Шахматная партия и жизнь "Серого" Лорда

1.        Гарри Поттер открыл глаза от собственного крика и буквально подскочил на кровати. Полог был плотно задёрнут. Волшебник проверил целостность заглушающих чар. Убедившись, что всё в порядке, он начал стаскивать с себя мокрую от пота пижамную куртку.       "Опять этот сон!" — молодой человек снова и снова видел в своих снах, как Сириус падает в арку. Гарри не спал уже 15 дней. Ведь разве можно назвать сном двух-трёхчасовые провалы в забытье, которые совсем не приносят отдыха? Что делать с жизнью, когда тебе 15 лет и рядом нет ни одного по-настоящему родного человека? Да и, к тому же, когда ты уже самим фактом своего рождения сильно задолжал магическому миру Британии! Миру, который свалился на тебя, «чокнутого мальчика из чулана», которым ты был все первые одиннадцать лет своей жизни. Свалился неожиданно, как сказка, как волшебный сон! Теперь за эту сказку нужно заплатить. Заплатить совсем немалую цену! Нужно умереть, чтобы умер ОН. Причём умереть не просто так, а по заранее подготовленному плану. Сценарию старого манипулятора!       Альбус Персиваль Вулфрик Брайан Дамблдор — Великий Светлый Чародей и Волшебник, ну и так далее, и тому подобное. Кто он? Учитель, наставник, опекун? А кем является Гарри Джеймс Поттер для него? Ученик, особенный мальчик, пешка в шахматной партии, оружие для одного особенного боя?       От всех этих мыслей легче на душе юного волшебника никак не становилось! Гарри точно знал, что больше не сможет уснуть. На него давно не оказывали нужного эффекта зелья из Больничного крыла. За прошедшую ночь молодой человек вообще не проспал ни одной минуты. Сон сморил его уже после того, как студенты ушли на завтрак. А по пробуждении было чувство, как будто в его глаза насыпали песка.       Мальчик решил спокойно проанализировать ситуацию. "Нужно подвести итог. Итак, что мы имеем в сухом остатке? После происшествия в отделе тайн мы вернулись в школу, чтобы «успокоиться и поправить здоровье». Почему же эти слова не застряли в глотке Великого Светлого? Мой крестный мертв! Похорон не было просто потому, что некого было хоронить. А завтра я должен вернуться к тетке — просьба-приказ, не подлежащий обсуждению! Не хочу! Не поеду! Хочу изменить свою жизнь! Если уж придется умирать, то хотя бы по моему личному плану. Остаток жизни пусть тоже будет мною прожит так, как я решу его прожить! Всё, хватит лежать, пора на обед! Надеваем маску хорошего мальчика, у которого всё замечательно, и выходим к людям. Как же я не хочу никого видеть, как я от них от всех устал. Их так много, но при этом у меня никого нет. Я совсем один!"       Гарри встал и наложил на себя очищающие чары — идти в душ совсем не хотелось. На ощупь привёл себя в порядок и вылез из-за полога. В спальне никого не было. Гарри, не глядя, засунул ноги в старые, видавшие лучшие времена ещё на ногах Дадли, кроссовки. Мальчик прошёл мимо зеркала, даже не взглянув на своё отражение, и вышел в гостиную. В общей комнате факультета практически никого не было, не считая нескольких ребят с младших курсов. "Неужели мои однокурсники стали такими обязательными и строем ушли на обед? Даже Рона и Гермионы нет", — мысленно проговорил Гарри, удивлённо глядя по сторонам.       "Поттер, разговаривать с самим собой — плохой признак! Ты сам виноват, что остался один на один со своим горем".       После событий в Министерстве Гарри вёл себя несдержанно, был груб со всеми, кто пытался с ним хотя бы просто заговорить. Не интересовался здоровьем друзей. Знал только, что все его друзья вернулись из Мунго через три дня. Ещё пару дней находились под наблюдением школьной медиведьмы. Гарри очень злило поведение товарищей, оба его лучших друга только и делали, что жалели подростка или поучали «неразумного Поттера». А когда Гарри имел неосторожность высказаться против действий и слов Дамблдора, то вызвал этим резкое негодование друзей. Джинни вообще вела себя очень странно: то жалела его, то обижалась без повода. Гарри несколько раз пытался ей что-то объяснить, но после уже не выдерживал и, без оглядки на мнение друга, говорил девушке, куда она может идти со своими обидами. А затем и друзей отправил в том же направлении, ещё и с пожеланиями не заблудиться вместе со своей жалостью и нравоучениями. — Мне не нужна ваша жалость, не нужны нравоучения! Мне нужна поддержка, поддержка близких друзей! —  как-то в сердцах высказал им Гарри. —  А не дополнительный отряд воспитателей-надзирателей. Я сам могу прекрасно решить, когда, где и что мне следует есть, и когда ложиться спать, — это были последние слова Гарри до того, как он вообще перестал с кем-либо разговаривать. Экзамены закончились, так что у мальчика была прекрасная возможность и много свободного времени, не говоря уже о желании, чтобы отыскать все самые нелюдимые и тайные места в замке. Профессора, в большинстве своём, тоже оставили Гарри в покое. Скорее всего, по настоятельной просьбе директора. И только Снейп чаще всех других находился где-то неподалеку от героя, периодически сталкиваясь с ним в различных коридорах и отпуская в адрес мальчика свои едкие, саркастические комментарии о непутёвых, самовлюблённых подростках.       После всего этого друзья всё же отстали от Гарри. "Не хочет общаться на наших условиях — пусть остается один" - скорее всего, подумали они. А когда юноша выходил из гриффиндорской гостиной, Полная Дама за его спиной почему-то пробормотала что-то о невоспитанности и грубости.       "Вот ей-то что я сделал? Хотя мне даже прислушиваться не хочется!"— спускаясь по лестнице и продолжая путь по запутанным коридорам Хогвартса в направлении Большого зала, думал Гарри. В его голове тут же возник новый ряд вопросов: "Зачем я туда иду? Надо было попросить Добби снова принести мне обед в комнату и поесть в тишине. Как же я никого не хочу видеть! Вот что за каша в моей голове? Магглы, кажется, называют такое состояние депрессией. У меня агрессивная депрессия? Не знаю, бывает ли такая. Я хочу убить их всех: студентов школы, для которых на протяжении этого года я был сумасшедшим и желающим привлечь к себе внимание, а теперь вдруг снова вмиг стал чуть ли не самим великим Мерлином! И ведь каждый норовит мне что-то сказать, некоторые чуть ли не в любви признаются! Хочется убить и всех профессоров во главе с «добрым дедушкой» за то, что знают, как для меня будет лучше, знают, какой я, как мне следует или не следует себя вести, знают даже, как я должен переживать смерть крестного!" — мысли в голове Гарри прыгали, как кузнечики по поляне в солнечный день. Сколько всего и ото всех ему приходилось выслушивать за эти две недели. Некоторые неравнодушные говорили даже, как часто и с какой интенсивностью следует «лить слёзы», оплакивая своё горе!       "А кто из них всех последний раз видел меня или слышал именно то, что я говорю, а не то, что они желают? Если только Снейп! Вот где сохраняется стабильное постоянство и нет никакого притворства. Вот ненавидит меня человек, и совершенно не скрывает этого, не лжёт, не хитрит и не изворачивается. Я бы, наверное, тоже хотел уметь делать так, как он: оставаться тем, кто я есть, не обращая внимание на мнение других. Дожил! Сам себе говорю, что хочу быть похожим на Снейпа. Нет, это уже не депрессия, это точно сумасшествие, мне в Мунго пора, в палату с мягкими стенами!" — Гарри слегка тряхнул головой несколько раз, чтобы избавиться от ненужных мыслей.       Тем временем внимание юноши привлёк негромкий разговор в одном из редко используемых коридоров, почти у самого входа в Большой зал. Чем же его так привлекло это непонятное бормотание? Почему он почти остановился, хотя до этого был настолько поглощен своими мыслями, что шёл, не замечая ничего и никого вокруг? Позже Гарри и сам не мог ответить на эти вопросы, даже себе. Прислушавшись, молодой человек быстро понял, что еле слышные голоса были ему знакомы. Да, именно так, это ведь Рон разговаривает с девушкой, кажется, с Джинни. Да, точно, это она!        Гарри не смог сразу разобрать, о чём они говорят, но интонации голосов показались ему странными. Юноша подошёл ближе. — Джинни, я говорю тебе ещё раз, ты должна сделать всё, чтобы Гарри обратил на тебя своё внимание! Ты должна влюбить его в себя! - тихо "кричал" на сестру Рон. - Сейчас самое подходящее время: он полностью раздавлен своим горем. Бери его, пока «тёпленький»! Должна же быть в жизни хоть какая-то справедливость! - сокрушался он. - Мало того, что этот недотёпа — единственный наследник древнего рода, слава Мерлину, директор сделал всё, чтобы он не узнал, что это значит и насколько он богат на самом деле. Так теперь ещё и Сириус сделал его своим наследником, с передачей всего имущества и титула лорда. То есть, он теперь дважды лорд, самый богатый человек во всей магической Британии, притом ещё и самый знаменитый. Я столько лет с ним дружу, всегда нахожусь рядом. Во все эти «приключения» лезу с завидной регулярностью, рискуя жизнью вместе с ним. А чего я добился? Вся слава всё равно достаётся только Гарри — «мальчику-герою», а я так, никто, и звать меня никак! Просто Уизли — сын предателей крови, ну и, по совместительству, друг великого героя! - продолжал свой пламенный монолог парень. - Те несчастные пятьсот галеонов в год, которые платит нам Дамблдор за столь рискованную дружбу — ничто по сравнению с тем, что наша семья будет иметь от вашего брака! Другие семьи магов ведь тоже не будут сидеть сложа руки! Да глава любого магического рода сделает всё, чтобы заполучить Поттера в свои зятья! — РОН! Я всё понимаю! - резко прервала брата девушка. - Но я ведь ещё совсем молодая! Я хочу ещё встречаться и с другими парнями. Хочу, чтобы у меня их было несколько до того, как я выйду замуж и буду постоянно сидеть дома! Я хочу попробовать себя в профессиональном квиддиче после окончания школы. Гарри мне, конечно, нравится, но никак не больше некоторых других мальчиков. Я не хочу обручиться, даже не закончив школу! Это ведь должна быть именно магическая помолвка. А затем и полный магический брак, иначе мы не сможем тратить деньги без ведома Гарри. Я не хочу даже об этом думать до конца школы! При таком