Спаси своих любимых

— Иногда ты понимаешь, что человек нужен тебе, только после того, как потеряешь его. © Кларк К       — 30 минут. Будьте готовы, — раздался командный голос Джахи в левом наушнике.       — Принято, — коротко и четко ответила я. Бросила быстрый взгляд на Джозефину и Джона, беззвучно спрашивая у них все ли хорошо. Мерфи поднял вверх большой палец, Лайтборн ободряюще кивнула. Я опустила голову, сильнее натягивая капюшон черной обтягивающей куртки, и ускорила шаг. Музей Мадам Тюссо уже виднелся вдалеке, времени осталось не так много, опаздывать было нельзя. Мы пробирались через встречный поток людей, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. С наступлением темноты Нью-Йорк, казалось, оживился только больше. Головокружительные высотки мерцали разноцветными огнями, подростки шли, что-то оживленно обсуждая и смеясь, какая-то молодая девушка выгуливала трех собак; наблюдая за всей этой суетой, я тяжело вздохнула. Эти люди даже не догадывались о том, что должно произойти через полчаса. Они видели только половину, если не четверть мира, их не волновали проблемы крупного масштаба. Это даже было как-то несправедливо. Пока мы двигались к цели, я прокрутила в голове детали плана. Наша троица должна подойти к Таймс-Сквер со стороны Музея Мадам Тюссо и контролировать ситуацию издалека. Нам была известна примерная речь Родоса, но информация была неточной. Мы полагались на обрывки разговоров, которые слышали Миллер и Габриэль во время дежурства. Хотя, если посмотреть с другой стороны — стопроцентное знание текста было необязательной деталью. Вторая группа: Габриэль, Беллами и Миллер с парой людей Джахи, отвечали за сторону Банка Америки. Их задача была немного сложней: так как группа выходила на площадь раньше нас, примерно через пятнадцать минут, после появления Родоса, парням нужно было взять на себя ребят из Сотни, плюс они также участвовали в отвлекающем маневре. Октавия и Рейвен находились в торговом центре не так далеко отсюда. Девушкам досталась самая красочная и увлекательная часть представления — спецэффекты. Я невольно улыбнулась, представив парочку, сидевшую в кафе на верхнем этаже. Последний раз мы виделись утром, было крайне непривычно видеть Тав в юбке и светлой рубашке, а Рей в платье, чуть выше колена, и джинсовой куртке. Так как целью было слиться с толпой, им нужна была ни чем не примечательная одежда. В самый последний момент, Эбби заставила Октавию взять парик, чтобы скрыть черные, как ночь, пряди девушки. Я же от этой идеи отказалась наотрез, отдав предпочтение темной куртке и облегающим брюкам. Сама Гриффин-старшая осталась в штаб-квартире, чтобы подготовить оборудование для нейтрализации чипов. Джаха тоже остался в Полисе, откуда руководил операцией. Так вот. Вначале Родос скорее всего поведет нудную предысторию своей жизни до того момента, когда «на его плечи возлегла такая серьезная ответственность, как должность Канцлера», потом начнет себя расхваливать, говоря, что поднял страну с колен и что благодаря ему мир стал процветать. Проблемы экологии, да и в принципе, всю мировую ситуацию, он предпочтет глубоко спрятать в своем огромном шкафу со скелетами. В этот момент, Габриэль и Беллами смешаются с толпой прохожих, подбираясь ближе к Сотне, (как мы и предполагали, подростков выстроят в стройные ряды напротив самого Родоса). Приоритетной задачей нашей троицы было наблюдение, из-за чего я немного нервничала. Мне было бы спокойней, если бы я могла быть на самой площади и при возможности, вытащить Финна самостоятельно. Не то, чтобы я не доверяла Блейку. Мы не разговаривали с того дня. Я избегала любого контакта с парнем, даже зрительного. Не знаю, что ударило нам обоим в головы тогда, я старалась не думать об этом поцелуе, вообще старалась не думать о Блейке. Я позволила одной из своих стен разрушиться перед ним, позволила тонкому льду тронуться. Но, у меня была своя цель, и я была намерена достигнуть ее. А Беллами, он… он мешал. Поэтому я решила игнорировать его, снова, как делала в самом начале нашего… общения. Где-то в глубине души мне казалось это неправильным, что-то щемило в груди, каждый раз, когда парень попадал в поле зрения, а пропасть тем временем снова становилась глубже. В последние дни я заставляла себя думать, что научусь жить с этим.       — 15 минут, — оповестила Рейвен       — Мы на месте, — ответила Джозефина, после чего обратилась ко мне, — Кларк, все нормально? Мне понадобилось несколько секунд, что вернуться из мира грез и привести в мысли в порядок.       — Да, конечно… Мы остановились рядом с музеем, с фальшивым интересом разглядывая витрины. Мерфи подключил все свое актерское мастерство, активно жестикулируя и задавая вопросы Джозефине, явно намереваясь вывести девушку из себя. Я театрально закатила глаза, вслушиваясь в безразборную болтовню Джона лишь наполовину. Меня слегка трясло от волнения; сильнее натянув капюшон, сделала три глубоких вдоха, надеясь, что это поможет.       — Он здесь, — лаконично сообщил Телониус. Я кивнула, даже не задумавшись над тем, что Джаха все равно не увидит этот жест, и обернулась к «напарникам».       — Боже, дай мне сил, — наполовину раздраженно, наполовину пряча улыбку, протянула я.       — Только смотри, чтобы в кадре были только мы, — гордо вручив Джо смартфон, (который по идее нельзя было брать с собой, но для Джона законы и правила не писаны), парень с еще большей гордостью направился к восковой фигуре Скарлетт Йоханссон.       — Солнце, ты не забыл, зачем мы сюда пришли? — даже не пытаясь скрыть свое недовольство, окликнула его я.       — Одно фото, Кларки. Через несколько минут я стану не менее знаменит, чем эта прекрасная леди. А здесь, милая моя, нужно вовремя запостить что-то на свой аккаунт.       — Через эти же несколько минут тебе уже не понадобится твой Инстаграмм, — проворчала Джозефина.       — Не будь занудой, — махнул рукой Мерфи, расплываясь в лучезарной улыбке и элегантно обнимая фигуру Скарлетт за талию. Раздался характерный щелчок фотоаппарата, и Джо протянула парню его смартфон.       — Я удачно вышел?       — Просто чудесно, а теперь пошли, — поторопила его девушка. Я сдерживала ухмылку из последних сил, невольно отвлекаясь на весь этот театр одного актера, который устроил Джон. Поэтому вздрогнула, услышав голос Рейвен.       — Вы идиоты, чем там занимайтесь?       — Купаемся в лучах моей славы, — ответил вместо меня Мерфи. Я была готова отдать все, чтобы увидеть раздраженную мину Рейвен. Понятно, что этот диалог слышали абсолютно все, у кого были наушники, но этим двоим было все равно. Джон обогнал меня и последовал за Джозефиной, я провожала его взглядом, задаваясь вопросом без ответа: он вообще может быть серьезным? Усмехнувшись, ускорила шаг, чтобы догнать «напарников». Джон изо всех сил пытался блеснуть своим шутками, отчего атмосфера была настолько непринуждённой, насколько могла быть таковой. Парень натянул широкую улыбку, продолжая активно жестикулировать руками, при этом старательно отводя глаза в сторону. Я мгновенно поняла почему — ему было страшно. Очень страшно. Это чувство сковывало холодными цепями, лежало тяжелым камнем внизу живота, оставляя на душе неприятный осадок. И как бы ты не пытался его скрыть, как бы не закрывал на стальной замок в самом дальнем и глубоком уголке своего существа, какую бы яркую маску ты бы не надевал, истина все равно показывалась наружу, отражаясь во взгляде и глазах. Я хотела положить руку на плечо парня, легонько сжать в знак поддержки, словно сказав: «мы вместе, все будет хорошо». Но только мысль начала переходить в действие, как командный голос Джахи снова дал о себе знать:       — Начинается. Всем следовать разработанному плану, не паниковать. Все получится, если мы будем действовать, как одна команда. Сохраняйте связь друг с другом.       — Принято, — ответил ему Габриэль. Я скрестила пальцы, молясь, чтобы все закончилось как можно быстрее и без лишних проблем.

