Ты же понимаешь, что от этого никуда не деться?

Утром Накахара проснулся в пустой кровати. Лучи солнца, проникающие в окно, освещали комнату. Чуя не стал долго валяться, наслаждаясь утренним теплом, и направился в ванную. Тёплые струи били по коже, согревая и расслабляя тело после сна. Решив набрать ванну и полежать в ней немного, Чуя открыл воду и вышел за ещё одним полотенцем. Дребезжание мобильного телефона, невесть где, отвлекло все внимание. — Да? — наконец ответил мафиози, когда аппарат оказался у него в руках. — «Не разбудил, чудо моё рыжее?» — услышал он на том конце. — Нет, я уже встал и… Ванная! — тут же выбросил телефон куда-то на кровать и, держивая край полотенца, помчался в ванную. Вода уже переливалась через борт, а на полу образовалась лужа. Шагнув в это пятно воды, мафиози выключил воду и потянулся за препятствием, что мешало воде сливаться. — Вот же чёрт. — выругался он, хватая тряпку и вытирая воду, пока недовольные соседи не начали трезвонить в дверь. С ванной было покончено. Подумав, что одного утреннего душа было достаточно, Чуя сменил полотенце на выходную одежду. Сегодня у него должен был быть выходной в Мафии, поэтому за опоздание он мог не волноваться, а если что, то Мори сам позвонит ему. Телефон снова стал дребезжать, но на этот раз мафиози быстрее справился с его поисками и ответил. На экране светился все тот же номер. — Да? — «Чуя, у тебя все в порядке? Ты резко бросил трубку в первый раз.» — Все нормально, Осаму. Просто я собирался принять ванну, когда ты мне позвонил, и совсем забыл про неё. Что ты хотел? — «Хотел сказать, что разговаривал сегодня с риэлтором. Пока квартира ещё занята предыдущими жильцами, но недельки через две мы сможем уже посмотреть на неё вживую. Кстати, кстати. Ты уже выбрал свадебный салон?» — Осаму, я проснулся минут двадцать назад. Когда я успел? — «Ладно, ладно. Скоро буду, пойдём вместе и выберем хороший.» — и не давая возможности возразить или слово сказать, Дазай отключился. Чуя, не удивленный такому поведению, закатил глаза и стал заправлять постель. И с постелью было покончено. Наконец настало время завтрака. Разогревать вчерашнее не было желания, и поэтому Накахара обошёлся лишь парочкой тостов и тёплым чаем. Звонок в дверь. Можно было бы подумать, что это соседка снизу, которую омега сегодня чуть не затопил, но недавний звонок Дазай опроверг эту теорию. Он быстренько прошмыгнул к двери, не забыв всё-таки посмотреть в глазок на всякий случай, и открыл ранней пташке дверь. — Доброго утречка, Чуечка. — подозрительно веселым голосом протянул Осаму. — Что ты задумал? Уж больно ты весёлый. — сощурился хозяин квартиры, пропуская гостя внутрь. — Просто я жду не дождусь увидеть в свадебном костюме. А может и в платье. — ухмыльнулся парень. — Мечтай, ни за что не надену платье.

