Ты же понимаешь, что от этого никуда не деться?

Поздний вечер. Улицы Йокогамы затопила и продолжает затапливать дождевая вода. Небольшая фигурка в тёмном плаще, то ли пытающаяся поскорее укрыться от сырости, то ли спешащая на поиски чего-то или кого-то. Уже в который раз его обрызгивают грязной водой из лужи, но тем не менее это не повод останавливаться. Пешком от самого штаба через весь город Накахара мчится не жалея ног, только чтобы успеть, только чтобы не опоздать. Неприметный бар, где-то в глуши какой-то улицы встречает его запахом дешёвого алкоголя. За барной стойкой он видит именно того, кого так яро желал увидеть. Высокий мужчина шатен в светлом плаще даже не обращает на него внимания, только допивает свой напиток в полнейшем одиночестве. Чуя ни минуты не медлит, тут же подлетает к стойке и присаживается рядом. Заказ он, естественно, делать не собирается, поэтому спокойно машет бармену рукой, чтобы тот дальше занимался своими делами. — Дазай, чертов ублюдок! — всё-таки срывается на крик парень. По рыжим волосам стекает вода, пухлые, яркие губы испускают частое дыхание, а брови съехали к переносице. — И тебе доброго вечерка, Чуечка. — с глупым выражением лица машет рукой Осаму. — Почему ты ушёл?! — А? Ну так уже поздно, домой охота, а по дорожке решил сюда заскочить. А ты что, волнуешься? — вмиг выражение лица сменилось с глупого на серьезно-сексуальное, Накахара от такого нервно сглотнул и весь покрылся лёгким румянцем, что не скрылось от посторонних глаз. — Я серьёзно, гребаная ты мумия! — вскочил, упираясь руками в стойку Накахара. — Почему ты перешёл в это чёртово агентство?! — теперь по щекам парня потекли ещё и горячие слёзы, контрастируя с холодными каплями дождя. — Потому что так надо. — улыбнулся, отворачиваясь и всматриваясь вперёд. — Ты хоть подумал о нас? Ты обо мне подумал?! Как я буду существовать без тебя, как будет существовать «двойной чёрный»? — Да ты, похоже, влюбился, Чуя-кун! — состроив глупую гримасу радости, резко обернулся на напарника Дазай. — Ты и сам знаешь, грёбанный суицидник! Кха… — тут же согнулся от боли Накахара. Слёзы так и не переставали течь, капая на холодный пол, на котором мучительно продолжал сгибаться мафиози. — Что случилось? — сполз на пол Дазай, придерживая одной рукой, а другой помогая подняться. — Нет, нужно… Таблетки. — еле шевеля губами, сказал Накахара. — Где? Какие таблетки?! — Дома. Дазай поднялся вместе с Накахарой и вынес из бара. Квартира Накахары, естественно, находилась не близко, потому Осаму пришлось заказывать такси. Уже рядом с подъездом разум мафиози начал туманиться, а сущность брать над ним верх. Сложно устоять, когда рядом такой сильный Альфа, тем более в период течки. Подниматься по лестнице тоже пришлось с грузом на руках. Чуя уже с ног валился от возбуждения и периодической боли. Ключи от квартиры Дазай нашёл в кармане плаща Накахары, хотя они и не понадобились. — Даже дверь не закрыл. Как ты вообще в таком состоянии добрался до мафии? — в квартире стоял едва уловимый сладкий запах с нотками винограда и лимона, что потихоньку стал возбуждать альфу. — Как давно у тебя началась течка? — Недавно. Это… Моя первая течка. — Первая? То