***

      — Добрый вечер, дорогие сограждане! — голос Канцлера эхом раздался по всей площади Таймс-Сквер, — сегодня особенный и знаменательный день для всех нас, — (как иронично), — я довольно давно не обращался к вам, и мне искренне жаль; вам ли не знать, как дорого мне благополучие страны, и людей, проживающих в ней. Поэтому сегодня я решил обратиться к вам лично, без предупреждения.       — Хей, Кларки, посмотри, у меня кровь из ушей не течет? — ткнул меня Мерфи.       — Сейчас. Не. Время.       — Я серьезно, мои уши очень чувствительны к пафосу. А когда он так и лезет из уст этого мудака, то…       — Джон Мерфи, перестаньте заполнять общий эфир без надобности, — прервал его тираду Джаха, — что я говорил насчет серьезности к ситуации?       — Да там слушать даже нечего, из него оратор, как из Беллами балерина…       — Мерфи! — одновременно шикнули на него я и Джозефина.       — Я тебе это припомню, идиот, — не остался в долгу Блейк. От его голоса, раздавшегося в левом наушнике, я невольно вздрогнула, а по коже пробежали мурашки.

«Так, возьми себя в руки, Гриффин».

      — Заткнитесь вы все! — пригрозил один из людей Телониуса, кажется, Джарерд. Мужчина был ответственен за отряд, маскировавшийся под простых прохожих в самом эпицентре событий. Канцлер, тем временем продолжил.       — … не всегда все идет ровно и хорошо, как нам хотелось бы, но я никогда не останавливаюсь на достигнутом. — Мимо нас к площади стремительно прошла группа людей, отчаянно желающих увидеть Родоса своими глазами, (поэтому никто не обращал внимание на трех подростков, нервно закусывающих губы), — и я бы хотел поблагодарить вас за доверие и веру в меня. Я делаю все, что есть в моих силах…. Как приторно. Меня даже передернуло. И больше всего раздражало именно то, что многие, почти все, так слепо верили ему. Но сам Родос никогда ничего не делал для народа. Никто из мирных жителей не знал, что у Родоса есть шестерки — практически вся Конфедерация, — которые всегда остаются в тени своего кукловода и выполняют всю «грязную» работу. И не дай Бог, кому-то из подчиненных пойти против воли Канцлера… Именно по этой причине пострадал Маркус, и мой отец, скорее всего тоже. Родос — нарисованный образ, человек в маске. Мне выпала участь узнать истинное лицо этого Демона. И я скажу честно: «ужасен», это не то слово, которым можно описать его и вещи, которые он делает. А что хуже, чем ужасно? То, для чего не нашлось названия. То, что стоит последним в линейке нарастающего кошмара, заведомо более страшное, чем всё известное человечеству, чем всё описуемое, но неизвестно, насколько более страшное. Почти тоже самое, когда ты думаешь, что дальше уже ничего быть не может, когда ты лежишь на самом дне, а потом слышишь стук внизу.       — Так, вижу Сотню, — оповестила Рейвен.       — Мы выдвигаемся, — раздался голос Габриэля.       — Будьте осторожны, — тревожно добавила Джозефина и принялась заламывать пальцы рук. Я совершенно ясно и четко представила, как парень кивнул и одним взглядом сказал, что все будет хорошо.       — К сожалению, далеко не все поддерживают мою политику, — продолжил тем временем Родос, — есть определенный круг людей, который настроен…довольно агрессивно, — мы напряглись, понимая, что именно имеет в виду Канцлер, — я не могу точно сказать кто эти люди, но я более чем уверен, что они сейчас находятся среди нас. На этой площади. Мои глаза округлились от ужаса, сердце ускорило свой ритм в тысячу раз, на мгновение, я забыла, как дышать.       — «Что плохого они сделали» — спросите вы. К счастью пока ничего. Но однажды они посмели проникнуть в саму Ратушу и украсть то, что принадлежит мне.       — Они говорит так, будто мы вещи, — с ненавистью прошипел Мерфи, внезапно оказавшись рядом со мной.       — В какой-то степени мы ими и являлись, — безжизненно ответила я, — как куклы, выполняющие приказы.       — Это хорошо подготовленные и обученные люди. Далеко не каждому удастся проскочить мимо моей охраны.       — Это было не так сложно, — с усмешкой прокомментировала Рейвен, говоря в общий эфир.       — Возможно, это кто-то из ваших знакомых, близких, я выясню это в ближайшее время. И я думаю, не нужно делать лишний акцент на потенциальной опасности этих людей. Стоит остерегаться их, кто знает, кто будет их следующей жертвой? Я более чем уверен, что небезызвестный человек — Телониус Джаха, причастен к этому. Нам удалось поймать пару его людей несколько недель назад, к сожалению никакой пользы от этого не было… Дорогие сограждане, уверяю вас, вскоре угроза со стороны самозванца будет устранена, и вы сможете спать спокойно. А пока, я настоятельно рекомендую держаться подальше от окраин города, постарайтесь не выезжать за его пределы. Здесь, на территории Нью-Йорка, вы будете в безопасности, мои солдаты защитят вас. Около месяца назад мне удалось собрать отряд добровольцев, совсем юные и невинные души, которые готовы рискнуть всем, ради блага их страны. Представляю вашему вниманию — Сотня. Меня передернуло, когда с площади Таймс-Сквер донеслись бурные аплодисменты. Куда смотрит это общество?       — Мы видим их, — прозвучал вдруг голос Беллами.       — Еще немного и мы прервем эту порцию «лапши на уши», — произнесла Рейвен. Кажется сейчас, Родос начал активно расхваливать новоиспеченный отряд, но я уже не могла вслушиваться в эту бесполезную болтовню. Как и не могла больше стоять на месте. За это время все больший поток людей прошел в сторону площади, все больше теней сгущалось над городом, все сложнее становилось дышать. Я прищурилась, пытаясь увидеть с такого расстояния хотя бы что-то, но естественного зрением ястреба я не обладала, поэтому попытка с треском провалилась.       — Простите, многоуважаемый мистер Родос, но кажется, козырный туз был в моем рукаве, — с издевкой бросила Рейвен. И в этот момент громкий голос Канцлера резко оборвался — она выключила громкоговорители. На секунду все билборды на Таймс-Сквер погасли, а затем снова включились, как после перезагрузки. Только теперь они показывали ролик, который мы записали несколько дней назад. Главным героем видео был Джон, и сейчас все без исключения взгляды были прикованы к нему. Песня. Ruelle. Game of Survival

— Я дико извиняюсь за то, что мне пришлось прервать эту до жути интересную беседу.

Я не удержалась и бросила взгляд на парня, который вдруг опустил голову. Неужели засмущался? Актер первого плана, называется.

— Вы должно быть сейчас думаете, кто я такой и почему вы должны меня слушать, — продолжалась запись, — я самый обычный, ничем не примечательный парень. Я жил не самой роскошной жизнью, можно даже сказать существовал. Иначе не скажешь, ведь я никогда не был уверен в завтрашнем дне, даже в следующем часе. Так бывает, когда твоему единственному родственнику не до тебя, дайте только новую бутылку пива, или чего покрепче. Поэтому мне приходилось учиться жить в этом Богом проклятом мире самостоятельно, — горькая усмешка в голосе, — но вообще, речь пойдет не о моей плачевной биографии, а чем-то более интересном.

