Джон

Элтон нервно дергал ногой, чувствуя себя провинившимся учеником на приеме у директора. С Диком всегда так и не важно, какая у тебя известность, прибыли и продажи. Вызвали – изволь ждать в коридоре, пока не позовут, и это ужасно изводило музыканта. Словно дел других нет! У него скоро тур начнется, и он не увидит родную квартиру еще несколько месяцев. Да, родной она стала невероятно быстро, и это место он счастливо был готов называть своим домом. Он обожал все в ней: от строгого и изысканного интерьера до потрясающего расположения прямо над музыкальным магазином. А жить вместе с Ридом было чем-то удивительным. Элтон прежде и представить не мог, что так полюбит убираться, или что мужчина, моющий посуду в одном халате, может быть настолько сексуальным. И именно такой мужчина ждал его дома. С огромным трудом, но все же, Элтону удалось уговорить Джона взять пару дней отгула на работе ради того, чтобы побыть вместе перед началом тура. И теперь Дик решил украсть у него несколько драгоценных часов? Да что он о себе возомнил?! Элтон сорвался с места и без стука распахнул дверь кабинета, тяжело дыша уставился на Дика, который дымил сигаретой и говорил с кем-то по телефону. Рей сжимал какие-то бумаги в руках, сидел на рыжем мягком диване для посетителей и, видимо, диктовал какие-то данные. Но кому это важно? — Я не намерен ждать весь день. Если хотели поговорить, то говорите сейчас или я ухожу, - выпалил музыкант и выдержал строгий взгляд мистера Джеймса. — … Да. Прости, я перезвоню, не против? У меня тут пацан с приступом звездной болезни не может смирно подождать пару минут. Двери ломает, — насмешливо сказал Дик собеседнику и Рей страдальчески закатил глаза, посмотрел на Элтона с таким видом, словно пытался сказать «ну вот зачем ты так?» Но пианист только фыркнул и сел в кресло для посетителей, закинул ногу на ногу и принялся поправлять свой пионовый пиджак, взволнованно вздернул подбородок, показывая, что не намерен извиняться за свое поведение. — Ну, так в чем дело? У меня, вообще-то, было пару свободных дней перед туром, — раздраженно сообщил Элтон, а Дик повесил трубку и неспешно пыхнул сигарой, прежде чем неспешно затушить ее в полную пепельницу, словно намеренно тянул время. — Дело в том, что вчера мы посылали за тобой машину. А тебя не было на месте, — сообщил Дик и выждал, давая Элтону шанс оправдаться, но тот совершенно не понимал, где провинился. — И? Я не просил машину. Сам добрался до студии и на шоу не опоздал, — непонимающе развел руками Элтон, но сердце нервно застучало. Не опоздал, потому что его подвез Джон. — Сам. Конечно, — покачал головой Дик и взгляд его стал холодным, цепким. От такого хотелось поскорее улизнуть и забыть, что видел. — А знаешь, что узнал заказанный Реем водитель, когда приехал тебя подвезти до студии? — спросил он, явно давая Элтону второй шанс самому создаться в грехах. — С чего бы мне знать, что там узнал водитель, — как можно небрежнее сказал Элтон и махну рукой, задумчиво начал теребить бахрому на рукаве пестрого пиджака. — Что ты, оказывается, уже там не живешь, — строго сообщил Дик. Он хлопнул по столу да так, что Элтон испуганно дернулся и торопливо поправил круглые очки. — И что такого? — все еще растерянно спросил Элтон. — Что такого? К примеру, что по контракту я должен знать адрес твоего пребывания, для начала. Или то, что ты должен был сообщать, если нахер вдруг решил переехать. А если бы тебе в голову взбрело пожить в Австралии, нам бы с Реем что, пришлось бы по всей ебанной планете тебя искать с частными сыщиками? — Я не думал, что это важно. Я же остался в городе, все по старому, — попытался оправдаться Элтон, а Дик придвинул к нему блокнот и ручку. — Пестрое ты недоразумение, управы на тебя нет. Пиши адрес. Как ты вообще додумался до того, чтобы сменить квартиру? Что тебя в прежней не устраивало? И ты согласовывал траты с финансистом, которого тебе приставил Рей? — засыпал его вопросами Дик, пока Элтон любовно выписывал адрес их с Джоном гнездышка. — Этот мистер Гентли