есть, у тебя даже партнёров не было? — Издеваешься?! — Чуя, — альфа подался вперёд и надавил губами на губы, заставляя приоткрыть рот, чтобы можно было просунуть язык. -… — Ты что делаешь, скумбрия недобитая?! — отпихнул от себя напарника Чуя и отшатнулся к стене. — Позволь мне помочь с твоей проблемой. — Осаму буквально вжал Накахару в стену, оперев с обеих сторон от его головы руки. — Ещё один поцелуй, и ты труп. — шепнул мафиози и сам приблизился к Дазаю. — С радостью умру от твоих рук. — тёплые губы шатена нашли чужие, нежно смяли и начали смаковать, обводя контур зубов и губ языком. — Не в этот раз. — с хриплым, тихим стоном отстранился Чуя. Дазай опять подхватил омегу, но теперь уже так, чтобы тот мог обхватить его ногами, и понёс в спальню. Уронив на своём пути не одну вещь, они всё-таки смогли добраться до кровати прежде, чем совсем разденутся. Дазаю осталось только снять брюки и стянуть брюки с Чуи. В конец оголившись, мафиози решили сразу приступить к делу. Чуя посадил Дазая на кровать и оседлал его бедра, соблазняюще потираясь о вставшую плоть. Смазка текла по внутренней части бедра, по ногам и капала на пушистый ковёр перед кроватью. Первый блаженный стон Осаму услышал, когда ввёл два пальца и стал разводить внутри. Чуя закрыл глаза и откинул голову назад, позволив примкнуть к молочной шее. — Уверен, что первый опыт хочешь получить именно в такой позе? — уткнувшись носом в шею и вдыхая манящие ароматы, куснул кожу. — Как видишь. — томно прошептал Чуя. — Мой член это не пальцы, войду — мало не покажется. — Если я сказал да, значит да. Дазай лишь хмыкнул и убрал пальцы, огорчив этим омегу. Зато вместо них всунул изнывающую плоть, и сразу на всю длину. Чуя вскрикнул от боли и необычных ощущений. — Дазай, ублюдок, — кое-как приоткрыв один глаз, выдал Накахара. — я убью тебя, как только течка закончится. — Надеюсь, она закончится не скоро. — немного приподнял напарника и снова насадил, дав понять, что уже можно двигаться. Чуя в голос простонал, когда Осаму задел нервные окончания и с силой сжал предплечья, впиваясь ногтями в кожу. Следующие движения были только Накахары. — Ха-а! — протяжный стон. — Дазай, поясница… — Я же тебе говорил, Чуечка. — Осаму аккуратно вышел и поставил мафиози на четвереньки, приподнял зад и снова вошёл. — Так удобнее? — А-ах! Да! — выкрикнул он, когда альфа стал делать более резкие движения. — Чуечка, ты же любишь меня? — склонился почти над самым ухом. — Скажи это. — Дазай… Нет, Дазай. — будто в лихорадке стал повторять Чуя. -Да, скажи, что любишь меня. — лёгкое движение, и ошейник, что раньше защищал шею от укусов доминантных альф, уже лежит рядом. Язык Осаму пришёлся по шее, вылизал её всю, а острые клыки уже готовились вонзиться в мягкую кожу. — Ты все равно мой, скажи, что любишь меня. Ведь это так? — Лю…блю. Я люблю… Тебя, Осаму. — выдавил из себя коротышка. Дазай на секунду прекратил свои движения, впиваясь клыками в кожу. Теперь этот омега его, и только его. — Так-то лучше. — поцелуй в место укуса. Чуя согнул руки и вдавил голову в кровать, ощущая на ней все ещё оставшийся запах альфы. Обычно Осаму пах грецкими орехами и новыми бинтами, но сейчас запах орехов