виде помолвки, я уже сейчас должна буду хранить ему верность, то есть похоронить себя заживо в 14 лет. Я не готова к этому, даже ради семьи! Да и вообще, он всё равно не обращает на меня внимания. Поттер особо на девочек-то и не смотрит! Мы вообще можем оказаться магически несовместимы, да и ещё, учитывая статус нашей семьи, родовые камни таких сильных родов могут просто не принять наше решение и не подтвердят наш брак! — Джинни вдруг резко замолчала, а что-то с грохотом упало на пол. Гарри же застыл, как будто приклеенный чем-то к полу. У него вообще не получалось пошевелиться. Он даже, кажется, забыл, как дышать! Рон тем временем продолжал: — Джинни, я понимаю, что всё будет непросто! Но пришло время поторопиться и совершать решительные действия. Проблему с вашей несовместимостью пусть решает директор, он ведь обещал помолвку маме! А ты не забывай, что кроме нас с тобой и матери, никто из членов нашей семьи не в курсе, и тебе придётся безупречно сыграть влюблённую по уши младшую сестрёнку, чтобы наши старшие братья тебе поверили и разрешили нарушить пару-тройку магических законов во имя твоей великой любви к герою. Они все, как ты прекрасно знаешь, решили, что сами будут справляться с проблемами магии в семье и, несмотря на мнение матери, соблюдают их все! Такими темпами только наши правнуки, и то дай Мерлин, будут полноценными членами общества, сильными магами, к тому же, если мы будем рожать только по одному ребенку. На отца можно вообще не обращать внимания! Он не лорд и даже не глава рода! У нашего рода, я тебе напомню, вообще нет главы, есть только старший член рода, а это наша вредничающая, выжившая из ума тетушка. Магия лишила нас даже этого! Ошибки и проклятья на род навешивали наши предки, а расплачиваться за это нам! Да и, тем более, если ты не выйдешь за Поттера, то никто из подходящих парней на тебя даже не посмотрит. У тебя, кроме него, есть только одна возможность — магглорождённый жених, как моя Гермиона. Эти вообще не знают наших законов! Только вот, нет среди учащихся таких магически сильных парней-грязнокровок, а в браке со слабым магом твои дети, скорее всего, родятся сквибами! Мне повезло: Герми сильная колдунья, хоть и не богатая, она родит мне магически сильных детей! План Билла тоже довольно хорош, у него, наверное, получится частично «отмыть» наш род и стать его главой, но он очень долгосрочный и энергозатратный. Я на лордство и не претендую, это сильно хлопотно. Да и денег его действия нам никак не добавят. Родовой библиотеки у нас всё равно нет, а вся нужная ему информация именно в таких библиотеках и хранится, в чужие же его никто не пустит. Если только Гарри, после вашей свадьбы. Послушай меня, сестрёнка: подлей Поттеру приворотное, переспи с ним, а там никуда он уже не денется. После этого помолвка обеспечена, ведь друг-то наш честный! А замуж выходить, может, и вообще не придётся. Дамблдор в разговоре с мамой косвенно обмолвился, что у него даже нет сомнений в том, что Поттер победит Сама-Знаешь-Кого, особенно если всё сделать по его плану, но навряд ли он после этого выживет. Так что быть тебе его наследницей и без свадьбы, ты, как невеста, будешь ему самой близкой родственницей. Его магглы не в счёт, они не наследники. — Да где я возьму тебе амортенцию?! — голос девушки завибрировал то ли от напряжения, то ли от негодования. — Всё для тебя, сестрёнка. Я уже «позаимствовал» её у близнецов. А теперь бери все флакончики, пошли в Большой зал, там полно народу, все как с ума посходили, приходят рано на обед и сидят до последнего, ждут нашу «знаменитость». Ну и мы не гордые, тоже подождём, может, объявится! Ты только, если он там, времени не теряй, сегодня же и подлей ему порцию! Я помогу, отвлеку его разговором. — Так он ведь завтра к Дурслям едет, какой смысл? — Если у нас сегодня все получится, то поговорим с директором, и он отправит его к нам недельки на две, не откажет! Всё, пошли!       Гарри еле успел спрятаться в нишу за доспехами, чтобы Уизли не заметили невольного слушателя их увлекательной беседы.       "Так! На обед я, кажется, сегодня не иду. Мерлин, что это было?! Кругом ложь! Я сейчас сойду с ума окончательно. Они ведь мои друзья! Чего они там наговорили-то? Стоп, мне нужно скрыться там, где меня не найдут, и просто побыть одному. Выручай-комната!" — мысли в голове Гарри, сейчас, своей скоростью составили бы очень неплохую конкуренцию снитчу.       Мантия-невидимка нашлась во внутреннем кармане мантии. Волшебник быстро надел её на себя, мчась на седьмой этаж и не чувствуя под собой ног. Дверь открылась, и комната предстала перед взором молодого мага в виде маленькой уютной гостиной с камином. Дрова в камине издавали приятный треск, огонь уже вовсю разгорелся и отдавал тепло. А возле камина стояло большое красное кресло с высокой «ушастой» спинкой. Гарри буквально упал в него, по щекам мальчика уже градом катились слёзы, а ведь он их почти не заметил! Закрыл глаза, перед внутренним взором Гарри тут же начали возникать картинки из прошлого: знакомство, эпизоды дружбы. Юноша не смог долго наблюдать за событиями своей жизни, и его веки распахнулись сами собой.       "Всё, оказывается, было не так! Не было никакой дружбы! Со стороны Рона не было! Всё фарс! Ложь! Выдумка! Фантазия! Как же я не замечал?! Какой хороший актёр — Рональд Уизли! Не заметил, потому что я идиот, доверчивый кретин, наивный глупец, неуч! От кого-то я всё это слышал в свой адрес. Точно, слышал от Снейпа, а ещё и не верил ему! Опять один Снейп в голове! У меня бред, второй раз за день вспоминаю «летучую мышь» Хогвартса, при этом соглашаясь с его мнением. Мерлин, почему же я не кричу, не бегу бить морду Рону, не выясняю отношения с директором? Где мои эмоции? Хоть какие-нибудь! Их ведь абсолютно нет!"       Гарри так и сидел в кресле, не шевелясь, как будто окаменев. Слёзы тоже высохли, только в груди стоял, не двигаясь, большой ком. От него даже не было больно, больно было пятнадцать дней назад, но даже эта боль как-то притупилась! Гарри чувствовал себя просто глыбой льда без каких-либо чувств и эмоций. "Мне нельзя быть одному, срочно нужно выговориться! Но кому? Обычные люди зовут друзей. Нет у меня больше друзей! Я больше никому не верю!" - неутешительно думал юноша, когда в голове всплыла фраза, кажется, из прошлого: «Добби — друг Гарри Поттера!».       "Точно, Добби!" — Гарри подпрыгнул в кресле от внезапно посетившей его голову мысли. — Добби!       "Интересно, а домовики могут попасть…" — не успела ещё в голове сформироваться мысль, как ушастое чудо возникает из ниоткуда, тут же низко кланяясь, практически подметая ушами пол. — Гарри Поттер звал Добби. Чем Добби может помочь своему другу Гарри Поттеру? — спросил эльф, глядя своими большими карими глазами, будто заглядывая в душу. — Добби, мне очень нужно, чтобы меня выслушали! Я совсем один, мне не с кем поговорить! — Гарри Поттер не один! У Гарри Поттера есть Добби, Добби — друг! — Да, Добби — друг! Вот я и позвал тебя, — Гарри совершенно не знал, что сказать домовику, но это существо вызывало в нём что-то доброе. В душе мальчик почувствовал уже забытое тепло и покой. — Добби плохо умеет говорить, но Добби умеет слушать! — домовик подошёл очень близко к Гарри, глядя тому прямо в глаза. — Гарри Поттеру совсем плохо! —  тут же продолжил домовик. - Для начала Гарри Поттеру нужно поесть, Добби принесёт много вкусной еды. Любимой еды Гарри Поттера! А потом Добби будет долго слушать! Может быть, Гарри Поттер после выслушает Добби, как друга, потому что Добби тоже нужна помощь друга-волшебника! Да, Добби и Винки нужна помощь Гарри Поттера! Добби быстро вернётся! — и он исчез настолько быстро, что никто бы и не сумел вставить ни звука.       Не успел Гарри подумать, что же это чудо имело в виду, когда говорило, что ему нужна помощь, как домовик вернулся с подносом, заставленным различной едой. Медовые крылышки, запеченный картофель, несколько видов мясных блюд, названия которых были Гарри неизвестны, любимый пирог с почками, большой шоколадный торт, несколько видов сэндвичей, эклеры, кофе, чай и сливочное пиво. — Куда ты столько всего принёс?! Мне столько не съесть, да и вообще я сейчас не могу и не хочу есть. — Гарри Поттер будет есть. Нельзя не есть! — воскликнул домовик. — А потом мы будем друг друга слушать, как друзья! — эльф крепко сжал кулачки, начиная трястись всем телом. — Хорошо, только ты сядешь со мной за стол, и мы поедим вместе. Ты мой друг, а друзья сидят за столом и едят вместе.       Маг и магическое существо сели вместе за появившийся перед ними маленький кофейный столик. Добби уселся в высоком кресле, материализовавшемся по щелчку его пальцев, и они вместе приступили к «пиру». Как только они начали есть, Гарри вдруг осознал, насколько сильно голоден. Ели молча, чтобы насладиться вкусом пищи.        После окончания трапезы Добби щелчком отправил посуду на кухню, оставив при этом на столе четыре бутылки сливочного пива, вазу с фисташками, которую Гарри даже не заметил сначала, две чашки кофе под согревающими чарами и чашку травяного чая. — Чай для Добби, — сказал домовик, — домовикам нельзя пить пиво, оно для нас такое же крепкое, как для волшебников огневиски. Внутри себя Гарри понял, что готов выговориться. Сытость и удовлетворенность в желудке теплом разливались по всему телу. Хотелось не просто выговориться, а рассказать эльфу все мысли, которые когда-либо посещали его голову, все чувства, все страхи, тайны, секреты. Всё то, что он никому и никогда не рассказывал. Но прежде, чем начать разговор, Гарри присел на корточки перед креслом, в котором сидел Добби, и обратился к нему, перейдя на шёпот: — Добби, а ты не обидишься, если я возьму тебя на руки и обниму, а ты обнимешь меня? Может быть, для тебя это странно, но мне сейчас очень нужно почувствовать чьё-нибудь прикосновение и самому прикоснуться к живому существу, — юноша сам не мог сказать, почему понизил голос. Просто захотелось или, может быть, решил, что так будет правильней. Невозможно описать, какое действие произвели эти слова на эльфа. Если коротко, то, наверное, именно так и выглядит самый счастливый домовик на планете! Эльф, не мешкая ни секунды, проворно спрыгнул с кресла прямо в раскрытые руки волшебника. Тот поднялся уже с Добби на руках, удобно устраиваясь в своём кресле. Домовик же крепко обнял юношу, утыкаясь мордочкой где-то в районе его левой ключицы, и сдавленно произнёс: — Добби на руках держала только мама! Это было очень давно, Добби тогда был совсем маленьким эльфёнком. Домовые эльфы очень быстро растут, быстро становятся самостоятельными. Мы рано начинаем учиться служить волшебникам. Такие эльфы, как Добби, считаются очень молодыми. Добби всего семьдесят лет, Добби ещё далеко до взрослости и глубокой мудрости. Добби — глупый молодой эльф. Домовики живут долго, пятьсот-семьсот лет. Только через 150 лет после рождения эльф становится взрослым. Добби очень нравится на руках у Гарри Поттера. Ни один волшебник не берёт на руки эльфа. Гарри Поттер — очень добрый маг. Добби любит Гарри Поттера. Добби внимательно будет сейчас слушать всё, что ему скажет Гарри Поттер. Добби больше не будет отвлекать волшебника своей болтовнёй.       