или как его там? Да я вообще не понимаю, что он мне говорит. Сухой хрыч какой-то, не могли для управления финансами нанять кого-то, кто родился в этом веке? — проворчал Элтон. — Он профессионал, а ты не ерничай. Всего пару раз топы чартов занял и уже финанситы ему не те, и дома меняет как хочет. Что, вкусил жизни сладкой? Не расслабляйся, а то быстро все это кончиться, а у тебя тур на носу. — Я помню! — воскликнул Элтон со злостью. — Эй, Элтон, ну он же прав, — миролюбиво улыбнулся Рей. Это правда помогло успокоиться. Элтон поерзал в кресле и передал Дику свой новый адрес. — Так с какого хера ты переехал? Папараци с журналистами достали? — язвительно спросил Дик, Элтон просто пожал плечами. — Нет, я просто решил не на долго пожить с другом. Он предложил, а мне показалось, что это… — Каким еще нахер другом? С Топином что ли? — тут же перебил его Дик и впился в Элтона грозным взглядом, от которого у музыканта пересохло во рту. Он мог бы соврать. Сказать, что Дик прав и они живут с Берни, как раньше. Это полезно для работы. Вопрос бы быстро замяли. Берни бы прикрыл, если потребовалось. Но врать совсем не хотелось. Его впервые о таком спросили прямо и все внутри искрилось от счастливой возможности хоть кому-то рассказать, что он больше не чертов девственник, живущий в старой детской комнате родительского дома или одинокой холостяцкой квартире. Нет! Теперь у него есть настоящий дом, где вкусно пахнет стейками и дорогим парфюмом, где он с радостью пылесосит и вытирает пыль, пока Джон, мурлыча себе что-то под нос, заправляет их общую постель. — Я переехал к Джону Риду, — триумфально сообщил Элтон и готов был отстаивать верность своего решения, потому что был в его правоте уверен полностью. И Дик не мог бы привести не единого аргумента против. — Ох, черт, — протянул Рей и пораженно уставился на музыканта. — Ты совсем с ума сошел? Жить с Ридом – все равно, что флаг в окно выставить! Ты же знаешь, какая у него слава? — Мне плевать, — едва ли не с гордостью сказал Элтон, стараясь дышать ровно и полной грудью. — Элтон… — хотел продолжить Рей, но Дик поднял руку, показывая, что менеджеру лучше помолчать. — Верно ли я тебя понял, Элтон, — до опасного спокойно начал проговаривать Дик, — что ты - ведущая звезда нашего DJM, не только спутался, но и живешь под одной крышей с директором британского отделения EMI? В Ромео и Джульетту решили поиграть? Ты, блядь, серьезно из всех людей на планете, из всех чертовых пидоров в Штатах и Европе решил выбрать Джона, мать его, Рида?! — Да какая разница, где он работает? — нервно спросил Элтон, злясь все больше, а Дик рассмеялся, откинулся на спинку кресла. — Ну да, мне следовало догадаться раньше. Зря, что ли, ты так пытался протащить его к нам? Это же он тебя надоумил, верно? Все эти правки в график, и твое странное желание нанять его в качестве «консультанта». Ведь ты ничерта в этом не понимаешь, а этот гад тебе мозги пудрит. Наверняка Локвуд его подослал. С него станется, он бы своего золотого мальчишку подговорил. Ведь здесь как на войне, все средства хороши, — Дик снова ударил по столу и резко поднялся из кресла. — Джон никогда не пытался меня переманить, он всего лишь старается помочь, — принялся отстоять честь любовника Элтон, с ненавистью глядя на Дика. — Да ну? Ты так в этом уверен? — Джеймс обернулся к нему и тихо зарычал, — этот парень не просто так в таком раннем возрасте получил такую высокую должность. Ты хоть понимаешь, с кем спутался? Я-то думал, вы там где-то в ваших вшивых клубах по темным комнатам третесь, но жить с ним? Это… — Хватит! — злобно крикнул в ответ Элтон, чувствуя, как бешено колотится его сердце. — Это не вам решать. Вы занимаетесь моими финансами и карьерой, но не личной жизнью. — Именно! И мне было бы насрать, но этот гад может быть опасен для твоей карьеры, — зло ответил Дик, но Элтон и не думал его слушать, шумно выругался, пулей выскочил из кабинета, чувствуя, что снова был на гране того, чтобы убить чертового бизнесмена. Да что Дик вообще может понимать?