перебивал все остальные. Чуя вдохнул этот аромат орехов полной грудью и громко простонал имя Альфы, растягивая гласные. Он кончил, сжимая Осаму. Но так просто тот сдаваться был не намерен. Он сделал несколько резких движений и заполнил омегу своим семенем. Как-бы не хотелось покидать уютный зад Накахары, это пришлось сделать. Он лёг на кровать, притягивая к себе Чую, а тот, в свою очередь, поступил по-своему и закинул ноги на Дазая. Бинты распластались повсюду и заматывать их никто не спешил. — Ты же знаешь, что я убью тебя, верно? — играясь с одним их бинтов, спокойно, даже не поворачиваясь к собеседнику, спросил Накахара. — Но, если ты убьешь меня, тебе будет плохо, Чуечка. — запустив пальцы в рыжие волосы. — Почему мне должно быть плохо от твоей смерти, скумбрия? — Потому что ты любишь меня. — довольно улыбнулся, словно кот, Осаму. — С чего ты взял, увалень?! — вмиг поднялся Накахара, крича на рядом лежащее перебинтованное тело. — Ты сам так сказал. — довольно растянул тот. — Даже если ты и услышал что-то такое, можешь забыть, это все только из-за течки. — высокомерно высказал Накахара и лёг обратно, снова подбирая конец бинта. — Нет, Чуечка, я не дам тебе так просто уйти. Теперь ты исключительно мой, и метка тому подтверждение. — Ме-метка? — с круглыми глазами схватился за шею Чуя. — Я так плохо мог соображать, что не заметил укус. Ты что натворил?! А что, если где-то есть моя истинная пара? — захлебываясь слезами, пробубнил рыжий, так и не оторвав руку от места укуса. — Если он твоя истинная пара и по-настоящему полюбит тебя, метка не будет так мешаться. — Ты что говоришь, придурок? Я теперь принадлежу другому альфе! Запомни, это была первая ночь, она же и последняя. — серьёзно глядя в сводящие с ума карие глаза, разъяснил омега. — А что, если теория истинности — всего лишь городская легенда? — с ноткой печали и грусти вопросил Дазай. — Нет, а как же… — стал медленно опускать глаза Чуя, пока совсем не закрыл их, медленно моргая. — Что? — даже усмехнувшись. — Я не знаю. — вздохнул Накахара от безысходности. — Чуя, я хочу, чтобы ты был моим. — лёгкое касание губ, даже не углубляя поцелуй. Все их предыдущие поцелуи — страстные, наполненные желанием, а этот — лёгкий и невесомый, такой чувственный, заставляющий поверить всем словам. Дазай напоследок причмокнул и отдалился, заглядывая в растерянное, с проступившими в уголках глаз слезами, лицо омеги. Чуя ещё с минуты две смотрел в чайные глаза и тонул в них, пока… Пока не пришёл в себя. Он выхватил одну подушку и несколько раз нанес несильные удары, потом зажал голову напарника между постелью и этой самой подушкой. — Ты что творишь, мумия забинтованная?! Тебе одной метки мало?! — Чуя! Чуечка, но если ты меня убьёшь, то будешь несчастен. — Лучше уж спать в одной кровати с трупом, чем быть счастливым с тобой! — продолжал надавливать на подушку Накахара, яростно скалясь. Наконец подушка была скинута на пол, а мафиози сидел обхватив одной рукой живот, а другой рот. — Что случилось? — поднялся, растрепанный из-за ткани спальной принадлежности, Дазай. — Из-за течки мой организм слишком резко реагирует на запахи. От твоего запаха орехов уже тошнит. — А? Орехов?