***

Оба стояли у входа в свадебный салон в одном из торговых центров. Осаму что-то объяснял девушке консультантке, а Чуя не отрывал глаз от белого приталенного платья в пол. Парни вошли внутрь, и им сразу же показали один из вариантов костюмов. Для Дазая это чёрный костюм: брюки, белая рубашка и чёрный пиджак, а для Накахары белый: светлые брюки, такая же рубашка и пиджак. Двое разошлись по примерочным. Первым переоделся Дазай, а Накахара замялся, стоя перед зеркалом. Он первый раз примеряет подобную одежду, хоть она и смотрится хорошо, даже лучше, чем хорошо, почему-то совсем не хочется показываться в этом. Девушка, что помогала ему одеться, так же собрала волосы в простую, но красивую прическу, делая Чую ещё более привлекательным. Не смея больше ждать, Осаму сам вошёл в примерочную омеги и замер с широко раскрытыми глазами. Немного смущенный и с опущенной головой, омега выглядел шикарно. — Осаму! — наконец заметил Чуя силуэт жениха в зеркале и резко развернулся к нему. — Тебя совсем не учили, что к омегам заходить нельзя! — Чуя, потрясающе выглядишь. — обнял Дазай свою омежку, успокаивая тем самым. В руках любимого альфы он абсолютно расслабился и позволил себе обнять в ответ. — Посмотри, разве не прекрасно? — Да. Может, посмотрим, что ещё есть? — Конечно. Для нас есть ещё два варианта, так что сейчас принесут ещё один костюм. Переодевайся пока. Следующий не сильно отличался от предыдущего. Тоже светлый и немного приталенный. Но в нем Чуя смотрелся нелепо, а живот, который был ещё совсем плоским, сильно выделялся, будто уже прошло больше трёх месяцев. — Осаму, этот мне не нравится. — проскулил Накахара, вертясь перед зеркалом. — Знаешь, мне тоже как-то не особо. Сейчас принесут ещё один. Последний совершенно отличался от двух других. Если у Осаму он всего лишь другого цвета, то у Чуи это и не костюм вовсе. То платье, которое он видел при входе. Даже если Чуя и не хотел, его все равно нарядили, даже прическу другую, более замороченную сделали. Оторвать от себя взгляд было невозможно. Красные щёчки очень гармонировали с белым нарядом и вуалью. Несмотря на плоскую грудь, все сидело отлично, к тому же грудь была закрыта полностью. — Дазай, это прекрасно. — не отрываясь от зеркала, прошептал Чуя. — Тебе правда нравится? — вошёл в примерочную альфа. — Ты и правда совершенство. — Оу, это уникальная модель. Подходит, как девушкам, так и парням-омегам. Даже гаммы от него без ума. — пролепетала девушка консультантка. — Так что вы выберете? — Оно мне безумно нравится. Дазай, — развернул он голову к жениху и заглянул в чайные глаза. — я хочу его. — Ты уверен? Это же платье. — с ухмылкой скосился Осаму. — Полностью уверен. — Значит мы будем брать его и этот костюм. — Отлично, сейчас огласим сумму. — кивнула девушка и скрылась из виду. — А теперь вали к себе, скумбрия ты, недобитая. — вытолкал вслед за консультанткой и альфу Чуя.

***

С одеждой, помещением и столом было покончено. Накахара и не ожидал, что все это можно спланировать так быстро, осталось только утвердить на сколько персон готовить меню. Чем дома парни и занимались. — Кого бы ты пригласил? — задрал голову, чтобы взглянуть на альфу, мафиози. Они сидели в спальне на теплом ковре, а Чуя ещё и на коленях Осаму. — Ну, мне нужно подумать. Я бы пригласил Фукудзаву-сана, Рампо, Куникиду, Ёсано и, может быть, Танидзаки. — О, раз так, то я приглашу Мори-сана с Элизой, старика Хиротсу, конечно же сестренку Коё и счастливых голубков Хигучи. — О, неужели вы с ними поладили? — хихикнул альфа. — Как только ты ушёл из мафии, я хорошо с ними сработался. И кстати, их свадьба была всего месяц назад. И они тоже наглядный пример истинности. — Что ж они раньше не заключили брак, раз были истинными? — Кто знает? — пожал плечами.