***

Всю дорогу до дома Элтон нервно фыркал и тихо ругался сквозь стиснутые зубы, проклиная Дика за то, что тот лезет совершенно не в свое дело. Слушать его нравоучения? Нет уж, увольте! Кому нужны любовные советы от какого-то старика, тем более, когда речь идет о его отношениях? Откуда ему знать, как долго Элтон ждал, мечтал встретить Джона, даже еще не зная его имени и не представляя внешности? Верил, что однажды каким-то чудом в этом мире встретиться человек, способный разделить его чувства в полной мере, и вот, наконец-то все эти смертельные желания стали реальностью. И он должен все бросить только потому что Джон тоже работает в музыкальной сфере? Да что за глупости! В окружении Элтона каждый в этой сфере работает и что с того? Ему теперь и с ними нельзя общаться, если только Рей не заключит какой-нибудь заумный контракт? Что за жизнь! Почему он должен согласовывать с Диком каждый свой шаг и получать письменное разрешение на общение? У него может быть свой кусочек жизни, которым бы не заправляли бизнесмены и менеджеры с их графиками! Элтон торопливо поднимался по лестнице, нервно крутил ключи на связке, пытаясь подобрать тот, которым он смог бы отпереть крепкую дверь. В душе его кипело колкое возмущение, он хотел выплеснуть его, выговориться, поделиться этой злостью и вопиющей несправедливостью с Джоном. Он уже готов был позвать Рида, начать шумно рассказывать об этом абсурде, едва только он войдет в их квартиру, но все мысли пораженно затихли, когда он все же смог открыть дверь и переступить порог. В доме играла музыка. И это не должно было удивлять, ведь одна коллекция пластинок чего стоит, а они никогда не лежали без дела. Вот только звучала точно не запись. Даже более того, Элтон моментально узнал звучание своего пианино, которое всегда было безмолвным без своего хозяина, ведь кроме Элтона на нем некому было играть. Но оно играло. Элтон настолько был не готов его услышать, что даже забыл о своей ненависти к Дику. Пианист очень тихо закрыл за собой входную дверь, вслушиваясь в переливы знакомой музыки. Еще бы ему ее не знать, он сам ее написал! Композиция заняла свое почетное место в одном из первых альбомов, хоть и не была ярким хитом. Чуткое ухо Элтона сразу различило помарки и фальшивые ноты в особо сложных частях композиции. Ритм местами был быстрее, чем нужно. Музыкант крадучись направился в зал с пианино, прекрасно понимая, что он там увидит, но почему-то все равно не мог в это поверить. Он тихонько замер в дверях и боялся даже глубоко вдохнуть, пораженно смотрел на Джона, сидящего за его инструментом. Брюки и простая белая майка, которую он иногда носил под рубашками, сигарета в зубах и взгляд старательно сосредоточен на нотных листах. Элтон взволнованно прикусил губу, стараясь не улыбаться, как последний счастливый идиот. Риду приходилось постоянно смотреть на клавиши, и, если он поднимал взгляд, то неприменимо совершал незначительные ошибки, но то, что играл он не впервые в жизни было очевидно. И Элтон решил, что не плохо бы дополнить музыку текстом, вступил ровно с того момента, который отыгрывал Джон. - I know what they're saying son, (Я знаю, что они говорят, сынок:) There goes old mad Joe again; ("Опять этот старый безумный Джо")* Пропел Элтон и пальцы Рида тут же соскользнули по клавишам, пианино протестующе взвизгнуло, а сам Джон резко обернулся. Всего на мгновение он казался до ужаса смущенным, но быстро смог взять эмоции под контроль и вернуть себе привычную уверенность. — Не слышал, как ты вошел, — спокойно сказал Рид и поднялся из-за пианино поспешил