Трудный выбор. Часть 1. Сын.

Моргана сидела перед зеркалом и расчесывала волосы. Она уже позавтракала и пребывала в хорошем расположении духа. Ей не понравились вчерашние намеки Артура на ее скорое замужество. Моргана надеялась, что еще года два у нее есть. Гвен прибирала постель, и ее четкие движения действовали на принцессу умиротворяюще. - Гвен, ты слышала новость? - Какую? – живо спросил служанка, закончив с уборкой постели она начала собирать белье для стирки. - Сюда едет принцесса Митиан. Гвен пожала плечами. Она запомнила принцессу милой и приятной, и была рада ее приезду. Служанка взяла в руки поднос, чтобы унести грязную посуду. - Отец хочет, чтобы Артур женился на Митиан, – задумчиво сказала Моргана, стараясь гнать от себя мысли о том, что отец не станет спрашивать ее, а сам найдет ей мужа. Гвен остановилась на месте, руки задрожали, и ей пришлось поставить поднос на стол, чтобы ничего не уронить. Она же знала, что когда-нибудь это случиться. Она всегда это знала, почему же сейчас у нее было ощущение, что боль резанула по сердцу ножом, и воздуха не хватает, и слезы готовы брызнуть из глаз, и солнечное утро превращается в глухую и темную ночь. Моргана удивленная длительным молчанием служанки обернулась, но Гвен уже взяла себя в руки и мягко улыбаясь, ответила: - Желаю принцу счастья. - Он не хочет этого брака, - начала разговор принцесса, но Гвен испугавшись, что ей не хватит выдержки дослушать до конца, быстро проговорила: - Простите миледи, но столько дел накопилось, можно я пойду? Я вскоре вернусь, и мы продолжим нашу беседу, я еще должна уложить вам волосы. - Иди, - растерянно сказала Моргана. Служанка быстро подхватила поднос и вышла. Принцесса задумчиво смотрела на закрытую дверь, и глубоко вздохнув, продолжила расчесывать волосы. Что-то странное творится с Гвен. Им нужно поговорить. Моргана видела, что что-то мучает давнюю подругу. Да, Гвен ее служанка, но она всегда была ей в большей степени подругой, чем служанкой. Принцесса поднялась на ноги и прошлась по своим покоям. Как же ей надоело изображать перед всеми, что она ненавидит Мерлина. Но иначе нельзя, иначе их тайну раскроют, и Моргана от страха не могла дышать. Ей было все равно, что с ней сделает отец, но от мысли, что он может сделать с Мерлином, ей становилось очень страшно. Понимая, чем они рискуют, оба были не в силах отказаться друг от друга. Только Гаюс знал о них, и благодаря ему очевидных последствий быть не могло. Моргана подошла к окну и увидела брата выходящего из замка, за ним шел Мерлин и нес арбалет. Артур отправился на охоту и взял с собой слугу. Она улыбнулась, и продолжала улыбаться, пока они не скрылись из виду. Неужели брат что-то подозревает? Нет, не может быть. Артур не настолько проницателен. Впрочем, Моргана тоже не всегда отличалась проницательностью. Почему же она не замечала, что Артур в кого-то влюблен? Раньше брату не удавалось скрывать от нее, да и от остальных свои увлечения. Совершенно несерьезные и быстропроходящие. Почему же Артур так противиться браку с Митиан? Если его сердце свободно, тогда это может быть просто нежеланием подчиняться в столь личном вопросе решению отца. А если его сердце несвободно? И что творится с Гвен? Моргана ясно слышала звон посуды, она была уверена, что служанка чуть не выронила поднос, услышав о том, что у принца скоро свадьба. Моргана вернулась в кресло перед зеркалом. Она сегодня же поговорит с Гвен. Принцесса закусила губу, но тогда придется быть откровенной самой и рассказать про Мерлина и себя. Моргана доверяла Гвен, и была почти уверена, что служанка знает о них, но молчит и не вызывает на откровенный разговор не желая вмешиваться в личные дела принцессы. Принцесса Митиан завизжала от ужаса, когда разбойник занес над нею меч. - Вы дорого заплатите за это, - закричал король Родор, не в силах ничем помочь дочери. Нападение было неожиданным. Они почти добрались до Камелота, когда их атаковали разбойники. Рыцари Немета сражались храбро, но численный перевес решил все. - Мой король не желает вашего союза с Камелотом, - важно сказал один из разбойников. - И кто же твой король? – презрительно спросила Митиан. - Король Лот, ваше высочество. - Он наш давний враг, - сказал Родор. – Но вам-то что за выгода от наших смертей? - Я получу награду, - улыбнулся главарь банды, разбойники радостно закричали. - А это очень спорно! – воскликнул Гвейн и сбил с ног главаря банды. Перепуганная принцесса и король поспешили отойти в сторону. Снова развязался бой, но теперь у них появился шанс на спасение. Получив неожиданную подмогу, выжившие рыцари Немета бросились в атаку. Они отнимали оружие у разбойников, и вскоре победа осталась за ними и рыцарями Камелота. - Кто вы? – спросил король Родор. - Мы рыцари Камелота, - ответил Гвейн, у него была рассечена губа и растрепаны волосы после недавнего сражения. - Вы не ранены? – участливо поинтересовалась Митиан. - Нет. - О, - сказала она, заметив его рассеченную губу. Принцесса достала из изящной сумочки платочек и приложила к губе рыцаря. - Но…. - Не спорьте, - мягко улыбаясь попросила Митиан. – Это самое мало, что я могу для вас сделать. - Спасибо, миледи. Король Утер отправил нас вам