Гарри не знал, как себя вести, как прокомментировать слова домовика, поэтому решил попозже расспросить его о жизни домовых эльфов и их взаимоотношениях с волшебниками.       "Мерлин, как мало я знаю о мире, в котором живу!"       А затем Гарри начал рассказывать Добби обо всём, что произошло с ним за последние дни, очень подробно, и голос его, как ни странно, почти не дрожал. Мальчик не знал, сколько времени длился его рассказ, но чувствовал, что с каждым словом становится легче. Он как будто с каждым словом отпускал свою боль, и она растворялась в пространстве. А вслед за болью растворялось и уходило детство. Мальчик как будто взрослел на десять лет с каждым часом. Его больше не захлёстывают эмоции. Он никогда не думал, что сможет вот так спокойно проанализировать свою жизнь, не вскакивая и не перепрыгивая с одной темы на другую. Куда только подевалась гриффиндорская порывистость и горячность? Гарри недоумевал, почему, произнося слова о предательстве лучшего друга, он не вскочил и не разнёс обстановку комнаты в щепки. Даже не разбил очередную бутылку из-под сливочного пива, которая как-то очень незаметно и предательски быстро опустела. Произошедшие события сильно его изменили. — Всё, я закончил. И что мне теперь делать, как мне себя вести? Мне просто необходимо изменить что-то в своей жизни, а я при всём при этом сам себе не принадлежу, да и никогда не принадлежал! Я несовершеннолетний подросток, надежда всего магического мира, и от этого мне никуда не деться. Да я и не хочу. Но я также не хочу ехать завтра к Дурслям, не хочу ждать от директора разрешения чихнуть, не хочу видеть Рона и, уж тем более, жениться на Джинни. Мерлин мой! Да я даже не знаю, как я буду смотреть им в глаза при нашей следующей встрече! Джинни мне совсем не нравится, она мне как сестра. Ну, или была, как сестра. И вообще, мне, кажется, мальчики нравятся больше, чем девочки. Я ещё на турнире понял, что стоять близко к Диггори мне гораздо приятнее, чем целовать Чжоу Чанг.         Домовик, который во время монолога молодого человека, кажется, даже не дышал, только тихонько гладил тыльную сторону левой кисти мальчика, удобно устроившись на его коленях, как маленький ребёнок, упираясь своим затылком в его грудь, медленно развернулся и встретился взглядом с глубокой зеленью печальных глаз. — Гарри Поттер — наследник двух великих родов! Гарри Поттер — сильный маг! Гарри Поттер сразу и светлый волшебник, и тёмный маг. Добби это видит. Все домовики видят магию волшебников. Добби слышал от старшего домового эльфа прежних хозяев легенду, что таким волшебником был сам Мерлин! Гарри Поттеру нужно быть хитрым здесь, в школе, и до отъезда оставаться таким же мальчиком, как и прежде, для всех здесь. А завтра уехать на поезде Хогвартс-экспресс. Потом обратиться к гоблинам магического банка и вступить в наследство. Гарри Поттер должен принять титулы лордов рода Поттер и рода Блэк. Гоблины помогут, гоблины знают, как обратиться к мудрости рода. Добби поможет Гарри Поттеру! Гарри Поттер призовёт Добби, когда спрячется от всех магов и магглов, и Добби доставит своего друга Гарри Поттера незаметно для всех в магический банк!       Гарри посмотрел на домовика и не смог понять, как ему следует себя вести. Юноша был ошеломлён словами эльфа. Маленький чудик лучше разбирается в законах и правилах магического мира. "Гарри Поттер, второй раз за день признай, что ты полный неуч! Ты глупее магического существа!" — мысленно молодой человек ругал себя последними словами за свою неосведомлённость. — Я услышал тебя, Добби, и сделаю всё, как ты скажешь! Но где мне после этого жить? И как мне сделать, чтобы меня не нашли? Дамблдор всех профессоров и весь орден на уши поставит, они Британию по камушкам переберут, но не оставят меня в покое. — Гарри Поттер не слышал Добби! Гарри Поттер — наследник! Гарри Поттер — хозяин родовых особняков двух древних родов. У родов Поттер и Блэк много-много домов по всему миру. Гоблины спрячут дом ото всех магов и магглов, от всех существ. Гоблины и Добби помогут. Портреты предков в особняках помогут, знания из книг родовых библиотек помогут Гарри Поттеру. Если этого будет мало, Гарри Поттер сможет обратиться к лордам других древних родов, они все помогут, никто из лордов не сможет отказать Гарри Поттеру, таков закон магии! Гарри Поттер только не должен выдать себя в стенах школы! — Спасибо тебе, Добби, я ничего такого не знал, я впервые о таком слышу. Слишком много информации за один день, моя голова сейчас взорвется! Гарри поднялся с кресла и начал медленно ходить по комнате, затем вызвал часы заклинанием «Темпус» и впал в лёгкий ступор: часы показывали начало девятого вечера. —  Как незаметно прошёл день. По всему замку, скорее всего, развёрнуты полномасштабные поиски.       Добби начал говорить очень быстро: — Гарри Поттера не будут искать! Добби позаботился. Добби, когда ходил на кухню, заглянул в комнату Гарри Поттера, задёрнул полог кровати, поставил отталкивающие чары эльфов вокруг. А ещё Добби оставил пустую склянку из-под зелья на тумбочке возле кровати Гарри Поттера. Все думают, что Гарри Поттер рано лёг спать. Директор тоже узнавал на кухне у Винки, кормил ли кто-нибудь из эльфов Гарри Поттера. Винки сообщила директору, что Добби кормил! Добби знает! Добби незаметно доставит Гарри Поттера в его комнату, когда Гарри Поттер попросит! Добби хотел попросить Гарри Поттера о помощи и накормить его ужином, прежде чем друг Добби, Гарри Поттер, отправится спать! — домовик посмотрел на Гарри снизу вверх и замер. — Ты молодец, Добби! Ты очень хороший эльф и очень хороший друг. Ты теперь, наверное, мой единственный друг. И можешь просить меня о чём угодно, я сделаю для тебя всё, что смогу.       Юноша снова присел перед эльфом на колени, чтобы сравняться в росте. Протянул руки, обнял домовика и заглянул в его большие глаза цвета молочного шоколада. — Ты сегодня сделал для меня очень много, Добби! Ты избавил меня от отчаяния, ты показал мне направление к выходу из тьмы, окутавшей меня! Ты даже сумел позаботиться о моей конспирации. Говори, о чём ты хотел попросить, нет, лучше сначала принеси ужин, потом всё расскажешь мне подробно, и мы вместе решим твою проблему.       Добби замер и, буквально на секунду прижавшись к груди волшебника, исчез прямо из объятий мальчика. Гарри вернулся к креслу, пододвинул стол поближе и наклонился, чтобы повнимательнее рассмотреть замысловатый узор на поверхности стола, а Добби уже успел вернуться с ужином. Они заняли свои прежние места и приступили к утолению голода, на этот раз домовик принёс яичницу с беконом и целую гору пирожков с яблоками. А ещё свежесваренный кофе — непозволительная роскошь для студентов Хога.  — Всё, Добби, ты снова смог меня накормить и отвлечь. Ты выслушал мои стоны, теперь моя очередь слушать тебя. Ничего не бойся, я хочу выслушать и помочь тебе всем, чем могу. — Гарри Поттер — великий волшебник. Гарри Поттер — самый добрый волшебник. Гарри Поттер сможет помочь Добби и Винки! — домовик соскочил со своего кресла, одним щелчком пальцев отправил посуду на кухню, а столик в другую часть комнаты.       Сам Добби забрался к Гарри на колени и начал говорить: — Добби больше никогда не будет делать так, как сегодня. Сегодня Добби ещё только друг Гарри Поттера. Добби — глупый эльф! Добби хотел быть свободным эльфом! Но Добби ничего не знал! — домовик задрожал всем телом и прижал свои большие уши к голове. — Добби — глупый, глупый эльф! — Я ничего не понимаю, Добби, объясни толком. Тебя обижал хозяин, тебе было плохо, и я освободил тебя, — Гарри немного отстранился, чтобы заглянуть в глаза домовику, при этом правой рукой начал гладить эльфа по спине, чтобы немного его успокоить. — Добби не знал. Домовой эльф не может быть свободным! У эльфа должен быть хозяин. Злой хозяин лучше, чем вообще без хозяина. Добби умрёт без магии хозяина. Магия хозяина — это плата за труд. Добби сошёл с ума, когда начал просить галеоны за свой труд.       Домовик смотрел на волшебника глазами, из которых вот-вот польются крупные капли слёз. Гарри не знал, что ему сделать, чтобы подбодрить это ушастое чудо. Поттеру было очень нужно, чтобы он не замолкал и смог рассказать всё для того, чтобы имелась возможность понять, что нужно сделать. — Добби, не останавливайся, говори. Я не очень понимаю. Расскажи мне об особенностях взаимоотношений волшебников и домовых эльфов. — Винки мудрая. Винки мне всё рассказала. Добби не сможет рассказать всё Гарри Поттеру, это очень много информации. Гарри Поттер всё прочитает подробно, когда примет род. Добби расскажет только основное! — эльф набирает полную грудь воздуха, затем медленно выдыхает, перестаёт дрожать и начинает почти ровным голосом. — Маги очень нужны домовым эльфам! Домовые эльфы слабые, у них нет своей магии. Когда эльфёнок рождается, ему нужна защита рода и магия лорда-хозяина. Чем сильнее маг, тем больше эльфов может родиться в родовой общине хозяина. Тёмные маги легче преобразуют магию из внешнего мира в личную магию, поэтому у тёмных родов больше домовых эльфов в общине. Старый хозяин Добби — сильный тёмный маг из древнего рода. Старый хозяин напитал Добби сильной магией, магия рода Малфоев защищала и подпитывала Добби с рождения. В Добби сейчас ещё есть магия рода старого хозяина, поэтому Добби жив. Магия Хогвартса другая, она не может дать защиту Добби и Винки. Эльфы Винки и Добби не привязаны к магии замка, как только закончится магия старых хозяев, Добби и Винки умрут. Прежний хозяин Винки — не очень сильный маг, без магии сильного волшебника Винки скоро, совсем скоро, умрёт, — Добби освобождается из объятий. Спрыгивает на пол, очень низко кланяется так, что его большие уши почти касаются пола. — Гарри Поттер, сэр, Добби просит, очень просит, чтобы Гарри Поттер стал хозяином Винки и Добби, чтобы у глупого Добби была магия хозяина. Винки — мудрая эльфийка, Винки смогла стать для Добби почти матерью, Винки будет верно служить Гарри Поттеру, сэр. Винки возьмёт шефство над глупым Добби. Добби всему научится и будет правильно служить хозяину. Добби больше не хочет быть свободным эльфом. Раны Добби больше не затягиваются сами. У Добби почти совсем не осталось магии, Добби не хочет умирать!       