какая честь, чем могу служить? — с издёвкой протянул он, и лицо архангела на мгновение перекосило. После на нём расплылась его вечная улыбка, и он, не дожидаясь приглашения, сделал шаг вперёд, проходя внутрь. — Сдохни в муках святой воды, исчадие Ада, — в привычной манере любезно отозвался он и, озираясь по сторонам, впился в конце концов требовательным взглядом в Кроули. — Мне нужен Азирафель, где он?       Демон, ничуть не задетый чужим пожеланием, хищно ухмыльнулся, беззвучно кивая Гавриилу за спину. Тот недоверчиво посмотрел на Кроули, но всё же развернулся, в то время как из кухни вышел Азирафель. Увидев начальство, ангел замер на месте, переводя тревожный взгляд с гостя на Кроули. — Гавриил? — Азирафель неловко улыбнулся, а в его голосе промелькнули нотки отчаяния. — Какая приятная встреча… Какими судьбами ты тут? — ангел неловко взмахнул руками, явно не зная, куда их деть, и вообще, чувствуя себя словно не в своей тарелке. — Мне нужна твоя помощь, — тут же отрезал архангел, и своим ответом умудрился вызвать тень интереса как на лице Кроули, так и на лице Азирафеля.       Ангел вопросительно переглянулся с демоном. — И… какая же? — поинтересовался он осторожно.       Гавриил внезапно почувствовал себя до крайности неловко. Он кашлянул, пытаясь более ли менее чётко сформулировать мысль. Получалось как-то не очень. — Дело в том, что как показала практика, ты, мерзкий предатель, имеешь богатый опыт общения с… нашими оппонентами, — архангел брезгливо скривился, глядя на Азирафеля снизу-вверх полным гадливого презрения взглядом. — Мне нужны эти знания, Азирафель. Мне нужно знать всё о слабостях этих богомерзких созданий, гнусных предателей, что заслуженно гниют на самом дне своей канавы, тварей, заслуживающих только уничтожения и никакой жалости, — с каждым новым словом Гавриил всё больше и больше входил в раж, в то время как во взгляде Азирафеля всё нарастала и нарастала тревога. — То есть, ты всё-таки собираешься пойти сражаться с демонами? — он непонимающе нахмурился и скрестил руки на груди, всем своим видом демонстрируя своё напряжение. — Боюсь, я не смогу тебе в этом помочь. Я никогда и ни с кем не сражался. — Если бы мне нужен был военный совет, ты был бы последним, к кому бы я обратился за помощью, — нетерпеливо и как всегда «предельно деликатно» махнул на ангела рукой Гавриил. — Я же спрашиваю тебя о их слабостях, о том, чем можно зацепить и поразить в самые закрома чёрных ничтожных душонок, что должны гореть в священном пламени праведного ангельского гнева. — Слушай, ангел, мне кажется, у твоего начальника окончательно поехала крыша, — Кроули, изящно обошедший Гавриила, стал чуть позади Азирафеля и, нагнувшись, шепнул ему это на ухо. Озадаченный ангел ничего на это не ответил.       На несколько мучительно долгих мгновений повисла напряжённая тишина, которую нарушал лишь лай собаки, доносящийся с улицы. Гавриил выжидающим взглядом, терпение в котором стремительно иссякало, смотрел на Азирафеля, пока сам Азирафель отвечал начальнику абсолютным непониманием. Он действительно был сбит с толку словами архангела и совершенно не мог уловить связь между просьбой о помощи, услышанным и заявлением о том, что Гавриил не собирается ни с кем воевать.       Видя, что его ангел завис, Кроули решил взять ситуацию в свои руки. — Не мог бы ты конкретней выразить свою просьбу? Потому что ангел и я затрудняемся как-то ответить на этот поток сознания, — он удобно устроил предплечье на плече Азирафеля, позволяя кисти свободно свисать вниз, и устроил на нём подбородок, взирая на Ангела Божьего ленивым взглядом из-за тёмных очков.       Гавриил недовольно нахмурился в ответ. — У Михаила есть дальняя родственница в шестом колене, двоюродный брат которой, ангел Анафанаил, дружит с троюродным братом ангела Рувиила, ангелом Недалекиилом, который является полным нулём в вопросах взаимоотношений с… той стороной. Ему, между тем, подкинули задание провести несколько часов в смущающей близости с одним из этих грязных павших, который, ко всему прочему, оказался женщиной. Так вот он нуждается в информации, как ему себя с ней вести, — максимально завуалированно отозвался Гавриил.       