Ролик оборвался, и послышались помехи, по всей видимости, кто-то пытался заблокировать Рейвен в сети. Билборды опять погасли, до нас дошел испуганный возглас толпы и приглушенный голос Родоса, пытающегося снова привлечь внимание к себе. Через несколько секунд запись возобновилась:

— И да, может быть, я ничем не отличаюсь от всех вас. Может быть у меня нет крутой тачки, других побрякушек, денег или той же самой популярности. Но у меня есть кое-что более весомое, чем все это вместе взятое. Кое-что, за что многие готовы убить, во всяком случае это может круто изменить чью-либо жизнь.

Пауза.

— Секреты.

      — Родос выпустил охрану вперед и огородил Сотню, которые продолжают стоять столбами, — прокомментировал Габриэль, — Телониус, нам пора действовать дальше. Толпа паникует.       — Еще рано.

— У нашего ненаглядного Канцлера есть свои секреты, как и у любого смертного человека. Все знают, что он был так молод, когда пришел к власти. Ему хватило ума сохранить ее. Думаете, он сделал это все сам? Без какой-либо поддержки за спиной? Хм. Как ему это удалось? Я скажу как. Одно слово. Одно только слово и все станет на свои места. Яд.

Яд — оружие змеи.       — Сейчас, Рейвен, — коротко сказал Джаха. Голос Мерфи ушел на второй план, как и все остальные звуки. За несколько кварталов отсюда, послышались взрывы, (точнее простая имитация этих звуков, но прохожие не знали об этом), а также из-за домов показался дым, что тоже было простой игрой 3D проектора. Но стоило хотя бы одному испуганно вскрикнуть, как всеобщий ужас и паника пронеслись по всем остальным, и принялись распространяться в геометрической прогрессии. Одно событие сменяло другое с бешеной скоростью: после второго «взрыва» многие бросились в разные стороны, заботясь только о себе и расталкивая остальных, чтобы прочистить дорогу, билборды снова погасли, погружая площадь в темноту, голос Мерфи утонул в море посторонних звуков.       — Они блокируют меня! — слишком громко крикнула Рейвен. Меня будто парализовало, я стояла практически в эпицентре событий, но не понимала, что происходит. Крики, голоса доносились откуда-то издалека, люди двигались, как в замедленной съемке. Джаха отдал приказ действовать дальше, я с трудом вспомнила следующий пункт плана: дымовые шашки.       — Джо, помоги! — громкий голос Мерфи вывел меня из оцепенения, оторвав взгляд от площади, я обернулась. Джози бросилась на помощь парню, который пытался успокоить плачущего ребенка лет семи. Похоже, он потерялся в царящем хаосе. Шаги давались мне с большим трудом, будто ноги погрязли в тине.       — Где твои родители? — не своим голосом спросила я, смотря в заплаканное лицо мальчика.       — Я не знаю, — прохныкал тот. С застывшим на лице отчаянием, я обернулась к Джозефине и прочитала в ее глазах отражение собственных эмоций. Мерфи запустил пятерню в волосы, бессвязно повторяя: черт, черт, черт. Сосчитав про себя до десяти, я встала, пытаясь привести мысли в порядок, но сделать этого не успела. Меня грубо отпихнул мужчина, целенаправленно двигаясь в сторону мальчика. Таким же движением он одернул Джо, протягивающую руку, чтобы успокоить малыша. Молча, подхватил ребенка на руки и не оборачиваясь побежал вперед. Мы стояли еще несколько секунд, не понимая, что произошло, пока не услышали победный возглас Рей.       — Я всегда побеждаю! Билборды снова включились, отчего толпа людей невольно замерла в полушаге.