от него отойти, видимо, надеясь, что Элтон вдруг забудет все, что видел. Ох, нет-нет, на это он мог даже не рассчитывать и то, что он решил закурить, тоже никак бы его не спасло. — О чем хотел поговорить Дик? — с любопытством спросил Джон, делая вид, что не замечает, как горят восторгом глаза его любовника. В голове Элтона крутились десятки разных восклицаний и вопросов, но, видя как старательно Джон делает вид, что даже близко не подходил к чужому пианино, Элтон решил немного умерить свой пыл и подыграть. — У тебя не плохо выходило. Может, продолжишь? — нарочито учтиво предложил Элтон, но, видимо, Рид его наигранный тон воспринял совершенно иначе и недовольно оскалился. — Нет уж, спасибо, желания нет, — сразу занял оборонительную позицию Джон. Элтон тут же растерялся. Он только что увидел то, о чем и мечтать не мог и снова хотел вернуть это волшебное зрелище. Почему Рид вообще ни разу даже не упоминал, что умеет играть? Они уже давно вместе, Элтон думал, что хорошо знает своего любовника. Они сожители, а он только сейчас узнает о подобном! Почему? — Да ладно тебе, только что же было, — уже без наигранного спокойствия, а с искреннем воодушевлением начал упрашивать Элтон. — У тебя прекрасно получалось, прошу, сыграй еще раз! — Элтон, это твой инструмент. Я просто… — Джон неопределенно повел сигаретой, оставив в воздухе дымчатый росчерк, убрал свободную руку в карман коричневых в тонкую полоску брюк, раздраженно выругался вместо какого-то внятного ответа. Элтон же больше не сдерживал улыбку, любовался Джоном, поражаясь, как много еще может быть скрытых талантов в этом человеке. — Ох, да не смотрит ты так на меня. Ну, играл я в детстве на фортепьяно. Просто решил проверить, помнят ли руки как брать аккорды, — начал оправдываться Джон, словно Элтон застал его за чем-то постыдным, требующим объяснений. — А почему я об этом не знал? — возмущенно спросил Элтон, чувствуя, как много всего он упустил. Хотя, что конкретно было упущено он еще не до конца понимал. — Потому что я уже давно не играю. Тем более, если тебе уж так интересно, я не по клавишам. С гитарой в свое время я лучше управлялся, — продолжал оправдываться Рид, делая глубокие затяжки и, видимо, хотел поскорее закончить с этой темой и даже насторожился, когда Элтон подошел к нему ближе. — Ты на гитаре умеешь играть? Это же потрясающе! Я как-то пробовал, но у меня пальцы слишком короткие, — неохотно признал Элтон и нервно хихикнул, а затем вздохнул от осенившей его идеи, — нужно купить гитару! — Нет! — тут же прервал его Джон и положил руку ему на плечо, словно боялся, что Элтон прямо сейчас побежит на первый этаж в музыкальный магазин и купит первый струнный инструмент, какой только попадется ему на глаза. — Почему? Мы могли бы играть вместе. Ох, мы могли бы сыграть что-нибудь в четыре руки! Я всегда хотел такое сделать, да не с кем было. Это не так сложно, давай, я тебе покажу! — засуетился пианист, схватил любовника за руку и потянул его за собой к пианино, первый сел на мягкую лавочку, отодвинулся, освобождая место для Рида, но он явно не разделял его энтузиазма, не спешил принимать приглашение. — Что-то не так? — насторожился Элтон. Джон тяжело вздохнул и подошел к нему вплотную, наклонился, небрежно прижался губами к макушке Элтона, тяжело вздохнул прямо в рыжую копну мягких непослушных волос. — С твоего позволения, я предпочел бы не позориться перед профессиональным пианистом, — тихо попросил Джон, чем поразил Элтона до глубины души и он пораженно уставился на своего любовника. — Позориться? О чем ты? Я только что