***

Проснулись оба прижавшись друг к другу. Первым открыл глаза и сполз с постели на пол Накахара, затем от криков и грохота — Осаму. Хозяин квартиры же пожелал удалиться в ванную и смыть с себя последствия их вчерашнего недоразумения, а заодно и одеться. А вот гостя такой ранний подъём совсем не радовал. Мало того, что вчера лег поздно, так ещё и встал рано, поэтому он попросту продолжал валяться в тёплой, все ещё попахивающей вчерашним сексом, кровати. — Из-за твоего запаха вся комната виноградом и лимоном пропахла. И мои бинты тоже. — потянувшись возмутился Осаму. — Я не пахну виноградом с лимоном, зато теперь весь пропах грецкими орехами из-за тебя. — вытирая волосы, ответно бросил Чуя. Сполоснуться не получилось. Даже волосы были липкими и спутанными после вчерашнего. — А я не пахну грецкими орехами. — Тогда почему все, особенно волосы, воняет тобой? — сунул одну прядь прямо в лицо Осаму Чуя. — Да ты бредишь. Ничем, кроме шампуня и винограда с лимоном твои волосы не пахнут. — отмахнулся шатен. На полу он нашёл своё нижнее бельё и верхнюю одежду, но сил хватило только чтобы натянуть трусы. — Повторяю ещё раз для особо тупых: я не пахну ни виноградом, ни лимоном. Я пахну грецкими орехами из-за тебя! — наклонился к лицу напарника мафиози и получил утренний поцелуй. — Нет, Чуечка, ты приятно пахнешь лимоном и виноградом. — не рассуждая, он утянул рыжего за собой и получилось так, что тот лежал спиной на его животе. — Ты чуешь именно запах грецких орехов от меня? — в ответ он услышал короткое «угу». — А ты сам-то любишь их? — В детстве всегда любил. Почему ты спрашиваешь об этом сейчас? — запрокинул голову назад, чтобы можно было посмотреть в лицо напарнику. — Что ты там вчера щебетал про истинность? Ты хоть знаешь, как истинного определить? — Это любовь с первого взгляда. Все знают. — буркнули в ответ. — Истинные чувствуют особый запах друг друга, только свой любимый аромат. И кроме них больше никто не сможет учуять его. Мне правда нравится запах винограда, как и лимона. — поцеловал в доступном месте за ушком Осаму, гордясь своей новоиспеченной парой. — Нет. Нет, нет и нет! Мы не можем быть истинными, тогда я давно почуял бы этот запах орехов, а ты винограда и лимона. Но обычно от тебя только несёт новыми бинтами. К тому же, как предатель может быть моей парой?! — На самом деле я давно замечал этот аромат, просто он не был таким ярким. Похоже, он стал сильнее из-за нашего соития. Чуя, я твоя истинная пара, и я люблю тебя. — Нет, это все сон, все не правда, я же не мог встретить здесь своего истинного. Нет, этого не может быть. — начал отрицательно размахивать головой Накахара. — Чуя, — окликнул Дазай и поднялся вместе с ним; тот развернулся к парню. — вчера ты сказал, что любишь меня и, что хочешь встретить свою пару. Так не сопротивляйся же, ведь это я, и я здесь. — Дазай, ты правда тот самый? Ты будешь со мной до конца? — Да. Я обещаю ни за что не бросать тебя. — лбы стукнулись, и руки шатена пробрались под домашнюю майку. — Ты совсем охренел, чертов суицидник?! А ну убрал от меня свои грязные руки! Лучше бы пошёл помылся! — резко отпрянул рыжий мафиози и с силой сжал руки нарушителя своего покоя. Как только руки вернулись в изначальное положение, Накахара слез с колен парня, стаскивая за собой грязное постельное бельё. — Теперь ещё и стирать придётся. Прижавшись к аппетитному заду, Осаму поднял омегу и уволок за собой в ванную. — Эй, нет! Я только что мылся. Осаму! — одного поцелуя хватило, чтобы унять бушующую омежку. — Чуя, твоя течка что, уже закончилась? — А? О, похоже на то. Но ведь сестренка говорила, что она продлится не меньше недели? — Я слышал, что истинный может заглушить течку. То есть, сократить её срок. Вчера был твой первый раз, поэтому, думаю, она и закончилась так быстро. — Так значит, чтобы не мучаться от боли, нужно лишь раз переспать с истинным? — Ты не понял. Каждую течку должно происходить что-то подобное. И тебе ведь понравилось вчера, верно? — натянул свою ухмылочку Осаму. — Я мало что помню со вчерашнего дня. — хитрая ухмылка тут же сменилась разочарованием. — Но раз уж мы здесь, я напомню тебе.