Изумлённый таким ответом Кроули, для полноты восприятия даже приподнявший очки с глаз, переглянулся с совсем ошалелым Азирафелем. — Дальняя родственница Михаил, двоюродная сестра брата в шестом колене… — окончательно сломавшийся ангел пытался проследить нить родства, пока Кроули громко фыркнул: — Я потерялся ещё в первом же колене этого мнимого родства, учитывая, что ни у ангелов, ни у демонов нет родственников, — он кинул насмешливый взгляд на помрачневшего Гавриила. — Так что, может, оставишь свои странные намёки и всё-таки скажешь нормально, чего ты от нас хочешь?       Ангел Божий, который, на самом деле, всегда считал себя мастером намёков, недовольно сверкнул глазами. — От тебя я хочу только одного: чтобы ты сдох поскорее, — резко отозвался он, и Кроули закатил глаза. После вздохнул, осознавая, что, кажется, всё-таки придётся говорить начистоту, и произнёс: — Я пригласил Вельзевул в ресторан. И да, я понятия не имею, что с ней там делать.       Повисшую звенящую тишину прорезал громкий искренний смех Кроули. Демон согнулся пополам, держась за живот, и у него едва ли не слёзы из глаз катились. Наблюдающий за ним Азирафель честно пытался сдерживаться (не смеяться же с начальника при самом начальнике, ну в самом деле), но не выдержал и присоединился к заразительному смеху Змия.       Гавриил, с мрачной миной наблюдавший за откровенно веселящейся парочкой, удивительно терпеливо дождался, пока она проржётся. Более ли менее успокоившись, с трудом разгибаясь и всё ещё похихикивая, Кроули вытер из уголков глаз слёзы и произнёс: — Не то чтобы я пылал особой любовью к Лорду Вельзевул, но сейчас я действительно сочувствую ей. — Кроули! — укоризненно шикнул Азирафель и тут же мило улыбнулся, глядя на угрюмого начальника. — Это очень мило, Гавриил. Ты правильно сделал, что обратился к нам за помощью, прежде чем покорять сердце дамы. — Не собирался я ничего покорять, — нахмурился архангел, но Азирафель проигнорировал его слова. — Идём присядем, нам предстоит долгая беседа, и негоже вести её в прихожей, — ангел первым развернулся и скрылся в проёме гостиной.       Кроули, наигранно вежливо улыбнувшись, сделал ироничный галантный жест «только после вас», и когда Гавриил прошёл мимо него, зашёл в комнату самым последним. — Итак, для начала скажи, с какой целью ты позвал Вельзевул в ресторан? — удобно разместившись вместе с Кроули на диванчике, обратился к занявшему кресло Гавриилу Азирафель. Прекрасно отдавая себе отчёт, что по доброй воле архангел никогда в жизни никого (а тем более главу противоборствующей стороны) не позвал бы в ресторан, он в первую очередь решил выяснить причину такого внезапного решения. — Лучше спросить, какие божественные муки грозили Лорду Вельзевул, что она на это согласилась, — хмыкнул Кроули, но его слова были проигнорированы. — Мы решили заключить временное перемирие, — неохотно отозвался Гавриил. — Чтобы уладить все волнения и более эффективно подготовиться к следующему Армагеддону, — Ангел Божий одарил сидящую перед ним парочку красноречивым многозначительным взглядом. — Но для этого нашим сторонам не мешало бы хоть немного наладить отношения… И вы знаете, что первые шаги всегда ждут от лидеров, — ещё более неохотно, чем в самом начале, добавил он. — О-о-о, это прекрасный повод для встречи! — Азирафель просиял, похоже, искренне пронявшись проблемой начальника, в то время как сидящий позади него Кроули хищно ухмыльнулся. — Итак, тебе необходим совет, как себя вести с дамой, чтобы оказать на неё приятное впечатление? — Гавриил сдержанно кивнул. — Ты пришёл по адресу, — авторитетно заявил Кроули, неопределённо ведя рукой по воздуху. — Прежде всего ты должен сменить прикид. Если ты хочешь произвести на Лорда Вельзевул хорошее впечатление и при этом не выставить себя идиотом в ресторане, то эту унылую серость необходимо сменить на что-то более подходящее вечеру и ситуации в целом. — Совершенно точно! — энергично закивал Азирафель. — В этот прекрасный вечер ты должен облачиться в свой лучший костюм!       