Гарри сидел ошеломлённый и молчал. Информация, которую Добби вывалил на него, снова не укладывалась в голове. "Я — полный болван, до сих пор не удосужился узнать информацию о мире, в котором живу с одиннадцати лет. Своими необдуманными действиями я чуть не убил магическое существо. И к освобождению Винки я тоже имею отношение, хоть и косвенное. Нужно срочно исправлять то, что я натворил по незнанию", — этот внутренний монолог мальчик не стал произносить вслух. — Добби, я с удовольствием стану вашим хозяином! Я только не знаю, как это сделать. Домовые эльфы знают, как привязать домовика к хозяину? — Гарри встал перед Добби на колени. — Я сделаю всё, чтобы вы были самыми счастливыми и здоровыми эльфами. Я всему научусь, я буду много и долго учиться, чтобы все сложилось в вашей жизни. Мне, скорее всего, придётся выполнить всё, что предначертано судьбой, я не знаю, чем всё это закончится. Но вы больше никогда не останетесь одни, я беру на себя ответственность за вас и буду беречь ваши и свою жизнь, так как они теперь тесно связаны. Постараюсь больше не быть безрассудным.       Яркая, как разряд молнии, вспышка осветила комнату. Гарри от неожиданности упал на пятую точку и открыл рот от удивления. — Что это, Добби? — Магия приняла обещание сэра Гарри Поттера заботиться о себе, Добби и Винки. Добби очень счастлив! Винки расскажет Гарри Поттеру, как привязать домовиков. Но сначала Гарри Поттер доживет в замке до завтра, Гарри Поттер никому не выдаст своих планов. Добби будет ждать вызова Гарри Поттера и доставит его с вокзала куда нужно. Добби сам всё расскажет Винки. Винки будет готова покинуть замок по призыву Гарри Поттера. Гарри Поттер готов покинуть Хогвартс надолго? Гарри Поттер понимает, что, пока он будет учиться мудрости и магии, он долго не увидит своих друзей? — У меня не осталось друзей, во всяком случае, я их вокруг не вижу. Старые друзья оказались фальшивыми, а других я как-то не завёл. — Гарри Поттер — сильный маг, но говорит глупости! Все наследники древних родов станут друзьями Гарри Поттера, они не откажутся. Гарри Поттеру понадобится их помощь в борьбе с Великим Тёмным магом. Но не надо спешить, сейчас ещё не время! А ещё мисс Грейнджер, она тоже хорошая, она может помочь, она не глупая, хоть и молодая. Ей тоже нужна будет потом защита Гарри Поттера. — Хорошо, Добби, отложим вопрос с друзьями, помощниками и соратниками до времени. У меня к тебе ещё есть один вопрос, пока мы не отправились спать. Уже, наверное, очень поздно, остальные вопросы, а их у меня миллиона три, не меньше, отложим до более подходящего времени и места, — Гарри, наконец-то осознав, что так и продолжал сидеть на полу, встал на ноги. Добби своей магией привёл его одежду в надлежащий вид и улыбнулся. — Гарри Поттер уже начал учиться рациональности и мудрости! У Гарри Поттера всё получится! Задавайте свой вопрос, сэр, и мы покинем эту комнату. Мы перестанем быть друзьями, но скоро Гарри Поттер станет хозяином двух эльфов, и это будет правильно. Это правильные взаимоотношения между волшебником и магическим существом! — эльф слегка поклонился и замер, вопросительно приподняв свою бровь. Этот жест напомнил Гарри одного профессора, который, конечно, не оставит его дальнейшие действия без своих едких замечаний. "Вот блин! И почему я снова вспомнил Снейпа? С каких пор его мнение и действия имеют для меня значение? Ладно, сейчас не время думать о «злобном профессоре», об этом я подумаю позже", — Гарри крепко зажмурился, затем открыл глаза. — Добби, что ты там говорил о том, что у тебя не заживают раны? Что это значит? — Добби посмотрел на Гарри, как на неразумного ребёнка, потом о чём-то задумался, при этом его и без того тонкие губы вытянулись в одну сплошную линию. Затем смешно хлопнул ушами и начал говорить: — Домовые эльфы часто ранят себя, работая по дому, не специально. Но, Гарри Поттер, сэр, чаще мы целенаправленно нарушаем целостность своей кожи, когда наказываем себя. Если хозяин недоволен своим домовым эльфом, его магия неосознанно блокируется и перестаёт поступать к домовику. А когда кожа домовика повреждена, блок с магии снимается, потому что магия рода заботится о своей собственности, магия стремится к эльфу и быстро его залечивает, хозяин перестаёт злиться. Если эльф не накажет себя, магия не сможет преодолеть заслон хозяина, который возникает у всех магов, когда они по какой-то причине обозлены или рассержены. Этот заслон нужен для контроля магии, чтобы внутренняя сила не повредила хозяину. Такие заслоны есть у всех волшебников, кроме маленьких детей. У детей заслона в силу возраста нет, поэтому у них случаются стихийные выбросы. Особняк магического рода и домовики стараются вовремя отследить избыток магии у маленького мага и поглотить его. Поэтому магические выбросы у детей из рода случаются реже, чем у магглорождённых. Маленькие наследники постепенно привыкают к увеличению своей магической силы, и к школе их магия более стабильна и лучше контролируется, чем у волшебников из семей магглов или полукровок, за спинами которых не стоит род, у которых нет домовиков. — Спасибо, Добби, как всё это сложно, насколько всё тесно взаимосвязано, и как много я ещё не знаю! Только давай сразу договоримся: мои домовики себя не наказывают. Если я по какой-то причине буду зол или взвинчен, любой из вас сможет всегда подойти ко мне и напомнить о блоке магии. Я буду это контролировать. А если меня не будет в доме длительное время, вас ведь подпитывает дом, я правильно понял? — Да, домовиков подпитывает особняк рода через родовой камень, а также личный магический артефакт, который напитывает лорд рода в сакральные праздники. Так же, как и все другие, сохраняющие магию артефакты дома и рода. Защитные чары на доме, личных хозяйских покоях, детских комнатах, родовой библиотеке и других частях хозяйского имущества, требующих особой защиты. В каждом роду свои тайники и схроны, которые скрыты от посторонних… Гарри Поттеру пора спать, время уже перевалило за полночь. Добби доставит Гарри Поттера в его спальню. Завтра у будущего хозяина будет трудный день, — Добби взял мальчика за руку, и Гарри почувствовал, как его затянула воронка парной аппарации. Открыл глаза он уже на своей кровати, с задвинутым наглухо пологом. — Спасибо тебе, Добби, за всё. До встречи завтра, я позову тебя, когда избавлюсь от дяди Вернона. Дальше будем действовать по плану, — Гарри обнял домовика. Добби счастливо заулыбался, произвёл своими пальцами звонкий щелчок и мальчик оказался в своей пижаме, а его вещи были аккуратно развешаны на спинке кровати. Добби пожелал приятных снов и растворился в воздухе.       Гарри забрался под одеяло и приготовился к длинной ночи без сна. Но как только его голова коснулась подушки, провалился в глубокий сон.       Когда Гарри открыл глаза, ему показалось, что прошёл всего один миг после возвращения в комнату. Юноша перевернулся на спину и потянулся до хруста в костях, он почувствовал себя невероятно отдохнувшим и полным энергии. Немного поразмыслив над своим самочувствием, он понял, что, во-первых, ночь уже прошла, во-вторых, ему сегодня без всяких зелий вообще ничего не снилось. В-третьих, у него, как ни странно, хорошее настроение. В-четвёртых, все события вчерашнего дня показались какими-то нереальными и далёкими. В-пятых, боль от потери крёстного и предательства лучших друзей как-то отступила, «отболело» всё как-то разом, на одном выдохе. Ну и в-шестых, Гарри понял, что жив и готов двигаться по новому пути, согласно пусть и не ясному до конца, но намеченному плану. Гарри оделся в чистую, хорошо отглаженную форму (Добби постарался), галстук повязывать не стал, и выбрался из-за полога, чем нарушил чары тишины, наведённые домовиком. И тут же его слуха коснулся гомон просыпающейся спальни подростков, не обременённых занятиями, предоставленных самим себе на целый день. Все соседи уже проснулись и на удивление громко и активно делились друг с другом планами на день и на предстоящие каникулы. Гарри нашёл свои очки, определив их на положенное место, смог рассмотреть свои идеально белые, как новые, кроссовки, затейливо зашнурованные. Как ни странно, от них исходил приятный запах корицы и миндаля. Снова работа Добби. "Я всё-таки очень люблю этого домовика", — Гарри улыбнулся своим мыслям. — Доброго утра всем,– юноша поздоровался с соседями по комнате, со всеми сразу, ни к кому конкретно не обращаясь, выпрямился, оторвав взгляд от обуви, начал рассматривать резко замолчавших парней, стараясь ни на ком долго не задерживать взгляд и не выделять никого, включая Рона. — Гарри Поттер вернулся! Он с нами разговаривает! О великий Мерлин ты так добр к своим потомкам, — Симус, громко и артистично подняв руки к потолку, «высказал восторг» по поводу приветствия. Гарри успел поймать хмурый взгляд Невилла, обращённый к Финнигану. Затем Невилл повернулся к Гарри и, улыбаясь, произнес: — Я рад, что тебе лучше, Гарри. Последние дни ты был похож на немого и слепого инфери. А на дурачества пятнадцатилетних идиотов не обращай внимание, — Невилл протянул руку для рукопожатия, а затем подтянул Гарри к себе и приобнял, легко похлопав по плечу. Из-за спины Невилла раздался голос Симуса. — Извини за грубость, Поттер. Я не хотел тебя обидеть, я тоже рад, как и все, что тебе лучше. Я просто не подумал.       