***

На протяжении всего месяца утро Накахара встречал в туалете. Иногда с Дазаем, а иногда один. По ночам он просыпался от самых, что ни на есть, глупых желаний. То ему сока в пять утра гранатового захотелось, то блинчиков с мороженым в полвторого ночи. С любым желанием он, конечно, сразу набирал Дазая и озвучивал их все. Поначалу нынешний сотрудник Вооружённого Детективного Агентства отмахивался и советовал идти спать, но позже, когда звонки с просьбами стали учащаться, выполнял, что мог. Самым глупым желанием было попросить принести фруктовый салат с овощами, а вместо этого повиснуть на шее альфы с просьбой отыметь, как следует. Понятно же, что с омегой что-то не так, поэтому Дазай решил остаться хоть на одну ночь и проследить за его состоянием. И утро обоих встретило в туалете, над унитазом. Чую снова тошнило. Он хотел есть, его опять тошнило. Он ел то, что хотелось и опять его тошнило. Поэтому Дазай все же решил вызвать врача, чтобы тот опровергнул все нехорошие догадки альфы. — Ну что ж? Могу сказать, что это не пищевое отравление и не смертельная болезнь из-за которой он не может нормально питаться, как вы думали. — обратился седой пожилой мужичек в белом халате к Осаму. — Это обычный токсикоз. — То есть, как токсикоз? — с задранной до груди футболокой и совсем спущенными штанами, лёжа на диване в гостиной, спросил Чуя. — Вот так, милый мой, — вздохнув, по доброму улыбнулся врач. — у вас будет малыш. Здоровенький ли он и какого пола пока сказать не могу, к тому же специального аппарата с собой нет. Ну, детки у вас красивые будут, не переживайте. А вот насчёт пола сказать не могу, сам бета, понимаете ли. — Спасибо вам, мы слишком переволновались. — положив руку на плечо омеги, поблагодарил Дазай. — А вот этого вам сейчас нельзя. Ну, вы одевайтесь, одевайтесь. — сказал он Чуе и тот стал снова натягивать на себя одежду. — Токсикоз продлится ещё какое-то время, но недолго, так что вы скоро сможете кушать все, что захотите. Главное больше отдыхайте и не перенапрягайтесь. Ладненько, не буду вам мешать. — мужчина собрал все, что доставал обратно в свой чемоданчик и отошёл к двери. — Берегите себя. — Я провожу. — поднялся Осаму и пошёл вслед за мужчиной. Дверь хлопнула, Осаму вернулся в гостиную к Чуе. — Ничего страшного. Теперь у нас будет малыш, мы будем жить, наконец, семьёй. — Осаму подсел сзади и обнял, носом утыкаясь в рыжие волосы. — Мафия. — глядя в никуда, произнёс Накахара. — Как я буду работать? — Как раньше, но в пол силы. Чуечка, мы вырастим хорошего малыша, даже если один отец будет работать в Мафии, а другой в Детективном Агентстве. Прошу тебя, не волнуйся так. Ты ведь любишь меня? — Д-да. — сквозь всхлипы ответил Чуя, наконец повернувшись к Дазаю. — Значит и малыша будешь любить. — поцеловал он парня в висок. — Дазай, придурок, — все также тихо и спокойно начал Накахара. — ты куда там смотрел при осмотре? Врачом заделаться решил?

***

— Осаму Дазай, какие гости. — наигранно восторженно поприветствовал Огай. — Какими судьбами? Не обратно ли проситься вздумал? — Здравствуйте, Мори-сан. — не вытаскивая рук из карманов плаща, ответно поздоровался Дазай. — Я прошу у вас Чую. На месяц. — Говоришь так, будто это вещь. — прикрыл глаза глава Портовой Мафии. — Так зачем он тебе? — Не хочу портить сюрприз. Просто одолжите мне его на один месяц. Верну таким, каким был. Может, с минимальными изменениями. — Хорошо, получишь ты своего напарничка, только ты тоже должен кое-что сделать. — ухмыльнулся Огай и наконец поднял глаза на бывшего подчинённого.