узнал, что мой любимый мужчина, — Элтон бережно взял Рида за руку, любовно рассматривал его длинные пальцы с аккуратными ноготками и поблескивающим золотым кольцом на мизинце, — чуть ближе ко мне, чем я думал. Мы ведь правда могли бы сыграть вместе. Джон, — пианист коснулся губами его руки и с улыбкой посмотрел на Рида, который явно все еще был не в своей тарелке из-за всей этой ситуации. — Сыграем вместе? — Черт, — на выдохе выругался Рид и сделал еще одну затяжку, прежде чем отойти, чтобы затушить сигарету в хрустальную пепельницу, стоящею на комоде. Но возвращаться Рид не спешил. — Один раз, — все же согласился он, но звучал так, словно это решение далось ему не просто, зато вернулся он к пианино уже с горящими решимостью глазами. — Предупреждаю, музыкой я привык заниматься на бумаге и на переговорах, а не за инструментами, — строго сообщил он, садясь рядом с счастливым Элтоном. — Уверен, у тебя все выйдет. Не переживай, — подбодрил его Элтон и начал копаться в нотах, выискивая что-нибудь из последнего, нашел помятый лист, поставил на стойку ноты к «Honky Cat» и игриво посмотрел на Джона, который, хмурясь, принялся изучать композицию. — Как тебе? Можем даже спеть, — с плохо сдерживаемым предвкушением предложил музыкант и указал на текст над нотами, — видишь, тут не так сложно распределить текст на двоих. — Из меня плохой певец, — тут же отказался Джон, но Элтон уставился на него умоляющим взглядом, который был прекрасно виден за прозрачными стеклами огромных очков. — Мы же не альбом записываем, дорогой. Просто для себя сыграем. Для удовольствия, — упрашивал Элтон едва ли не воскликнул от радости, когда Джон обреченно кивнул. — Черт с тобой, хорошо. Какую партию мне взять? — Вот тут и тут. Это не сложно, я отыграю остальное, — бойко начал объяснить Элтон, привычно положил руку на клавиши и взял парочку аккордов. — Один раз, хорошо? И только потому что ты упрашиваешь, — предупредил его Рид. Сейчас музыкант был согласен на любые условия, считал, что сможет снова уговорить Джона в любой момент. Элтон гостеприимно позволил Риду начать и легко подхватил мелодию. Ему не нужно было смотреть на ноты, да и на клавиши тоже. Он мог бы любоваться сосредоточенным лицом Джона, его напряженными плечами и изящной шеей, но это зрелище он мог бы увидеть в любой другой день. Куда интереснее было смотреть на то, как его длинные пальцы почти нерешительно касаются клавиш, нажимают их осторожно, скользят с белых на черные, зажимают их и тут же отпускают. Даже его манера игры была элегантной, чего Элтон не мог сказать о себе. Он и сейчас по привычке долбил по клавишам, не жалея своего инструмента, его короткие пальчики так и дразнили клавиши, бодро скользили по ним, на ходу усложняя привычную мелодию, делая ее более звонкой и сложной, порой даже появлялись новые ноты, которые так и рождались в сознании, потому что так сильно хотелось усилить, сделать интереснее ту часть, которую наигрывал Джон. А как он пел! Элтон впервые слышал, чтобы голос Джона звучал… так. И ему до ужаса понравилось. Рокочущий, рычащий он становился мягче, когда Джон растягивал гласные, распевая их в такт мелодии и, хоть Элтон пропел основную часть песни, он был уверен - она еще никогда не звучала так правильно, как сейчас в их дуэте. Когда все закончилось, он хотел только повторить и не останавливаться, уже уставился на Джона, готовый канючить столько, сколько потребуется, но Рид сам притянул его ближе к себе, уверенно положил руку на его затылок, крепко поцеловал приоткрытые губы. — Теперь ты доволен? — серьезно спросил