Вампиры чувствительны, знай это.

Блуждая по лесу, я прокручивала в голове фразу: Я хочу убедиться, что ты не уйдёшь. Она боится потерять меня. Значит, такое уже было с ней. Ей делали больно. Всё, что я знаю о её боли, так это то, что её родители умерли от рук Пайка. В груди становилось тепло от осознания того, что она чувствует ко мне. Пусть это лишь маленькая искорка чувств, которая только зародилась, но она есть. Лекса ушла, оставив меня одну в пустом лесу. Чертова Лекса, сводящая меня с ума. Почему она всегда уходит? Как только я хочу узнать её получше, как только она открывается, то закрывается снова. Шатенка не привыкла делиться чувствами или эмоциями с кем-то ещё. Она привыкла быть сильной и независимой. Ей нужна стая. Нужна поддержка, но не моральная. Телефон завибрировал в кармане, заставляя остановиться и перестать гонять по лесу в своих мыслях. Джон Мёрфи. Я вздохнула, но всё же нажала на кнопку «Принять» — Кларк? — послышался встревоженный голос Джона из динамика. — Что случилось? — Вообщем-то ничего. Альфа попросила позвонить тебе. Я фыркаю. Если бы Лекса хотела поговорить со мной, то позвонила бы сама. — Она приехала около 30 минут назад, — продолжил вампир. — Какая-то напряжённая, нервозная и… — он запнулся, я прислушалась. — Опять с лицом «Я готова убить вас всех». Он усмехнулся, я закатила глаза. — Эй, что у вас там произошло? — спрашивает парень. — Долго объяснять. Мне приехать? Тишина. — Нет, принцесса. Лекса сказала, что до вечера побудет у Блейков, я с ней. Я ничего не ответила, погружённая в свои мысли. — Ты уверена, что всё хорошо? — спросил он. — Да. Все в порядке, скоро буду. И я отключилась. Пора домой.