Тут на плечо Гарри сначала упала тяжёлая рука-кувалда, а потом его со спины схватили в тиски объятий и оторвали от земли. — Я так рад, что ты вспомнил, как разговаривать, друг! Уже семь минут, как ты тут стоишь и ещё никому не нагрубил, никуда никого не послал и не исчез из комнаты. Да и выглядишь ты сегодня намного лучше. Я рад, что тебя отпустило! — от надрывного баса Рона у Гарри почти заложило уши. Он медленно развернулся, смог даже улыбнуться и спокойно сказал: — Да, Рон, походу отпустило, вот, сегодня решил, что надо жить. А ты своим приветствием чуть дух из меня не выбил! Не спеши завершать то, что не удалось Пожирателям и Волан-де-Морту, я вроде пока ещё всем нужен живым, — Гарри приобнял Уизли и дружески похлопал его по плечу. — Пойдёмте все на завтрак, а то все булочки с корицей разберут, — подтолкнул своего «друга» по направлению к двери. — Ты сам-то как? Сложно было вылечить тебя от нападения чужих мозгов? — Поттер постарался изобразить искреннюю заинтересованность и благожелательность на своём лице. — Извини, что не спросил раньше. Как Герми? С ней всё в порядке? — Как Гермиона, сейчас спросишь у неё сам! Джинни в порядке, правда, тебе придётся перед ними обеими извиниться. Ты был очень груб в общении, особенно с Джинн, я тебе даже морду хотел начистить, Гермиона не дала. А я в порядке. Меня зелья сальноволосого ублюдка за три приёма на ноги поставили. В Мунго не знали, что со мной делать. А эта мышь летучая появился, посмотрел на меня, палочкой поводил и ушёл. Потом вернулся часов через десять с тремя флаконами зелий, споил мне их сам через каждый час. А дальше я проснулся и был уже в порядке. Мама даже благодарила этого предводителя слизней за меня. Он вообще-то всех наших проверял в Мунго, всех зельями своими поил, — Рон неуверенно пожал плечами. — А ты сам поблагодарил Снейпа за помощь? Я думаю, он заслужил твоей благодарности за проявленную заботу. — Вот ещё! Как ты себе представляешь, чтобы я «ужас подземелий» благодарил! Да, помог, но это потому, что его Дамблдор заставил! Сам бы он никогда ни для кого, кроме своих змей, палец о палец не ударил бы! Хотя должен! Он же зельевар.       Невилл Лонгботтом вклинился между молодыми людьми и заговорил, слегка понизив голос: — Рон, ты чего? Извините, я услышал ваш разговор, вы достаточно громко разговаривали! — попеременно посмотрел на друзей, отслеживая реакцию на извинения. Гарри слегка наклонил голову в знак того, что извинения приняты и он не против того, чтобы Лонгботтом присоединился к их разговору. Невилл принял его знак и продолжил, обращаясь к Уизли: — Рон, если бы не Снейп, мы бы все до сих пор в Мунго зависали. Услуги зельевара такого уровня стоят очень дорого. Бабушка хотела заплатить хотя бы часть стоимости. Снейп денег не взял, сказал, что это его личная инициатива, и затраты, в таком случае, тоже за его счёт. Тогда бабуля собрала травы для ингредиентов из наших домашних теплиц и преподнесла профессору в качестве благодарности. И никакой Дамблдор его не заставлял и даже не просил. Это просто невозможно и крайне неэтично. А отец Луны, когда узнал, что Снейп нам именные зелья варил на основе отпечатков нашей магии, передал профессору части редких животных, востребованных в зельеварении. Я боюсь профессора Снейпа, как преподавателя, наверное, потому, что я бездарен по его предмету. Но он неплохой человек, хоть и скрытный. Причём, он скрывает о себе всё хорошее, а негативные свои черты выставляет напоказ. Бабуля говорит, что это защитная реакция и профессиональная деформация, что мы у доброго профессора просто не сможем усвоить такой сложный предмет, как зельеварение! И я склонен верить её словам. Моя бабушка строгая, но мудрая очень. А тебе, Рон, пора немного повзрослеть и быть более осмотрительным в словах. Следить, что ты говоришь, где ты это говоришь, кому и с какой интонацией. — За всё время своей речи Невилл ни разу не повысил голос, при этом тщательно следил за реакцией парней на его слова. Гарри раньше и не замечал за Лонгботтомом такой внимательности к мелочам при выстраивании своей речи.       "Когда это он научился так уверенно доносить свои мысли, так скрупулезно подбирая слова и интонации?" — Гарри сам поражался своей невнимательности — события в министерстве магии повлияли на них всех, ну, кроме Уизли.       А тот самый Уизли от слов Невилла сильно покраснел и втянул голову в плечи. — Ну ты, Лонгботтом, и загнул, прям как моя мама и Гермиона! Не изменю я своего мнения о Снейпе! Он гад ползучий. Злобный Пожиратель смерти! Тёмный, злой маг. И ничего, кроме моего презрения и ненависти, не заслуживает. Хоть и варит свои зелья иногда, — Рон замолчал и крепко сжал челюсти так сильно, что казалось, его зубы не выдержат и раскрошатся. Гарри всегда знал, что Рон несдержанный и упёртый, но раньше не замечал, насколько он злобный и как негативно воспринимает критику в свой адрес. — Тёмный волшебник далеко не всегда злой. Наш род светлый, но и среди членов нашей семьи встречались тёмные волшебники. Так же, как и в тёмных родах рождаются светлые маги. Направленность магии не характеризует человека, разница направленности магии лишь в способе её преобразования из окружающей среды в личную магию волшебника. Соответственно, какие-то разделы магических заклинаний легче даются светлым магам, какие-то тёмным. Например, травология и уход за существами легче для светлых, а колдомедицина и боевая магия проще даётся темным магам. Я, может, не очень понятно могу объяснить. В общем, тёмным легче магию преобразовывать, но их магия быстрее расходуется, у них чаще бывают серьезные истощения. Они нередко используют магию более сильного волшебника, для чего вступают в выгодные для них союзы и идут под опеку более сильного рода. Светлые дольше преобразуют, но расходуют медленнее. Магическое ядро светлых «запасливее», как-то так, в общем.— Невилл заметно засмущался и покраснел. Гарри решил его поддержать и слегка сжал плечо. — Нет, Нев, ты всё доступно и интересно смог объяснить, я этого всего не знал. А бывают смешанные, тёмно-светлые маги?       Невилл заметно расслабился, почувствовав поддержку. Улыбнулся и заговорщицки прошептал: — История знает очень мало таких «смешанных» магов. Таким, говорят, был сам Мерлин. Ну и ещё, вроде как, двое мужчин-основателей Хогвартса, Годрик Гриффиндор и Салазар Слизерин. А не знаешь ты всего этого потому, что сейчас этому в школе не учат, раньше учили, а сейчас решили, что это не важно. Этому теперь учат родители в семьях магов ещё до поступления в школу. А ты ведь у магглов рос, они такой информацией точно не обладают. Но Рональд ведь в семье магов вырос, он должен это всё понимать. Мистер Уизли серьёзно относится к знаниям в отношении своих детей, я точно знаю, он часто с бабулей советуется и обсуждает наше обучение и методы воспитания. Я слышал. — Да у нас в семье эти речи отца, о всяких таких сложностях, и не слушает никто, кроме Билла, Чарли и Перси. Нам вот с Джинн такое не интересно. Всё просто, тёмные чаще злые и агрессивные — слизеринцы. Светлые чаще добрые — все остальные факультеты. И не нужно этих сложностей с преобразованием магии! И вообще мы дошли, наконец, давайте зайдём и уже позавтракаем! — Рон стремительно вошёл в двери Большого зала и устремился к своему месту. Гарри, Невилл, Симус и Дин последовали за ним, никто не посчитал нужным что-то доказывать Уизли. Финниган и Томас были увлечены своими делами и разговор не слушали. Гарри же очень внимательно слушал Невилла и был поражён, как много всего он, оказывается, знает, просто не выставляет свои знания напоказ, считая, что кому надо и так знают, а кому не надо и так проживут.       Девочки к приходу парней уже позавтракали и отправились собираться домой. Поэтому в Большом зале их не было. Гарри приступил к завтраку и почти не замечал Рона, который, кстати, и не требовал его внимания, сосредоточившись на еде. Юноше захотелось повнимательнее рассмотреть Лонгботтома. Через буквально минуту наблюдения Гарри заметил, что Невилл очень аккуратен при приёме пищи, он использует разные приборы автоматически, даже не задумываясь об этом. Проще говоря, неукоснительно придерживается столового этикета. А ещё его руки в идеальном порядке: маникюр, ухоженная кожа, и это несмотря на увлечение травологией. Почему Гарри раньше этого не замечал? Ведь они учатся вместе пять лет, при этом живя в одной комнате. Тут же в его голове возник ответ на этот вопрос: "Это потому, Поттер, что ты не наблюдательный олух и тебе всегда некогда, ты из одной переделки в другую засовываешь свою неугомонную задницу."       Юноша доел свою овсянку, встал из-за стола и направился в факультетскую гостиную. По дороге он уже просто не мог думать ни о чём глобальном. Утренний контакт с Роном изрядно его вымотал. Гарри трудно даётся актёрское мастерство. Спасибо Невиллу, отвлёк интересной беседой. Осталось пережить сборы, обед и дорогу до Кингс—Кросс.       