на встречу, потому что до него дошли слухи, что король Лот повадился промышлять разбоем на землях Камелота. - Вы прибыли во время. Я благодарю вас за это, - учтиво сказал король Родор. - Пора отправляться. - Но ваша рана? – начала говорить Митиан, Гвейн запрокинул голову и от души расхохотался. - Миледи, из-за той раны, про которую вы говорите, мне будет тяжело делать некоторые вещи, но это нисколько не помешает мне доставить вас в целости и сохранности в Камелот. - Какие же вещи позвольте спросить? Митиан никогда не была язвительной, но рыцарь своим хохотом вывел ее из себя, она просто беспокоилась о нем, а он высмеял ее. Невоспитанный! - Целоваться, - доверительно сообщил ей Гвейн. Он сказал это достаточно тихо, чтобы услышала только принцесса. Она вспыхнула, и ее щеки залил нежный девичий румянец. – Так-то лучше, а то мне казалось, что вы вот-вот упадете в обморок. - Я не разнеженная девица! – вскричала Митиан. - Да? – с сомнением в голосе спросил рыцарь. – А я уж подумал, что вы именно такая, потому что если вы так перепугались из-за такой пустяковой раны то, что было бы с вами, увидев вы настоящую рану? - Надеюсь, что принц Артур куда учтивее своих рыцарей, - прошипела принцесса и гордо прошествовала мимо Гвейна. - Зачем ты с ней так? – тихо спросил Ланселот. – Она же не виновата в твоем плохом настроении. - Учить меня вздумал? Не стоит. Все равно ничего не выйдет и, кстати, дурное настроение свойственно в последнее время тебе, а не мне. Друг махнул рукой, спорить с Гвейном, когда тот начинал упрямиться, было бесполезным делом. Принцесса села на лошадь, ее отец уже восседал в седле. - Нужно успеть в Камелот до сумерек, - провозгласил Гвейн и под неодобрительным взглядом Митиан, выехав в начало колонны, пустил лошадь галопом. - Артур, почему ты сам не отправился встречать принцессу Митиан и короля Родора? - Мерлин, если ты еще раз задашь мне этот вопрос, я клянусь, что подумаю, что ты кролик и выпущу стрелу в тебя, а не в зверя. И когда ж ты замолчишь-то наконец! - Да я всю охоту молчал. - Согласен, но ты так топал, что мог разбудить медведя в берлоге. - Сейчас не зима. - Мерлин, заткнись. - Как скажете, ваше высочество. - Мое высочество желает, чтобы ты замолчал. - Да без проблем, - произнес Мерлин и молча пошел дальше по лесу, он слышал как позади него идет Артур. – Ты сам сопишь и топаешь, как стадо ежей. - Что?! - Ничего. - Мерлин, мое ангельское терпение вот-вот на исходе. - С каких это пор ты стал ангелом? - С тех самых, как отец удружил мне, сделав тебя моим слугой, - пробурчал Артур и обогнав Мерлина, пошел впереди. – Пора возвращаться, – грустно сказал он. - Тебе до такой степени не хочется встречаться с принцессой Митиан? Может, ты боишься, что влюбишься в нее? Ай! – вскричал Мерлин, потому что принц не выдержал и отвесил слуге подзатыльник. - Твоя болтливость меня иногда выводит из себя. - Только иногда? – запальчиво спросил слуга, но на всякий случай отошел подальше от Артура. Но тот словно не слышал его, а погрузившись в свои мысли, молча брел по направлению к замку. Уже показались башни замка, когда Гвейн придержал поводья лошади, и подождал, пока Митиан окажется рядом с ним. - Простите, принцесса, я не должен был так с вами разговаривать. Митиан ничего не ответила, только поджала губы, и внимательно смотрела в глаза рыцаря. - Возвращаю ваш платок, спасибо. - Но он весь в крови, - брезгливо наморщила нос принцесса. - Простите, - невнятно пробормотал Гвейн. Ланселот ехал рядом и с интересом прислушивался к их диалогу, Гвейну показалось, что уши у друга слегка удлинились, и с повышенным вниманием ловят каждое их слово. - Сэр рыцарь, - обратилась к нему Митиан, - Я возьму свой платок. Вряд ли вы сами будете его стирать, но вы уверены, что я при виде крови тут же должна упасть в обморок, не так ли? - Вы обиделись. - Почему вы так решили? - Мне так показалось. Митиан пожала плечами. Она действительно обиделась. Было глупо обижаться на незнакомого человека, но она не могла ничего с собой поделать. Ее задела его нахальная манера держаться, и ей отчаянно хотелось его проучить. Загладить свою вину всего лишь попросив прощения у него не получиться. Ланселот все с большим и большим интересом оглядывался на них. Король Родор не замечал, что на щеках дочери играет лихорадочный румянец, потому что был занят разговором со своим рыцарем, сэром Элинором. - Я видела разные раны, сэр рыцарь, и когда на наш замок нападали и были раненные, я помогала в лазарете, но вы вряд ли об этом осведомлены, но сразу решили, что я избалована и изнежена. Что ж не буду переубеждать вас в обратном! - Но вы только что как будто оправдывались, и оправдывали меня, - задумчиво сказал Гвейн, глядя в ее карие глаза с нескрываемым интересом. Митиан улыбнулась. Он раскусил ее, и все-таки победительницей в этой схватке будет она. Не все же ему ее смущать. - Что вы?! – притворно возмутилась принцесса. – И в мыслях не имела ничего подобного. Мне нужно к отцу. - Забавная у нас будет королева, - произнес Ланселот, подъезжая ближе к Гвейну. - Королева? - Ты забыл, что Митиан невеста Артура, - удивился друг. - Кажется, да, - сказал Гвейн так тихо, что Ланселот не услышал его ответ.