Спаси своих любимых

— Любовь и ненависть нужны, чтобы преодолеть страх смерти. Когда нет страха — не нужно ненавидеть, не нужно любить. © Кларк Солнце медленно поднималось над горизонтом, окрашивая некогда тёмное небо в ярко — жёлтые краски. Спокойное и безмятежное утро, на первый взгляд. Я так и не смогла уснуть. Потеплее закутавшись в шерстяное одеяло, поджала колени к груди и обхватила руками. Мне было плохо, во всех смыслах этого слова. Живот болезненно скручивало, подступала тошнота. Я уже в сотый раз прокляла себя за то, что не стала есть вчера. Голова раскалывалась, тело пробивала дрожь. Было холодно и одиноко. Вчера после разговора с мамой я решила выйти на улицу, подышать свежим воздухом и привести мысли в порядок. Вот только мой организм подвёл меня, к глазам начали подступать слезы, я сдерживала их, как могла, лишь бы только никто не увидел. Но на лестнице я столкнулась с Беллами. Неловко вышло. Что он вообще делал внизу? А впрочем, какая разница? Я просидела на крыльце дома пару часов, потом замёрзла и вернулась в комнату, а остаток ночи провела сидя на подоконнике. Окно выходило в сторону Нью-Йорка, но разглядеть даже мерцающие вдалеке огни было трудно — слишком большое расстояние. Город, в котором я родилась и выросла. Город, который теперь стал мне чужим. Не так давно, я проводила время в компании близких мне людей, лучшим другом, которого знала с детства, парнем, которого любила. Мне были открыты все дороги, я могла учиться в лучшем университете, получить профессию, о которой мечтала. У меня была прекрасная жизнь, беззаботная, свободная. Я знала, кто я и что хочу. А теперь? Теперь не осталось ничего. Я понятия не имею, где мои друзья, но чётко знаю, где Финн. Мне нужно приложить все усилия, чтобы вытащить его из лап Родоса. Мне нужно помочь Джозефине и Габриэлю. Они единственные отголоски прошлого. Я повела плечами, словно мне было неприятно думать об этом. Может прилечь и все-таки отдохнуть? Глаза слипались, шея немного затекла, поэтому я все же перебралась на кровать. Несмотря на то, что я была похожа на сплошной комок из одеяла, все равно почувствовала холод, исходящий от простыни и подушки. Обняла себя за плечи, и еще сильнее закуталась в плед. Не знаю, хотела ли я согреться, скрыть одиночество или поддержать сломанные кости. Еще пару минут боролась с желанием провалиться в глубокий сон и наблюдала за выступающим в свои права рассветом. Я тонула в безмерной бездне. Я могла бросить якорь, который мог бы утащить меня за собой, либо схватиться за спасательный круг, который вытащит меня на поверхность. Вот только непонятно: что меня тянет вниз, а что вверх — прошлое или настоящее. С этой мыслью я отключилась от реальности, впервые за несколько дней спокойно заснув. Громкий голос матери, раздавшийся снизу, разбудил меня. Приложив нечеловеческие усилия, открыла глаза. Те часы, которые мне удалось поспать, не сыграли особой роли — ощущение, что мне стало только хуже. Борясь с силой притяжения и силой тяжести, заставила себя подняться, но прежде, чем я вышла из комнаты, замерла в полушаге. Мой взгляд остановился на отражении в зеркале. Похожа на саму смерть, бледная, будто выкачали душу. Не желая больше любоваться собой, резко вышла в коридор, излишне сильно хлопнув дверью. Пара шагов и я уже быстро спускалась по лестнице, направляясь в гостиную, из которой доносился мамин голос.       — Хорошо, я поняла… — Эбби стояла спиной ко мне, ее плечи поникли, она медленно повернулась.       — Мама? — дрогнувшим голосом спросила я.       — Что случилось? Обернувшись, увидела Беллами. У него был довольно заспанный вид: волосы растрепаны, на щеке едва заметный след от подушки.       — Пару-тройку часов назад поймали наших, — тихо ответила Гриффин.       — Кого?       — Как? Два вопроса прозвучали одновременно в один голос. Я кинула быстрый взгляд в сторону Блейка, тот даже виду не подал.       — Найла и Иллиан, они присоединились к Джахе недавно. Оба журналисты.       — Телониус Вам звонил? — спросил Беллами.       — Да… Я опять посмотрела на Беллами. Он закусил губу и медленно кивнул. А чего он ждал? Что все так просто и гладко пройдет? Наивный. В ответ на свои мысли приподняла левую бровь, пытаясь подавить смешок.       — Мне нужно ехать в отдел кадров. Узнаю, как и что, потом сразу назад, — быстро проговорила Гриффин, беря сумку в руки и начиная собираться.       — Я…       — Нет, Кларк, — строго перебила мама, — ты останешься тут и точка. Мы уже через это проходили. Я присмирела. Она права. Появится на улицах города сейчас было бы катастрофической ошибкой. Поэтому ничего не оставалось, кроме того, как сидеть и просто ждать. Я ненавидела ждать.       — Я поеду с Вами, — твёрдо сказал Беллами.       — Тебе там точно делать нечего, — Эбби прошла в гостиную и надела кардиган.       — Не в отдел кадров. Просто в город.       — Решил сбежать? — я скрестила руку на груди.       — Очень смешно, — бросил парень и демонстративно открыл пустой холодильник, — если ты не ешь обычную еду, то это не значит, что другим не нужно. Я подняла голову и неоднозначно повела плечами.       — Кроме того, я бы хотел привести свои личные вещи. Видимо, мы здесь надолго. Я нашла взгляд мамы и вопросительно кивнула. Блейка могли поймать, выйти на остальных, или просто убить. Только вчера обсуждали, что за пределами Полиса небезопасно. Ни тот, ни другой расклад особо не радовал. А вот маме, наоборот, лучше быть в Нью-Йорке и постараться не вызывать никаких подозрений. На ее месте, я бы не ходила в отдел кадров, но меня ведь слушать никто не будет… Гриффин-старшая еще долго молчала, потом ответила.       — Ладно, собирайся. Беллами бросил на меня быстрый взгляд и поднялся по лестнице за толстовкой.       — Мам…       — Не начинай, милая. Родосу незачем лишний раз выходить за пределы Ратуши, это дело рук его шестерок, а в наш дом они точно не заявятся. И Беллами прав, без еды вы долго не протянете, — Эбби обняла меня и забрала прядь волос за ухо, — лучше последи за оставшейся компанией, хорошо?       — Хорошо, — вторя ей ответила я. Гриффин вышла, чтобы завести машину. Я какое-то время топталась на месте, после чего направилась в сторону лестницы. Блейк быстрыми шагами спускался вниз, на ходу закидывая портфель на плечо.       — Она ждёт тебя в машине, — без эмоций произнесла я. Парень кивнул, но судя по звуку шагов замер где-то рядом с дверью.       — Кларк? Я остановилась и, помедлив, обернулась.       — Тебе что-нибудь нужно? Не поняв вопроса, я подняла бровь, склонив голову набок.       — Из вещей, — терпеливо пояснил Беллами. Я нахмурилась, напряжённо думая, и пожала плечами. Зачем он спрашивает? Вряд ли мама даст ему ключ от дома, и не будет же он рыться в моих вещах?