Когда Гарри вошёл в гостиную факультета, не забыв пожелать Полной Даме доброго дня, прежде чем сообщить пароль, чем заслужил её приветливую улыбку, ни Гермионы, ни Джинни там не оказалось; остальные не обратили на его появление никакого внимания. Поэтому он спокойно поднялся в спальню и приступил к сборам. Парни уже собрались, в комнате никого не было. Невилла Гарри в гостиной не видел, тот сразу улетел к своим растениям. А Рона, Симуса и Дина Поттер краем глаза заметил в гостиной. Ребята закончили завтрак раньше, Рон не стал дожидаться Поттера, так как отвык за время его депрессии повсюду следовать за «другом». Сейчас они играли в шахматы, двое против одного. Шахматная партия, запланированная заранее, была напряжённой. Поэтому, когда Гарри вошел, никто из троих даже голову не поднял. Гриффиндорцы уже давно не играют с Роном один на один — он всегда выигрывает, а такие партии, двое на одного, остаются интересными для всех участников. Гарри достал свой старый чемодан, и тут перед ним материализовался Добби с зажатым в руке куском пергамента. Домовик слегка поклонился и заговорил: — Гарри Поттер, сэр. Директор Дамблдор желает вас видеть, в записке указан пароль для входа, — домовик уверенно протянул записку. — Оставьте свои вещи, Добби сам соберёт то, что ещё может пригодиться будущему хозяину, всё равно придётся купить много новых вещей, достойных наследника двух древних родов. Ну и маггловские вещи, к которым привык Гарри Поттер, только новые, качественные и по размеру. Так нужно! Для Лорда внешний вид очень важен. Добби знает. Добби поможет. Идите на встречу, не задерживайтесь! Гарри Поттер молодец, Добби следит за будущим хозяином! Гарри Поттер, сэр, ведёт себя правильно! Добби справится с вещами, все старые ненужные вещи Добби уничтожить, а потом Добби сходит за совой. — Домовик зачем-то подпрыгнул, смешно хлопнул ушами и исчез. Гарри не посчитал возможным возразить домовику, да и не стал бы тот его слушать. Всё правильно, в новой жизни лорда Поттера, должно быть всё новое, всё его. Гарри развернулся и направился к выходу.       Он шёл по коридору в направлении кабинета директора, ему совсем не хотелось думать о предстоящем разговоре, поэтому по пути Гарри рассматривал портреты на стенах замка. Он думал о нововведениях в его жизни и о том, что ещё хотел бы сменить, кроме гардероба. "Я точно сменю причёску! И почтовую птицу, Хедвиг слишком приметная, она будет летать только с приглашениями. Хочу фамильяра!"       Также Гарри очень захотелось избавиться от очков, он шёл и перебирал в голове известные ему варианты решения данной проблемы: "Можно купить линзы, или провести маггловскую операцию по коррекции зрения. Операции не дешевые, но с деньгами сейчас проблем нет".       Настроение у молодого человека от таких мыслей даже успело подняться. В этот момент он услышал тонкий, слегка с хрипотцой голос, называющий его имя. — Сэр Гарри Поттер, простите, — Гарри опустил голову на звук голоса, в темноте смог различить два больших глаза цвета молочного шоколада.— Ничего не говорите, сэр! Просто слушайте, сделайте вид, что вас заинтересовала картина. Я Винки, сэр Гарри Поттер. Добби глупый эльф, забыл предупредить Вас, сэр, что в кабинете директора вам не следует пить чай и угощаться сладостями! Добби потом вам всё объяснит, сэр. Поспешите, директор Дамблдор уже вас заждался, — юноша немного опешил, а глаза и уши уже успели исчезнуть.       Гарри прибавил шаг и через пару минут оказался перед горгульей, охраняющей директорские покои. Развернув пергамент, что был в его руке, Гарри громко прочитал написанное. — «Мятная пастила». — Дверь кабинета открылась, приглашая войти.       Гарри встал на первую ступеньку движущейся лестницы и поднялся до порога директорского кабинета. — Гарри, мой мальчик! Проходи, присаживайся, — директор посмотрел на вошедшего внимательным взглядом, слегка прищурившись. — Выпьешь чаю со стариком? — директор подошёл к чайному столику, пододвинул вазочку со сладостями ближе к одному из свободных кресел и начал расставлять чайные пары. — Добрый день, профессор, — молодой маг прошёл по кабинету и присел на край предложенного кресла. — Спасибо за предложение, но сегодня я, пожалуй, откажусь. Я плотно позавтракал, да и сладостей совсем не хочется,—  Гарри спокойно поднял голову и встретился взглядом с директором. Как только между ними установился стабильный зрительный контакт, молодой человек почувствовал, как в районе темени его вдруг легонько что-то пощекотало. "— Вот чёрт. Это же попытка залезть мне в голову. Без заклинаний. Без предупреждения. "       "Похоже, Снейп всё-таки смог меня чему-то научить. Раньше я такого не чувствовал, навряд ли эта попытка легиллименции первая со стороны директора".        Гарри неосознанно сгруппировался, напрягся всем телом и смог отвести взгляд. Он вдруг почувствовал, что его мысли заволокло тонкой мутной непрозрачной плёнкой. Плёнка была нестабильная, но у него получилось выставить пусть слабую, но всё же защиту. Само как-то получилось! Юноша понял, что это была именно защита. На занятиях в подземельях никогда ничего подобного не возникало в его сознании. — Профессор. Вам не кажется, что как-то нечестно без предупреждения лезть ко мне в голову? Насколько мне известно из книг, которые для меня нашла Гермиона, у волшебников существует этика ментального воздействия. То, что вы сейчас пытались сделать, пусть и не противозаконно, но точно не этично и весьма для меня неприятно, — Гарри снова поднял глаза и стал с интересом рассматривать нос директора, чтобы не позволить ему установить зрительный контакт. — Мальчик мой. Что ты себе такого напридумывал? — Выражение лица величайшего светлого волшебника даже не изменилось. Директор оказался гораздо лучшим актёром, чем был Гарри. Хотя чему тут удивляться, у него для практики было гораздо больше времени, чем у Поттера для жизни.       Директор тем временем продолжил своим приторным голосом доброго дедушки: — Гарри, я просто хотел проверить, как у тебя обстоят дела с защитой сознания. Должен отметить, ты делаешь явные успехи. У тебя даже получилось выставить защиту первого уровня против меня, это редко кому удаётся, — Дамблдор подарил подростку одну из своих лучезарных улыбок. — Может, всё-таки, выпьешь чаю? Совместное чаепитие снимает напряжение в беседе. Мне кажется, ты несколько напряжён. — Нет, извините, директор, со мной всё в порядке. Вы хотели со мной поговорить? — внимание Гарри привлёк своей трелью Фоукс, материализовавшийся будто из ниоткуда. Казалось, что его пение сильно напоминает смех. — Ну как пожелаешь, мой мальчик, как пожелаешь, — Дамблдор поджал нижнюю губу и погладил свою бороду. Колокольчики в бороде слегка зазвенели. — Я позвал тебя, чтобы узнать, как твоё самочувствие и настроение. Твои друзья сказали мне, что ты почти ни с кем не желаешь общаться и бываешь груб. Мисс Уизли очень обеспокоена твоим состоянием! Ты своей грубостью несколько раз довёл бедную девочку до слёз. Я всё понимаю, твоя потеря так же тяжела для нас всех. Насколько мог, я успокоил твоих друзей. Но ты тоже будь любезен, в оставшееся время удели им внимание. Мисс Уизли младше вас, она пока очень остро реагирует на твою холодность. — Прошу прощения, директор, я, конечно, хорошо отношусь к Джинни, но никакого особого расположения к ней никогда не высказывал. Она младшая сестра моего друга и поэтому имеет право находиться рядом с нами, чтобы Рон в любой момент, в случае необходимости, мог оказать ей помощь или защитить её. С Роном мы уже поговорили. «Мой друг», — произнося эту фразу, Гарри весь внутренне содрогнулся. — Он смог меня понять. А вот с Гермионой мы пока не виделись, она, наверное, занята сборами, но я обязательно сегодня с ней поговорю. Да и путь на вокзал не близкий. У нас будет время устранить недопонимание, возникшее между нами, — молодому магу порядком поднадоел этот разговор, и он с нетерпением ждал его окончания, боясь не выдержать и сболтнуть лишнего. Он решил слегка отвлечься на свои ощущения и заметил, что защитная плёнка в его сознании всё ещё остаётся на месте. И даже стала несколько плотнее и стабильнее. "Интересно. У меня так теперь всегда будет, или только в присутствии «Доброго Светлого»?!" - Гарри решил не отвлекаться на действия Дамблдора, а сосредоточиться только на диалоге. — Хорошо, мой мальчик. Я не буду лезть в твои взаимоотношения с друзьями, но мисс Уизли, на мой взгляд, достойна твоего особого внимания. — Я сам буду решать, кто и чего достоин. Мне не хочется быть грубым, но хоть что-то в этой жизни хотелось бы решать самостоятельно. — Мой мальчик, ты совсем вырос. Однако помни: хороший совет старших никогда не бывает лишним. — Я учту, профессор. — Гарри, я бы ещё хотел обсудить вопрос твоего летнего отдыха. Мы уже говорили раньше, что ты сегодня отправляешься к тётке. Но я бы хотел уточнить в связи со сложившейся ситуацией, очень прошу тебя как можно реже покидать дом твоих родственников. Даже во двор, по возможности, надолго не выходи. Мы все очень волнуемся за тебя. В мире магглов тебе будет лучше, ты отвлечёшься от проблем магического мира и легче переживёшь смерть крёстного. А где-то недели за две до конца каникул я заберу тебя. Мы вместе посетим магический банк и разберёмся с наследством Сириуса. Ты, скорее всего, станешь новым владельцем дома на площади Гриммо. Нам с тобой следует подписать некоторые бумаги, чтобы орден мог продолжать собираться в нашем убежище, как прежде. А затем ты сможешь отправиться в Нору, и провести остаток каникул там. Приготовиться к новому учебному году в компании друзей. Миссис Уизли обо всём позаботится. Да, и ещё. Когда будем у гоблинов, напомни мне, что нам необходимо будет оформить допуск в твоё хранилище на имя миссис Уизли, чтобы тебе пришлось как можно реже появляться на Косой аллее. — Хорошо, я вас услышал, профессор. Мне можно идти? Нужно успеть собраться в дорогу и поговорить с друзьями. — Ты согласен с моими планами? Если у тебя больше нет ко мне вопросов, ты можешь идти, — Дамблдор встал со своего кресла и жестом руки указал в сторону двери. — А у меня есть возможность оспаривать ваши планы? И вопросов к вам у меня нет, — Гарри встал и быстрыми шагами направился к двери, чтобы лишить директора возможности комментировать его слова. Перед тем, как выйти, юный маг развернулся, в последний раз посмотрел на «Великого Светлого» старого манипулятора. — До свидания, профессор Дамблдор. — До свидания, мой мальчик! - И горгулья захлопнула дверь.       "Я сейчас взорвусь. Мне срочно нужно на воздух, пока я что-нибудь не разнёс. Спасибо вам, директор, в этом нашем диалоге вы очень наглядно объяснили глупому Мальчику-Который-Выжил, как вы ко мне относитесь! И что вам от меня нужно. Я всего лишь важная и удобная фигура в вашей шахматной партии, которой не следует знать лишнего, не следует задавать вопросы и включать мозги. Всё сделают за фигуру. Ты, Гарри, мой мальчик, спи, ешь и не умри раньше времени." — Голова мальчика шла кругом. Кулаки бессильно сжимались и разжимались без ведома хозяина.       