— … нас пытали, нас заставляли бить друг друга, а потом вживили чипы, чтобы мы не помнили ничего о своей прошлой жизни, это вы называете правосудием? Я был в их числе, и это ни хрена не справедливо! Это даже не человечно. Троим из нас удалось сбежать, и знаете что? Теперь мы преступники…

      — Быстрее, он выпустил охрану! Движутся в сторону Музея Мадам Тюссо!       — Уходим, Кларк! — Джо потянула меня за запястье, я невольно сделал несколько шагов вслед за ней, но мой взгляд был направлен в противоположную сторону. Две девушки, пробегающие мимо нас, со всех ног врезались в Джози, отчего та потеряла равновесие и отпустила мою руку.       — Джо! — по инерции выкрикнула я, продолжая хватать пальцами воздух. Но и Лайтборн, и Мерфи, пропали из виду, смешавшись с бесчисленным количеством незнакомых лиц. Я сделал глубокий вдох и снова повернулась к Таймс-Сквер. Я не могла уйти сейчас. Взгляд выловил несколько фигур в форме конфедератов, нужно было что-то делать. В мозг ударила самая оригинальная идея, которая только могла прийти на ум. Натянув капюшон на голову, я начала двигаться в противоположную сторону, двигаясь к площади. Прижавшись к левой стороне дороги, мне удалось проскользнуть мимо охраны и выйти на площадь, где царил хаос. Видимо Рейвен снова выкинули из системы, потому что видео пропало. Теперь на билбордах красовались три фотографии: моя, Октавии и Джона. Их сопровождала громкая надпись: особо опасен. Родоса нигде не было видно, (неудивительно), конфедераты окружили Сотню, которая продолжала стоять колоннами. Я вопросительно подняла бровь. Почему они еще здесь? Им отдавали приказы, через те же самые чипы, значит…       — Я взломала пульт управления… Нет, черт! — протараторила Рей, — они будут стрелять по людям! Они поняли, что мы здесь. Уходите!       — Нет, — настоял Миллер, — пускаем в ход дымовые шашки. Я заметила его, Габриэля и Беллами. При виде последнего, почувствовала… облегчение? Переведя взгляд обратно в центр площади, нашла Финна и Лексу, одетых в обтягивающую униформу Конфедерации. Они доставали автоматы. Все девяносто семь.       — Если они откроют огонь, не стрелять в ответ! — приказал Джаха, — мы не убийцы. Отвлекайте внимание, заберите кого сможете и уходите, живо!       — Есть, сэр! Беллами и Габриэль, взорвали первую шашку, Таймс-Сквер окутал темно-синий дым, закрывающий обзор. Я наблюдала, как парни кинулись вперед, и одновременно с этим прогремели выстрелы. В воздух. Чтобы еще больше испугать толпу. Сотня нарушила строй и разбрелась в разные стороны. До боли в глазах всматривалась вдаль, пока не увидела знакомую фигуру Финна, сердце пропустило удар. Вот он. Он жив. Он рядом. Я ринулась вперед, совершенно не думая о последствиях. Я думала лишь о том, чтобы броситься на парня. И пусть он не обнимает меня в ответ, потому что он сейчас не принадлежит самому себе. Я слишком долго его не видела и слишком сильно переживала.       — Ложись! — на ходу меня поймала какая-то девушка со светлыми волосами и резко потянула к земле. Как раз вовремя. Совсем рядом с нами просвистела пуля. На мгновение я прикрыла глаза, не в силах поверить в то, что была на волосок от смерти. Опять. Пытаясь восстановить дыхание и трепыхающееся от страха сердце, я повернула голову в сторону своей спасительницы, которая тоже все еще лежала на земле и продолжала держать меня за руку. Наши взгляды встретились и…       — Кларк?!       — Гласс?!