***

Последняя неделя перед отпуском своим и отпуском Накахары прошла быстро. При условии, что Дазай несколько дней усердно работал выполняя наказания шефа и шефа Мафии, чтобы заслужить этот отпуск. — «Сотрудник, недавно появившийся в Агентстве, не может уходить в отпуск уже через полтора месяца!» — вспомнились слова Куникиды, когда Дазай просил отпуск у Фукудзавы. И чтобы получить его, пришлось отработать. Но что это за Дазай, если не добьётся своего? — Чуечка, я очень жду тебя завтра. — верещал прямо над самым ухом альфа. — Да понял я, понял. Тебе лишь бы пожрать за мой счёт. — по утрам Накахара уже не страдал сильной тошнотой и головокружением, лишь изредка появлялся рвотный рефлекс от запаха некоторых продуктов. Сейчас мафиози сидел в кресле, которое находилось в гостиной и читал пособие для молодых мамочек. Если снаружи он и выглядит сердитым и колким, может, даже не желающим этого ребёнка, но на самом деле он очень счастлив. Многие омеги хотели бы встретить свою пару и обзавестись собственными детьми. И Чуя не был исключением. Невольно улыбнувшись мысли, что скоро он станет молодым папочкой, Накахара приложил руку к животу и стал слегка поглаживать. Раздался звук камеры на телефоне, но Чуя не предал этому никакого значения, окунувшись с головой в свой собственный мир, где существовал только он, его будущий ребёнок и… Осаму? — Что ты делаешь? — опешил мафиози, когда поверх его руки легла чужая, а губы альфы стали выцеловывать ещё плоский животик. — Вот видишь, ты уже стал привыкать к нему. А скоро ты совсем привыкнешь и будешь ждать его скорейшего появления на свет. — в полтона дал ответ Дазай, оставив ещё один лёгкий поцелуй на животе. — Спокойной ночи, мои дорогие чучи. — пожелал сразу двум существам он. — Я жду тебя завтра. — Ты сегодня не переночуешь? — даже как-то расстроенно, приподнявшись с кресла, вопросил Накахара. — Извини, чуча моя, дела. — последний раз чмокнул в губки омежку и скрылся за входной дверью. — Чёртов Осаму, ещё раз назовешь меня чучей, я тебя по стенке размажу! И плевать, что ты отец моего ребёнка! — тут же заткнулся после этих слов Чуя. — Отец моего ребёнка. Это все, что нас связывает. — стоять в прихожей не было смысла, поэтому Чуя вернулся на своё недавно насиженное место. Окно, которое было открыто в соседней комнате, чтобы запустить прохладу в дом, стало сквозить. Хозяин квартиры порылся в шкафу и нашёл там большой махровый плед, замотался и вернулся к креслу. Читать пособие дальше не было смысла, следующие темы шли только о том, какими именами можно назвать ребёнка. А это Чуя и так прекрасно знал, ведь если родится омега, он обязательно назовет сына Ацуши. А на альфу или бету он не рассчитывал, потому что думал, раз и он, и сестра омеги, то и сын его тоже родится омегой.