«Если ты так пытаешься быть вежливым, то это плохая попытка, Блейк»

      — Я могу привезти. Мне показалось или последняя фраза прозвучала… мягко? Я даже не была уверена в том, что мне действительно что-то было нужно. Хотя, была парочка вещей, без которых придется тяжко. Передо мной встал выбор: признать поражение, либо перешагнуть через себя и, стиснув зубы, остаться гордой и независимой. Внутренняя борьба шла довольно долго, за это время Блейк уже мог бы многозначительно закатить глаза и махнув рукой, сказать: «Аривидерчи». Но он так не сделал.       — Если не трудно… — осторожно начала я, — мой альбом, для рисования. Черный с бежевым листами. И… плеер.       — Альбом и плеер, хорошо, — он мимолётно улыбнулся.       — Спасибо, — повысив голос, ответила, когда он уже открыл дверь, — большое.       — Пожалуйста, — посмотрев на меня последний раз, Беллами вышел на улицу. Я потерла виски. Что это только что было?

***

Прошло только полчаса после того, как мама и Беллами уехали. Я, наверно, уже раз в тысячный перевернулась с одного бока на другой и окончательно поняла, что попытаться уснуть, изначально было проигрышным вариантом. Достаточно легко поднялась с постели и прислушалась: несмотря на то, что сейчас было около восьми утра, никто из оставшейся компании не думал просыпаться. Я подошла к шкафу и скептически осмотрела содержимое, должно же здесь быть хотя бы что-то отдаленно напоминающее уличную одежду. Под руку попался вязаный кардиган кремового цвета. Вещь спускалась практически до колен. Ладно, осталось найти только штаны. Я перевернула весь шкаф вверх дном.       — М-да, мам, только ты можешь положить теплый верх, и даже не побеспокоится о брюках… — проворчала я, доставая джинсовые шорты, — да черт с ним. Быстро переодела шорты и осмотрелась. Такой себе вышел лук, но я и не собиралась идти на показ мод. Тихо спустилась в прихожую и облегченно выдохнула, увидев, что Эбби никуда не убрала те кроссовки, в которых я была вчера. Не придется идти в домашних тапочках. Осторожно закрыв за собой дверь, я глубоко вдохнула свежий утренний воздух. Я не так уж много знала о местности, в которой мы находились, но кое-что, мне все же было известно. Один раз я удачно оказалась в нужном месте, в нужное время и услышала небольшой обрывок разговора Маркуса по телефону. Не знаю, с кем он говорил, но это неважно, важно, что слово «Полис», несколько раз прозвучало во время диалога. И нет, я не подслушивала. Осмотревшись, все же решила пойти направо. Бейонн — город, который находится примерно в двадцати километрах от Нью-Йорка; уютный, не такой шумный. Полис — это всего лишь несколько кварталов в спальном районе. Его действительно нет на картах, так как место чисто условное, о нем знают лишь сторонники Джахи. Хороший способ маскировки — Канцлер ни за что не подумает искать «лагерь» в таком месте. Но на первый взгляд, район Полиса может показаться жутковатым. Зависит от того, с какой стороны в него заехать. Если с тыльной — то место вполне можно принять за заброшенную деревеньку, если со стороны самого Бейонна, эффект таким уже не будет; именно по этой причине Рейвен отметила, что локация может сойти под съемочную площадку сериала «Бойтесь ходячих мертвецов». Маркус и Телониус примерно год назад, может чуть меньше, решили осесть именно здесь. Именно тогда Кларк подслушала телефонный разговор, и с того момента Эбигейл начала скрывать от дочери всю информацию, касавшуюся Канцлера и дела, запланированного Кейном и Джахой. Песня. NF. Let you down Я шла вперед, надеясь выйти в более живую часть города. Чувствовала себя довольно странно, будто я попала в вселенную Голодных Игр, причем роль Китнисс Эвердин досталась мне. И мы с ней чем-то похожи. Вместо арены была Ратуши. Вместо двадцати четырех трибутов — Сотня подростков. Там президент Сноу, здесь Родос. Вот только Китнисс могла противостоять себе и своим страхам, она всегда могла пойти против системы. А я не могла. Я слабее. Этой вселенной придется искать другую Сойку-Пересмешницу. Свернула в узкий проход, после чего вышла на более менее оживленную улицу. Кажется, здесь не было камер. Мимо прошел мужчина и как-то странно посмотрел на меня. Я списала это на внешний вид, по идее никто не знал о тайных планах Родоса, значит, прохожие не могли узнать во мне беглянку. По дуновению ветра, я поняла, что нахожусь не так уже и далеко от набережной. Заправив прядь запутавшись волос за ухо и на всякий случай опустив голову вниз, двинулась вперед. Должна признать, что чувствовать себя в обществе было непривычно. Я даже невольно задалась вопросом, как я восемнадцать лет прожила в крупном мегаполисе. То и дело ловила на себе взгляды прохожих, и три тысячи раз прокляла свою одежду. В нос ударил запах свежей выпечки и кофе. И дернуло же пройти мимо кофейни! Живот опять скрутился в узел, готовясь, вывернуться наружу. Сглотнув слюну и подавив недовольное урчание внутри, я ускорила шаг, даже не взглянув на красиво разложенные вкусности на витрине. Спустя пятнадцать минут ходьбы, я, наконец, достигла желанной цели и вышла на набережную. Слава Богу, здесь было мало людей. Я села прямо на бетонные ступеньки, спускавшиеся к реке Килл Ван Кулл, и закрыла глаза. Лицо приятно освежило небольшим порывом ветра, я прислушалась к собственному сердцебиению и звуку волн, разбивавшихся о самые нижние ступени, и почувствовала… спокойствие и свободу. Такие простые и давно забытые ощущения. Момент, когда понимаешь, что все в твоих руках. Я бы могла легко вскочить, поймать машину автостопом, уехать как можно дольше отсюда, точно так, как говорил вчера Мерфи. Или же напроситься на какой-нибудь паром, придумать историю про украденный паспорт, и отчалить в противоположную сторону от реки Гудзон, залива Аппер Бей, и наконец, Нью-Йорка, счастливо помахав рукой самой статуе Свободы. Но червь совести завертелся в самом низу живота, а паром мечты вдруг сбился с курса. Разбился о возникший из ниоткуда айсберг, и подобно «Титанику», пошел ко дну. Я не могла уйти. Не могла оставить друзей. Прошлое сковало меня цепями, на руке остался шрам, который до конца жизни будет напоминать мне, кем я стала и кем была. Открыла глаза и подавила подступающий к горлу горький комок. Как же я уже устала от всего… Почему нельзя просто сдаться? Такое чувство, что все проблемы из-за меня, так почему бы не облегчить жизнь себе и остальным? Я опустила взгляд вниз, темные волны жадно лизали нижние ступени. Перевела взгляд на мост. Один прыжок… Нет! Я даже поежилась от этой мысли. Так нельзя, нет. Кейдж был прав. Я слабая.       — Кларк Гриффин! Я вздрогнула, услышав, как кто-то громко называет меня по имени. Быстро встала, еле удержавшись от сильного порыва ветра. Волосы закрыли обзор, кардиган поддался потоку ветра, развиваясь, как плащ. Кое-как разобравшись с двумя проблемами одновременно, я, наконец, повернулась на голос.       — Кто ты?! Передо мной стояла смуглая девушка с темными вьющимися волосами. Она снисходительно посмотрела на меня и повела плечом.       -Джейд. И не надо так хлопать глазами, я своя. Я прищурилась, но ничего не ответила.       — Не думаю, что тебе стоит далеко уходить от дома, Кларк. В прошлый раз это закончилось весьма трагично.       — Я сама решу, куда, когда и на сколько мне ходить, — прошипела я, смотря ей прямо в глаза.       — Все равно настоятельно рекомендую вернуться в дом. Нахождение в Бейонне не гарантирует стопроцентной безопасности. Необходимо следовать протоколу, который оставил Джаха.       — А свежий воздух по протоколу полагается? Джейд вскинула голову, из-за чего я мрачно усмехнулась. Поправив кардиган, уверенно пошла вперед, но задержалась, услышав за спиной шаги Джейд.       — Я сама могу дойти до дома. Не сказав больше ни слова, я проделала обратный путь, стараясь заглушить растущее внутри раздражение. Уже открывая входную дверь, я чуть не ударила взбудораженную Октавию.       — Тав! — немного громче, чем хотела изначально воскликнула я, — что с тобой? Голубые глаза девушки потерянно уставились на меня, после чего Блейк начала тараторить, запустив руку в темную шевелюру.       — Я проснулась, спустилась вниз. Ни Беллами, ни тебя не было. Я уже не знала, о чем подумать…       — Октавия, тихо, — притормозила я ее, — Беллами и Эбби уехали в Нью-Йорк.       — Зачем? Я терпеливо объяснила ситуацию, несколько раз повторив, что ничего страшного с ее братом не произойдет; старалась говорить убедительно, скрывая собственную неуверенность. Увидев, что Октавия не особо верит мне, я успокаивающе положила руку на плечо девушки. Блейк сжала мою ладонь и, прикрыв глаза, несколько раз кивнула.       — Куда ты ходила?       — Мне нужно было подумать, — размыто ответила я.       — Доброе утро, — Рейвен, все еще зевая, спустилась со второго этажа и первым делом направилась к холодильнику. Не обнаружив, внутри ничего кроме холода и пустоты, девушка разочарованно цокнула языком, потом тяжело опустилась на диван, — как спалось?       — Замечательно, — саркастично ответила я и направилась наверх.       — А по тебе не скажешь, — заметила Рейвен. Ее голос заставил меня остановиться и обернуться. Я увидела, как Октавия едва заметно качнула головой. Сначала подумала ответить в какой-нибудь едкой манере, но мой взгляд заметил рацию, лежавшую на полке в шкафу. За пару шагов я прошла всю гостиную и взяла нужную вещь.       — Ты знаешь, как ее настроить? — обернулась к Рейвен.       — Допустим, — она поднялась и протянула руку, — эмм, ну похоже она уже настроена.       — Уверена? Рейвен вскинула бровь вверх и посмотрела на меня. Я проигнорировала ее жест и снова взяла рацию в руки.       — Что ты хочешь сделать?       — Мне нужно знать, что случилось с Джозефиной и Габриэлем.       — Кларк, не думаю, что это хорошая идея, — осторожно сказала Октавия, подходя ближе.       — Нам ясно сказали не высовываться, — добавила Рейвен, — кстати об этом, — она повернулась к Блейк, — где второй?       — Долгая история. Я села на стул и, проведя рукой по волосам, закусила губу, смотря на рацию. Может, Октавия права?.. Но с другой стороны, зачем маме держать дома рацию, если она не будет настроена на защищенный канал? Размыслив таким образом я включила ее, игнорируя предостерегающие взгляды девушек.       — Джо, ты слышишь меня? Тишина. Я вздохнула и повторила вызов спустя пару минут.       — Кларк, оставь это, — качнула головой Рейвен, — у тебя нет гарантии на ответ.       — Как и у вас не было гарантии на успех. Я снова повторила вызов, но не получила никакой обратной связи. Как и в четвертый раз.       — Так все, — Рейвен подошла ближе и выхватила рацию из рук, — возьми себя в руки и подумай логически.       — Я только и делаю, что думаю, — я резко встала и оказалась слишком близко к девушке, — неужели ты не понимаешь…       — Прекрасно тебя понимаю. И не нужно нагнетать и выставлять нас идиотами. В тот раз у нас был план, а безнадежно вызывать по рации целый день… Какой в этом смысл? Я долго смотрела в ее глаза, абсолютно не моргая. Воздух в воздухе трещал от напряжения.       — Может, вы уже перестанете пилить друга, а? — Октавия забрала рацию у Рей и добавила, — пожалуй, я уберу это на место. Я посмотрела вслед Блейк и медленно вздохнула. Силы вдруг резко покинули меня, в комнате стало душно, голова закружилась. Я отступила на несколько шагов назад и придержалась за стенку.       — Кларк? Живот скрутило и я прикрыла рот рукой. Тошнота стала подступать как-то неожиданно, со следующим спазмом, я побежала в ванну. Я быстро добралась до нужной комнаты и склонилась над раковиной. Меня стошнило простой водой, после чего тело пробила дрожь, а ноги стали подкашиваться.       — Когда ты ела в последний раз? — спросила Рейвен, остановившись в коридоре.       — Я… я не знаю…       — Около суток назад, если не больше, — ответила за меня Октавия и подала стакан воды. Все еще дрожащей рукой я взяла чашку и, поблагодарив Тав, сделала большой глоток.       — У меня должен был быть шоколадный батончик, — Рейвен ушла с этими словами, я даже не успела ее отговорить. Девушка вернулась уже через пять минут и подала мне маленькую шоколадку.       — Бери, — настояла она, заметив мое замешательство.       — Спасибо, — я попыталась улыбнуться и кое-как добрела до дивана.       — Тебе бы поспать. И перестань мучать себя.       — Угу, — кивнула я, разворачивая упаковку. Октавия права: ела я последний раз около суток назад. Поэтому даже обычная шоколадка была просто лучом света в темном царстве для моего замученного организма.

