Двойное дно

Когда служанка с грустными желтыми глазами пришла за Миу и пригласила ее к Сету, Миу вся была напряжена. Она сидела, сжав руки между коленями, на кровати, а Чак, который словно чуял ее напряжение и растерянность, слабо поскуливал, подсунув к ней под локоть голову. Сет велел ей не задаваться лишними вопросами и прийти к нему, когда он позовет, какая есть, никакой речи не заготовив. Миу это начинало напоминать азартную игру, высшей ставкой в которой была ее свобода. Поэтому она и трепетала от страха перед провалом. Она все-таки несколько раз попыталась продумать свое поведение и подобрать подходящие случаю фразы, но сдалась, когда поняла, что не имеет ни малейшего понятия, какие вопросы ей задаст Сет. И, хотя неизвестность страшила Миу, все же она замирала не только от ужаса, но и от настоящего охотничьего возбуждения. Это была азартная игра, она и Сет не были равными соперниками, но Миу никогда не причислила бы себя к робким девушкам, теряющимся в невыгодном положении. Напротив, с детских лет Миу была упрямой и не любила проигрывать. Однажды, в четыре года, она разбила голову мальчику парой лет старше себя, когда тот издевался над животным на улице и был уверен, что Миу никак не сможет его остановить. Она смогла догнать и задержать вора, когда тот выхватил сумочку у ее подруги на улице. Она не постеснялась вступить в дискуссию с профессором на важном занятии и произвести на него такое глубокое впечатление, что профессор настойчиво рекомендовал ее кандидатуру, когда среди студентов набирали команду для раскопок на перспективном участке. Миу не терялась, когда нужно было постоять за себя — ни кулаками, ни языком, — и сейчас, хотя ее противником был таинственный и могучий древний бог зла, она лишь надеялась, что и в этот раз находчивость ее не подведет, и Сету понравится то, что она ему скажет. Служанка с грустными глазами отвела Миу в ту часть дворца, где покой господина под толщей обманчиво мирных вод стерегли злобные крокодилы. Поклонившись богу, служанка оставила Миу с ним наедине и ушла. Миу осмотрелась. Вокруг не было ни души: только она и Сет, который в образе все того же египтянина сидел на бортике бассейна, погрузив руку с тяжелыми золотыми браслетами в воду. Один из крокодилов высунул голову, туманные холодные глаза пристально посмотрели на Миу, и ей понадобилась вся решимость, чтобы не дрогнуть. — Вы звали меня, — сказала Миу, не решаясь приблизиться. — И я пришла. Сет повернулся. — Исполнила ли ты условия нашего уговора? — Это было не так уж и сложно, — пожала плечами Миу и, поняв, что нужно вести себя увереннее, пошла к Сету. — Ведь я по-прежнему не знаю, о чем вы меня спросите, а придумывать ответы на вопросы, которые могут не быть заданы, бессмысленно. Сет хитро прищурился. — А если бы я все же спросил о том, о чем ты подумала бы? — Я была бы рада, — не моргнув глазом, ответила Миу, — но это было бы нечестно, а я люблю играть, соблюдая правила. Тем более, важно соблюдать правила, когда играешь с богом. Сет моргнул и трескуче рассмеялся. — Ха! — громогласно воскликнул он. — Ха-ха! Так правила очень важны для тебя, Миу? Зачем тебе их придерживаться? Что для тебя важнее — ограничения, поставленные кем-то другим, или победа? Он остановил взгляд на Миу, когда та замерла в паре шагов от него, и вдруг сделал приглашающий жест в сторону бассейна. Из воды тут же с искренним ожиданием поднялись морды крокодилов. — Садись, — гостеприимно сказал Сет, — не бойся. Мои стражи не сбросят тебя и не причинят вреда. Они знают, что ты стоишь выше любого демона и любого смертного на этой земле. Миу, подобрав подол туники, глубоко вздохнула и молча поднялась на бортик. Прохладный мрамор холодил ступни сквозь тонкую подошву сандалий. Не позволяя себе задуматься или поддаться страху, она примерилась и шагнула на голову одного из крокодилов. Под внимательным взглядом Сета Миу, не дрогнув, прошла вплоть до жирного туловища и села, скрестив ноги. Она искренне надеялась, что Сет не увидел, как она задрожала. Прикосновение влажных и немного скользких чешуек вызывало дрожь отвращения в теле, словно под кожей копошилось суетливое, неугомонное насекомое. — Зачем ты села? — спросил Сет, когда Миу снова посмотрела на него. — Если тебе неприятно, могла бы отказаться. Миу снова пожала плечами. — Меня пригласили, — ответила она. — Было бы невежливо отказываться. — Но до этого ты много раз отказывала мне, — заметил Сет, — что изменилось теперь? — Во-первых, — сказала Миу, — мы договорились пойти друг другу навстречу, во-вторых, сесть на спину крокодила — далеко не то же самое, что ответить «да» на предложение руки и сердца. — Ты, вижу, бесстрашная девушка, — сказал бог, — откуда у тебя этот шрам? Миу посмотрела на шрам, на который указывал ей Сет. Она неловко улыбнулась и заправила волосы за ухо. — Ах… у меня есть еще несколько. Я не могу усидеть на месте, всегда вступаюсь, если у кого-то беда или кому-то плохо. Не потому, что я обязана это делать, просто я не буду считать себя человеком, достойным внимания и уважения. Простите… что вы делаете? Сет медленно взял ее руку в свою и занес над шрамом раскрытую ладонь. Вскоре его окутало голубое сияние, от которого Миу чувствовала легкую щекотку. Когда Сет опустил руку и выпустил Миу, шрам пропал без следа. — Устраняю последствия твоей непоседливости, — будничным тоном ответил бог. — Можешь считать это подарком за новые неожиданности, которые ты преподнесла мне сегодня. И можешь постараться придумать такую же награду на завтра для меня, если я превзойду твои ожидания. Миу удивленно захлопала глазами. Помимо растерянности, она чувствовала… тепло. Странное и надежное тепло, которое лишь усиливало растерянность. — Но что вы собираетесь сделать? В глазах Сета появилась хитринка. — Нет-нет, не пытайся заполучить преимущество надо мной. Вспомни: я ведь тоже не знал, что ты будешь мне отвечать, более того, пока ты не села на спину моего крокодила, я не знал даже, о чем буду тебя спрашивать. Поэтому не пытайся ничего предрешить и ступай с миром. Уже не в первый раз Миу покинула странного бога глубоко озадаченной.