Все баристы громкие дятлы

      Лиза прекрасно понимала, что когда бьёт холдером по темперу, то вкус кофе становится хуже. Но это значительно упрощало работу, да и люди, которые в кофе вовсе не разбираются, не знали об этом минусе.       — С Вас сто восемьдесят рублей, — Елизавета не улыбалась посетителям как люди из соседних домиков, где продавали мороженое или быстрое питание. Девушка в принципе не любила улыбаться незнакомым людям, поэтому сухо брала деньги с них и так же сухо желала хорошего дня.       Проводив взглядом очередного посетителя, Лиза громко села на стул и, взяв телефон в руки, начала листать посты в твиттере, в который раз убеждаясь, что она не такая уж и индивидуальность, которую себе представляла. У многих людей такие же мысли, такие же проблемы и эмоции. В этом и проблема молодости — ты думаешь, что ты не не такой, смешиваясь с толпой таких же.       Это хуже чем ходить в офисном костюме без ярких носков.       Место, где работала девушка, представляло из себя ряд из шести маленьких домиков, где заказы принимали через окошко, а внутри помещения два на два метра каким-то образом умещались полки для топпингов, кофемашины, кассы и мешочков с зернами. Ещё был любимый Лизин стул.       Из Чайковского Елизавета уехала пару недель назад, подала документы в институт на историка, сняла квартиру с девочками и сейчас устроилась баристой. Благо, опыт есть. Вот только в городе девушка вовсе не ориентировалась и боялась лишний раз где-то пытаться сократить путь, имея дорогу дом-остановка-остановка-работа, обратно и по кругу. Изредка она выходила со Светой Турбиной или Настей Шпагиной в магазин — за молоком или одеждой, не важно.       — Я возможно что-то не понимаю, но все баристы дятлы? — послышался голос сзади. Лиза как раз сидела спиной к двери (она открывалась для создания сквозняка, ибо на улице, а тем более в душном домике жара была невыносимая) и поэтому чуть вздрогнула от неожиданности, изогнув бровь и посмотрев на незваного гостя.       — Если Вы хотите сделать заказ, то идите к окну. Сзади домиков посторонним находиться нельзя, — Лиза аккуратно встала со стула. Несмотря на то, что маленькие заведения этого комплекса были на фундаменте высотой сантиметров в двадцать, девушка всё равно смотрела на парня, что стоял на улице снизу, при этом забавно задирая голову.       — Мне можно, — незнакомец самодовольно усмехнулся, спрятав руки в карманы и с интересом рассматривая маленькую кофейню. В его голове мелькали мысли, что живут они побогаче, чем его простая забегаловка с фаст-фудом — и паркет на полу заместо куска линолеума, и полки не обшарпаны, да и техника в идеально чистом состоянии.       Лиза молча смотрела на парня, ожидая разъяснений.       — Меня зовут Данила, и я хотел задать вопрос, — сиплым голосом произнёс этот странный парень. Елизавете же показалось, что она ментально уловила его головную боль. С виду можно было бы сказать, что рыжеволосый с похмелья, — какого хуя ты стучишь?       Лиза от такого вопроса поперхнулась.       — Это нормально. Часть работы, — девушка для того, чтобы чем-то замять эти паузы между реплик, начала двигать стул в сторону.       — Работай потише, — фыркнул рыжеволосый и скрылся в стороне. Когда Лиза посмотрела ему вслед, заметила, что парень ушёл в соседний домик, где делают еду. Что девушка знала по собственному опыту, так это то, что сэндвичи там вкусные.

* * *

      — Как на работе? — Света поправляет короткие блондинистые волосы, усаживаясь на кухонную тумбу в ожидании пока вскипятится чайник.       — До меня сегодня доебался какой-то парень за то, что я стучу холдером. Видите ли, я дятел, — Лиза сидела за столом, внимательно рассматривая листья, что плавали в чае.       — Холдером же нежелательно стучать.       — Свет, ты меня ещё учить будешь? — Елизавета саркастично усмехнулась, посмотрев на подругу. — Я знаю, что нежелательно, но люди-то нет. А так легче.       — По голове себе им постучи, — Света заливисто засмеялась. — Не дай Боже я у тебя кофе закажу.       Лиза лишь отпила чая, наблюдая как подруга соскочила с тумбы и быстро заварила себе цикория, скрывшись в спальне. Девушка жила вместе с двумя подругами — Настей и Светой. С Настей отношения Лиза имела, мягко говоря, плохие, а вот со Светой Турбиной девушка дружила ещё со школы в Чайковском. Света с Настей жили в одной спальне и спали на одной кровати (и никаких лесбийских замашек), Лиза же предпочла устроиться на мягком диване, что стоял на кухне (перенесён из спальни он был лично Елизаветой). Личное пространство хотя бы ночью девушка ценила больше всего.

* * *

      В какой-то момент Лиза возненавидела свой рост. Именно в тот, когда на работе в кофейне стало как в парилке, а дверь надо было зацепить жгутом с крючками — один крючок цеплялся за ручку двери, а второй за гвоздик под крышей — только проблема была в том, что этот противный гвоздик находился слишком высоко.       Спустя минут пять своего позора и двух человек, что, не дождавшись Лизу для заказа, ушли, девушка опустила руки и начала разминать плечи, потому что те жутко устали. Девушка даже пыталась вытащить стул и встать на него, но любимый предмет мебели в кофейне не пролезал в дверь. Елизавета не понимала, каким образом его туда занесли — может быть, стены строили вокруг него?       Следующие действия произошли в секунды две. Кто-то забрал крючок со спины и ловко зацепил его за гвоздик, не сказав и слова и продолжая свой путь, показывая лишь высокое тело со спины и мелькая рыжей макушкой.       — Типа весь такой благородный помог? — Лиза, нахмурив брови, улыбается, не понимая зачем.       — Типа да.