Рид, бережно поглаживая Элтона по подбородку. — Угу, — кивнул музыкант, с нежностью разглядывая лицо Джона, влюбляясь в него все сильнее. — Прекрасно. Значит, этот вопрос мы закрыли, — с легким облегчением сказал Рид и его рука соскользнула с клавиш, заскользила по колену Элтона вверх к внушительной выпуклости на бежевых в клетку брюках. — Давай я лучше поработаю с этим инструментом. Тут я справлюсь куда лучше, чем с пианино, — соблазнительно промурчал Джон ему прямо в губы, точно зная, что от такого предложение Элтон не откажется. В постели с Джоном Элтон окончательно позабыл свою ссору с Диком. Какая разница, что там волнует старого бизнесмена? Из-за его слов он точно не собирался лишаться своего Джона. Даже больше, ему хотелось кричать на весь мир, что они вместе. По-настоящему вместе. Потому что эти отношения переполняли его невероятным светом, которому тесно в душе и им хотелось делиться, вкладывать в каждую ноту. Обожать Рида сильнее было невозможно. Так он думал, но сам не понимал глубину этого безразмерного чувства. Одной новой детали было достаточно, чтобы затянуть его дальше. Вот и сейчас, он с новой силой влюблялся в Джона, без конца тянулся к нему, крепко целуя. С ним было легко и свободно. Элтон знал, что в постели ему позволено многое. Джон поощряет инициативу, поможет и направит, будет рад экспериментам, ведь сам жаждал ощущений не меньше самого пианиста. И если за пределами их кровати обычно Джон всем заправлял и держал под контролем, то на смятых простынях нужно было только подтолкнуть его, опрокинуть на спину и, если ответом была улыбка, поцелуй или легкий укус, то дальше не было никаких запретов. Рид добровольно отпускал контроль, охотно подставляясь под жадные ловкие руки пианиста, открывался для него, жарко стонал от наслаждения. Джон мог быть шумным, но и умел сдерживаться. Особенно если все начиналось где-то далеко от дома.Но в этот раз он не дал перехватить контроль и едва они, раздевшись, рухнули в кровать, Джон хищно улыбаясь закинул ноги пианиста себе на плечи, а сам набросился на румяного музыканта, не выпускал его из крепкой хватки, пока Элтон совсем не обессилел. Только потом Рид благосклонно позволил своему любовнику пристроиться у себя на груди и небрежно приобнял его, мутным взглядом уставившись в потолок. — Так о чем хотел поговорить Дик? — спустя какое-то время уютной тишины, спросил Джон и его голос вырвал Элтона из теплой полудремы. — М? А-а, да так, — протянул музыкант, зевая в кулак. Сейчас спор казался глупым и утруждать Джона подробностями совершенно не хотелось. Но и проигнорировать его вопрос было бы недопустимо. Пришлось выдумывать на ходу, — Он хотел обсудить мое участие в записи «Top of the pops» послезавтра. Выступаем под фонограмму для записи и он, видимо, решил, что я буду сильно возмущаться. Словно я не понимаю, что для телевидения так лучше, это же не живой концерт, — поворчал для приличия Элтон, удобнее устроился на груди Джона. Про шоу он не врал, это было первым, что пришло в голову и, едва сказав о нем, музыкант вдруг понял, что у него есть шанс заполучить волшебное воспоминание и покрасоваться перед всеми зрителями, пусть даже они не поймут всех нюансов. Тем более, приятно будет потом в туре посмотреть запись. Главное, чтобы Джон согласился. От одной только идеи внутри все нервно покалывало от предвкушения, пришлось постараться, чтобы сказать все спокойным тоном. — Это последнее шоу перед туром. Может, пойдешь со мной на запись? — Да, конечно, - легко согласился Рид, даже не подозревая о планах своего счастливого любовника.