***

Мерфи вышел на крыльцо дома Блейков. — Как ты? — спрашивает он, присаживаясь на ступеньку рядом с шатенкой. — Хреново, — усмехается она. Лекса парила в своих мыслях, где-то далеко отсюда. Словно потерянная. Джон знал, что между ними произошло то, от чего девушка сама не своя. Да, быть может, это не его дело. Брюнет никогда не пытался помочь кому-то. Успокоить, поддержать. Но сейчас его это волновало. Не зная почему, он хотел помочь. Да, Кларк ему ничего не расскажет. Уже пройденный этап. Он ее лучший друг, но, тем не менее, парень чувствует недоверие. Вудс сверкнула глазами и мельком посмотрела на него. — У вас что-то произошло, но не ты, не Кларк не рассказывают мне, — брюнет изучающе смотрит на альфу. — Эй, ты можешь мне рассказать. Она поворачивает голову и смотрит в его глаза, пытаясь найти подтверждение. Спустя мгновение, она вздыхает и смотрит вдаль на дом напротив. Она закусывает губу, перекидывает каштановые волосы на правое плечо и кладет руки на колени. — Я знаю, мы знакомы слишком мало, чтобы ты могла мне доверять, но, Лекса, — лёгкая ухмылка касается его лица. — Если поделишься — станет легче. Она кивает. Брови альфы сводятся к переносице. Она терзается в сомнениях, прежде чем вздохнуть. — Я чувствую что-то к Кларк, Джон. Я понимаю, что дорожу ей. Безумно дорожу. Я постоянно думаю о ней.— альфа произносит это не отрывая взгляд от чего-то вдали. — Чего ты боишься? — Я боюсь, что она уйдет. Бросит меня одну. Совершенно одну. Могущественная альфа боится потерять вампира, — шатенка грустно усмехается, а Мерфи понимающе кивает, не сводя с нее глаз. — Ты знаешь, — начинает парень, — я люблю Кларк. То есть, она моя подруга, моя сестра, моя опора. Я также дорожу ей. Она не такая, понимаешь? — Мерфи потирает переносицу. — Она не такая, чтобы бросить. Чтобы кинуть. Лекса закрывает лицо руками. — Она заебала меня, альфа, — издает короткий смешок тот, на что получает вопросительный взгляд от девушки. — Лекса, Лекса, Лекса. Я думаю только о ней, Джон, что мне делать?! — попытался изобразить Кларк Мерфи, Лекса рассмеялась и слегка толкнула его локтем. — Моего отца звали Алекс Мерфи, — начал Джон, блуждая в воспоминаниях. — Он был обычным инженером. Зарабатывал мало. Нам кое-как хватало денег на еду. Аренда квартиры, постоянные счета, кредиты… Он сглотнул, его лицо, без того белое, стало ещё белее, если это вообще возможно. Вудс была заинтригована и сейчас неотрывно следила за каждым движением брюнета. — Мать бросила нас, когда мне было семь. Стала шлюхой и пьяницей, блуждающей по городу и собирая деньги на еду, — на лице отразилась боль, а бледные губы сжались в трубочку. — Отцу пришлось воспитывать меня в одиночку. Не было времени искать знакомства и прочее. Днём он работал помощником инженера, а вечером — уборщиком в клубе. Зачем Мерфи это рассказывал девушке? — Отец умер, когда мне было 17, с тех пор я начал пить, — его голос дрогнул, пальцы сжались в кулаки, а костяшки побелели. — Секс, наркотики, алкоголь. Это сбивало меня с пути. С правильного пути. Меня выгнали из школы. 5 раз пытались засадить в тюрягу. Лекса с трепетом слушала и смотрела в стекляно-небесные глаза, смотрящие куда-то невидящим взглядом и перебирая станицы прошлого. — Тогда я познакомился с девушкой. Её звали Торри. Красивая блондинка с мечтательными, серыми глазами. Душа компании. Оторва, в общем, — он усмехнулся. — Я полюбил ее. Полюбил настолько, что не в силах был отпустить. Она хорошо относилась ко мне. Всегда прикрывала перед ментами, она помогала мне, когда я лежал в судорогах от наркоты. Но я не замечал одного. Вечного холода, — продолжил он, его глаза опустились вниз. — У меня не было времени заметить это. Или желания. Лекса понимающе кивнула и сжала его плечо. Мерфи повернул голову и улыбнулся ей. — В один момент, когда я снова был бухим в хлам, она подошла и сказала на ухо: ≪Прости меня≫. Я не понимал за что, но спустя время… Она медленно коснулась губами моей шеи и впилась зубами. Он вздрогнул, отгоняя воспоминания. — Она смотрела на то, как я мучился, превращаясь. А потом, когда уходила, произнесла: ≪Ты был хорошим, Джон. Жаль, что только им был≫ Брюнет тяжело вздохнул и посмотрел на Лексу. Он был обижен и растерян тогда. Совсем молодой мальчик беспомощно влюбился в девушку-вампира, как оказалось. Лекса сочувственно посмотрела на него. — Ты знаешь, Лекс. Если бы не Торри тогда, я уже был бы мёртв давно, — ухмылка коснулась его лица, придавая ему более дерзкий вид. — Она была всегда со мной. Когда я говорил ей херню, когда я уходил от неё… Она никогда не бросала. Шатенка кивнула и посмотрела в сторону на проезжающую машину. — Если ты хочешь мне рассказать что-то, я здесь. Может быть, я и выгляжу таким херовым, хотя так и есть, но… Я могу поддержать. Меня этому научил отец, когда мать ушла. «Если кому-то плохо и он пришел для того, чтобы ты ему помог, ты обязан. Ты обязан ему помочь» — Я верю тебе, Мерф. Ты искренний. — она сжала его ладонь. — Или… Я таким только выгляжу, чтобы узнать твои секреты. — он улыбнулся ей и сжал её ладонь своей. — Ты знаешь, — утирая нос рукавом, произнес он, хмыкая. — Я рассказал тебе про Торри и себя ещё человеком, чтобы ты знала, что я доверяю тебе. Об этой истории знает только Принцесса. Лекса кивнула, задумываясь над его словами. — Что мы будем делать? — спрашивает он. — С Октавией и её братцем. Вудс пожимает плечами. — Им сейчас обоим тяжело. Я бы хотела дать им время, но его у нас не так много. — она вздыхает. Зажглись фонари, хоть немного освещая тёмную улицу. Почти в каждом доме загорается свет. Дверь позади них открывается. Октавия стоит в дверном проёме с удивлением смотря на их сплетённые пальцы. Лекса хмурится и сразу одёргивает руку. — Что вы тут двое делаете? — спрашивает она. — Болтаем. — просто произносит тот. Она приподнимает брови. — Присоединяйся, — зовёт ее шатенка. Октавия сомнительно смотрит на нее, но всё же садится на ступеньку рядом с альфой. — Послезавтра я встречусь с Квинтом и Джозефиной, чтобы обсудить детали. — произнесла Лекса. — Нам нужно там присутствовать? — спросил парень. — Думаю, я справлюсь сама. — сказала она и поднялась со ступеник, отряхиваясь. — Мне нужно ехать. Октавия с Мерфи тоже поднялись на ноги. — Все будет хорошо. Не волнуйся, — мягко сказала Вудс, притягивая Блейк в объятия. — Он любит тебя и примет такой. Она кивнула ей в плечо и остранилась, тепло улыбнувшись. Брюнет ухмыльнулся глядя на шатенку. — Ну иди сюда. — произнесла Лекса, обвивая руками за талию парня. — Следи за ней. Он кивнул. Лекса ещё раз сверкнула хвойными глазами и пошла вдоль дома к своей машине. Садясь на водительское сиденье и пристегиваясь, она думала о том, что как можно скорее должна поговорить с Кларк.