Пролог
28 июля 2019 г., 19:11
Была на свете одна тетя. И у неё не было детей и счастья вообще тоже не было. И вот она сперва долго плакала, а потом стала злая.
М. Булгаков «Мастер и Маргарита»
Северус разрывает на мелкие клочки каждую газету, в которой пишут о её смерти. Потом с невыносимым наслаждением сжигает каждый обрывок по отдельности, глядя, как тот тлеет в воздухе. Кассандре ничего не остаётся, как молчаливо сносить его порывы и лишь изредка подавать тихие реплики, оседающие на пол пылью непонимания. Между ними — не то, что стена, между ними сотни газет, кричащих о её смерти. А она здесь, рядом с ним, и ничего не может сказать, потому что именно теперь сказать ей нечего. Её голос прорезает вязкое молчание кабинета несколько раз в день, умоляюще, нежно прося его не молчать. Слова застревают в стене из тщательно воздвигнутого им молчания. Северусу тоже нечего сказать. Он просто рвёт газеты. Она боится этой тишины, но сбежать от неё не может, и с наслаждением самоубийцы подпитывает её. Молится лишь об одном: только бы он не ушёл насовсем, только бы не ушёл сейчас. Все только начало налаживаться. На исходе третьего дня безмолвия Северус одной фразой расчерчивает пространство между ними — резко, мгновенно и непоколебимо, как приговор: — Я умею любить только призраков.