***

Остаток дня прошел, как в тумане. Мерфи несколько тысяч раз пожаловался, что ему скучно, потом чуть было не сломал телевизор, пытаясь найти нужный ему канал. Он достаточно быстро сдался, швырнув пульт в сторону. Рейвен закатила глаза и решила проблему меньше, чем за минуту. Мерфи беспечно пожал плечами, объяснив все тем, что Рейес просто взломала телевизор. Я не смогла долго смотреть какую-то малоизвестную комедию и ушла в свою комнату. Благодаря шоколадке Рей и нескольким стаканам воды меня больше не тошнило, но голод все равно давал о себе знать. Я дала себе слово, что обязательно поем, когда Беллами вернется с продуктами. Где-то в глубине души переживала и не находила себе места. Меня раздражала сама невозможность связаться с мамой или хотя бы Блейком. Они уехал ни свет, ни заря, дело уже клонилось к вечеру, но никто так и не вернулся. Я представила в голове худший вариант развития событий. Даже не хочу еще раз вспоминать об этом. После того, как я в сотый раз подошла к окну и убедилась, что машина мамы не выезжает из-за поворота, мне пришлось принять тот факт, что я просто себя накручиваю. От нечего делать, я без особого интереса осмотрела комнату Эбби. Ничего привлекательного, кроме старой пробковой доски, практически нетронутой пачки бумаги, нашлась даже виниловая пластинка. Удивленно вскинув брови, я отложила вещь в сторону, ее и послушать-то не на чем. Внимание привлекла старая помятая фотография, которая лежала под пластинкой. Я закусила губу и еле сдержала подступившую слезу. Осторожно взяла фото и тяжело вздохнула. Это было изображение моей мамы и отца. Моего настоящего отца. Я думала, что научилась с этим жить, но дыра в сердце все равно дала о себе знать. Джейк Гриффин погиб в автокатастрофе, когда Кларк было четырнадцать. По официальным данным мужчина не справился с управлением в день, когда возвращался домой после суточной смены. Авто двигалось на большой скорости, превышающей ограничения. Из-за сильной переутомленности, плохих погодный условий, Джейк поздно заметил, что выехал на встречную полосу. Он опомнился только, когда яркий свет фар грузовика ударил ему в лицо, мужчина вывернул руль в сторону, но удара избежать не удалось. Машина вылетела в кювет, скорая приехала слишком поздно. Эбигейл и Кларк долго не могли смириться с утратой; другом и помощником семьи Гриффин в тот тяжелый год стал Маркус Кейн. Маркус и Эбби и по сей день считают, что авария была подстроена, или ее не было вовсе. Слишком быстро признали виновность Джейка, особо даже не разбираясь в ситуации. Кейн утверждал, что Джейк не мог просто «не заметить грузовик», но, конечно никто его слушать не стал, а на попытки мужчины найти записи с камер и видео-регистратора, пригрозили штрафом. Кларк не могла принять страшную правду только по одной причине, которая была весомой для четырнадцатилетнего подростка: папа всегда обещал быть рядом с ней. Череду воспоминаний прервал звук заглохнувшего двигателя. Я подняла голову и встала, чтобы подойти к окну. Беллами вышел из машины мамы и достал пакеты. Меня смутил тот факт, что он приехал один. Прищурившись, я еще несколько секунд наблюдала за его действиями, думая над тем, как Эбби решила доверить ему машину. Когда Блейк скрылся в доме, я бережно положила фотографию на стол, прибрала бардак, который успела навести за последние несколько часов и прежде чем выйти из комнаты, кинула быстрый взгляд на свое отражение в зеркале.       — Ты что ограбил все магазины Нью-Йорка? Хорошая работа, Блейк, — послышался довольный голос Джона, прерываемый шуршанием пакета.       — Всего один, — подхватил Блейк. Я многозначительно закатила глаза и медленно вошла в гостиную.       — Почему тебя так долго не было? — спросила Октавия, — и ты же был с Эбигейл.       — Она вернется вместе с Джахой, — приглушенно ответил ее брат, относя некоторые пакеты на кухню.       — И тебе даже удалось не разбить машину, — не удержалась я. Беллами обернулся и долго и пристально смотрел на меня.       — Если у меня нет прав, это не значит, что я не умею водить.

