История одной жизни

      — Где ты был?! — голос Бетани звучал, как набат и отдавался ужасной болью в голове.       Мариан еле разлепил глаза и уставился на нависшую над ним сестру, которая только чудом не метала молнии по всей комнате, хотя парень был уверен, что видит их в её волосах. Создатель, он никогда не будет пить ту дрянь, которую предлагают странные кунари, что они там мешают Мари знать не хотел, но забирала эта бадяга знатно.       — Тебя не было четыре дня! Четыре. Дня! — похоже, Бет не собиралась успокаиваться и оставлять его в покое, что было весьма печальным фактом.       Мариан поморщился и развернулся на странном неизвестного происхождения диване, сильно пахнущим плесенью. На какое-то мгновение парень хотел узнать где именно проснулся, но желание быстро прошло, его слишком сильно перебивала потребность во сне, пусть даже на плесневелом диване.       — О, Мариан Лиан Хоук, даже сметь не думай** отворачиваться от меня! — вся привычная грациозность и выучка не помогли разбойнику в таком состоянии увернуться от ударной волны сестры, которая снесла его на пол. Парень позорно упал лицом вниз, похоже его нос был не слишком рад такому приземлению.       — Какого демона, Бет? — парень сел, запрокидывая голову назад, из носа всё-таки брызнула кровь.       Мари огляделся, комната была смутно знакомая, но откуда, он был не уверен. В проёме двери появилась Атенриль.       — Твоя сестрёнка все также опасна в гневе, — эльфийка улыбнулась, складывая руки на груди.       Точно, это одна из баз контрабандистов, где-то в Нижнем городе, отсюда вёл небольшой ход к докам и к Рваному берегу. Видимо, в пьяном виде из лагеря кунари Мари выполз через этот проход и, оказавшись в знакомом месте, отрубился. Гроза всех наёмников города просто. Удивительно, что никто не пожелал отомстить парню по дороге, пока он был в невменяемом состоянии, а в таком, судя по словам сестры, виде он находился уже четыре дня.       — Создатель, пойду в Церковь, может хоть это немного меня успокоит, кстати, — Бетани остановилась, — что ты там наговорил Себастьяну? Он теперь сам не свой, даже приходил в Висельник.       Мариан хотел бы рассказать, да вот и сам не помнил, он вообще плохо осознавал события последних дней, в голове мелькали какие-то отрывки, и парень очень надеялся, что не наделал глупостей. А это маловероятно, если уж он ходил в Церковь и сумел вывести из себя вечно спокойного Себастьяна.       — Без понятия, это не я говорил, а вино внутри меня, — прогундосил разбойник, судя по настроению Бет, лечить его никто не собирался, а кровь всё не останавливалась. Видимо сказывалась четырёхдневная попойка.       Бетани развернулась и, пройдя мимо смеющейся эльфийки, покинула убежище контрабандистов, громко при этом хлопнув дверью.       — Как только отоспишься у меня будет к тебе дело, — с Атенриль было приятно иметь дело, она умела находить достаточно прибыльные дела, а в деньгах они нуждались как никогда прежде. Если в ближайшее время им не удастся уйти в экспедицию, то после будет уже поздно. Порождения тьмы ждать не станут.