***

Запись шоу начиналась в два часа дня и за сорок минут до начала Элтон вместе с Реем уже были на месте. Пока музыканта обхаживали визажистки, приводя в порядок его лицо, отряхивая несуществующие пылинки со сверкающего пиджака цвета чайной розы, Уильямс не сводил напряженного взгляда с Джона, который уютно устроился в кресле рядом со звездой, задумчиво листал журнал с лицом Элтона на обложке, но все равно то и дело поднимал взгляд, чтобы проследить за персоналом. — Не надо его так сильно пудрить, с его кожей и так все в порядке, — дал указания девушке Джон, решив, что та слишком уж навязчиво кружится возле пианиста, больше касаясь его, чем работая. — Это уберет лишний блеск, вам незачем так переживать за вашего подопечного, он будет выглядеть безупречно, - заверила его миловидная блондинка, но, когда снова провела мягкой кистью по щекам Элтона, позволила себе положить руку на его плечо и Рид отчетливо видел, как ее пальчики ласково поглаживали шею музыканта. А тот наивно сидел, подставив лицо, даже не замечал этого. Джон с трудом поборол в себе желание просто выпроводить ее прочь и самому закончить работу. Но не стоит устраивать таких глупых сцен, тем более, он прекрасно знал, что переживать из-за женщин ему не стоит. Уж что-что, а предпочтения Элтона он успел хорошо понять, и даже представить его с женщиной в интимном плане было забавно. Элтон как-то смущенно говорил, что полгода состоял в отношениях с некой Арабеллой, даже едва на ней не женился. Но, когда Рид пораженно спросил, как у них все проходило, Элтон, жутко краснея и отводя взгляд, пробормотал что-то про то, что у него ловкие пальцы. — Подопечный? Вообще-то, это я его менеджер, — поправил Рей девушку и та тут же извинилась, покосилась на Джона, а тот в ответ натянуло улыбнулся из своего кресла, с таким видом, словно готов был ей руку откусить. — А вот мистер Рид… Что ты тут вообще делаешь? — как можно учтивее спросил Рей у Джона. Рид охотно ответил, отложив журнал на столик, заваленной косметикой. — Помогаю Элтону. — И как же? – прищурился Рей. — Ох, есть множество разных способов его поддержать. Тебе перечислить все? — не скрывая игривого веселья в голосе спросил Джон и уставился на Рея, многозначительно ухмыляясь. — Не стоит, — поморщился Уильямс и строго посмотрел на Элтона. — Я проверю сцену, поговорю с ведущим. Будет запись интервью, а потом уже исполнишь песню для выпуска. Подходи минут через пятнадцать. — Хорошо, — легко согласился Элтон. Когда его менеджер вышел, Джон поднялся из своего кресла и попросил девушек оставить их, тем более что, по его мнению, музыкант уже выглядел безупречно. Но все равно Джон подошел к нему и с задумчивым видом начал поправлять ворот черной мягкой рубашки и тугой узел блестящего полосатого галстука. В этом не было необходимости, но Риду нужен был повод подойти ближе, чтобы «случайно» провести кончиками пальцев по шее Элтона в том месте, где совсем недавно его касалась девушка. Глупая ревность, он и сам это понимал, но ничего не мог с собой поделать. Надеялся лишь на то, что Элтон этого не заметит. — Джон, — нежно произнес пианист, не отрывая взгляда от своего дорогого любовника. — Да, дорогой? — так же тихо ответил ему Рид. — Я бы хотел попросить тебя об одном одолжении. Ты не против? — влюбленным тоном попросил Элтон. — Не против. Что ты хочешь, чтобы я для тебя сделал? — уже более многозначительно спросил Джон, готовый провести не большую «разминку» перед тем, как они вернутся домой. Он даже задумчиво окинул взглядом тяжелый ремень Элтона, который крепко держал его черные широкие брюки, заправленные в лакированные полусапожки на тонком высоком каблуке. Что там сказал Рей? Пятнадцать минут? Если поторопиться, то они смогут управиться и за десять. — Выступишь со мной? Я бы хотел, чтобы ты подыграл на гитаре, пока я буду исполнять песню для шоу, — мечтательно попросил Элтон. Рид так и замер, удерживая его галстук