«Так у тебя еще и прав нет…»

Я опустила голову вниз и почесала плечо, стараясь сдержать свои мысли при себе.       — Признавайся, чего ты там накупил, — Рейвен по-хозяйски уперла руки в бока и вытянула шею.       — Все самое лучшее, — ухмыльнулся Мерфи, шурша пакетом чипсов и занимая свое коронное место — диван. Я нахмурилась и подошла немного ближе, чтобы разглядеть содержимое других пакетов. Зрение подводило, поэтому пришлось сощуриться. Шоколад, чипсы, сухарики, орешки, лимонад, Coca-Cola, Burn, еще нечто непонятное в яркой обертке. Он что издевается?       — Это ты купил за целый день? — сдерживая метал в голосе, спросила я.       — Если ты не забыла, то мне нужно было еще съездить в пару мест, кроме торгового центра, — открывая банку Burn, Блейк посмотрел на меня и склонил голову на бок.       — Я помню, — скрестила руки на груди и тоже уставилась на него, игнорируя взгляды других, — и я повторю вопрос по-другому. Ты купил это? — взглядом указала на пакеты.       — Тебя что-то не устраивает? — он сделал глоток и прошелся по кухне, обходя стол.       — Ты имеешь представление, что такое «обычная еда», о которой ты говорил утром? — только сейчас я поняла, что он значительно выше меня. Пришлось приподнять голову вверх, чтобы продолжать зрительный контакт.       — Представь себе, — не скрывая насмешки, ответил Блейк. Его тон стал последней каплей.       — Ты думаешь это смешно? Ты можешь включить голову и понять, наконец, в каких условиях мы находимся? Я целый день просидела, как на иголках, потому что не имела ни малейшего понятия и представления о вашем местоположении. Единственная рация в доме, настроенная на определенный канал, но я не смогла связаться даже с Джо и Габом! И что в итоге? Для тебя это было не больше, чем шоппинг и прогулка по городу? По-твоему мы долго протянем на этом?! В тебе есть хотя бы капля ответственности? Или для тебя это просто игра? Я тяжело задышала после долгой и эмоциональной тирады. Карие глаза Блейка недобро помрачнели.       — Думаешь я настолько тупой? Думаешь, я ничего не понимаю? Наоборот. Я так почти всю жизнь прожил один. Мне никто не помогал, я каждый гребаный день думал о том, как выжить в этом чертовом мире, я ради сестры жизнью рисковал, а ты говоришь, что я просто играю? Он сделал паузу, продолжая смотреть на меня. Я чувствовала, что сердце бьется с бешеной скоростью. Я разожгла совершенно ненужный конфликт, и дороги назад уже не было. Мне нужно подумать, прежде чем давать волю чувствам и эмоциям, которые накопились за все последнее время.       — По-моему только ты до последнего считала, что мир раскрашен в радужные тона, Гриффин, — продолжил Блейк, — хорошо жить, когда единственное, что от тебя требуется это получать хорошие оценки, чтобы поступить в институт. Когда ты неспешно прогуливаешься по городу в компании друзей. Когда ты не теряешь единственного близкого человека, будучи еще ребенком, оставаясь совсем одна. Ты можешь представить себя, сидящую в больнице вместе с младшей сестрой и понимающую, что твоя родная мать только умерла от астмы, что тебя увезут в детдом, и больше ты в этой жизни на хрен никому не нужна. Прекрати говорить такие вещи, пожалуйста, пожалуйста…       — Ты когда-нибудь жила в каморке под спортивным залом, в котором ты работаешь уборщицей, чтобы достать хоть бы какие-нибудь деньги? Нет? Так вот такой жизнью я жил. Такая тебе, даже в кошмаре вряд ли снилась, если по-твоему аккаунту в соц.сетях судить, конечно. Я закусила губу и опустила голову. Все услышанное было просто ужасным. Обида, злость, отчаяние, безысходность и еще куча непонятных мне чувств смешались в один коктейль Молотова и готовы были взорваться. Не в силах больше стоять на месте, смотреть Беллами в глаза и на лица остальных, я не выдержала и убежала, глотая слезы и задыхаясь от собственных беззвучных всхлипов. Песня. NF. Paralyzed В этот момент было все равно на мнение других, я вообще плохо соображала и не понимала, что происходит. Беллами не хотел как-то задеть меня своей последней фразой, он просто сорвался, да и сама я не лучше. Если бы подумала лишний раз, да держала язык за зубами, ничего бы и не было. Сквозь слезную пелену плохо различала дорогу и чудом нашла нужную дверь. Потянув ручку, я быстро скрылась в комнате, словно это был бункер. Прерывисто дыша, сползла вниз по стене и поджала колени. Когда я потеряла себя? Я бы в жизни не подумала, что такой парень, как Блейк прошел через все то, о чем только что рассказал. Как ему хватило сил справиться со всеми жизненными испытаниями? Понятия я не имела. Мои собственные проблемы, еще недавно казавшиеся мне насущными, теперь резко потеряли всякую значимость. По щекам скатилось еще несколько слез, я опустила голову, сжав руками волосы. Тело пробила легкая дрожь от очередного всхлипа. В голове замелькали картинки воспоминаний, послышались голоса до боли знакомых людей. Вот Уэллс смеется над тем, что я не могла слезть с домика на дереве, потому что боялась высоты в детстве. Финн, который целует меня в щеку, говоря, что ему повезло встречаться с «лучшей девушкой в школе». Голос мамы, когда она говорит остаться дома в тот самый день, когда меня забрали. Момент, когда мне пришлось ударить Лексу и слова Кейджа, последние, которые он мне сказал.

Ты слабая, Кларк.