***

      Андерс ничего не говорил, просто молча наблюдал со стороны с каким рвением работает сегодня Бетани. После брошенных при входе слов «нашла», он не слышал от неё ни звука. Она сжимая до бела губы, помогала бесчисленным беженцам — детям, старикам, роженицам. Последняя пришла уже под конец дня, едва не плача и еле тягая ноги, помощники уложили её на койку, а Бетани принялась выполнять действия, которым её учил Андерс. Маг тем временем закончил с последним пациентом, у которого была обычная простуда, он отдал старику несколько склянок с бодрящим* и посоветовал полоскать рот с солью.       Тем временем у женщины уже отошли воды, и она громко стенала, Бетани что-то говорила ей, и Андерс уже было понадеялся, что в этот раз обойдутся без него. Вот только стоило магу бросить в сторону Бетани свой взгляд, как перед ним открылась необычная картина — девушка бледная, словно полотно, присела около раздвинутых ног женщины, и уже протянула руки, встречая ребёнка. Значит, беженка пришла уже совсем на сносях, одна из помощниц уже принесла воду, и её нужно было подогреть, но судя по застывшей Бет, та даже не замечала и не слышала комментариев со стороны женщины. Андерс подошёл сам и прикоснувшись к воде, слегка подогрел её.       — Дышите, — Андерс обратился к роженице, та сделав последнее усилие, повалилась назад, в последний момент её голову подхватила помощница и аккуратно уложила на ткань, служившую заменой подушки.       Целитель не услышал привычного плача и хотел было уже сделать замечание, застывшей Бетани, чтобы она немедленно окунула ребёнка и отрезала пуповину, но как только он обернулся, всё встало на свои места. Девушка побледнела ещё сильнее и повернувшись к нему, держала в руках маленькое недвижное тельце, уже начавшее синеть. Значит умер ребёнок уже в утробе. Андерс, не говоря ни слова, принял у помощницы кусок ткани и, подойдя к Бетани, забрал у неё ребёнка, закутывая его в ткань.       — Такое случается, — целитель присел рядом с Бетани на пустую койку.       Все уже разошлись, и они закрыли лечебницу. Он собирался отправить девушку сразу домой, но та покачала головой и опустилась на койку. Андерс не знал, что нужно говорить, привычное красноречие тут помочь не могло, а как подготовить людей ко встрече с подобным, мужчина совершенно не знал. Ему думалось, что Бетани и так достаточно видела в своей жизни, но видимо до конца так и не привыкла.       — Я, — магесса прочистила горло, — однажды, когда мне было тринадцать, я видела, — девушка сцепила руки в замок, стараясь унять дрожь, Андерс положил свою поверх её, пытаясь безмолвно поддержать Бет. — Это было в лесу. Знаешь, Мари постоянно сбегал из дома, никто не знал куда он уходит и это тревожило не только маму, но и отца. Он умудрялся быть не обузой, выводя всех своими выходками, а приносил постоянно ценные вещи — магические книги, разные безделушки. Но никому, даже отцу не удавалось выведать, куда уходит Мари, и однажды моё любопытство и обида на Карвера сделали своё дело. Я подкараулила, когда Мариан вышел из дома и двинулась следом.       Бетани замолчала и громко всхлипнула. Если честно, Андерс был слегка напуган и сбит с толку, Хоуки всегда выглядели такими непробиваемыми, что он едва ли мог представить, что кто-то из них будет плакать у него в лечебнице. Маг приобнял девушку за плечи, она не попыталась прильнуть к нему, продолжая сидеть прямо, роняя слёзы на свою робу.       — Думаю, сам понимаешь, — голос девушки дрожал, но она упрямо продолжила говорить, — потеряла его из виду я сразу. И заблудилась в лесу. Я услышала чьи-то крики, и двинулась в ту сторону, среди деревьев лежала женщина, она старалась приглушить свой голос, но видимо получалось у неё плохо. На ней было надето магическое одеяние круга, я сразу поняла, что она из Кинхола, мне хотелось помочь ей, я уже собиралась выйти из своего укрытия, как в чащу ворвались Храмовники. Они что-то кричали, один их них был отвратительный, всё его лицо было испещрено шрамами, а на губах играла противная улыбочка. Женщина перестала вскрикивать и послышался громкий детский плач, тогда я поняла, что она просто рожала, — Бетани вновь остановилась, чтобы подавить всхлип, а Андерс, кажется, уже знал окончание этой истории и имя девушки, которую встретила в лесу Бет. — Этот урод, он, он, он просто взмахнул мечом и плач прекратился! Этот ублюдок убил младенца! Я не могла найти в себе силы, я просто встала во весь рост и увидела маленькое окровавленное тело и крик матери, которая обратилась в одержимую. Женщина разрывала тела Храмовников, но тот ублюдок добрался до неё. Его взгляд метнулся в мою сторону, и эта ужасная улыбка стала шире, я, — Бетани сглотнула, — я кинула в него ледяное копьё. Я понимаю, я могла просто сказать, что из деревни, что не маг. Никто на нас не доносил, но я так испугалась и это произошло само собой.       