***

До свадьбы оставалось чуть меньше двух недель. Совершенно все, даже никак не причастные к этому событию люди, были с утра до ночи на ногах. Этот брак был символом перемирия двух разных организаций, враждующих между собой, поэтому в первую очередь были заняты их главы. Сотрудники и по совместительству гости помогали молодым в подготовке. Чуя как сейчас помнит знакомство с коллегами жениха. — Так это и есть твой идеальный омега? — улыбнулась Ёсано, протягивая руку мафиози. — Акико Ёсано. — Чуя Накахара. — также улыбнулся мафиози и пожал предложенную конечность. — Доппо Куникида. — средним пальцем поправил очки парень. — Надеюсь, теперь хоть кто-то присмотрит за этим разгильдяем. — Ну Куники-ида-а, будь повежливее, ты, вообще-то, с будущим мужем этого разгильдяя разговариваешь. — но пищание Осаму было пропущено мимо ушей. — Ты прав. За этим идиотом ещё какой надзор нужен. — Чуечка, мы вообще-то обо мне говорим. — продолжил скулить Дазай. И вот до свадьбы всего несколько дней. Все уже давно готово, подарки куплены, костюмы тоже. Самое главное сейчас — вернуть на землю без конца волнующегося омежку. Как и в прошлый раз, они сидели в спальне на ковре. Вернее Дазай сидел, а Чуя лежал, удобно уложив голову на ногу парня. — Чуечка, — нежно поглаживал рыжие волосы Осаму. — не переживай, все будет хорошо. Ты же сам следил за всей подготовкой. — А что, если что-то пойдёт не так? — всхлипнул парень. — Что может пойти не так? — Например, я не влезу в платье, ведь я поправился. — Ты поправился, потому что носишь нашего малыша. — поцеловал едва заметный животик. — Ты самый красивый омега. Чуя. — Что? — шмыгнул Накахара. — Как ты хочешь назвать малыша? — Он будет омегой, поэтому Ацуши. — милая улыбочка засияла на личике омеги. — А если он всё-таки не будет омегой, а альфой, например? — Не знаю, я не разу не думал об этом. — Ничего страшного. Если ты говоришь, что он омега, значит омега, ведь ты ближе всех к нему сейчас. — Осаму, из-за тебя я потерял всю свою гордость. — по-детски надулся Накахара и обнял альфу. — Это из-за беременности. Хочешь чего-нибудь? — Хочу. — резко развернулся к жениху Чуя, разглядывая чайные глаза. — Чего хочешь? — Думаю, это очевидно. — рука заползла в каштановые волосы, а язычок стал вылизывать чужие губки. Поняв намёк, Осаму открыл рот, позволяя забраться туда чужому язычку. Руки давно бродили по телу. То теребили чувствительные соски, то оглаживали грудь и спину, теперь поползли к влажной дырочке. Вогнав сначала один палец, Осаму продолжал целовать Чую, а тот уже сам насаживался на конечность, вогнал второй палец, разводя в разные стороны. Сдерживаться уже было невозможно, Накахара протяжно застонал, разорвав поцелуй. На полу с беременным омегой было бы неудобно, и Осаму поднял, положил на кровать, подложив под поясницу подушку. От вида развратного Накахары хотелось вставить сразу, что, в общем-то, Осаму и сделал, заполняя полностью и останавливаясь, чтобы дать привыкнуть. Блаженный стон сорвался с губ. Терпеть Чуя не мог, поэтому сам немного сдвинулся назад и снова придвинулся вперёд. Объяснять альфам не надо, одну ногу закинули на плечо, а другую отвели в сторону. Придерживая за ногу, лежащую на плече, Дазай стал плавно двигаться взад-вперед, не сводя глаз с прекрасного омеги. Чуя закрывал рот, стараясь не быть слишком громким; мычал, стонал в пол голоса, причмокивал губами. Только от одной этой картины уже можно было кончить. Соседи уже не раз стучали в дверь с просьбой быть тише, ведь у кого-то ребёнок маленький, кто-то болеет, а у кого-то родители пожилые. Стихло все не меньше, чем только через полчаса. Омега лежал в своей любимой позе — закинув ноги на альфу и крутил край бинта между пальцами, иногда запуская руку в каштановые волосы, что щекотали кожу живота при поцелуях. Как бы Накахара ни хотел отвергать судьбу, он просто не мог этого сделать. Да и зачем это вообще, если его всё и так устраивает? Ведь скоро у него будет своя собственная любящая семья, которой так не хватало в детстве. Осаму Дазай, тот парень, что жил мечтами о собственной смерти, в коем то веке печется о ком-то, кроме себя. Что может быть лучше этого? — Уже совсем скоро наша свадьба. Ты счастлив? — оставил очередной невесомый поцелуй на животе Осаму. — Как и любой другой омега. — Ну Чу-уя-я, — проскулил шатен, вскидывая вверх голову. — почему ты просто не можешь сказать, что счастлив? — Потому что я выхожу замуж за тебя, мумия ты суицидальная. — стукнул по голове ребром ладони. — Больно же-е. — болезненно улыбнулся Осаму, потирая ушибленный участок. — Тебе на пользу.