По пути на улицу Гарри почти налетел на Гермиону. Глаза девушки увеличивались со скоростью света и настойчиво смотрели, кажется, в самую душу. Гермиона увидела в зелени знакомых глаз то, что заставило её изменить привычную модель поведения и не делать поспешных выводов. — Гарри, ты чего? Что случилось? — Герми, ты же очень умная девочка! Ты прости меня, дурака, за моё поведение в последнее время. Ты уже собрала вещи? Ты мой мудрый и верный друг. Ты можешь пойти со мной сейчас к озеру и, не задавая вопросов, погулять там до самого обеда? — Конечно, Гарри. Я без вопросов погуляю с тобой. Но ты точно ничего не хочешь мне сказать? — Гермиона посмотрела очень внимательно и в её взгляде мелькнула обеспокоенность. Гарри пожал плечами, не зная пока, что сказать. Он взял девушку за руку и потянул к выходу.       Молодые люди гуляли по территории замка больше двух часов. Герми стойко молчала, изредка бросая на друга озабоченные взгляды. Гарри вёл себя необычно: глубоко дышал, медленно выпуская воздух через нос. Девушке показалось, что за последние сутки Гарри как-то неуловимо изменился. Казалось, ему удалось невероятное! Юноша смотрелся взрослее, выше. Во всём его облике присутствовало какое-то пугающее спокойствие. Только скованность движений в районе плеч и вздувшиеся вены на оголённых участках тела выдавали напряжение — неясную, тяжёлую внутреннюю борьбу. Такого Гарри хотелось слушать! У девушки даже в мыслях не было желания нарушить тишину. В голове юноши тоже происходило то, что ранее было для него почти недоступно. У него получилось «очистить сознание» и ни о чём не думать. Этих изменений девушка заметить просто не могла.       Профессора Снейпа за последние два дня, наверное, уже замучила икота, так часто юноша его вспоминал. Молодые волшебники довольно далеко отошли от замка и гуляли по самому краю антиаппарационного барьера. Они уже развернулись, чтобы начать обратный путь. Прежде чем Гарри удалось набраться смелости, принять решение и начать разговор, он увидел не очень большое раскидистое дерево, стоящее в стороне от других, и подвёл девушку к нему, усаживаясь прямо на землю. — Гермиона. Послушай меня внимательно, только не перебивай и не задавай вопросов, — Гермиона молча кивнула в знак согласия, что совсем не вязалось с обычным поведением «всезнайки».— Что бы ни происходило дальше в нашей жизни, где бы мне ни пришлось оказаться, я всегда буду оставаться твоим другом. Может быть, обстоятельства будут складываться так, что я буду вынужден расстаться с вами на более длительный срок, чем летние каникулы. Не поддавайся общей панике, знай, я появлюсь в нужное время. Всё будет так, как должно быть. Возможно, вам придётся преодолевать трудности и взрослеть раньше времени, но это всё нужно будет просто пережить. Никому не верь, рассчитывай только на себя. Я свяжусь с тобой при первой возможности. Повнимательнее присмотрись к Рону. Если будешь с чем-то соглашаться или подписывать какие-то бумаги, убедись, что именно ты сама этого хочешь. Никому и ни при каких обстоятельствах не рассказывай об этом разговоре. Если получишь от меня сообщение, убедись в наличии на нём моей магической подписи. Я не буду посылать с почтой Хедвиг. У меня будет новая почтовая птица и это, скорее всего, будет вообще не сова. Я пока не знаю! Все мои письма будут подписаны одним словом — «Друг», если подпись другая, то письмо не от меня. Не отвечай на такие письма, не открывай их. А просто уничтожай. Может быть, связываться с тобой я буду через домовика. Ты его узнаешь. Мы повзрослели, Гермиона, ну или должны повзрослеть, и «золотому трио» необходимо расстаться, я не знаю, на время или навсегда. Но мы с тобой всё равно друзья. И у нас будут обязательно новые. Не занимайся самобичеванием, от тебя ничего не зависит. Читай книги об устройстве и особенностях магического мира. Древних законах и правилах магии. Изучай всё, что сможешь приобрести о разнонаправленности и видах магии. Создавай свою личную библиотеку в этом направлении. Я переведу некоторую сумму на твой счёт в банке. Деньги на книги не экономь. Тома такой тематики не будут доступны для тебя ни в одной из библиотек. Так как ты рождена в семье магглов. Не обижайся, но мы все немного разные. Нужные книги ты сможешь прочесть, только если сама их купишь. Обращай внимание на этикет, свой внешний вид, свою речь. За время, пока мы не увидимся, ты должна слепить из себя «истинную леди», достойную королевского приёма. Это очень важно, если ты планируешь остаться на всю жизнь в мире магов. Нельзя жить в новом мире, соблюдая законы, устои и порядки мира старого. Я всё объясню тебе, когда смогу, — Гарри прижал девушку к себе, крепко её обнимая. Гермиона была ошеломлена и сильно обескуражена. Девушка продолжала хранить молчание. Она, возможно, впервые в жизни не могла подобрать слов. Расцепив объятья, Гарри встал и протянул Гермионе руку, она поднялась, принимая помощь. — Гарри, ты уверен в том, что собираешься делать? — Герми, я ни в чём полностью не уверен. Я сам вправе решать, как мне жить, когда и во имя кого умирать. — Наверное, ты прав, — Гермиона крепко сжала руку парня, ускоряя шаг и увлекая его в направлении замка. Ей необходимо было подумать. — Герми, у меня к тебе ещё есть просьба. Я не очень хочу общаться с людьми во время обеда и в поезде, перед поездкой домой я выпью зелье «сна без сновидений», прикрой меня, пожалуйста! — Хорошо, не сомневайся, в нашем купе все будут вести себя тихо и ненавязчиво, — Гермиона искренне и на удивление открыто улыбнулась и игриво подмигнула. Они вошли в замок и направились прямиком в Большой зал. Гарри осталось пережить обед и дорогу до Лондона.       Во время трапезы Гермиона села между Гарри и Джинни, прямо напротив Рона и Невилла, и весь обед отвлекала всех, не давая вступить в диалог с Поттером. Гарри даже не прислушивался, о чём она с ними беседовала, только кивал, когда девушка под столом наступала ему на ногу, для создания иллюзии участия в разговоре. Он делал вид, что очень сосредоточен на еде. Вдруг юноше показалось, что в спину кто-то пристально смотрит, буквально прожигает взглядом. Он обернулся к учительскому столу и встретился взглядом со Снейпом. Глубокий взгляд непроницаемо-черных глаз буквально на несколько секунд столкнулся с мерцанием глубокой зелени глаз Гарри, затем профессор отвернулся и начал о чём-то переговариваться с Макгонагалл. Юноше показалось, что он, как в калейдоскопе, успел рассмотреть целую гамму чувств: озабоченность, сочувствие, настороженность и тоску.       "Видать, совсем с твоей головой дела плохи, Гарри Поттер! Не способен зельевар на палитру таких чувств, тем более по отношении к тебе!"— Молодому человеку пришлось даже несколько раз слегка покачать головой, чтобы мысли о взгляде слизеринского декана покинули его голову.       "Очистить сознание, Гарри. Очистить сознание. У тебя сегодня это так хорошо получается. Ты смог пережить разговор с директором. А от странного взгляда Снейпа ты готов вскочить и устроить непонятно что. Нельзя привлекать к себе внимание." — Вот так, разговаривая сам с собой, Гарри выпал из реальности на некоторое время и очнулся только лишь на середине прощальной речи директора. Дамблдор, как обычно, с видом доброго чудаковатого дедушки весьма пафосно вещал об обыденном.       Гарри вставая из-за стола, наклонился к самому уху Грейнджер и шепнул: — Герми, мне необходимо исчезнуть, чтобы без сопровождения попасть в Больничное крыло, зайти к Хагриду и попрощаться с замком. Прикрой меня, захвати мою сумку и никого не подпускай к моим вещам. Встретимся возле карет, — Грейнджер кивнула, встала, и молодые люди вместе покинули Большой зал, теряясь в большой группе студентов.       Затем Гарри незаметно отделился ото всех возле ближайших рыцарских доспехов и нырнул в нишу. Там он накинул на себя мантию отца и без приключений добрался до Больничного крыла. Спокойным шагом, прогуливаясь по замку, прощаясь с его стенами, долгое время являвшимися его домом.       Мадам Помфри встретила Гарри добродушной улыбкой. Без вопросов выдала несколько флаконов нужного зелья, напомнила о правилах безопасности и последствиях передозировки, пожелала хороших каникул и занялась своими делами. Гарри попрощался и покинул Больничное крыло.       Прощание с лесничим оказалось для Гарри тяжелым испытанием. К тому времени, как юноша под покровом мантии подошёл к хижине, Хагрид, кажется, уже ждал его, стоя на крыльце и внимательно вглядываясь вдаль, в направлении замка. Гарри не запомнил их диалог. Осталось лишь ощущение утраты, одиночества и тоски где-то в районе груди. По пути к замку по щекам предательски катились слёзы. Слёзы прощания с детством, прощания со сказкой и чудом. Хагрид был для Гарри его первым чудом, проводником в мир магии. Он был его первым другом. Конечно, в свои пятнадцать молодой человек видел недостатки полувеликана, его наивность, недалёкость и незрелость. Но юноша очень любил лесника. Понимая, что его исчезновение расстроит Хагрида, он не знал, как смотреть ему в глаза. Юноша очень хотел открыться полувеликану, но это было невозможно.       