Андерс с ужасом взирал на Бетани. Она сидела рядом с ним, не значит ли это, что девушка прибегла к магии, которую он так сильно ненавидел? Правда, в этом случае, он не смог бы осудить её, даже если бы очень хотел, то, что ей пришлось увидеть, могло толкнуть любого на самый ужасный поступок.       — А потом он упал, из его шеи торчал известный всем нам кинжал, — Бет чуть приподняла уголки губ. — Мариан с пугающей скоростью расправился с целым отрядом Храмовников. Ему тогда было пятнадцать. И я его испугалась, когда он подошёл ко мне, спрашивая, всё ли в порядке и сделали ли мне эти ублюдки что-то. Я закричала и ринулась от него прочь. Мне до сих пор стыдно за это, и думаю, он всё ещё помнит об этом. Поэтому не берёт на особенно кровавые дела, он думает я боюсь его, а не тех, кого он тогда убил. И я ведь правда испугалась…       Какое-то время они сидели в тишине. Андерс пытался подобрать нужные слова, а Бетани вытирала слёзы платком, который он ей протянул.       — Ты пережила ужасные вещи, и думаю, Мариан это понимает, и не берёт на свой счёт, — целитель стал осторожно гладить девушку по спине.       Послышался тихий скрежет, и скрипнула дверь. Маги синхронно обернулись в сторону входа в лечебницу, заготавливая в руках молнию и ледяное копьё, на случай если это нежелательные посетители. В дверях показался объект их обсуждения, в глазах цвета лириума играли всполохи огня, на губах не было привычной ухмылки, на нём застыло какое-то опасное выражение, значение которого магу совершенно не хотелось выяснять. На доспехе Андерс заметил свежие пятна крови и тут же соскочил с койки.       — Ты ранен? — тревога проскользнула в его голосе, магу не всегда удавалось совладать со своими эмоциями в присутствии разбойника, что стало раздражать.       — Нет, — Мари опустил взгляд, — это не моя. Тебе сегодня лучше переночевать в Висельнике, — он кивнул на Андерса. — Я провожу вас обоих, не беспокойся, Варрик согласился тебя принять на одну ночь, а завтра нас ждёт отличная работёнка.       — Что случилось? — Бетани всё ещё сидела на своём прежнем месте, она отметила, что на скуле брата начинал проявляться синяк. — Кто тебя? — она указала на лицо.       — Поспорили с Фенрисом, сможет ли он ударить меня, к сожалею я проиграл, стоит отдать ему должное, скорости ему с активированными клеймами не занимать, — Мари криво улыбнулся.       Впервые за долгое время он принял самое ужасное решение в своей жизни, и где-то под ложечкой сосало подозрение, что в будущем это ему ещё аукнется. А в настоящем, он разругался со ставшим ему уже лучшим другом и получил от него по лицу. Придётся отказаться на какое-то время от тевинтерского вина.       — Что ты сделал? — глаза Бетани распахнулись.       — Почему сразу я? Может это он виноват в конфликте! Чуть что, сразу я, а ещё сестрой называется, — Мариан ухмыльнулся, слегка поморщившись от пришедшей вслед за улыбкой болью.       Андерс без лишних подошёл к разбойнику, но тот неожиданно подался назад.       — Дай залечу, бить я тебя точно не собираюсь, сегодня по крайней мере, — Андерсу совершенно не понравился взгляд, которым одарил его разбойник, когда маг без предупреждения решил подойти к нему и поднял руки к лицу. Оно было…затравленным? Испуганным? Нет, быть не может, просто сработал рефлекс, а из-за тусклого света Андерсу померещилось всякое.       Мариан прикрыл глаза, позволяя целительной магии залечить свои раны, включая всё ещё болящий нос, который утром пережил встречу с полом. Андерс отстранился, осматривая свой труд и кивнув, ушёл за своей сумкой, нужно было подготовиться к ночёвке и завтрашней работе. Не успел Андерс отойти от разбойника, как его место заняла Бетани, она со всей силы вцепилась в брата, прижимаясь к нему всем телом. Мари застыл, не понимая отчего сестра изъявила желание обнять его. Парень неуклюже обнял её в ответ и стал поглаживать по спине.       — Прости меня, — Бетани всхлипнула, чем ещё сильнее насторожила и без того напряжённого парня.       — Так, не знаю, за что именно ты извиняешься, но я почти уверен, что твой вины в этом нет, — сделав несколько неправильных умозаключений, парень кинул подозрительный взгляд в сторону вернувшегося Андерса.       Целитель кивнул на одну из коек, там ясно виднелся недомытый след от крови. Потеря пациента это конечно прискорбно, но ему казалось, что Бетани научилась принимать потери, видимо он в чём-то ошибался.       — А может и мы сегодня останемся в Висельнике, как идея? — Мари сказал это куда-то в пышные волосы сестры, попутно получив несколько волосков в рот и постарался как можно незаметнее избавиться от них. Разбойник заметил улыбку у мага, тот видимо заметил манипуляции и выражение лица парня. Мариан закатил глаза,       Бетани отпустила брата, и быстро вытерев глаза тыльной стороной руки, пошла вперёд, а вот несколько её волосков всё же остались во рту разбойника. Андерс заметил, как парень безуспешно пытается поймать ускользающий от него волос и, подойдя ближе, осторожно мазнул пальцами около рта, избавляя Мари от мучений. На какое-то мгновение парень завис, смотря в спину удаляющегося мага, но привычное самообладание быстро вернулось к нему, после воспоминания об одно из их последних разговоров. Нельзя давать этому длинноносому придурку забить себе голову, пусть у этого придурка и имелась весьма симпатичная мордашка и умопомрачительная улыбка. Мариан одёрнул себя — «мужчинам нельзя доверять, ты должен помнить об этом и больше никогда не обманываться».

***

      — Не думал, что ты сегодня придёшь, — Мариан вошёл в апартаменты Варрика первым, и тут же встретился взглядом с обладателем пронзительных зелёных глаз.       Варрик усмехнулся себе в кружку, заметив как Фенрис скривился, но говорить ничего не стал.       — Да брось, Хоук, все мы поняли, что он это сделал из чистой ревности, — Изабелла забросила свою руку на плечо воина, стараясь не задеть при этом острых частей доспеха.       — Ревности? — Мариан выгнул бровь, садясь напротив Фенриса.       Бетани уместилась рядом с эльфом, по правую сторону от Варрика, Андерс сел слева от гном, чуть толкнув локтём развалившегося Хоука, на что тот лишь покачал головой. Мерриль покраснела, осознавая, что Мариан сам сел около неё и уставилась на него с плохо скрываемым обожанием. Авелин громко хмыкнула, женщина как всегда занимала противоположный от Варрика торец стола, сидя спиной к дверям.       — Я тоже не в восторге от определённых твоих действий, Хоук, но сегодня ты просто превзошёл себя. Отпустить целую толпу магов! — Авелин опрокинула в себя целую кружку с пивом, выпив её залпом.       — Ты сделал, что? — Андерс поверить не мог в услышанное, он смотрел на разбойника рядом с собой, не зная, как реагировать.       Мариан похоже не собирался оправдывать свои действия и просто откинулся на спинку стула, прикрывая глаза.       — Можно нам полную историю? — Бетани посмотрела на Варрика, который скорее всего уже был в курсе, судя по его реакции на происходящее.       Мариан не собирался делиться своими долгоидущими планами на этот счёт, но чем дольше он вертелся среди Храмовников в Казематах, чем больше разговаривал с магами круга, тем чётче в голове формировалась картина этого замкнутого мира. Для дальнейших действий нужно иметь в сердце этого мира своих людей, находящихся по обе стороны баррикад и только в этом случае, может что-то получиться. Говорить об этом он, конечно, никому не собирается, для начала нужно было поставить себя и свою семью на ноги, а потом устраивать перевороты всемирного масштаба. Мариан взял с подноса кружку с соком, после четырёхдневного запоя, желания пить не было.       — Ты! Я просто не понимаю, после всех наших разговоров, я даже подумал, что в тебя вселился демон! — Фенрис обычно умел пить, но сегодня в его кружку явно подлили что-то не то, и эльф моментально вышел из себя.       — О, ты поэтому меня в режиме Лириумного Призрака стукнул, надеялся его выбить, — Мариан ухмыльнулся и подмигнул эльфу.       — Ты просто невозможен, Хоук! — Фенрис громко стукнул кружкой о стол, расплёскивая часть содержимого.       — Привыкай, уследить за полётом мысли моего братца крайне тяжело, — Бетани улыбнулась сидящему рядом воину, на что он лишь что-то пробормотал на тевене.