***

День свадьбы, это волнующий момент для любого парня-омеги и девушки. В этот день они должны выглядеть превосходно, чтобы красиво выглядеть у алтаря со своим женихом. Свадебный костюм или платье, а также макияж и прическа — неотъемлемая часть церемонии. Что это за девушка, если придет на собственную церемонию бракосочетания с неопрятно убранными волосами, в шортах, да ещё и ненакрашенная? Такие, конечно, тоже есть, но это не то, на что равняется Накахара. Именно сейчас он сидел в кресле перед зеркалом, а визажист наносил тени тёплых оттенков на его веки. Прическа давно была готова, платье надето и тысячу раз поправлено, пока не стало выглядеть просто изумительно. Когда вся работа была успешно завершена, Чуя направился к зеркалу, с замиранием сердца глядя на совершенно другого, потрясающей внешности человека. Визажист, на пару с парикмахером стояли в сторонке, нахваливая проделанную работу. Так, что дело чуть не дошло до драки, чего, конечно же, не случилось, ведь парикмахер была девушкой бетой, а визажист мужчиной гаммой. Подошло время выходить к алтарю. Трясущимися руками Чуя сжимал маленький букет, который позже кинет в общую кучку омег и девушек-бет. Потому, как он вырос в мафии, на пути к жениху его никто не сопровождал. Шлейф белого платья тянулся хвостом, а иногда они соприкасались с вуалью. Медленным шагом он добрался до жениха. Многие присутствующие уже роняли слёзы, завидуя счастью пары. — Боже, ты чертовски красив, Чуя. — пожирающим взглядом осматривал избранника Дазай. — Что с твоим прежним костюмом? — говорили оба тихо, ведь находясь так близко громкого разговора не надо. Нет, не так: слова совсем не нужны. — Кое-кто опрокинул на меня весь поднос с кремовым суфле. Но это не важно, ведь ты все равно затмеваешь всех, здесь присутствующих. — Нет, мы оба затмеваем. — Уважаемые жених и… жених! Сегодня — самое прекрасное и незабываемое событие в вашей жизни. Создание семьи — это начало доброго союза двух любящих сердец. С этого дня вы пойдёте по жизни рука об руку, вместе переживая и радость счастливых дней, и огорчения. Создавая семью, вы добровольно приняли на себя великий долг друг перед другом и перед будущим ваших детей. Перед началом регистрации прошу вас ещё раз подтвердить, является ли ваше решение стать супругами, создать семью искренним, взаимным и свободным. Прошу ответить вас, Накахара Чуя. — Согласен. — глядя прямо в глаза, своими, широко распахнутыми. — Прошу ответить вас, Дазай Осаму. — Да. — Можете обменяться кольцами. И скрепите же ваши слова поцелуем! — Ну, что скажешь? — влюбленными глазами смотрел Дазай, натаскивая на пальчик омеги маленькое золотое кольцо с гравировкой внутри. — Последний раз Накахара. — после этих слов, с улыбкой Чуя окольцевал свободный палец альфы, а потом набросился на, теперь уже, мужа, обвивая руками шею и сам нашёл губы, сливаясь в этом подтверждающем поцелуе. Все гости давились собственными слезами. Вернее все, кроме Рампо, который давился очередной порцией печенья. Даже Акико, девушка со стальными нервами, пустила искреннюю слезу счастья за обоих. Настал черед бросать букет. Все девушки и омеги образовали собой единый круг и приготовились вытягивать руки. Из всех только Коё не встала перед братом, оставшись стоять по правую руку от него, когда тот кидал воздух цветы. В силу того, что церемония проходила на улице, природные условия никто не отменял. Цветы были искусственными, поэтому попутный ветер подхватил их и выбросил прямо в руки носительницы дара «золотой демоницы». Реакция всех была бесценна, никто не ожидал такого поворота событий. Слабый пол, ждущий одну, что поймает букет в общей массе, конечно расстроился