На подходе к замку Гарри снова прикрылся мантией отца. Он хотел воспользоваться одним из боковых входов в замок, мало известном для большинства его обитателей и скрытым от посторонних высокими насаждениями кустарника. Уже почти добравшись до цели, юноше пришлось отступить назад и спрятаться за кустами. Перед входом увлечённо спорили два волшебника, с которыми Гарри хотел встречаться меньше всего. Мантия от этих двоих его спасти не смогла бы, несмотря на её назначение. Профессор Снейп и директор Дамблдор были необычно невнимательны и позволили Поттеру снова стать свидетелем чужого разговора. Похоже, для Гарри подслушивание было чем-то сродни родового проклятья. Это же надо всегда умудряться оказываться там, где не следует, и слышать то, без чего жить было бы гораздо легче. — Я говорю тебе, Альбус, ещё раз, с мальчишкой творится что-то неладное. У него явные проблемы со сном. Из-за своего безрассудства и вседозволенности он снова влип по самые уши. Похоже, в этот раз всё прошло не без последствий для его здоровья. Он две недели напоминал одно из факультетских привидений. Его в этом году не следует, на мой взгляд, отправлять к магглам. Мне всё равно на твоего «избранного», но боюсь, на этот раз, без помощи он просто сойдёт с ума. — Не преувеличивай, Северус. С мальчиком всё в порядке. Он уже почти оправился. Я беседовал с ним сегодня, всё как обычно. Гарри нужно привыкать к утратам. Ему предстоит многое пережить. — Не понимаю я твоей зацикленности на «исключительности» Поттера. Он весьма посредственный, недисциплинированный студент, слишком порывистый и эмоциональный. Позволю себе напомнить, что из-за своей лени, распущенности и нежелании соблюдать установленные правила, Поттер так и не освоил даже азов окклюменции. Его разум по-прежнему беззащитен для вторжения Тёмного Лорда. — Ты как всегда предвзят к ребёнку, Северус. Во время нашего последнего разговора я решил проверить мальчика. Так вот, он не только смог отследить моё вмешательство, чего раньше не бывало, он смог выставить против меня защиту первого уровня. Пусть слабую и не очень стабильную, но защиту. Мало того, он удерживал её не менее получаса. Я не слабый менталист, и далеко не каждый взрослый маг смог бы хотя бы попытаться противостоять мне. — Кто я такой, чтобы усомниться в твоих словах, Альбус. Хотя мой опыт общения с Поттером и не подтверждает твоих слов. Я сообщил своё мнение, мальчика не следует оставлять без зелий и присмотра магов, на Гриммо было бы удобно наблюдать за ним, но решать всё же тебе, он, в конце концов, твой подопечный. — Зелья Поппи ему выдала в достаточном количестве. У тётки Гарри будет под защитой и не доставит хлопот. Думаю, я заслужил отдых! Мне тоже иногда нужно отвлечься от забот о мальчике. Иди, тебе следует поторопить своих подопечных, кареты скоро отправляются. — Хорошо, я пойду, Альбус. Но зелья, без контроля, в руках неугомонного ребёнка! Ты уверен в своих действиях? — Я сам решаю! Северус, иди, прошу тебя!       Разговор прекратился, Гарри ещё минуту просидел в своём укрытии, прежде чем рискнул выбраться. Юноша отправился к каретам по улице, решив не заходить в замок. — "Хотите отдохнуть, директор? Ну что же, я предоставлю вам такую возможность. А Снейп? Что ему за дело до меня? Какая разница этому человеку, где я проведу каникулы и сойду ли с ума? Снова в голове Снейп! Снова куча вопросов! Я никогда не понимал этого человека. Так стоит ли начинать? Моё «скудоумие» и «примитивность разума» всё равно не позволят ничего уяснить. Ну и к Мордреду их всех".       Гарри задвинул мысли о подслушанном разговоре в самый тёмный закуток своего сознания. Несколько раз глубоко вдохнул, вышел на открытое пространство и направился к группе студентов, в которой увидел рыжие головы двух представителей семейства Уизли. — Гарри, ты где был?! Мы тебя обыскались, — Джинни Уизли подскочила к молодому человеку. — Твой чемодан уже отправили к поезду, я даже не смогла его открыть, чтобы проверить, всё ли ты собрал! А твоя сумка у Гермионы! Она меня к ней не подпустила, — Джинни насупилась, совсем не добрым взглядом посмотрела на Грейнджер, которая подошла к Гарри и молча протянула ему сумку. Невилл, Дин, Луна и Симус кивнули Поттеру в знак приветствия и отошли к подоспевшим каретам, занять места. — Спасибо, Герми, — Гарри улыбнулся девушке, принял её молчаливый кивок. - Джинни, задавая вопросы, делай паузы, чтобы дать собеседнику возможность на них ответить! Я ходил в Больничное крыло за зельями и к Хагриду, чтобы попрощаться. Только не пойму, зачем тебе это знать? — Гарри, ну ты чего? — девушка обиженно надула губы.— Я ведь забочусь о тебе! Ты последние дни сам не свой. Вдруг ты чего забудешь или с тобой что-нибудь случится! — Джинни, спасибо, конечно, за заботу. Но я сам способен позаботиться о себе и своих вещах. Я не собираюсь перед тобой отчитываться. Тебе никто не давал права трогать мои личные вещи. Мы не муж и жена и даже не пара. Я никогда не давал тебе повода в этом сомневаться. — Да как ты можешь так говорить! Да ещё при всех! Я столько всего стараюсь для тебя сделать! — Джинни развернулась и демонстративно направилась к дальним каретам. — Эй, друг! Успокойся! Ты чего накинулся на мою сестру?! Чего она тебе сделала?! Хотела проявить заботу! Сборы проконтролировать! — Уизли навис над Гарри растрёпанным рыжим коршуном. — Меня вон Герми все вещи в чемодане заставила трижды проверить и переложить. — Рон, если мне понадобиться помощь, я не постесняюсь за ней обратиться. Научи сестру не причинять людям добро насильно, у неё будет гораздо меньше поводов для обид. — Она просто ещё маленькая, поэтому несколько навязчива в своей заботе. Потерпи немного, с ней будет легче потом. — Я ничего такого не намерен терпеть, ничего не собираюсь ждать. Джинни находится рядом с нами потому, что тебе так легче о ней заботиться и защищать в случае необходимости. Мы все не против этого, даже готовы помочь. Но я не давал повода для такого её поведения по отношению ко мне. — Ты просто не захотел потерпеть, а она теперь поедет не с нами, — ребята дошли до занятой для них Невиллом и Луной кареты. Гарри подал руку Гермионе, помогая сесть. — Если сильно волнуешься, поезжай с ней. Не хочешь быть вовлечён в такие диалоги — поговори с сестрой. Объясни элементарные нормы поведения для воспитанных девушек. Границы и рамки приемлемого и дозволенного в общении с парнями. — Гарри, не нуди! Ей таких разговоров и без меня хватает. Отец дома все уши прожужжал этими законами и правилами устаревшими.       Кареты тронулись. Гарри не знал, как прекратить этот бесполезный разговор, поэтому решил извиниться и сослаться на усталость. Невилл и девочки предусмотрительно молчали. — Ладно, Рон, дело твоё. Извини, и вы ребята тоже. Меня медиковедьма перед отъездом зельями накачала, от них мысли путаются, спать очень хочется. Я сегодня не самый приятный собеседник и попутчик. — Ничего, Гарри, мы всё понимаем. Не зацикливайся на мозгошмыгах в твоей голове, всё у тебя получится. Тебе помогут луноухи, они уже недалеко, — Луна улыбнулась Гарри, начала расспрашивать Гермиону об особенностях летнего отдыха магглов. Рон обиженно молчал и несколько раз пытался что-то сказать, но останавливался под пристальным взглядом Грейнджер. А затем его в диалог вовлёк Невилл и Гарри смог спокойно добраться до своего места в вагоне.       Дорога до Лондона прошла на удивление спокойно. Гарри намеревался только притворяться спящим. Однако, заняв удобную позу, заснул под приглушённое бормотание соседей по купе и мирный стук колёс. На вокзале он тепло со всеми попрощался, учтиво поздоровался со старшими членами семьи Уизли. Пережил душные объятия матриарха данного семейства, пообещав себя беречь, даже кивнул Драко Малфою на прощание, не задумываясь, зачем это было нужно. Блондин, на удивление, почтительно вернул Гарри кивок. Покидая волшебную платформу, Гарри обернулся в последний раз и со вздохом шагнул в маггловский мир. Дядя уже ждал юношу с неизменно недовольным выражением лица. Не говоря ни слова, он развернулся и зашагал к машине. Парень поспешно обнял Гермиону, попрощался с её отцом и поспешил догнать Вернона Дурсля.       В доме тётки Гарри сразу же поднялся в свою комнату. Ему нужно было собраться с мыслями, прежде чем начать разговор с родственниками. Юноша решил начать с призыва домовика. Стоило ему произнести имя, и домовик тут же с негромким хлопком материализовался в комнате обычного маггловского дома. — Гарри Поттер звал Добби? Гарри Поттер готов отправиться к гоблинам? — Да, Добби, почти готов. Я сейчас спущусь поговорить с тётей и дядей, а ты пока тщательно уничтожь следы моего пребывания в этой комнате, — молодой человек обвёл помещение взглядом, обозначая фронт работы. — Я хотел спросить у тебя! Знаю, можно спрятать дом от магглов. А вот возможно ли спрятать маггловский дом от магов? И желательно сделать так, чтобы никакие маги не видели конкретных магглов. Ты можешь помочь мне в этом? — Да, сэр Гарри Поттер, это возможно. Винки и Добби вдвоём с этим справятся! Призовите Винки, и ни один маг не увидит дом ваших родственников и их самих, пока они этого не хотят. А потом попросите гоблинов в банке усилить наше волшебство. Маги не могут противостоять магии гоблинов, она другая, — Гарри призвал Винки, ещё раз всё объяснил и спустился на первый этаж дома.       Разговор с родственниками не был самым лёгким в жизни юноши. Особенно выделялся дядя Вернон. Именно он, казалось, совсем не хотел отпускать юношу. Но как только Гарри сказал, что никто из магов не найдёт ни их самих, ни их дома, им нечего будет опасаться, с облегчением и даже без оскорблений прекратил разговор, соглашаясь с решением племянника навсегда исчезнуть из их жизни. А вот Дадли смог удивить Гарри. Он крепко пожал его руку и спросил, как Поттер намеревается покинуть дом. На лице молодого мага отразился целый вихрь различных чувств, от неверия до шока. Но он нашёл слова, чтобы объяснить, что покидать дом будет из своей комнаты с помощью волшебства. Дадли попросил у кузена разрешения подняться в его комнату. Гарри не нашёл возможности отказать «Большому Дэ», если честно, ему просто было любопытно. После того, как они вместе поднялись в комнату, младший Дурсль вдруг начал сбивчиво говорить, с трудом подбирая слова. Дадли говорил, что хотел бы извиниться за своё отношение к Гарри, что очень о многом сожалеет, что в его жизни произошли некие события, о которых он не хотел бы сейчас говорить, но желал бы, чтобы в будущем, когда Поттер решит свои проблемы и в их мире будет поспокойнее, Гарри нашёл его, если захочет. Они могли бы поддерживать общение, возможно, наладить взаимоотношения до уровня братских. Сказать, что Гарри был удивлён, это значит промолчать. Он был поражен и сконфужен, но он всё-таки смог достаточно уверенно кивнуть в ответ и ещё раз пожать кузену руку. После ухода Дадли Гарри молча взял сумку, лежавшую на кровати, и повесил её себе на плечо. Домовики вновь стали видны волшебнику, они прятались от маггла, поэтому Гарри их не видел и собирался позвать. Необходимость произносить слова для юноши отпала. Он, не нарушая тишины, по взгляду понял, что все его распоряжения выполнены, взял их за руки и они втроём аппарировали на Косую Аллею.