Дыши

В тот же вечер…

      Энтони Кроули же, пребывал в прескверном настроении, в каком же ему настроении следовало пребывать в такой ситуации? Как назло к тому, что какой-то умник свернул на бок зеркало его дорогой Бентли, добавилось то, что не менее дорогому ему ангелу кто-то свернул на бок его светлые извилины. Кроули не мог объяснить поведение Азирафаэля ничем, кроме вмешательства извне. — Возможно, после неудачи Небеса затеяли новую игру, а Ангелу запрещено об этом говорить или нечто подобное. Сразу видно, что они застряли в веке пятнадцатом: заговоры, интриги, перевороты, — вслух рассуждал мужчина, уже с минуту стоя рядом с входной дверью, но не открывая её.       Когда он, наконец, вошёл в квартиру, то тут же заперся в кабинете к превеликой радости его комнатных растений, которые уже успели попытаться слиться со стенами, видя, что хозяин не в духе. Рыжий демон теребил в ладони модный узкий галстук и никак не мог определиться, что ему больше к лицу в такой ситуации: яростно переключать TV-каналы или же сложить руки и, шипя, перемывать кости неразумного Азирафаэля. В итоге, он лишь шипел и яростно вдавливал кнопки в пульт. «Вот кому-кому, а мне он может рассказать всё и даже просить у меня помощи. Столько лет дружим, да и Договор служит показателем того, что я готов оказать поддержку», — молча рассуждал Кроули.       Разумеется, ни одно шоу не могло отвлечь его от мыслей, но в этом «ни одно» было исключение. Эфир одной из программ в вечерний прайм-тайм был прерван специально для Кроули. Вместо весёлого улыбчивого ведущего в кресле за громоздким столом сидел сам Вельзевул, худой мужчина подметил, что так передача смотрелась бы интереснее, но, увы, этот эфир увидит только он. — Я же говорил, что можно просто позвонить? — вздохнул Кроули и нажал кнопку «выкл» в надежде, что экзекуция отложится, но телевизор лишь виновато пискнул и моргнул светодиодной лампочкой в уголке тонкого корпуса. — Я с приятными для тебя новостями, — Князь Тьмы сказал это в меру без эмоционально, но все же в этом чувствовалась зависть.       Вельзевул следил за реакцией подчиненного тем взглядом, которым смотрит падальщик на хищника, что заканчивает трапезу. А Кроули, в свою очередь был удивлён подобному тону и быстро заинтересовался визитом «начальства». — А в чём дело? — Ну, уж не скромничай, — фыркнул Повелитель Мух, барабаня пальцами по лакированному столу, — ты единственный демон с Начал, которому удалось искусить и сбить с пути истинного ангела.       Рыжий мужчина поперхнулся воздухом, он смотрел в экран телевизора ошарашенными, жёлтыми и круглыми, как 2 пенса, глазами: — Как? — Вот это, как раз, я хотел спросить тебя, — тон Лорда Вельзевула угрожающе понизил температуру, теперь зависть чувствовалась так же хорошо, как душащий запах пыльцы весной в парке, — от начальства пришло распоряжение наградить тебя. С твоим «злотворным» влиянием душа ангела, стража Восточных Врат, Азирафаэля будет нашей через год. Как ты добился того, что ангел врёт, как дышит, страдает обжорством и использует чужую доброту в корыстных целях?       Кроули захлопал глазами, челюсть у него так и отвисла, пусть не до пола, но она точно достала поверхность стола, а сам откинулся в дорогом кожаном кресле. В голове его начали срастаться причинно-следственные связи, но пока ещё слишком призрачные и невероятные, чтобы что-то серьёзно предположить. — Такого же быть не может, — подобрав челюсть, но всё ещё смотря в никуда, произнёс рыжеволосый демон, — ангел не может воздействовать на демона и наоборот, поэтому мы и сражаемся за душу чуть ли не каждого человека. — Похоже, ты угождаешь начальству, сам не зная, как. Что ж, моё дело сообщить, — Князь Тьмы поднялся с места, он был слегка разочарован реакцией Кроули, — на этом всё. Появись в офисе на следующей неделе.       Вельзевула на телеэкране заменил ведущий, который прощался со зрителями. Кроули оперся локтями о стол и сложил руки перед лицом домиком, думая над услышанным и сопоставляя факты.       Он ещё тогда, когда Азирафаэль опаздывал на ужин, заподозрил что-то неладное. И случилось нечто весьма и весьма ужасное. Иначе, как он смог сбить с пути ангела, что чуть ли не напрямую нарушает законы мироздания? Да не какого-нибудь ангела, а его светлого Ангела. Кроули всегда подозревал, что в Гаврииле есть нечто демоническое. Он не мог знать секрет о появлении Азирафаэля, но, тем не менее, ненавидел его с момента грехопадения Люцифера и компании, не меньше чем рыжего, постепенно скатывающегося ангела.       «Возможно, что-то сделали с Азирафаэлем силы Света. Но что? Чёртовы белокрылые уроды. Надо его заставить всё рассказать, я помогу ему, хочет он того или нет», — демон думал, прикидывая варианты, всё ещё многое было не ясно, самым простым способом выяснить всё — спросить напрямую. Слова Лорда не проясняли ситуацию, ангел и раньше врал, любил выпить и вкусно поесть, что изменилось сейчас, что это стало считаться грехом, Кроули решительно не понимал.       В размышлениях прошли часы, что демон просидел неподвижно, подобно статуе, лишь горящие, жёлтые, змеиные глаза выдавали в тонкой фигуре жизнь. Вот он сорвался с места: «Надо уладить всё прямо сейчас. Сейчас же. Ситуация может оказаться куда серьёзнее, чем я думаю». Ноги вывели его на улицу к машине, пока голова всё ещё переваривала информацию. На небе загорались звёзды, Кроули не мог не поднять глаза. Его творения успокаивали его, сияя мягким светом на бесконечно далеком от него расстоянии: «Может, и с ним бы было всё в порядке, если бы я наблюдал вот так, издалека». Эта мысль билась у него в мозгу, мешая здраво мыслить. Он вдавил педаль в пол.       Магазинчик в Сохо был тёмен и негостеприимен, но не так как обычно. Кроули сразу понял, что там никого нет. Тонкие пальцы впились в руль, было мгновение, когда демон признался себе, что запаниковал. «Сколько сейчас времени? Семь. У него есть деньги. Ставлю свою Бентли, что он в Ритце», — мужчина успокоился и выехал на проезжую часть.       Спустя десять минут, что невозможно, если ты не нарушаешь все правила дорожного движения, Энтони Кроули вальяжно вышел из машины у ресторана, где и застал Азирафаэля, который никак не мог туда попасть, так как он не забронировал столик. Рыжий мужчина быстро подошёл к нему и, взяв под локоть, провёл внутрь. Ангел хотел возмутиться, но, стушевавшись от неожиданной помощи демона, молчал.       Они устроились за столиком, который бессменно протирали локтями уже не первый год. Первые полчаса проходили в абсолютном молчании: Кроули пил вино, слушал живую музыку и смотрел по сторонам; Азирафаэль относительно спокойно ужинал, беспокоясь только о том, что друг ведет себя подозрительно: «Неужели, он всё понял?». Когда ангел отужинал, рыжий мужчина начал разговор: — Азирафаэль, скажи честно, что с тобой сделал Гавриил? Ты не мог просто так упомянуть этого скользкого типа в тот раз. — Ангел не может быть скользким типом, это как-то больше по твоей части, Змий, — пухлый мужчина неуместно и нервно отшутился, понимая, что демон не догадался. — Каламбуры про змей. Ты серьёзно? — Кроули устало вздохнул, поправив очки. — Что с тобой сделал Гавриил? Ангел, я просто хочу тебе помочь, доверься мне. Сколько раз я тебя подводил? Ни разу. Давай же, мы сможем найти выход вместе. — Никаких «мы» нет, Кроули. — О, не начинай старую песню, — демон почти взвыл, а ангел продолжил. — Мы ангел и демон. Две стороны силы. Свет и Тьма. Я, конечно, благодарен тебе, что ты, как и я, яро отстаивал дальнейшее существование Земли. Я даже не буду отрицать, что ты не совсем тёмный. Но мы всё ещё по разные стороны баррикад. — Дьявол тебя дери, — выругался рыжий, — послушай меня, Небеса пытались тебя уничтожить. Когда тебе была нужна помощь, они не откликнулись, и только я каждый раз спасал твою ангельскую… шкуру. Просто, хотя бы из благодарности, позволь мне помочь тебе. Это, что, так сложно?       Азирафаэль помрачнел, на его глазах наворачивались слёзы, которые он стёр тыльной стороной ладони. Он хотел сказать, но слова не шли: «А что если это моё испытание? Да-да, наверняка Бог просто хотел проверить, до сих пор ли я верен Небесам. Не мог же Гавриил просто так сговориться с другими ангелами, чтобы так низвергнуть меня. Так ведь?». — Я не приму. — Что? — Я не приму помощь от демона, от падшего ангела. — Ангел, подумай логически, — уже повышая тон от бурлящей ярости начал Кроули, угрожающе поднявшись, упираясь кулаками в стол. — Ты мне не нужен. Никогда не был нужен, — истерически выкрикнул ангел, что у демона подкосились ноги, и он опустился на сидение.       Азирафаэль встал, гордо вздёрнув подбородок, а может он не хотел, чтобы побежали слёзы, и вышел из-за стола, торопливо удаляясь к выходу.