Я подняла голову и сглотнула соленую слезу. Разум медленно обретал способность мыслить, а чувства, который до этого полностью заслоняли все собой, постепенно отступали на второй план. Вытянула руку, на которой все еще был приклеен телесный пластырь. Недолго думая, одним ловким движением сняла его, обнажив маленький и свежий шрам, кривой линией отпечатывавшийся на коже. Меня парализовало. Я поняла одну простую и банальную вещь, ускользавшую из головы все это время. Единственный человек, который был виновником всех бед, смертей, того, через что пришлось пройти Беллами, всем, кто был отобран в Сотню, никогда появлялся на сцене. Все акты за него исполняли его шестерки, такие как Кейдж или Рассел. Пора кукловоду выйти из кулис и показать свое истинное лицо публике. Нужно отомстить Родосу. Муки Ада не искупят его вины за загубленные жизни. Но если, я хотела поступить, подобно Китнисс и справиться с поставленной целью, мне нужно забыть о страхе и слабостях. Я боялась слишком долго, за свое будущее, за свою жизнь. Хватит. Меня готовили чему-то там, в Ратуше. Так может использовать их же оружие против них самих? Где мои чувства? Мое прошлое тянет меня вниз, мое настоящее сбивает с толку. Сколько можно быть пешкой в чужой игре? Сомневаться некогда, нужно действовать. Я больше ничего не ощущаю, хотя знаю, что должна. Я встала и уверенно направилась к пробковой доске, повесила ее на стену, после чего написала несколько слов на листках бумаги. Прикрепила их на кнопки и соединила между собой красными нитями. Напротив бумажки с именем Канцлера я написала слово «враг», напротив Джахи — «союзник?». Я не была абсолютно уверена в Теленоиусе, стану доверять ему, только после того, как пойму его мотивы. Потом взяла еще лист и попыталась накинуть примерный список Сотни. Конечно, я не смогла вспомнить больше десяти человек. На схеме добавились имена: Кларк, Октавия, Джон, Финн, Лекса, Джаспер, Монти… Я почесала затылок.       — Зачем мы были нужны тебе? Что могло объединять сто подростков, которые вряд ли когда-то переходили дорогу Конфедерации? Думай, думай… Финн: спортсмен, восемнадцать лет, жил только с отцом. Октавия: из детдома, семнадцать лет и…. я не знала. Лекса: примерно восемнадцать лет, может семнадцать. Больше я не знала ничего.       — В чем смысл? Я бросила ручку и, закусив губу, уставилась на клочки бумаги, прикрепленных к доске. Взгляд остановился на моем имени, потом я машинально повернулась к столу, на который положила фотографию отца.       — Мой отец погиб в аварии, но ни мама, ни Маркус в это не верили. Маркус сейчас в больнице, а меня ты хотел держать под своим контролем, — проговорила я, снова повернувшись к своей «схеме».       — Ты ненавидишь меня и мою семью. Но за что?.. Мои мысли вслух прервал стук в дверь. Я колебалась несколько секунд и только после повторного, более навязчивого стука, вздохнула и открыла дверь. В коридоре стояла Октавия.       — Можно? Я кивнула, впуская девушку. Блейк-младшая вошла и осмотрелась; ее взгляд задержался на доске, но она ничего не сказала. Видимо, О пришла не за этим. Я по-турецки села на кровать, закуталась в кардиган и жестом указала Тав на свободное место.       — Ты как?       — В норме. Октавия вздохнула и поправила темные волосы. Я видела, что она хочет что-то сказать, и терпеливо ждала, давая ей возможность собраться с мыслями. Блейк подняла на меня свои чистые голубые глаза и произнесла.       — Прости моего брата. Он сначала делает, а потом думает.       — Тав, — начала я.       — Нет, послушай меня. Он импульсивен и иногда может вести себя, как мудак, это я признаю сама. Но сейчас он сам убивается из-за сказанного не меньше, чем ты. Я вопросительно подняла бровь, не понимая, о чем она говорит.       — Он вышел, хлопнув дверью, сразу после тебя. Джон и Рей до сих пор не промолвили ни слова, а я пришла к тебе, потому что знаю, что молчание только усугубит ситуацию. Я опустила голову и начала нервно теребить пальцами край кардигана.       — Если ты думаешь, я обиделась на Блейка, то ты ошибаешься, — тихо ответила я, не поднимая глаз, — просто… наши взгляды во многом расходятся.       — Кларк…       — Ты — все, что у него есть, — я подняла глаза, — он хотел спасти тебя. А я… Не найдя слов, я замолчала и поникла.       — Слушай, — Октавия пододвинулась ближе и взяла меня за руку, — я знаю Беллами всю свою жизнь и поверь мне: он никогда не бросит и не подведет. Все это время он был моей поддержкой, опорой и надеждой. Посмотрела в глаза девушке и качнула головой.       — Он твой брат… Октавия снова перебила меня.       — Ты помогла мне, позволь и мне помочь тебе, — они кивнула на мою схему, — если мы будем вместе, мы справимся.       — У меня с Родосом… старые счеты. Мне придется еще долго в этом копаться, и втягивать вас я точно не хочу. И не уверена, что вы сами захотите.       — Не забывай, что ты имеешь дело с Блейками, — улыбнулась девушка, — мы не спрашиваем, мы делаем сразу. Я тоже улыбнулась и кивнула. На душе стало как-то легче, а разговор с Октавией помог мне понять еще кое-что. Послышался звук хлопнувшей двери. Переглянувшись, мы с Блейк одновременно встали и подошли к окну.       — Это Джаха, — шепотом проговорила я, смотря, как мужчина целенаправленно идет в дом.       — И твоя мама. Мы притихли, пытаясь расслышать обрывки разговора, которые доносились снизу, но толком ничего не смогли понять. Я хотела спуститься, но Тав придержала меня за руку. На улице я увидела маму, которая шла вместе с Беллами обратно к машине. Меня напрягал вид Эбби, волнение отразилось мурашками по коже, а в животе залетали бабочки. Джаха вышел из дома, ведя за собой Рейес, потом что-то коротко сказал, и компания села в машину. Беллами и Рейвен обреченно переглянулись.       — Какого черта происходит? — Октавия шла за мной по лестнице, активно жестикулируя руками.       — Этот чувак выглядел недобро, — поддакнул Джон, выходя из гостиной с пакетом чипсов в руках.       — Джаха считает Беллами и Рейвен виноватыми в том, что поймали Найлу и Иллиана, — проговорила я.       — Я думал, так и есть. Я пожала плечами, безмолвно отвечая, что это спорный вопрос.       — И что им будет? —  обреченно спросила Тав. Я посмотрела на нее, потом на Джона. Все ждали ответа и, понятное дело, от меня.       — Ничего хорошего точно. Моя реплика не произвела особого впечатления, наоборот, усугубила ситуацию.       — Но, есть один вариант… — не договорив, я запустила руку в пакет Джона и взяла щедрую горсть чипсов.       — Какой к черту вариант, Гриффин? — не выдержал Мерфи.       — А вот это я сейчас узнаю. Направилась к выходу из дома, но меня остановил голос Тав.       — Что ты задумала? Повела бровью и ответила.       — Сначала я сделаю. А потом подумаю. Песня. Lana Del Rey. You can be the boss Я целенаправленно шла, точнее, бежала в сторону штаба, хотя и не была уверена в том, что это действительно то здание, в которое мне нужно попасть. Единственное, на что полагалась — это удача и интуиция. Пару раз пришлось свернуть с намеченного курса, чтобы не попасться на глаза кому-то из охраны или еще того хуже, Джейд. Если меня увидят, то немедленно вернут в дом, откуда мне потом в жизни будет не выйти. На то, чтобы появиться в штабе именно сейчас, у меня были две весомые причины. Во-первых, туда поехала моя мама, только она могла бы более-менее объяснить, что произошло в городе. Во-вторых, я должна была поговорить с Джахой. После диалога с Тав, в голове нарисовалось некое подобие плана, детали не были продуманы, я вообще не была уверена, что смогу убедительно и понятно озвучить его, но попытаться стоило. Силуэт нужного дома показался из-за угла и я ускорила шаг. Только бы не было слишком поздно… Посторонний резкий звук хлопнувшей двери, заставил меня обернуться. Но из-за того, что темп я не сбавила, то врезалась в девушку, появившуюся из-за неоткуда.       — Хей, — раздраженно ответила та.       — Прости… — я схватила ее за руку, помогая восстановить равновесие.