и разошелся кто куда, а новоиспеченный младший муж радовался за сестру, которая с того момента, как поймала букет, не сводила с него глаз. — Жду не дождусь племянничков, сестренка. — подмигнул Чуя, положив руку на плечо девушки. — Ничего, подождешь ещё. — усмехнулась она. После лёгкого перекуса и парочки выпитых бокалов шампанского, вся орава отправилась в ресторан забронированный молодыми. Все чем-нибудь да занимались. Акико болтала с Коё о Чуе и прочей дребедени, Осаму прокручивал меж пальцев рыжие пряди сверху сидевшего омеги, который оторваться не мог от разговора с молодой семьёй Хигучи, Фукудзава с Огаем «играли» в гляделки, Доппо о чём-то рассуждал с Хиротсу, Наоми с Элизой донимали Танидзаки, а Рампо… А Рампо просто ел. В общем, все были чем-то заняты. По залу разнесся звук стучащего по стеклу металла. Огаю было дано озвучить тост. На это время в зале повисла полнейшая тишина, даже Рампо перестал жевать свои булки. — Хотел бы заметить, что это было неожиданно для всех нас. Этот брак стал не только союзом двух любящих сердец, но и союзом двух враждующих организаций. Хотел бы ещё добавить, что буду очень рад сотрудничать с Фукудзавой-саном. У меня все. — стоящий во время тоста Огай, снова приземлил свой зад на мягкое сидение стула. Снова поднялась шумиха, а Рампо продолжил свою трапезу. — Уверен, что не хотел бы провести ночь с любимым альфой? — облокотив голову на одну руку, пролепетал глава Портовой Мафии. — Я не поддерживаю такой союз, как наш с тобой. — отвернулся Фукудзава. — Мы всего лишь были учениками одного учителя. — Истинный союз. — поправил Огай, возвращая взгляд собеседника на себя. — Я это отрицаю. — О, какой же ты строптивый омежка. — И прекрати называть меня омежкой. — на самом деле Фукудзава уже был достаточно раздражен, но воспитание не позволяло показывать это. А тем временем в разговоре Коё и Ёсано обсуждалась более интересная тема. — Неужели можно настолько сильно любить орехи, чтобы ценой собственной жизни полезть в сад эспера, которого считаешь маньяком? — хохоча, удивилась Акико. — Ох, этот ребёнок ещё и не такое вытворял. — покачала головой Коё. Мимо пробежал Танидзаки, а вслед за ним и Наоми с Элизой. — Джуничиро-кун! — растянула девочка, подбегая к парню. — Ну куда ты? Ты тако-ой милашка, когда стесняешься! — Подожди, Братец! Время давно перевалило за полночь. Ровно сидеть Чуя больше не мог, поэтому облокотился об альфу, что охотно приобнял его. Решив оставить гостей Куникиде, Осаму вынес мужа на руках и посадил в такси, сам сел рядом. Ехали они чуть больше десяти минут, за это время Чуя умудрился крепко заснуть, почему и пришлось снова тащить его на руках. Открывать дверь с грузом на руках конечно тяжело, но альфе под силу. Уставшая голова наконец-то встретилась с мягкой подушкой. — Чуечка, — огладил тыльной стороной ладони, шепча на ухо Осаму. — сначала надо раздеться. — М-мн, — промычал омега, поворачиваясь к мужу, но глаз не открывая. — что? — Нужно раздеться, а потом уже спать. — Раздень меня сам, ладно? — так и остался лежать в одной позе. — Конечно, я люблю тебя и нашего малыша. — Осаму поцеловал чуть выпуклый животик, задрав платье. — Хе-хе, — заулыбался мафиози от прикосновений альфы и юбки платья с кожей. — щекотно. — Извини. Снять платье с омеги, словно с живой куклы, было тяжело. Тем более если ты альфа и понятия не имеешь, для чего тот замочек сбоку. И все же платье уже покоилось на полу рядом с кроватью, а парни на ней, в тёплых объятьях друг друга и видящие красочные сны, похожие на их дальнейшую счастливую жизнь. Этот день надолго запомнится каждому, не только молодым, ведь это ещё и день перемирия двух организаций.