***

Утро у Дазая началось ровно в шесть. Шатен проснулся, позавтракал, привёл себя в порядок и отправился в ресторан, в котором был заказан стол на две персоны. На месте он был уже около восьми утра. Зал был красиво украшен, золотые и розовые ленты обрамляли стены, большие гелиевые шары висели над каждым столиком, который один за другим уносили в специально отведённое для хранения мебели место. Но в зале Дазай долго не задержался, решив пройти в отдельную комнатку. Она была не менее привлекательна. Небольшое закрытое помещение в светло-темных тонах, посреди маленький круглый столик и два стула друг напротив друга, на столе уже красовалась ваза с белыми, розовыми и что-то между этими двумя цветами розами, а сбоку столика, у стены стоял кожаный персиковый диванчик. Сделав заказ, чтобы, когда придёт омега, его уже подали, Осаму оставил предоплату. Осталось только подождать Накахару. Встретится договорились в одиннадцать, поэтому сейчас Чуя уже собирался. Заранее зная, что Осаму тащит его туда только поесть, он не стал прихорашиваться, всего лишь расчесал волосы, надел любимую шляпку и выбрал верхнюю одежду, которая представляла собой короткое желтое худи с рукавами в «три четверти» и широкие чёрные брюки с белыми вертикальными полосами. Вся эта одежда открывала живот омеги, но хорошо, что он был ещё совсем плоским и не выделялся. А вот месяца через два уже придётся ехать за новой одеждой. Время десять сорок, а Чуя уже у входа в ресторан. Швейцара у дверей не было, поэтому он самостоятельно открыл дверь и без проблем проник в помещение. Первый зал также, как и комнатка был выполнен в светло-темных тонах, что нравилось мафиози, а заметив ещё и украшения он вообще дар речи потерял. — Накахара Чуя? — раздалось за спиной восхищенного парня. — А, д-да. — ответил сразу, как только развернулся и увидел пропавшего швейцара. — Тогда, прошу, за мной. — указал он рукой на маленькую комнату в конце зала. Чуя все думал, неужели ради какого-то обеда он задумал всю эту роскошь? «Платить сам будет» — подумал он, входя в помещение. Не смея беспокоить гостей, швейцар прикрыл дверь и удалился ко входу. — Осаму, что это все такое? — после долгого молчания и осматривания теперь уже этой комнаты, выдал Накахара. — Меня так обрадовала новость о том, что я стану счастливым отцом, что я решил устроить романтический обед. На ужин, просто, уже зарезервировано. — Какой же ты идиот, Осаму. — хихикнул омега. — Что это? — А это, как раз, наш сегодняшний обед. Тут только то, что тебе можно и твой организм принимает. — Можно поинтересоваться? Зачем ты забронировал большой зал? — все не приступая к еде, расспрашивал омега. — Если дело дойдёт до танцев, здесь потанцевать мы не сможем. — Я не умею танцевать, и ты это прекрасно знаешь. — Сегодня есть шанс научиться. — Это что, яблочный сок? — рассмеялся Чуя. Нет, ну прямо как с ребёнком, ей богу. Он бы ещё детское питание в баночках предложил. — Тебе нельзя спиртное. Алкоголь вреден для будущего малыша, а я хочу, чтобы он родился здоровым и сильным, а возможно даже альфой. — Скорее всего будет омега. Ведь мы с сестрой тоже омеги, хотя она больше походит на бету. — углубившись в воспоминания, Чуя стал улыбаться, поглаживая собственный живот. — Чуя, протяни мне левую руку. — добро, любяще улыбнулся Дазай, наблюдая за растерянностью омеги. — Это ещё зачем? — потирая, на всякий случай, левую ладонь. — Не бойся, я не укушу тебя. — ручка робко поползла вперёд к альфе, тот взял её в свою и нежно-нежно поцеловал, затем натянул на безымянный пальчик аккуратное маленькое колечко. — Пожалуйста, ты выйдешь за меня? — повисла тишина. Накахара в упор смотрел на Осаму, покрываясь багрянцем. Рука в руке альфы задрожала, но