«Твою…»

Меня угораздило столкнуться с Джейд.       — Мне нужно идти, — быстро бросила я и рванула вперед.       — Что?.. Кларк! Кларк, стоять! Я бежала изо всех сил, которые только смогла выжать. Не помня себя, резко потянула на себя входную дверь. Заперто.       — Подтвердите личность, — произнес механический голос. Сзади слышались стремительно приближающиеся шаги Джейд. Времени думать не было, поэтому я выпалила единственную мысль, молнией пронесшуюся в голове.       — Гриффин! Эбигейл Гриффин. Дверь открылась, я спокойно выдохнула и ворвалась внутрь. Снаружи послышался приглушенный голос телохранительницы. Секунду я стояла, прижавшись спиной к двери, приводя дыхание в норму. Еще немного и я бы с легкостью могла выплюнуть собственные легкие. Даже те тренировки, которые проводили в Ратуше, несравнимы с моей пробежкой. Меня переполнял адреналин, поэтому я не сразу поняла, что смогла проникнуть в штаб. От этой мысли я улыбнулась. Так. Надо найти маму или Джаху, пока Джейд не открыла дверь. Быстро пошла по коридору вперед, после первого поворота наткнулась на достаточно большое скопление людей. Хотя бы смогу затеряться в толпе. Прохожие особо не разглядывали меня, практически все что-то читали на планшетах, но для перестраховки я опустила голову. Вскоре я смогла пройти в более малолюдное отделение и даже нашла лифт. Шестое чувство подсказывало, что нужно идти именно туда. Я подняла голову и уверенно направилась к своей цели. Из помещения дальше по коридору вышел молодой парень. Притормозила, решив посмотреть, куда тот пойдет. К сожалению, наши дороги совпадали. Я закусила губу, сомневаясь, стоит ли идти дальше. Но ответ пришел сам собой. Сзади послышался странный шум, обернувшись, я заметила Джейд.       — Подождите секунду! — громко окликнула я и прошмыгнула в закрывающуюся дверь лифта.       — Вам на какой? — вежливо спросил парень.       — Э-э-э, — потянула я, смотря на табло с цифрами, — шестой. Честно старалась, чтобы мой голос прозвучал как можно уверенней и, Слава Богу, моего актерского мастерства вполне хватило. Мы поднимались в полном молчании, поджав губы, я с наигранным интересом разглядывала стены лифта, потом перевела взгляд на своего спутника. Тот тоже мельком посмотрел на меня. Потом будто что-то вспомнив, медленно повернулся и прищурился. Я беспечно приподняла левую бровь, в душе молясь, чтобы подъем уже закончился. Механический голос сухо произнес «шестой». Я махнула парню рукой и поспешно вышла в коридор. Не знаю, в каком положении относительно Земли выстроились звезды, но удача однозначно была на моей стороне.       — Кларк! Я обернулась на голос мамы и, облегченно выдохнув, подбежала в ней.       — Что ты тут делаешь? — обнимая меня, спросила Эбби.       — Тебя искала. Почему ты так долго была в городе? Что случилось?       — Мы могли бы поговорить об этом позже, — уклончиво ответила женщина.       — Скажи сейчас. Я волновалась! И не только я.       — Прости, я понимаю.       — Где Телониус? — прерывая молчание, спросила я.       — Кларк… Но я уже повернулась к единственной закрытой двери на этаже и кинула быстрый взгляд на Эбби.       — Ты не пойдешь туда. А вот это посмотрим. Игнорируя ее голос, в пару шагов оказалась около двери и уверенно потянула ручку. Изнутри доносился громкий недовольный голос Джахи, приоткрыв дверь шире, я смогла заметить спину Рейвен. Даже не посмотрев в сторону матери, смело зашла в помещение.       — … я поверил вам обоим, согласился помочь, а вы воспользовались этим. Поставили под угрозу всех нас. То, что случилось сегодня — это капля воды в море, по сравнению с тем, что нас ждет, — Телониус стоял спиной к ребятам, сложив руки за спиной, и смотрел в окно. Видимо, мое появление никто не заметил, а я в свою очередь не обращала внимания на протестующие жесты Эбби.       — Вынуждена с Вами не согласиться, Телониус, — мой голос громко и уверенно раздался по всей аудитории. Все взгляды тут же обратились ко мне. Краем глаза я заметила пораженное лицо Беллами, Рейвен, все существо которой будто кричало, чтобы я ушла. Джаха, медленно развернулся. На лице мужчины не отразилась ни одна эмоция, мне понадобилось все самообладание, чтобы выдержать его взгляд не моргнув.       — Мисс Гриффин, — протянул он, — вижу, если что-то взбредет Вам в голову, то Вы добьетесь этого любой ценой, — он перевел взгляд на маму, которая тихо вошла в комнату, закрыв за собой дверь. Я расправила плечи, преодолевая желание сжаться в комок и исчезнуть отсюда. Раз уж пришла, то нужно было довести дело ко конца.       — Цель не оправдывает средства. Нагло ворваться в аудиторию и встрять в разговор, было крайне невежливо с Вашей стороны.       — Только при условии, что мне действительно есть, что сказать, — продолжила зрительный контакт с Джахой, но боковым зрением все равно заметила, как Блейк прищурился, вскинув голову.       — Если информация настолько ценна, может, поведайте нам о ней? Заправив прядь волос за ухо, я выдержала короткую паузу, собираясь с мыслями, и высказала все практически на одном дыхании.       — Вы имеете полное право полагать, что действия Беллами и Рейвен являются незаконными, так как они ослушались приказа, подвергнув риску чужие и собственные жизни. Поначалу я сама считала такой поступок несколько… безрассудным, но на любую ситуацию можно посмотреть под другим углом, тогда картина станет совершенно в ином свете, — я сделала несколько шагов навстречу Джахе, — поймали наших людей — это безусловно плохо, но что ждет Канцлер? Ответ. Как совсем недавно ждали мы. Но что если никак не реагировать? Иногда ведь лучше посидеть в засаде, чем гнать вперед под дождем пуль, — я сощурилась и обвела все присутствующих взглядом, — затишье пугает. Именно тогда кто-то сдает первым и делает следующий шаг, а для нас — это идеальный момент для нападения. Родос бьет вслепую, он не знает, какие люди за Вас, Телониус. Он даже не знает, сколько их. Скажите, Вы бы поверили, что это подростки, а не спецотряд, вывели троих солдат прямо из главного здания Ратуши? Поколебавшись несколько секунд, Джаха все же отрицательно качнул головой. А я продолжила.       —Единственное, что останется Родосу — это использовать его рычаги. А главный рычаг Канцлера — это общество. Ну, и Сотня.       — Габриэль говорил, что он хотел провести демонстрацию, — медленно проговорил Джаха.       — Сотня — это неплохой вариант поддержать связь с народом, — подхватила Эбби, — особенно если он заявит, что они все добровольцы. Я переводила взгляд с мужчины на маму, гадая, что они скажут дальше. Уверенности не было даже в половине из того, что я только что произнесла. Оставалось надеяться на удачу.       — Если он пойдет этой тактикой, это будет наш шанс спасти еще кого-то из тех, кто остался в марионетках Канцлера, — продолжила я, — мы все знаем правду. Когда люди узнают, что от них скрыли, они сами не захотят такого Канцлера. Джаха посмотрел на меня в упор. Мне бояться уже было нечего, все козыри, которые у меня были, я выложила.       — В Ваших словах, есть доля смысла, Кларк. Ваш ум и настойчивость явно перешли от отца.       — Я дорожу всем, что от него осталось, — я опустила голову, чувствуя, что силы начали покидать меня. Входная дверь снова открылась и внутрь ворвалась запыхавшаяся Джейд. Нашла все-таки… Девушка подошла к Джахе и начала что-то быстро говорить, периодически показывая на меня, но Телониус остановил ее жестом руки. После чего мужчина сказал, что мне удалось убедить его и что он снимает наказание с Беллами и Рейвен.       — А теперь идите и отдыхайте. Вы это заслужили.

