Недотрога

      Спустившись в подвал, Ларри ударил себя ладонью по лицу.        — Что случилось? — поинтересовался Фишер.        — Ну ты же очки не взял, — ответил Джонсон.        — И?        — Ну как же. У тебя ведь плохое зрение, а лучше игры в приставку мы не придумаем, — обьяснил шатен.        — Ты так говоришь, как будто я всегда носил очки. Я же уже играл в приставку без них. И вообще, если бы не сегодня, ты и не знал бы, что у меня плохое зрение.        — Ну, во-первых, я не знал раньше, что у тебя плохое зрение. А во-вторых, я не хочу, чтобы оно село ещё больше.        — С чего такая забота? — с неким презрением спросил Салл.        — Ну… просто мы друзья, — ответил Джонсон, — Да и походу скоро станем сводными братьями, — добавил он.       — С чего ты взял? — спросил Салли, вспоминая сегодняшний разговор со взрослыми и этот бред про годовщину.       — Ну всё это мероприятие. Они, скорее всего, хотели всё рассказать, но испугались нашей реакции и выперли нас из дома, — предположил шатен.       — Они нас не выгоняли. Просто предложили потусить вместе, а ты взял и забрал меня к себе, — возразил голубоглазый.       — Я не заметил, что ты был против.       — Я просто растерялся.       — И я решил всё за тебя.       — Ты мне не отец, чтобы решать за меня.       — Я не понимаю, почему ты такой грубый. Я тебе ничего не сделал.       — «Ты украл моё сердечко. Вот что ты сделал,» — сказал про себя младший, но шатену ничего не ответил.       — Так, ладно, давай прекратим этот бессмысленный разговор и просто молча посмотрим ТВ, — предложил Сал.       — Хорошо, - ответил Ларри. Так они просидели до десяти, а после Фишер встал с дивана и молча вышел из квартиры. Но ненадолго.       — Блин, они походу уснули, — сказал Сал, зайдя в квартиру Джонсона.       — А звонить пробовал? — спросил шатен.       — Да. Но ответ один: "Апарат находится вне зоны действия сети", — передразнивал голубоволосый голос из телефона.       На это Ларри рассмеялся.       — Чего ржешь? Что нам делать? — не понимал Фишер.       — Что делать, что делать?! У меня переночуешь. Я тебе тут постелю,— сказал старший, похлопав по дивану.       — Хорошо, — ответил Сал, но в его голове началась паника.       — «Боже, что мне делать?! Спать с ним в одной квартире. А если он проснётся завтра раньше. Увидит меня без линз. Засмеёт. Раскажет всем, и все от меня отвернутся. Опять.»       Думая об этом, на глазах младшего начали выступать слёзы.       — «Так, Фишер, соберись. Джонсон не должен видеть какая ты размазьня на самом деле.»       Но было уже поздно. Ларри заметил блеск в глазах голубоглазого.       — Что-то не так? Ты не хочешь спать на диване? — спросил шатен.       — Нет-нет, всё хорошо, — ответил Фишер.       — Ну, ладно. Тогда я разложу диван и мы ляжем спать, — сказал Джонсон.       Через двадцать минут Ларри уже спал, а Сал лежал и пялил в потолок. Ну, как пялил. Пытался разглядеть хотя бы руки, которые вытянул вверх, но всё тщетно.       Вы зададите вопрос. А почему Сал не спит? В линзах спать не удобно. Глаза сохнут. А почему бы ему их просто не снять? Ну, а вдруг Джонсон услышит возню в гостиной и решит проверить, кто же там копошится. А тут Фишер без линз собственной персоны.       — «Я уже вижу, как Ларри начинает смеяться, говорит какой я урод, и что он никогда не влюбится в человека с такой ужасной внешностью. И я не выдержу, поднимусь на крышу и шагну вниз,» — из таких весёлых мыслей голубоглазого выводит храп, доносящийся из соседней комнаты.       — «Ну, слава богу, он уснул,» — радуется в мыслях Салл.       Он поднимается с дивана и на ощупь достигает ванной комнаты. Помыв руки и сняв линзы, голубоволосый, опять на ощупь, добирается до дивана и там же засыпает.