Гавриил скептично вскинул бровь. Он с трудом припоминал, что для смертных внешний вид и вправду зачастую играл очень важную роль. Но с другой стороны, они-то с Вельзевул не были смертными и всегда могли, при необходимости, отвести от себя взгляд или ещё что-то в этом роде… Однако же если речь шла о том, чтобы произвести благоприятное впечатление на потенциального союзника, то, пожалуй, всё же стоило прислушаться к словам ангела, и как бы противно не было признавать, ещё и демона повнимательней.       Гавриил щёлкнул пальцами, и в его руках появился перекидной блокнот и ручка, и первый же совет был спешно выведен на разлинованной странице. — Раз уж мы заговорили о внешнем виде, — тем временем продолжил Азирафель, — то ты обязательно должен не забывать делать комплименты её внешности — собеседнику всегда приятно, когда на него обращают внимание, — архангел не совсем понимал, что подчинённый имеет в виду, но поразмыслив мгновение, всё же решился записать этот пространный совет. — Продолжая тему внимания, — мастерски подхватил нить разговора Кроули, — не следует забывать и о галантности. Ты должен вести себя так, чтобы твоя спутница, даже если она Лорд Вельзевул, не чувствовала себя в одиночестве ни на мгновение. Ты должен интересоваться её мнением и самочувствием, проявлять обходительность в мелочах вроде придержанной двери или отодвинутого в нужный момент стула. А во время беседы ты не должен ни на мгновение прерывать с ней контакт, неважно, вербальный ли, или какого-то иного характера — Лорд Вельзевул должна чётко понимать, что в теме вашей встречи ты заинтересован не меньше её, — демон назидательно поднял вверх указательный палец, а обернувшийся к нему Азирафель одарил его восторженным взглядом. — Как приятно, что ты об этом вспомнил, Кроули! — воскликнул ангел, и демон самодовольно усмехнулся. — Даже несмотря на то, что ты демон, и галантность явно не ваша сфера. — Я просто хорошо воспитанный демон, — фыркнул в ответ Змий, но было видно, что приятное удивление Азирафеля явно ему польстило.       Наблюдающий за этой сценой Гавриил сделал какую-то пометку рядом с записью «проявление внимания» и быстро зашуршал ручкой, дописывая чуть ниже о галантности и непрерывном контакте. — Также для того чтобы произвести приятное впечатление, было бы неплохо удивить чем-нибудь твою спутницу, — продолжил Азирафель. — Чем-нибудь приятным и неожиданным… — Например, стихами, — мгновенно вклинился Кроули, неопределённо ведя плечами. — Девушки обычно любят стихи. — Да-а, стихи… Это хорошая идея, — ангел странно покосился на демона, но тот сделал вид, что не заметил.       Гавриил на них тем более не обращал внимания, спешно конспектируя услышанную информацию. Когда же ручка поставила точку в последнем предложении, он оторвал взгляд от блокнота и посмотрел прямо на Азирафеля. — Что ж, думаю, этого будет достаточно для того, чтобы… нейтрально провести этот чёртов вечер с… Лордом Вельзевул, — не найдя, как назло, подходящего ругательства для Владыки Ада, улыбнулся своей привычной дежурной улыбкой Гавриил.       А после, особо не утруждая себя, прямо из кресла исчез в синеватой дымке. — Ну, и что это было? — когда начальство унесло свой ангельский зад из дома ангела и демона, поинтересовался у Кроули Азирафель, при этом прожигая Змия крайне укоризненным взглядом. — О чём ты? — натурально удивился тот, чуть отпрянув назад и выставив перед собой руки в оборонительном жесте. — Не притворяйся. К чему такая любезность и рвение помочь Гавриилу? — Азирафель недовольно скрестил руки на груди — жест, которого он набрался от Анафемы.       Кроули, понимая, что особого смысла юлить и дальше нет, расплылся в дьявольски довольной ухмылке. — Ты только подумай, как твой прямолинейный тупоголовый начальник, который ни херувима не смыслит в общении, будет воплощать в жизнь все наши советы, — он предвкушающе зажмурился (чего, однако, не было заметно за стёклами его неизменных очков). — Ни о каком соглашении в этот прекрасный день и речи не будет, а Лорд Вельзевул, очень ей этого желаю, кстати, уж точно сбежит от Гавриила под звуки не самых цензурных выражений… Хотя бы потому, что я очень сомневаюсь, что этот святоша знает какие-то другие стихи, кроме Священного Писания…