***

После того, как мы вернулись домой, мне пришлось объяснить Октавии и Джону всю ситуацию в подробностях. Рей несколько раз поблагодарила меня по дороге домой, а вот Беллами не проронил ни слова. Он даже не стал говорить с сестрой, а потом вообще куда-то пропал. Искать его я не собиралась, и поначалу вообще хотела уйти к себе в комнату, но ребята попросили остаться. Мы сидели в гостиной и просто разговаривали о жизни, друг о друге. Только в тот момент я поняла, что до сих пор не знала, с какими людьми провела около суток в одном доме. Я заметно расслабилась, забыв, каково это просто общаться в непринуждённой обстановке. Октавия встала, чтобы сходить на кухню.       — Давай я помогу, — отозвалась я, но встать оказалось немного проблематично: ноги затекли от неудобной позы.       — Старость — не радость, Гриффин?       — Я вообще-то младше тебя, Мерфи.       — Но я все же сохранился лучше. Закатив глаза, я покачала головой и пошла за Октавией. Девушка пыталась найти что-то среди тех пакетов, которые привез ее брат. Я хотела ей помочь, но взгляд невольно упал на окно. На улице виднелись очертания одинокой фигуры, сидящей на крыльце. Я колебалась несколько секунд, потом сказала Тав, что сейчас приду и вышла наружу. Беллами обернулся на звук хлопнувшей двери и посмотрел на меня. Я замерла, еще не до конца осознав внутренний порыв, который заставил меня прийти сюда. В воздухе витал запах табака. Наконец, я спросила.       — Можно? Беллами молча кивнул и сделал еще одну затяжку. Я немного колебалась, потом все же опустилась на крыльцо рядом с ним. Вечером стало заметно холоднее, чем днем, поэтому пришлось сильнее закутаться в кардиган. Блейк протянул мне пачку сигарет, но я замотала головой.       — Не курю. Он повёл плечом и убрал пачку в карман. Знакомые… Мальборо. У Габриэля всегда были такие же. Лёгкое дуновение ветра принялось играть светлыми волосами. Поправив причёску, я вытянула рукава кофты и опустила взгляд вниз. Молчание начало затягиваться. Я не знала, что сказать, но и уходить тоже не хотелось. К тому же, Блейк пока меня не прогонял.       — Зачем ты это сделала? Я непонимающе подняла левую бровь и повернулась в его сторону. Блейк смотрел прямо на меня со всей серьёзностью, на которую был способен.       — Сделала что?       — Переубедила Джаху.       — А тебя больше радовала перспектива понести наказание?       — Нет, просто, — он замялся, чтобы скрыть это парень сделал еще одну затяжку и поправил волосы, — думал тебе все равно. Я закусила губу, размышляя над тем, что ему сказать. Ведь, сама не знала истинный мотив.       — Не считай меня равнодушной. Я пытаюсь помочь всем, чем могу.       — Помочь каждому все равно не получится.

«Твоя сестра думает иначе».

      — Dum spiro, spero. Заметив непонимающий взгляд Блейка, я вздохнула и пояснила.       — Пока дышу, надеюсь.