отдергивать её никто не собирался. — Дазай… — наконец-то произнёс Чуя. — Я люблю тебя. — а в уголках глаз уже стали собираться слёзы. Соленые капельки покатились по щекам, падая на брюки. — Так что ты ответишь? — посильнее сжал хрупкую ладошку омеги парень. — Да… Да, я согласен! — выкрикнул он, обходя стол и забираясь на колени любимого. А тот обхватил ещё плоский животик и оставил лёгкий поцелуй на плечике. — Чуечка, почему ты открыл живот? А вдруг ты заболеешь? — Летом? — Ты беремен, поэтому может случиться все, что угодно. Я же волнуюсь за вас. Тем более ты почти месяц не выходил из дома, иммунитет мог ослабнуть. — Ты слишком обо мне печешься. — Чуя перекинул ногу на другую сторону и сел лицом к альфе. Тот сначала чмокнул в носик, а потом припал к пухленьким губам. Рука забралась под короткую кофточку, нащупывая сосочки, пока по ней больно не стукнули. — Осаму, ты совсем идиот? — Просто я слишком тебя люблю, и с каждым прикосновением моя любовь увеличивается. Давай лучше потанцуем? — сначала снял с колен омежку, а потом и сам встал, охватывая одной рукой за талию, а вторую сцепляя в замок с чужой, рука омеги плавно опустилась на плече. — Но я не умею. — Повторяй за мной. И Раз, — шаг в сторону, поворот. — два, — шаг в сторону, поворот. — три. — шаг в сторону, поворот. Чуя, кажется, уловил главную суть движений и уже самостоятельно двигался. — Вот так. Вот видишь, ничего сложного. — Здесь слишком тесно. Мне уже становится жарко. — не бросаясь лишними словами, альфа в танце вывел свою пару в зал и там они стали кружить более уверенно и раскрепощенно. Спустя минут пять кружения по паркету Накахара уже устал, поэтому Дазаю пришлось подхватить его на руки и нести назад, в комнатку. — Чуя, а это не последний на сегодня сюрприз. — хитро скривил губы в ухмылке. Из-под стола он достал небольшой белый пакетик и вручил омежке. Сунув внутрь руку, Чуя обнаружил такую же белую коробочку, в которой ждало своего часа серебряное украшение для волос. Оно было выполнено в форме пера павлина с драгоценными камнями на верхушке. Дазай подошёл и сам прицепил его к волосам. С его рыжими прядями оно смотрелось шикарно. — Ты выглядишь потрясающе. — влажный поцелуй в губы не отрезвил Накахару, а даже наоборот, ещё больше смутил разум. — Надеюсь, ты наденешь его на нашу свадьбу. — Обязательно, Дазай, спасибо. — встал со своего места мафиози и крепко-крепко обнял, сцепляя руки за шеей.

***

Уже дома пара сидела друг у друга на коленях завернувшись в плед и рассматривала каталог больших квартир. Когда они официально станут супругами, они уже не смогут жить поодаль друг от друга. Если и переезжать в одну квартиру, то только в новую, ведь квартира Накахары слишком маленькая, чтобы растить ребёнка, а квартира Осаму слишком альфийская. Мало ли кого он в дом водил? Поэтому они сошлись на том, что купят большую квартиру, желательно не меньше трёх комнат. Как раз сейчас обоим приглянулась одна очень хорошая квартирка. Четырёхкомнатная, три жилые комнаты, одна гостиная, одна игровая. Просторная кухня, ванная и туалет раздельно. Большинство окон выходят на восточную сторону, но есть и северное окно, как и южное. Квартира светлая, в хорошем районе, от ВДА и Мафии совсем недалеко. — Завтра я пообщаюсь с риэлтором на счёт неё. А ты, как омега, выберешь несколько хороших свадебных магазинов. — Ага, — борясь с зевотой ответил омега и всё-таки зевнул. — Осаму, пойдём спать. — он первым встал, утягивая за собой в спальню Альфу. Оба давно были в домашнем, поэтому, скоро сбросив шорты и майку с футболкой, легли, тесно прижимаясь друг к другу. Осаму, как обычно, обнял, одной рукой поглаживая животик. Это действие успокаивало Чую и он мог спать спокойно и до самого утра.