в руках и недовольно вздохнул. — Элтон, я же сказал тебе, что давно не занимаюсь музыкой. Мне не место на сцене, — попытался отказаться Джон, пока музыкант прожигал его умоляющим взглядом. — Но прошу тебя, Джон, — начал капризничать Элтон и положил руки на талию любовника, словно боялся, что тот просто уйдет, — Я улетаю в тур послезавтра, это было бы для меня очень приятным подарком. И ты прекрасно играешь, кроме того, я же говорил, запись идет под фонограмму, зато будет видео! Настоящее официальное видео с фотоотчетом, где мы с тобой будем вместе. Публично, — зачем-то добавил Элтон и нервно замолчал, потому что взгляд Джона стал слишком серьезным и из него пропали все игривые искорки. — Ты же знаешь, что мы не можем? — спросил Джон, внимательно глядя в глаза Элтона, но, чтобы хоть немного успокоить заволновавшегося музыканта, бережно погладил его по припудренной щеке. — Знаю, конечно, знаю, — заверил его Элтон и суетливо взял Джона за руку, нервно хихикнул, добавил, пытаясь все перевести в шутку, — Я же не вытащу тебя на передний план чтобы кричать в камеру «Смотри все, это — мой самый любимый человек на свете!» Это было бы глупо и самоубийством карьеры. Да. Я знаю, — быстро закивал Элтон, но сердце его ускоренно стучалось в груди, так и пыталось выбраться из несчастного тела. — Не только сейчас, - все так же серьезно сказал Рид, — мы не можем так с тобой рисковать. А если люди буду спрашивать, кто я и что я делаю на сцене? — Ой, да брось! Мало кто обращает внимание на такие детали. А если и спросят, мне не нужно будет врать. Просто скажу, что ты мой друг. В конце концов, нет ничего подозрительного в том, чтобы выступить с другом, верно? — умолял Элтон, все крепче сжимая в руках ладонь Джона. — Верно, — неохотно согласился Рид, разглядывая разволновавшегося музыканта и постарался ободряюще ему улыбнуться. — Ладно. Я ведь буду просто на заднем плане с гитарой, никто и не заметит. — Да-да! Все будет хорошо! — Элтон даже подскочил со своего стула, радостно поцеловал Джона в щеку, коротко обнял его и уже не мог перестать улыбаться. — Поумерь свой пыл и потерпи до дома, — посоветовал ему Джон и покачал головой, но строгости в его тоне совершенно не было, потому музыкант только сильнее засиял. — Спасибо тебе, — выпалил Элтон от всего сердца. — Дома и отблагодаришь. Но больше не нужно тащить меня на сцену, хорошо? Мне больше нравится за кулисами, — предупредил Рид и принялся снимать пиджак и галстук. — А… что ты делаешь? — растерялся Элтон, пока Джон отошел к зеркалу и принялся поправлять волосы и ворот белой рубашки. — У нас всего минут пять, если ты… — Нет, мы не успеем, я знаю, — согласился с ним Рид, — но я видел сотрудников студии и массовку для шоу в коридорах, так что, какой-то мужчина в строгом черном костюме на заднем плане будет слишком привлекать внимание. Переодеваться в их разноцветную джинсу я не стану, но в рубашке по крайней мере не буду бросаться в глаза на фото и записи. — Точно, а я и не подумал. — Не переживай, ты и не должен беспокоиться о таких мелочах. Главное выступи хорошо и постарайся не смотреть на меня слишком часто, — попросил Джон и бодро подмигнул Элтону, закончил закатывать рукава, последним штрихом расстегнул пару верхних пуговиц на рубашки, открывая часть груди и обнажая шею на которой поблескивала золотая цепочка. — Ну, как я выгляжу? Сойду за рядового нищего гитариста или все еще похож на менеджера? — Выглядишь прекрасно, — только и смог сказать Элтон не отрывая взгляда от Рида и тот удовлетворенно кивнул и махнул ему рукой. — Отлично, тогда, идем на сцену? — пригласил его Джон и открыл дверь гримерки, замер, словно лакей в отелях, учтиво пропуская пианиста вперед. Пока Элтон шел по коридору студии, думал, что нужно будет уговорить Рея потом собрать и выслать ему все материалы с этого шоу. Уж такое точно должно найти особое место в его личном архиве. _________ *Talking Old Soldiers